"Роза ветров"

*** *** Пусть для тебя горит тот свет, «… И я тебя спрошу без лишних слов: Что освещает все сердца. Коль им за все назначена расплата, Забудь все страхи, и ответ То почему ж за мерзость сих грехов Он не заставит ждать себя. В обитель ту, что пламенем объята, - Пусть тебе больно, ты страдаешь, Не заточили их? ...» Но знай, что в мире есть любовь. Данте. «Божественная комедия» Возможно, ты не понимаешь, Боишься встретиться с ней вновь. Но все изменится, получишь ты взамен Всех страхов, боли и отчаянья, Тот самый ветер перемен, Что исполняет все желания! *** 22 апреля. 2003 г. Темноволосая девушка медленно шла по узкой улочке города Наблус. Это небольшой городок, расположившийся почти в самом центре Палестины. Миленький, уютненький, с красивыми домиками, в большинстве своем не превышающие двух-трех этажей. На центральной площади располагались высотные здания, а административный центр начинался и заканчивался на трех домах, выстроенных в современном стиле – стекло и бетон, что разительно отличалось от старых построек. Население всего 130 тысяч человек, в основном это мусульмане, которые до сих пор придерживались консервативных взглядов в отношении нововведений. Они с опаской поглядывали на приезжающий гостей, которые пытались установить тут свои порядки. В основном, им это не удавалось. Пройдя дом из серого камня, который был полностью окутан зеленым плющом, девушка остановилась и огляделась по сторонам. Она была одета в стандартную одежду этих мест – черную (иногда это мог быть белый или серый цвет) хабару. Голову прикрывала куфия – платок, того же, черного цвета, который скрывал и лицо. И лишь прядь темных волос выбивалась из идеального образа мусульманской девушки. Она еще раз огляделась, что бы понять – следит ли за ней кто-нибудь или нет. Затем, обойдя дом слева, свернула в маленький проулочек, в который едва мог протиснуться ребенок. Но молодая мусульманка сделала это с легкостью, скорее по привычке. Быстро подошла к стене, отодвинула в сторону плющ и нажала на небольшое углубление в стене. Часть бетонного сооружения поддалась назад с тихим шуршанием, приоткрыв небольшой проход, через который девушка и протиснулась. Быстрым шагом, она почти пробежала несколько метров, которые отделяли ее от двери, ведущей, непосредственно, в само здание. Потянув за ручку, девушка вошла в темное помещение. Постояв около минуты с закрытыми глазами, что бы привыкнуть к темноте, она направилась прямо по коридору, туда, где по ее мнению, ее должны были ждать. Наконец, перед ней появилась очередная дверь. Толкнув ее плечом, незнакомка оказалась в светлом помещении, где горели несколько десятков свечей и одна газовая лампа. В небольшой комнате находился всего один стол и пара стульев. Окон не было, как и других дверей – вход, он же выход – тут был один. На одном из стульев сидела девушка, глубоко задумавшись. Ее короткие зеленые волосы переливались в свете свечей, отбрасывая разноцветные блики на голые каменные стены. Услышав шаги, она встрепенулась и подскочила со своего места, но, увидев, кто пришел, успокоилась, и даже обрадовалась. - Шалита! Ты пришла! Слава Богу! - Воскликнула девушка, радостно бросаясь к гостье и крепко обнимая ту. – Я уж подумала, что тебя заметили! - Нет, что ты! Все в порядке! – Та в свою очередь и не скрывала своего облегчения. – Сначала я подумала, что кто-то за мной идет, но потом поняла, что просто показалось! – Отмахнувшись, улыбнулась Шалита. – Энма, ты уверена, что здесь все-таки безопасно? Учитывая то, что случилось в прошлый раз… - Да все в порядке! – Нетерпеливо воскликнула девушка. – Ты принесла? - Да, вот. – Мусульманка быстро извлекла небольшой желтоватый конверт из-под хабары и протянула его Энме. - Она ответила! – Быстро надорвав конверт, она стала жадно читать содержимое. С каждой секундой, с каждой прочитанной строчкой, лицо девушки менялось – то оно светилось от счастья, то делалось мрачнее тучи, то на глазах появлялись