Four

Дэз Эйва усвоил четыре вещи после трех месяцев «псевдо-отношений» с Лео Спиндлером. Во-первых, Лео был магнитом для животных. Сколько бы они ни устраивали свиданий в Вишневом Парке, недалеко от кафе «Ардент», все одинокие сердца тянулись к Дэзу, но все животные в округе липли к Лео. Буквально каждая собака подбегала к бедному парню и боролась с другими собаками за его внимание. Дэз не возражал. Ожидая своей очереди поиграться с Лео, они и к нему подбегали за своей порцией ласки. Тогда Спиндлер терпеливо гладил каждую собаку, ласково взъерошивая их шерстку, а потом говорил им вернуться к своим хозяевам. Также были птицы, которые любили садиться на него. Лео рассказал ему небольшую историю, которая сделала его печально известным в этом городе. Четыре года назад (за 2 года до того, как Дэз переехал сюда, чтобы открыть свое кафе, поэтому были истории, которых он не слышал ранее), лев сбежал из местного зоопарка. Люди были напуганы до смерти, увидев свободно блуждающего зверя, и Лео посчастливилось попасться ему на глаза, когда тот бродил по улицам. Животное буквально приклеилось к нему, мурча и обвивая свой хвост вокруг ног парня, бодая его своей головой до тех пор, пока Лео чуть не упал лицом на землю от особенно мощного толчка. Тургиду пришлось тащиться в зоопарк, ловя на себе вытаращенные глаза прохожих. Лев был возвращен на ограждаемую территорию. Конечно, Лео пришлось пообещать, что он будет навещать его, когда бы тот ни захотел. Спиндлер даже показал Дэзу фото себя и льва (он назвал его Кэт, забавно), сделанное на телефон. На фото Лео был придавлен мощными лапами льва, который, видимо, пытался обнять его за шею.

***

Во-вторых, Лео был любителем физического контакта. Особенно с Дэзом. Дэз быстро это понял, наблюдая за тем, как Лео общается с посетителями его кафе. Он всегда хлопал их по плечу или спине, добродушно пихая их, и, кажется, большинство людей не были против этого. И Дэз, вероятно, отнес бы это к простым привычкам Лео, если бы не одно "но". Если приглядеться, Лео разделяет с ними очень маленький контакт. Похлопывания или толчки - не так уж и много. Но когда дело касалось Дэза, это уже совсем другая история. Лео часто обнимает его. Когда они гуляют, то руки Лео чаще всего покоятся на талии Дэза. Ему нравилось вторгаться в личное пространство Эйвы и устраивать беспорядок на его голове (ради всего святого, этот человек вообще знает, сколько усилий приходиться прикладывать,чтобы уложить волосы по утрам?). Все это делало обертку их отношений еще красивее. Но иногда Лео делал это, даже когда они оставались наедине. Становилось все сложнее и сложнее убеждать себя в том, что эти отношения ненастоящие. Так что Дэз просто пришел к выводу о том, что Лео искренне наслаждался физическим контактом с ним. (Дэзу тоже это очень нравилось, может даже слишком, но он никогда бы не признал это вслух) Было время, когда они выбрались на пикник «для парочек», и Лео пожаловался на свою сонливость. Дэз опустил его голову себе на колени. Его длинные тонкие пальцы запутались во взъерошенных черных прядях (они были намного мягче и шелковистей чем казались), и Дэз мог бы поклясться всем существующим (и не существующим, ему не принципиально) богам, что Лео мурлыкал. Словно гигантский теплый кот на его коленях. Глупая улыбка не сползала с лица Дэза все время, пока Лео прижимался ближе и что-то бубнил во сне.

***

В-третьих, Лео практиковал боевые искусства. … Окей, может это и не было таким открытием, так как Лео сам рассказал ему об этом. Он шутил про свои руки-макаронины и дразнил Лео, спрашивая, откуда у тургида такие бицепсы. Возможно, это был комплимент, ну или неудачная попытка флиртовать, и возможно, щеки Лео слишком покраснели от вопроса. Суть в том, что Дэз не ожидал ответа. Лео ответил, что занимается боевыми искусствами, и, по-видимому, он был достаточно опытным в этом деле. Потом он позвал Дэза попрактиковаться с ним утром, чтобы научить того основам. Именно так Дэз, полусонный, зевающий в кулак, оказался тут, на скамейке перед домом Лео в 5 утра, наблюдая, как тот делает обычную разминку. Дэз уже продрог в своем тоненьком кардигане (он не ожидал, что ранним утром будет так холодно, окей, он едва мог функционировать, не говоря уже о выборе подходящей одежды). Лео вообще, казалось, не заботил холод. На нем была надета черная облегающая безрукавка и белые спортивные штаны. Когда Лео начал двигаться, сон Дэза внезапно как рукой сняло. Прекрасный в своих движениях, изящный и гибкий, Лео держался одновременно грациозно и сильно. Не было излишних действий: каждое движение было четким, продуманным и выполнялось с предельной точностью. А когда тот повернулся спиной к Дэзу, он мог разглядеть края крылатой татуировки на плечах парня. Лео был так хорошо сложен, и одежда выставляла напоказ самые аппетитные части его фигуры. То есть, все его тело. Он был стройным, его бедра и ноги были приятной формы, и на обеих сторонах виднелись впадины. И когда Лео стоял так, что его бедра смотрели в его сторону, Дэз изо всех сил пытался не дать своим глазам скользить дальше по изгибам его тела. … Черт возьми, он действительно хотел протянуть руки к этим бедрам и почувствовать дрожь под пальцами.

