Location? School. The name of the guy who has a crush on me? Louis.

— Луис, гребаный извращенец! У нас много дел, поэтому мне не очень нравится твоя идея сделать это. — Твою мать, говори и считай что хочешь, но я не люблю видеть тебя сдержанной. Между прочим в прошлый раз я предлагал тебе поехать ко мне, а не заниматься этим когда Ли дома. Парень с дредами несет темноволосую на руках, не обращая внимания на её фырчание. Он знает чего она хочет, и что говори -- две разные вещи. Луис закрывает крышку пианино, и сажает Клем прямо туда. На пианино. — Ты точно больной на голову — последнее что говорит девушка, и страстно целует парня в губы. Не сдержалась, хотя упертая. — Больной на голову от любви к тебе, Клементина. Афроамериканец отвечает на поцелуй, и запускает руки под майку девушки, поглаживая спину. Мурашки по телу бежали от каждого прикосновения. В комнате стало невыносимо жарко и душно. Наконец, отлепившись от губ девушки, парень начинает кусать её в шею, оставляя следы. Он оставит на ней метки, чтобы все знали о том, что она — его. Он — ревнивый собственник. Можно поспорить, что если какой-то парень тронет его Клементину, то он разорвет этого парня на мелкие кусочки. Темноволосая обхватывает его поясницу ногами, притягивая к себе, и сладко стонет уже ерзая на месте. Только Луис сводит её с ума настолько, насколько это возможно, и она готова растаять в его горячих руках. Была бы лишь возможность. А ведь не так давно девушка знакомила этого парня с Ли, говоря что у них ничего не было. Говоря, что он — лишь друг. А после признания, которое оказалось взаимным им крышу нахрен сорвало, и они потрахались в доме Клементины, где между прочим был Ли. Логично, он же живет там. Ли бы определенно сказал, что это педофилия, даже наплевав на то, что возраст согласия стартует в шестнадцать лет. А парочке было бы плевать. Было бы им и меньше лет -- они бы не обратили на это внимание, слишком уж сильно влюбились друг в друга. Тем более, Луис старше Клем лишь на год, и это вполне нормально. Хотя, если так подумать то от Луиса текут девчонки и младше. Хотя бы потому что по слухам он мало того что хорош собой, так и хорош в постели, но после Клементины вообще перестал смотреть на других девушек. Говорят, что он давно перестал на них заглядываться. Кто-то даже думал что Луис — гей. Кофта парня летит на пол, а темноволосая уже кусает его в шею, ответно оставляя следы. Он тоже только ее, и ничей больше. Рука парня с дредами грубовато сжимает грудь девчонки, и довольно улыбается, когда слышит такое же довольное мычание. Ждать больше не хотелось. Они слишком нетерпеливы. Луис приставляет к губам девушки два пальца, и та послушно облизывает их. Осторожно, с некой нежностью, но все же — иногда кусая. Этот плавный переход возбуждал ещё больше, до кончиков пальцев. Свободной рукой афроамериканец стягивает со своей девушки джинсы, и наклоняется, целуя Клементину в внутреннюю сторону бедер, заставляя ту чуть выгнуться в спине, и довольно простонать. Поцелуй за поцелуем, и вот, Луис уже вновь целует Клем в губы, и осторожно вводит в нее два пальца. Стоны разносятся по комнате, отдаваясь небольшим эхом. Стекла уже запотели, а темноволосая искусала губы до крови. Парень осторожно слизывает с них кровь, облизываясь от этого металлического привкуса, и закусывает губу. Пальцы так же неожиданно покидают Клементину, как и входили в нее. Зато через несколько секунд слышится как афроамериканец расстегивает ремень, а потом расстегивается и молния его джинс. Луис стягивает с темноволосой майку, кидая ее на пол. Туда же летит и бюстгальтер, а после и нижнее белье Клем. С обкусанных, но таких же красивых губ срывается громкий стон, который скорее всего был слышен даже за пределами комнаты, когда парень с дредами резко вошел в это хрупкое тело. Дискомфорта и боли уже не было, зато наслаждение срывало крышу. Клементина царапала спину возлюбленного, утыкалась в его шею носом, обжигая своим горячим дыханием. У афроамериканца вообще тормоза отказали, потому что он буквально начал вдалбливать в это пианино кареглазую. Контроль уже пропадал, но нужно думать что ты делаешь, потому что если Клем залетит, то Ли по любому выебет Луиса и его мозг. Хотя, парень с дредами был не против детей. Но, не сейчас. Слишком рано. Ещё несколько толчков, и афроамериканец выходит из своей девушка, кончая ей на живот, слегка рыча. Он осторожно обнимает ее, и целует в щеки. — Ты только моя, Клем. И больше ничья. За окном видно красивые салюты, которые радовали глаз, а часы пробили полночь. — Все же, до отца мы доехать сможем только завтра. — чуть смеется Клементина, и кусает парня за мочку уха. — С новым годом, любимый. — С новым годом, принцесса.