слезы. Служанка внимательно наблюдала за ней, пытаясь понять – что же такого написала ее подруга? Они уже почти год переписывались, но еще никогда у нее не было такой реакции на написанное! - Шалита… - Наконец произнесла Энма, отрывая взгляд от письма и переводя его на девушку. – Просто поверить не могу в это! - В чем дело, Энма? – Взволнованно произнесла она, подходя чуть ближе к госпоже. Ей так хотелось успокоить ее, не видеть больше боли и страдания на прекрасном лице. - ОН вернулся! – Потрясенно прошептала та, прижимая письмо к груди. – Ты…извини… я бы хотела… - Конечно, я подожду снаружи. – Низко поклонилась служанка и быстро ретировалась через единственную дверь, оставив Энму одну. В голове кружились сотни мыслей, тысячи идей и столько же мечтаний. Но уже через пять минут глаза девушки потухли. «Нет, я не могу вернуться! Да о чем я только думаю?! С чего вдруг решила, что Ятен сможет помочь мне?» Энма сделала круг по комнатушке и вернулась к столу, провела по нему пальцем. В душе царили смятение и радость, сомнения и надежда. Ей очень хотелось верить в то, что все можно исправить, что еще не все потеряно, и удача улыбнется ей! Но, учитывая, что ей пришлось пережить за эти несколько лет – надежда все-таки была крохотной, почти угасающей. Она неуверенно оглянулась, окидывая взором скудную обстановку этого подвала. Ей приходилось втайне приходить сюда, что бы ее служанка могла принести письмо от Усаги. В эти моменты девушка чувствовала себя счастливой, словно возвращалась в свой родной город, сидела вместе с подругами в кафе и весело непринужденно болтали. Как ей этого недоставало! И тут, совершенно безумная идея пришла ей в голову. А что если… Если ей улететь вместе с Ятеном на Кинмоку? Почему нет? Ведь там и ей и дочке ничего угрожать не будет… Верно, ей ничто, а вот ее друзьям… Минако печально улыбнулась. Она прекрасно знала на что способен Томое. В письме девушка не все рассказала своей подруге – не хотела еще больше пугать и расстраивать, хотя… куда уж больше! Но факт остается фактом – Ситори – страшный человек… и убийца! **** В тот день, она отправилась вместе с Шалитой на рынок, что бы прикупить фруктов, заодно и развеяться. Наоко осталась с другой служанкой – Иман, непревзойденная няня, с ней маленькой малышке было комфортно и спокойно, она не капризничала и вела себя довольно хорошо. Энма поцеловала малышку в лобик и, кивнув Шалите, направилась к выходу. - Мы сегодня идем на рынок? – Спросила мусульманка, догоняя ее у порога. - Да, - кивнула Энма, покрывая голову белой куфией. – Хочу посмотреть фруктов, да и прогуляться. Я устала в этих четырех стенах! - А что скажет хозяин? – Сделала большие глаза служанка. - Не пугайся, я ему говорила утром, что пойду вместе с тобой в город. Он не стал ничего говорить. А это значит… - И девушка весело ей подмигнула. Та в свою очередь рассмеялась и кивнула: - Ну, хорошо, идем! Я в любом случае пойду с тобой куда угодно! Энма благодарно улыбнулась служанке. Эта девушка ей очень нравилась – она стала ее единственной подругой в незнакомом городе, с чужими и странными для нее обычаями. Шалита не только помогла ей адаптироваться к местным людям, завязать хоть какие-то отношения, но и помогала своими дружескими советами, да и просто добрым словом. Удивительно, но она прекрасно говорила по-японски. Шалита объяснила это тем, что ее бабушка раньше жила в Японии, а только потом, когда вышла замуж за палестинца, переехала сюда. Родила сына, которого учила и японскому языку, а тот в свою очередь – дочь, т.