Взгляд на жизнь под другим углом

      — «Поздравляю, мы в жопе.»       Именно с этими словами я и проснулся.       — Это просто мой девиз по жизни. Что на этот раз? — предпринимаю попытку привстать на локтях, и, словно по команде, меня пронзает невероятная боль по всему телу.       — «Тише-тише, просто спокойно спустись ко мне, — неловкая пауза, — ты только, это, не удивляйся…»       — С чего бы мне чему-то уд… — слова застряли в горле. Я плюхнулся на свою филейную часть, и уставился на горизонты моего подсознания.       Картина, которая открылась мне, была совершенно не похожей на предыдущую, к которой я привык. Вместо жесткого пола и воды, я сидел на удивительно мягком облаке. Вместо серой замкнутости — бескрайние просторы. Вид завораживал мою душу, а «чувство прекрасного» пробудилось из древнего сна (человек, у которого смысл жизни — это убивать, красть или чего еще хуже, вряд ли имеет какие-то творческие заскоки).       Но, что самое интересное, так это полупрозрачная фигура Лиса. Девять хвостов, хаотично двигаясь, создавали легкий порыв ветра, который и привлек моё внимание к его скромной персоне.       — Мы, это, умерли что ли? — все факты указывали именно на это.       — Хм, точно такая же мысль посетила меня, когда я проснулся. — он устало положил голову на скрещенные лапки. — Но уж поверь, лучше бы мы оказались на небесах, нежели чем в Этой ситуации.       Нарочито громко вздыхаю.       В такие моменты, когда ты говоришь без единого намека на усмешку или простой дружеский подкол, я понимаю, что разговор будет очень серьезным и длинным.

***

      — То есть, ты хочешь сказать, что из-за того, что я уничтожил вместе все мои закладки, некий «дисбаланс судьбы» перенёс меня в альтернативный мир?! Откуда такие мысли? — не веря, всматриваюсь в черты твоей морды, пытаясь найти хоть какой-то намёк на ложь.       — Информация появилась в моей голове при пробуждении. — пожимаешь плечами, как будто это что-то само собой разумеющейся: «каждый день такое происходит, ага».       — Отлично… — откидываюсь на спинку, ложась на мягкое облачко. — И что мне теперь делать…?       Спрашиваю в пустоту.       — А может, это всё не так уж и плохо? — видя мой вопросительный взгляд, продолжаешь. — То есть, последнее желание в последние минуты прошлой жизни, было узнать какой ты настоящий. То есть, без закладок. Так, почему бы не исполнить твою…мечту?       — Что бы ты не говорил, но ты прав. — горько усмехаюсь. — Впрочем, это не отметает того факта, что на это раз всё обошлось без вмешательства мозголомов. Вдруг опять их установили?       — А вот этим уже я займусь. Прости уж, но по этой части я тебе уже не доверяю. — подозрительно косишься в мою сторону.       — Ха, ну и ладно. На самом деле, меня больше интересует твой вид. — привстаю на локтях, осматриваю твой внешний вид.       — Ты про нематериальность? Скорее всего меня попросту не заключали в тебя при рождении.       — Хм, тогда ты сейчас в теле Кушины? — вполне очевидный вопрос.       Ты отрицательно машешь головой.       — Вариантов, как таковых, больше нет. Возможно, в каком-то родственнике? — тихонько хмыкаешь, одобряя мое направление мыслей. — У меня есть старшие брат или сестра, да? — устало вздыхаю.       — Бинго! — радостно восклицаешь. — Я уже воссоединился с моим оригиналом из этого мира, ибо проснулся довольно давно, а вот ты только начнешь получать информацию. Так что посиди здесь лучше и освойся в новом положении. Потом возвращайся в реальный мир. — на мой недовольный взгляд восклицаешь — Я же в это время буду искать твои закладки, так что ближайшие часа два — меня не тревожить!       И вот воспоминания нахлынули на меня большой волной.