***

Четвертый факт он открыл для себя недавно. Пару дней назад Дэз и Лео были на очередном «свидании», когда кто-то из посетителей Дэза подошел к ним и начал болтать. Он сразу не понравился Дэзу. Слишком шумный, неприятный и настойчивый. Вообще, Дэз был довольно-таки культурным и вежливым , и поэтому пытался отвечать посетителю так заинтересованно насколько он мог это изобразить. Получалось не очень, поскольку разговор был просто ни о чем: о таких примитивных вещах как погода, окрестности и кафе Дэза. Лео вообще не было до этого никакого дела, он просто был очень раздражен. По большей части из-за того, что он держал в руке недоеденный блинчик и очень хотел покончить с ним, но это было бы определенно грубо - есть прямо перед людьми, когда они с тобой разговаривают. Точно так же, как и навязывание своей компании людям, которые явно не заинтересованы в этом. Потом этот раздражающий тип начал придвигаться ближе к Дэзу и это, как ни странно, вызвало реакцию со стороны тургида. Его глаза сузились, и он придвинулся ближе к Дэзу так, что казалось, будто их тела склеили вместе. Он сжал руку на бедре парня, показывая свое влияние. Но посетитель все еще не понимал намека. Была ли это выборочная слепота? Его это не волновало. Единственное, что Лео знал - чем дольше он должен был с ним разговаривать, тем больше ему хотелось схватить нож и сделать харакири. Рука посетителя легла на плечо Дэза, и тому пришлось приложить немало усилий, чтобы не уклониться от нежелательного прикосновения. Лео, казалось, заметил его дискомфорт, он становился все более и более раздражительным, пока эта проклятая рука находилась на теле Дэза. Дэз мог бы поклясться, что слышал низкое рычание, исходящее из горла Лео. Лео был удивительным собственником. И Дэз наслаждался каждой такой секундой. Когда посетитель потянулся к руке Дэза и взял ее, Лео решил, что хватит с него этого абсурда. Обернув руки вокруг талии Дэза, он развернул его ровно на 180 градусов. С губ парня невольно сорвался визг, но он быстро взял себя в руки. Железная хватка Лео была почти болезненной, заставляя Дэза поморщиться, и он потянул за рукав Лео, чтобы хоть как-то обозначить свой дискомфорт. Спиндлер ослабил хватку, бубня что-то себе под нос. Вид взрослого мужчины, утягивающего на себя другого взрослого мужчину (который был на голову выше, мог добавить Дэз), как тряпичную куклу, была, наверно, самой нелепой вещью, которую могла бы увидеть вся улица за целый день. Дэз не мог сдержать хихиканья. «Лео, мы даже не в настоящих отношениях, не стоило так утруждать себя, если только не…» Он прижался к груди Лео поближе и загадочно прошептал: «Мистер Спиндлер, вы что, ревнуете?» Тургид не сразу ответил, но его щеки сразу стали на пять оттенков краснее. «…Ревную. Очень сильно». Он выглядел как надутый ребенок: губы были плотно сжаты, глаза сузились от раздражения и застенчивости. В этот раз Дэз громко рассмеялся, наклоняясь, чтобы ласково поцеловать Лео в лоб и в нос. Лео только проворчал что-то в ответ и потянулся, чтобы поцеловать Дэза уже в губы. Дэз застыл. Губы Лео были мягкие и теплые, но в тоже время настойчивые. Руки Дэза так сильно сжали рубашку Лео, что костяшки побелели, он мог только цепляться за его плечи, пока тот опускал его на более подходящую высоту. Это не было ошибкой, и Лео хотел убедиться, что Дэз знал это. Лео отстранился, напоследок облизав губы Дэза, давая обещание того, что будет в следующий раз, когда они останутся одни, и от этого по всему телу Дэза пробежался табун мурашек. «Знаешь что?» - его дыхание коснулось шеи Дэза, вызывая прилив крови к щекам, после распространившийся к ключицам. «Теперь у меня есть причина ревновать»