е. Шалиту. Поэтому они свободно общались, не имея никаких проблем с языковым барьером. В первое время, когда Энма с мужем и новорожденной дочкой только переехали сюда, нанятая служанка очень помогла ей привыкнуть к этой жизни. Шалита стала для нее неким подобием островка свободной жизни. Она не считала ее служанкой, ведь для нее она была гораздо больше – соломинка, за которую держится утопающий. И в тот день именно благодаря ей, девушка не сошла с ума. Идя по шумным улицам, две подруги разглядывали пестрые прилавки, торговцев, предлагающих свои товары – « самые дешевые во всей стране». Смешной язык, который Энма уже начала понемногу понимать, доносился со всех сторон, заглушая даже звуки редких автомобилей. Наконец, пробившись сквозь вереницу вещевых лотков, они вышли к тому, что искали – развалы, на которых были овощи, фрукты разных видов и сортов, а так же диковинные плоды, местного кустарного производства, которые боялись покупать даже жители городка. - Отлично! Мы на месте! – Улыбнулась Шалита, ведя за руку Энму, сквозь многочисленную толпу покупателей и продавцов. – Ты хочешь что-нибудь для Наоко? - Да, - кивнула девушка, оглядываясь в поисках того, что ей было бы знакомо. – Ей уже можно некоторые фрукты и овощи, вот я и подумала – неплохо было бы угостить малышку, например, киви или бананом! А лучше яблоком! - Э! Яблоко! У меня самые лучшие и спелые яблоки во всем Наблусе! – Окликнул их торговец, что стоял рядом. Очевидно, тот из вышесказанного понял лишь одно слово – яблоко, чем не преминул воспользоваться. Он широким жестом окинул свою незамысловатую лавочку, состоящую из навеса и удерживающих его балок, прикрытых сверху плотной, светонепроницаемой тканью. Он широко улыбался и зазывно подмигивал двум подругам. - А это мы сейчас посмотрим! – С вызовом произнесла Шалита. – Может, у тебя еще и цены меньше, чем во всем Наблусе? - Ну, конечно! – Вскричал продавец, взмахнув руками. – Всего три шекеля и любое яблоко ваше! - Три?! За одно яблоко?! – Изумилась мусульманка. – Да ты, видимо, хочешь обдурить нас, уважаемый! - Ну что вы, всего… - Нет! – Твердо заявила Шалита, подняв руку. – Я дам тебе полтора шекеля за десять вот этих яблок! – И она указала на румяные фрукты. - Э…э… - Продавец еще несколько секунд приглядывался к двум девушкам, затем, видимо поняв, что одна из них «своя» и торговаться бессмысленно, уступил. – Хорошо, два шекеля и десять яблок! - Сойдет! – Удовлетворенно хлопнув по рукам, торговец отложил в пакет указанные яблоки и передал Энме. - Спасибо. Девушка оглянулась, в поисках еще каких-нибудь вкусностей, как вдруг застыла на месте. То, что она увидела, поразило ее до глубины души. - Не может быть! – Выдохнула она, вглядываясь в парочку, бредущую мимо лотков с продуктами, весело что-то обсуждающих. Энма смотрела на влюбленную молодую пару и просто не верила своим глазам! Это были они! Тут же воспоминания вихрем пронеслись в голове, освежив старые раны и давно забытые чувства. Так ей казалось, что забытые. Но сейчас… все снова возвращалось. И боль предательства, и разочарование в тех, кому больше всего верил. Мужчина и женщина, они шли, взявшись за руки, переглядываясь и мило улыбаясь друг другу. Рядом с ними топало еще несколько человек, очевидно, переводчик, гид и сопровождающий (может быть охрана). Судя по одежде и внешнему виду, приехали они недавно и как туристы. На мужчине были простые льняные брюки и рубашка, на голове небольшая шляпа, что бы прикрыть глаза от яркого света. На женщине свободное платье, светлого цвета, подвязанного поясом. Голову покрывал шелковый платок, а на глазах были солнечные очки. Они почти не изменились, подумала Энма, разве что чуть-чуть. Ей захотелось подойти к ним и поговорить, просто поговорить. Ведь они – часть ее прошлого, той жизни, которую уже никогда не вернуть. и пусть она запомнилась лишь болью и разочарованиями, но это было неплохое время, свободное и ничем не обремененное. - Энма… Энма! Лишь после того, как служанка пихнула ее локтем в бок, девушка пришла в себя и удивленно захлопала глазами: - Что? - Прости, но ты так задумалась, что мне показалось, будто ты сейчас в кому впадешь! – Хихикнула Шалита, но тут же посерьезнела. – Ты кого-то увидела? Что случилось? - Да нет, все в порядке! – Отмахнулась Энма, продолжая смотреть вслед парочке. «Подойти? Поздороваться? Но они меня не узнают! Да и что я им скажу? Столько лет