***

      Преодолевая (очередную) боль, сажусь на кровать в реальном мире. Что я узнал из воспоминания предыдущего владельца тела? То, что есть Мировой мужчина, являющийся моим отцом и по совместительству Четвёртым Хокаге Деревни Скрытой в Листве — Намикадзе Минато; яростная бестия по прозвищу «Кровавая-Хабанеро» — Узумаки Кушина, по совместительству моя мать; а так же старший брат, являющийся носителем девятихвостого Чуда — Намикадзе Сумире.       Если честно, я ожидал что, несмотря на боеподготовку Анбу, из-за слияния с Наруто, я буду трястись от страха перед встречей с родителями. Но нет, такого не было.       Возможно, таким спокойным я себя ощущаю еще и из-за того, что в моей голове как будто гуляет освежающий ветер после очень жаркого дня. Это стирает закладки Курама? Что бы то ни было, но анализировать ситуацию стало легче.       Или, может, это из-за того, что я не считаю их своими родителями? Я знаю, что мои настоящие мама и папа действительно любят меня, несмотря ни на что.       Но что мы имеем сейчас?       Из-за врожденного дефекта — сужение сосудов — циркуляция чакры для «прошлого» Наруто проходит очень болезненно. Поэтому, что бы не разорвать каналы, с помощью специальных упражнений в больнице Узумаки расширял их. Изначально они были размером с обычную нитку. И, спустя лишь один год, они увеличились в размере до нитки для вязания. Впечатляющие результаты при учете его болезни, неправда ли?       Но отцу было этого мало. Он разочаровался в нём, как в шиноби.       Из-за того, что чакры было слишком мало, как для Узумаки, маму заподозрили в измене, поэтому семья была под угрозой развода, но после всё уладилось с помощью бумажки о подтверждении отцовства «Намикадзе Минато».       Казалось бы, тогда всё уляжется, но нет. Из-за болезни отец отвернулся от Наруто, а мать тихо возненавидела, потому как мало того, что она была под угрозой потерять свою вторую половинку, так её еще постоянно обвиняют в том, что она не смогла родить достойного второго наследника.       И, конечно же, весь настрой перенял и «мой» старший брат.       С того момента, как все отвернулись от «меня», жизнь маленького Наруто еще больше надломилась.       И в момент, когда Наруто, стоя на крыше, держал кунай над своими венами, младший Узумаки встретил Его. Своего лучшего друга и по сей день. Итачи Учиха.       В дальнейшем, с его помощью Наруто расширил свои каналы до приемлемых размеров для своего возраста. Но для семьи этого было недостаточно, поэтому он решил просто забить болт на всё это, и никогда больше не пытался оправдаться в глазах других.

***

      Что же, не густо, но мне нравится. Возможно, если бы я был прежним, я бы опять начал орать про Хокаге, и то, что они меня признают, но… Попробовав однажды такой сладкий плод для шиноби, как «свобода», я не мог удержаться от этого еще раз.       Когда Ты ученик академии (уровень смерти: 10%), то единственная твоя обязанность — постоянно ходить в школу       Генин (уровень смерти: 10%-30%) — выполнять миссии не меньше, чем две в неделю. Выходить из деревни только лишь в сопровождении старших по званию. Всё свободное время тратить в деревне.       Чуунин (уровень смерти 30%-50%) — выполнять миссии не меньше, чем три раза пол месяца. Если задержишься дольше на миссии вне деревни более чем на две недели, без предупреждения, тебя объявят Нукенином или погибшим. Всё свободное время тратить в деревне.       Джонин (уровень смерти 50%-80%) — не меньше, чем два задания в месяц. Если без предупреждения задержишься на миссии вне деревни более чем на одну неделю, тебя объявят Нукенином или погибшим, в зависимости от ситуации. Всё свободное время тратить в деревне.       Хокаге (уровень смерти 40%-100%) — Постоянный контроль. Обязанность всё время находится в деревне.       И знаете что? Один раз, в детстве, я почувствовал на себе шкуру Сеннина. Это был поход в продолжительность два с половиной года, а гидом был Джирая. И это стало единственным чистым глотком свежего воздуха в этом вакууме для меня. Да, это хоть и мнимая свобода, но, тем не менее, она хоть где-то есть!       Пожалуй, да, это моя мечта.       Стать Сеннином.       Стать Свободным.

***

      После всех этих размышлений я почувствовал невероятный запах домашней выпечки.       Домашней выпечки, которой мне очень не хватало в детстве.       Только сейчас начинаю ощупывать помещения возле меня. Тренировки Анбу не прошли мимо, а потому привычка постоянно всё сканировать у меня уже где-то на подсознательном уровне.