прошло уже, что они могут и не вспомнить меня – подумаешь, какая-то девчонка из прошлого! Но…Мне так хочется поговорить с ними! До боли хочется прикоснуться к ним!» Энма не выдержала и двинулась сквозь толпу, навстречу своим знакомым. Десять метров… восемь… еще немного, и они ее точно заметят… пять… три… они остановились, но не из-за нее, а просто что бы купить какую-то безделушку у торговца. Затем, повернувшись, нос к носу столкнулись с ней. Примерно минуту пара разглядывала незнакомку, стараясь угадать, что же ей надо: - Извините, вам что-то нужно? – Спросил на хорошем арабском мужчина. - Э… вы меня не узнаете? – С надеждой спросила Энма, оглядываясь. Внутри все клокотало от возбуждения – вот оно! Она подошла к ним так близко, что могла бы прикоснуться! И правда, ее рука машинально потянулась к рубашке молодого человека, но тот отпрянул, с изумленным выражением лица: - Что вам надо? - Кто вы такая? – Изумилась девушка, ее знания языка были не такими хорошими, скорее всего, выучила только несколько основных фраз. Но ее друг-то очень хорошо говорил, значит, с ними был не переводчик. А кто? Охранник? Да какая разница! Энма мысленно отмахнулась от ненужных вопросов. Ее сердце учащенно билось. Ей так хотелось обнять их, стоять так вечность и ни о чем не думать! Молодая девушка, истосковавшаяся по родным людям. Она была рада тому, что увидела хоть кого-то из своей прошлой жизни! Даже если и пообещала себе, что никогда не вернется в их жизнь. Но сейчас… Она совсем забыла об обещании, что сама себе дала много лет назад. во рту пересохло, ком подступил к горлу, ей стало трудно дышать. «Соберись! Минако! Ты их очень давно не видела, пусть хоть сегодня… Хоть на несколько минут… я вернусь в прошлое! И не важно, что оно принесет!» - Я… я очень хотела с вами поговорить, давайте отойдем в сторону, что бы не мешать никому? – Попросила Энма, про себя умоляя их согласиться. - Ну…мы вообще-то торопимся… - Неуверенно протянул молодой человек, но спутница сжала его руку: - Хорошо, но только на минуту. - Спасибо! – Горячо прошептала Энма, указывая на небольшой переулок позади них, до которого около полусотни метров. - Мисс Ситори! Куда вы? – Окликнула ее Шалита, протискиваясь сквозь толпу. - Шалита, я хочу поговорить с этой парой. Я потом тебе все объясню, хорошо. Просто подожди меня тут. С этими словами, Энма быстро повела своих знакомых в сторону. - Может, теперь объясните, что происходит и что вам от нас нужно? – Задал вопрос парень. - Алан! Катарина! – Воскликнула Энма. – Неужели вы не узнаете меня? Это же я – Минако! Ваша Минако, помните? С минуту они потрясенно молчали, переваривая услышанное. Пытаясь сопоставить увиденное с тем, что им говорят. Первой очнулась женщина, на японском, она задала первый вопрос, пришедший ей в голову: - Это шутка? - Нет! – Ответила Энма, улыбаясь. – Это правда я! Клянусь! Неужели вы не видите? - Это плохая шутка! – Буркнул Алан, отворачиваясь. – Минако умерла, много лет назад! Погибла при взрыве. - Нет! Это же не так, и Катарина может подтвердить! Мы с ней уже встречались! – Она перевела взгляд на бывшую подругу. Катарина открыла было рот, что бы что-то произнести, но не смогла. На глазах выступили слезы, руки задрожали, и она сжала их в кулаки. - Это правда, Кэт? – Тихим голосом спросил молодой человек. – Ты действительно виделась с Миной и не сказала об этом мне?! - Прости, но она… - Да, я сама просила ее не рассказывать тебе. – Закончила за нее Энма. – Но сегодня… сегодня, когда я вас увидела… просто не смогла сдержаться! Я должна была подойти к вам! Я не могу вам сейчас ничего объяснить, просто… просто я так соскучилась по знакомым лицам! – Слезинка скатилась по щеке, и девушка быстро ее смахнула. – Простите… - Но что с тобой случилось? – Ахнул Алан, разглядывая ее с головы до ног. – Ты сама на себя не похожа! Просто совершено другой человек! - Да, так уж случилось! – Печально вздохнула она. – Только хочу вас попросить – меня зовут Энма. Не Минако. Прошу, не спрашивайте пока ни о чем, ладно? Я позже расскажу! - Энма?! – И Катарина, и Алан, казалось сейчас упадут от стольких новостей, свалившихся на них. – Да что происходит? Ты опять на задании?! - Можно и так сказать… - Вновь печальная улыбка. – Давайте встретимся с вами сегодня вечером, в баре «Волк», это недалеко от центральной площади, в семь часов вас устроит? - Да, хорошо, мы придем. – Медленно протянула Катарина, по-прежнему не сводя удивленного взгляда с Энмы. - Я все объясню, ну, по крайней мере, попробую. Увидимся! Помахав рукой, девушка быстро направилась в сторону своей служанки, терпеливо дожидающуюся ее у лотка с огурцами. Только подойдя к ней, Энма заметила, что сильно сжала кулаки. Чуть расслабив хватку, посмотрела на ладони – на них четкими красными полумесяцами выделялись следы от ногтей. **** Даже сейчас, спустя почти два года, ей было тяжело и больно вспоминать тот день. Минако повернулась к единственной двери в помещении и глубоко вздохнула. Стерев слезы со щек, девушка еще раз взглянула на письмо, которое держала в руке. - Нет, я не могу так вами рисковать. Если попробую скрыться – он найдет меня… а с вами сделает тоже самое, что и с… Энма проглотила горький ком в горле и крепко зажмурилась, да так, что глаза начали нестерпимо болеть. - Прости, не могу! Сев за стол, девушка стала быстро писать ответ. Рука дрожала, пальцы отказывались слушаться, и ручка то и дело выскальзывала у нее из рук. Послышался тихий скрип, и Энма вздрогнула. Оглядевшись, она поняла, что это просто ее воображение, может мыши за стеной. Нервы давали о себе знать – забитая, подчиненная под жесткие правила – сейчас она не могла даже сидеть спокойно. Каждый шорох, каждое мимолетное движение или звук, отдавались в ее измученном разуме. Сердце подскакивало в груди, готовое в любой момент остановиться и больше не страдать от чувства страха. Она прекрасно понимала, что если отправит это письмо с Шалитой, то сожжет последний мост, связывающий ее с прошлой жизнью. Больше не будет этой переписки, которая для нее являлась глотком свежего воздуха. Но тут уж ничего не поделать, самое главное – это не допустить повторения истории. Она останется тут жить, будет больше времени проводить с дочкой , и ей остаются воспоминания. *** - Ты уверена? – В который уже раз, спрашивала Шалита. Они вместе шли по людной улочке, почти не обращая внимания на прохожих. Энма была задумчива и немногословна, после того, как они покинули свое тайное убежище. Девушка передала ей письмо, уже запечатанное в конверте, но по ее лицу служанка сразу поняла, что что-то не так. После пяти минут допросов, та все-таки созналась, что произошло. - Неужели ты упустишь, возможно, единственный шанс в жизни? – Удивлялась подруга, шагая рядом с ней. – Энма, послушай, все в твоих руках! Поезжай! - Если бы все было так просто! – Горько усмехнулась зеленоволосая девушка. – Ты ведь помнишь, что произошло в прошлый раз, когда я всего лишь хотела поговорить со своими друзьями… Да, Шалита прекрасно помнила. Такое не забудешь, даже если очень захотеть. Вздохнув, она попыталась прокрутить в голове все возможные планы. Ничего не приходило на ум. - Но ведь хоть что-то… - Нет! – Резко оборвала ее Энма. – Ничего нельзя сделать! И хватит об этом! Быстрым шагом девушка направилась вперед, удаляясь все дальше. Глядя ей вслед, служанка сжала кулаки. Как же это несправедливо! Несправедливо, что такой хороший человек, как ее хозяйка, должна так страдать! К сожалению, не в ее власти, что-либо изменить – лишь наблюдать со стороны, да помогать чем сможет. Еще раз вздохнув, она стала догонять Энму. В большом доме, стоящем в отдалении от города, кипела работа. Строители, доделывали еще одно крыло к зданию, расширяя и без того огромную площадь особняка. Построенный в стиле восемнадцатого века, он был скорее поход на дворец, нежели на обычный дом. Центральное здание, высотой в четыре этажа, украшали массивные колонны, подпирающие