***

      В помещении тепло. Левый бок немного щиплет, а также немного обдувает. Угу, одно окно есть. Внутренний компас, который неоднократно выручал и «показывал» дорогу в лесу по деревьям, ласково подсказывает, где север, а где юг. Судя по жжению в глазах, солнце уже встало, но еще не в зените. Где-то около одиннадцати часов дня. Солнце отлично греет, значит сейчас либо конец весны, либо начало лета. Дует лишь из окна, значит комната, а это была именно она, была качественно сделана, ибо других сквозняков не улавливаю. Делаем вывод: хозяева дома, в котором я нахожусь, довольно богаты.       Комната, по ощущениям, была… как вся моя прошлая квартира, в которой я жил бо́льшую часть своей жизни. Ну что же, это еще раз доказывает, что дом явно дорогой.       И только сейчас я заметил очень странные ощущения, которых явно у меня не наблюдалось до этого. Это был… радар? Начинаю прислушиваться к своему внутреннему «я», и осознаю, что могу с точностью сказать, что под мною, видимо, на первом этаже есть один очаг чакры. Где-то там же, но только чуть левее был замечен еще один, менее развитый, но превышающий мой в несколько раз.       Невольно вспоминаю свой бесконечный запас чакры, который развивали мы в месте с Курамой.       Видимо «новый я» — сенсор. Копаюсь в своей памяти и нахожу ситуации, где на «меня» бросают злые взгляды прохожие, родители…       Стоп.       С чего это? В этой жизни я уже не джинчурики. Они всем сказали, что это во мне Девятихвостый? Хм… нет, все прекрасно осознают, что клетка для хвостатого — это мой брат — Намикадзе Сумире. И его даже все превозносят… считая героем?       Отлично, спасибо Фортуне еще раз. Ну конечно же, раз это Я, то значит можно и дать приключение на филейную часть. И не только приключений, но и добрячего пинка под зад, сопровождая всё это злыми восклицаниями по типу: «Урод!». «Переживет» — видимо, так Она думала. А раз это кто-то другой, то не-е-ет. «Прости мой хороший, давай сделаем из тебя героя!»       Хм, ну так вот, видимо, все ко мне относятся из-за того, что видели, как со мной общаются родители. И из-за этого он развил сенсорику, дабы избегать случайных встреч с людьми и их взглядами.       Но вот в чем загвоздка: если судить по Карин, ей очень не нравился Курама, так как для неё, эта чакра была ядовитой и очень горячей. Но, если сравнивать со мной, то, найдя своего брата в доме (точнее, сначала нашел Кураму, а потом уже и брата), я понял, что она для меня, наоборот, очень теплая и нежная чакра, к которой хочется приласкаться. Видимо, это из-за того, что подсознательно я к нему привык.       Но что-то здесь не сходится.       Раз это тело было не мое, а, следовательно, и сенсорика не моя, то для «теперешнего меня», она должна быть такая же, как и для Карин. Но, в очередной раз покопавшись в памяти, проглядываю свои воспоминания, и вижу, что такой теплой она была всегда.       Еле нахмуриваю брови и просматриваю воспоминание далее.       Вот люди, их взгляды, здания Хокаге и…       Данзо.       Даже в прошлой жизни у меня была неприязнь к нему. Он так и истощал везде свой негатив, но здесь…       Твою мать!       Здесь было все по-другому. Данзо ощущался как легкий ледяной ветерок. К нему хотелось идти как к прикрытию. Он отчетливо знал, как действовать, чего добиваться и как этого добиться. Правда, последнее и источало лед. Именно из-за того, что он ничем не брезгует, отталкивало меня от него. В левой руке была тянущая, черная чакра. Насколько я помню, там были импланты глаз шарингана. Но, несмотря на это, внутри что-то отчетливо орало: «Они испытали боль. Они утешат меня. Они поймут меня. Они примут меня!». И как будто эта бездна в лице Данзо и его левой руки (?), так и притягивало меня.       Резко обрываю воспоминание, и пытаюсь понять, что это было.       Ох, слишком долго пролежал, буду раздумывать по ходу дела.       Поднимаясь с кровати, по памяти тела иду в отдельную (!) ванную. Привычным жестом беру полотенце, поближе кидаю к душевой, и предаюсь рассуждениям.       Видимо, из-за того, что «я» вырос в сплошном негативе, мой организм перестроился, дабы от такого количества зла не свихнуться, и неосознанно начал к ней тянуться. По крайней мере это многое объясняет.       