треугольную крышу с искусной резьбой. Правое крыло отходило от основной постройки почти на пятьдесят метров. Два этажа, где располагались слуги, выглядели немного беднее, чем фасад, но так же неизменное убранство лицевой части, приводило в восторг всех, кто смотрел на него. Левое крыло, которое сейчас достраивали местные работники, по размерам не отличалось от правого. В нем располагались несколько комнат для игр, библиотека и оранжерея. В помещении, которое сейчас возводилось, Томое планировал сделать нечто вроде музея. Увлекшись раскопками, производимыми здесь, он сумел отыскать несколько интересных и очень древних вещей! И хранить их он собирался именно в новой части здания, в специально отведенном месте. Стоя сейчас на улице, под изнуряюще жарким солнцем, мужчина, прикрывая глаза рукой, вглядывался в остовы, которые в скором времени должны стать его личным кабинетом. Улыбка не сходила с его лица. - Отлично! Еще пара дней, и все будет готово! – Довольно произнес он, скорее сам себе, чем стоящему рядом с ним человеку. Тот, в свою очередь, оглянулся на хозяина поместья и тихонько кашлянул, как бы напоминая о своем присутствии. – Ты что-то узнал? – Томое даже не посмотрел в его сторону, продолжая неотрывно изучать четкие линии дома. - Да. – Человек еще раз кашлянул. Ему было трудно говорить, в горле пересохло от долгой прогулки по городу, а воды ему никто предлагать не собирался. С самым разнесчастным видом, он продолжил. – Я видел их, выходящих из какого-то старого здания. Внутрь попасть не смог, но, очевидно, именно там они проводят большую часть своей прогулки. - Интересно. – Протянул Ситори, удостоив собеседника мимолетным взглядом. – Что еще? - Ваша жена выглядела печальной, - осторожно продолжил незнакомец. – Перед тем, как войти в дом, она прям-таки светилась от восторга и счастья, я бы сказал от предвкушения… Но, когда вышла… - Понятно. Отвернувшись от наемника, Томое задумчиво зашагал в сторону главного входа в здание. Все его мысли занимала Минако. Эта женщина… Ее имя вызывало в нем смутную тревогу и опасения… В чем была их причина, он и сам не мог понять, именно поэтому и настоял на том, что бы ее звали по другому. Каждый день Томое наблюдал за тем, как она играет со своей дочерью, как смеется и веселится. И каждый раз его пронзала стрела зависти к этой идиллии, которой не было у него самого. Да, самого главного он добился – Минако стала его женой. Как на бумаге, так и в жизни. Он почти каждый день проводил рядом с ней, стараясь хоть немного завоевать ее доверие и расположение, но вновь и вновь убеждался, что все бесполезно. Эта ситуация сильно бесила, выводила из себя, доводила до приступов бессознательного гнева. В такие минуты он старался находиться подальше от жены, что бы она не видела его таким, не боялась. Но иногда просто не мог сдержать порыва. Ситори вздохнул и вошел в просторный зал, в котором его ждал еще один человек. Мужчина сразу же узнал его: - Кафа! Не скажу, что сильно рад тебя видеть, но все же… - Он подошел к гостю и поклонился. – Что ты здесь делаешь? - Я приехал, что бы переговорить с тобой кое о чем, и… - Он многозначительно взглянул на хозяина поместья. – Получить свои деньги. - Ах, ну да, конечно. – Ситори прошел к небольшому столику, стоящему у стены, на котором располагались разнообразные напитки. Снял крышку с графина и налил в два стакана коричневой жидкости. – Виски, десятилетней выдержки. – Он поднял бокал и посмотрел на него. – Превосходный напиток, тебе стоит попробовать. - Спасибо, но вернемся к нашему вопросу. – Гость благодарно принял из его рук бокал, присел в кресло, расположившееся рядом с окном и посмотрел на Томое. – Я сделал все, как вы просили. Никто, ни о чем не догадался. - Да, я в курсе, Кафа. – Кивнул Ситори, присаживаясь в соседнее кресло. – Но что ты хочешь от меня сейчас? Я, кажется, заплатил тебе сполна. - Верно, - согласился Кафа, делая глоток обжигающего напитка. – Но этого мало за ту работу, что