Опять-таки, предыдущая… э-э-э… жизнь, подсказывает несколько случаев со взрослыми шиноби. Один из них с детства получал какие-то раны. Спарринги в академии, потом на первой серьезной миссии. А далее он чуунин, джонин и Анбу. За всю жизнь он уходил из крыла Смерти бесчисленное количество раз. И каждый день у него хоть какая-то, но была рана. И вот, когда я сидел с ним, на очередной миссии, перед костром в лесу, он, рассказывая свою историю жизни, признался, что уже не может жить без боли. Для него боль — это смысл жизни. Раз болит — значит живой. Раз болит — значит есть чему болеть и тому подобное. Данную практику многие используют в мире ниндзя.       И вот, собственно, вполне логично, что Наруто подстроился под жизнь.       После водных процедур иду до шкафа. Хм, так, что тут у нас? Ну, я вижу, где-то сзади есть яркие вещи, но их явно давно не надевали. А вот эти вещи выглядят поношенными, видимо, их часто использовали, правда, всё это — только черного цвета. Отлично, лишний раз не буду привлекать к себе внимания. Ибо будет странно смотреться если после всей жизни здешнего Наруто, которому, между прочим, двенадцать лет, после ярких одеяний он резко станет носить черный.       Беру черную футболку, где на левом плече нарисован знак Узумаки. Под этот же цвет беру обычные штаны, и уже привычным жестом хотел почесать затылок, но наткнулся на…короткий ежик волос…       В прошлом мире я начал отращивать волосы, ибо техники Эро-Санина, где он использует волосы в качестве оружия или защиты, просто невероятны! Если провести через волос чакру, он становится очень твердым. Я предпочитал больше защищаться ими, нежели чем нападать. Хотя, если ведется ближний бой, то очень эффективно неожиданно отчеканить голову противнику.       ЧИК       И всё, подавайте свежим.       Осмотрев себя в зеркале и, отметив, что я почти идентичен с прежним мной, разве что волосы и кожа более бледные. Хмыкнув себе под нос, я открыл дверь и осмотрелся.       Сенсорика говорит, что на первом этаже всё так же, как и было. Я спустился по лестнице и на глаза мне попался проём, из-за которого смог увидеть Узумаки Кушину, что-то помешивающую на плите.       Мозг сразу же отмечает такие детали, как расстановка мебели, дальность до ближайшего окна и двери, наличия острых и режущих предметов. Мимо воли использую «Тихую поступь» — перед соприкосновением с полом, делаю маленькую пленку на ступне с помощью чакры, которая полностью глушит топот ног. Занимаю выгодную позицию как для обороны, так и для нападения, и начинаю разглядывать всё более мирным взглядом. Ну, что сказать, я стою в гостиной, слева идет арка, ведущая на кухню и, по совместительству, столовою. В самой прихожей есть диванчик, чайный столик, и еще телевизор. На этом моменте я мысленно присвистнул. Видимо, это только второй прототип, который достался на первый пробах создания. То ли это папа потратился на эту технику, то ли задействовал свою репутацию и положения в обществе.       Анализ окружения не прервался, я всё так же продолжаю изучать комнату. Люстра, вазочки, цветочки — как и положено. А еще в комнате стоит просто умопомрачительный запах булочек. Такими же беззвучными шагами иду в сторону кухни, при этом только сейчас отмечая, что чакра уже понемногу заканчивается. Ужас.       Кушина одета в голубой передничек, так идущий к её цвету глаз. Огненно-рыжие волосы спадают ей прямо до колен. Сердце предательски защемило. Не от любви, нет. А от осознания, что эта прекрасная женщина может так стервозно обходится с собственным дитём.       К слову, о детях. Я всё так же вижу еще один очаг чакры. Судя по звукам льющейся воды из душа, я пропустил какую-ту дверь в гостиной, которая вела в ванную. Память услужливо подкидывает информацию о её нахождении. За маленьким неприметным углом.       Эта мысль успокаивает мой обиженный стаж шиноби.       Ну, обстановка изведана, цель понятна, иду на контакт с объектом:       — Доброго утра, Каа-сан. — даже после только трех слов у меня запершило в горле. Давно не разговаривал с живыми существами, да?       И, знаете, я ожидал любой реакции. Игнора, кивка или просто взгляда. Но никак не выроненной сковородки на ногу, отборнейшего мата и голого брата в дверях. Ан-нет, не голого. В ногах валялось полотенце.       Познакомились, да?