мне пришлось проделать в Токио и здесь, в Наблусе. - Ты многого требуешь, любезный друг. – В голосе прозвучал металл, а в глазах сверкнули молнии. Это несколько напугало незваного гостя, однако, отказываться от своих планов он не стал. - Того, что ты мне заплатил за убийство родителей девушки мало! – В пустой комнате, звук его голоса прозвучал чрезмерно громко. - Молчи! – Злобно прошипел Ситори, крепко сжимая в руке свой нетронутый бокал. – Не смей произносить этих вещей в моем доме! - Ты боишься? – Усмехнулся Кафа, делая еще один глоток. – Это правильно, тебе есть чего бояться. Ведь, если все узнают о том, что ты сделал… - Я уже заплатил тебе и за работу и за молчание… - Ледяным тоном, процедил мужчина, сверля того взглядом. – Убирайся!! - Вот как? – Приподнял брови шантажист. – Значит этого не достаточно! Мне нужно больше денег! Сколько по твоему стоит спокойствие твоей жены? Ты ведь не хочешь, что бы она узнала о тебе все те вещи, что знаю я? Томое поднялся и подошел к окну. Этот человек слишком много знал, слишком! Ему необходимо заткнуть рот, иначе Минако действительно все узнает, и ему ничего не останется, как… Даже думать об этом не хотелось. Резко повернувшись, Ситори улыбнулся, вызвав этим легкий холодок на коже Кафы. - Хорошо, ты получишь свои деньги. А потом оставишь меня в покое! - Ну, конечно, - улыбнулся мужчина, вставая с кресла. - Иди на улицу и жди, к тебе выйдут. Томое наблюдал, как его гость направился к выходу. «Что ж, ты получишь то, что заслуживаешь». Он вновь повернулся к окну и задумался. Его жена в последнее время вела себя довольно странно. Конечно, она такая почти со самой свадьбы, но все же… Она ему изменяет! Совершенно верно, изменяет! Его рука непроизвольно сжалась в кулак, он с силой ударил по стене и почувствовал резкую боль в запястье. Посмотрев на разодранную на костяшках кожу, мужчина улыбнулся. - Ты не сбежишь от меня, никогда! **** Минако медленно шла по саду, окружавшему имение мужа. Здесь росли прекрасные цветы, не смотря на жаркий, восточный климат. Много специалистов со всего света обустраивали этот уголок живой природы в пустыне. Настоящий оазис! Рай в здешних местах. Подойдя к клумбе, на которой росли красивые сиреневые цветы, девушка остановилась и присела, наслаждаясь запахом. Вдохнув полную грудь сладкого, дурманящего и пьянящего аромата, она прикрыла глаза. В этом уютном уединенном месте она могла почувствовать себя в безопасности и немножко счастливей, чем есть на самом деле. - Мама! Чуть вздрогнув, Мина повернулась на звук голоска дочери. Маленькая девочка, с копной прямых, белых волос, доходивших ей до плеч, с искрящимися зелеными глазами, радостно смеясь, бежала к ней, раскинув ручки. - Наоко! – Сердце в груди счастливо подпрыгнуло. Так бывало всякий раз, когда она видела свою малышку. Все ее существо наполнялось безграничной любовью к этому хрупкому, маленькому человечку. Словно солнышко, она освещала ее безрадостные будни, заставляя веселиться и смеяться. Находясь рядом с ней, глядя в эти до боли знакомые глаза, сердце еще больше болело, но от любви. К ней, к ее отцу, которого Минако уже никогда не увидит. Но, глядя на точную копию любимого человека, становилось легче, создавалось ощущение, что он рядом с ней. Следом за дочкой шла ее няня – Хюрем Усин, хорошая, милая девушка. Она не умела говорить, еще в раннем возрасте онемела, попав в серьезную аварию. Она хорошо следила за малышкой, одним взглядом могла удержать ту от проказ. Это и нравилось Минако в ней – твердость духа и сила воли. - Хюрем, как она сегодня, не капризничала? – Обратилась к ней Мина. Та в ответ покачала головой и улыбнулась. – Хорошо. Ты не хочешь немного прогуляться с мамой? – Спросила она у Наоко. - Да! Мы пойдем к речке? Речкой Наоко называла небольшой прудик на заднем дворе, где они иногда купались. Там, на берегу, было довольно мило, песок и большие камни, которые пролежали тут тысячу лет, пока не пришли люди и не сделали их частью декора. - Конечно, если хочешь – давай сходим! – Взяв дочку за руку, она кивнула служанке, что бы та удалилась. – Мама хочет рассказать тебе одну интересную историю, солнышко. - Какую? – Зеленые глазки зажглись любопытством, а пальчик потянулся ко рту. - Э, нет. Если ты опять засунешь грязный палец в рот, то пойдешь мыться и не услышишь рассказ! – Строго проговорила Минако, демонстративно нахмурив брови. - Ой, прости, не буду! – Засмеялась Наоко, опуская руку вниз. – Расскажи! Расскажи! - Хорошо, только давай сначала дойдем до речки, ладно? – Девочка кивнула и, отпустив руку мамы, побежала вперед, что-то крича и весело смеясь. Беззаботное детство. Мине было радостно наблюдать за игрой дочки, смотреть как ее мир окрашивается в яркие краски, как она реагирует на что-то новое и интересное, как старается познать и выучить окружающую обстановку. Да, она хотела рассказать ей сказку. Сказку, про добрую воительницу за добро и справедливость. А еще Минако хотела рассказать ей о ее папе, о котором девочка так часто спрашивает. Но только что сказать? Не правду же? От этих мыслей на лице расплылась улыбка, и девушка чуть хихикнула, представив, как говорит малышке о том, что ее папа улетел на другую планету. - Улыбаешься? От звука этого голоса Мина резко подпрыгнула. Низкий, с хрипотцой, он каждый раз вызывал в ней приступ паники и желания убежать, спрятаться подальше. - Томое! Ты напугал меня! – Дрожащим голосом прошептала она, оглядываясь на дочку, которая уже беззаботно, забыв обо всем, резвилась на песке у воды. - А с чего бы? – Его взгляд пронзал насквозь, словно изучал каждое сказанное ею слово. – Ты что-то замышляешь? Почему ты улыбалась? - Томое, да что с тобой? – Изумилась Мина, хотя уже почти привыкла к неожиданным и совершенно нелогичным обвинениям мужа. – Мне нельзя улыбнуться? - Смотря по каким причинам! – Ситори тоже улыбнулся, но от этой улыбки повеяло холодом. Внутри у девушки все сжалось. Она опустила глаза и стала разглядывать желтый песок под ногами, словно выискивая у него помощи, поддержки. Вот только бездушный, расплавленный камень, ничем не мог ей помочь, отчего волна отчаяния стала постепенно накрывать ее. - Что опять не так, Томое? – Ее голос звучал тихо и безжизненно. Она готова была расплакаться в любой момент, нервы уже не выдерживали постоянных тычков, пинков и издевок. – Что я сделала не по твоей воле? - Ой, да брось! – Он отмахнулся, простодушно улыбнувшись. На миг ей показалось, что буря миновала, но глаза… в них таился лихорадочный блеск безумца, готового взорваться в любой момент. «Опасно, это очень опасно! Что мне делать? Как успокоить его?» - Что ты делала вместе с Шалитой в городе? – Прорычал мужчина, в упор уставившись на жену. Та под его взглядом буквально вжалась в землю, боясь даже вздохнуть. «Как он узнал? Его ведь не было дома, да и никто не видел, как я уходила!» - Ситори, я… - Только не смей мне врать! – На его скулах заходили желваки, явный признак того, что приступ гнева близится к своему апогею. – Ты заходила в какое-то здание! Что ты там делала? У тебя появился любовник?! Было бы смешно, если б не было так грустно. Мине очень хотелось рассмеяться, но в то же время, ее душили слезы. Слезы бессилия, страха и отчаяния. Она не могла ничего сказать ему в ответ, иначе это означало бы конец. Конец всему – ее жизни, жизни дочки… Девушка бросила быстрый взгляд в сторону спокойно играющего ребенка, перебирающего камни на берегу водоема. Зеленые волосы переливались в свете солнца, а маленькое тельце казалось таким хрупким из далека, что сердце защемило от нежности. Ну как можно ненавидеть это маленькое существо? Этого маленького человечка? А Ситори ненавидел. Она это чувствовала и видела. Да, муж пытался создать видимость идеальной семьи, но лишь первое время. А сейчас… - Что ты уставилась на нее? – Зло произнес Томое. – Отвечай мне! - Я просто гуляла с Шалитой по рынку, и мы решили зайти к одной из ее подруг, которая жила в том доме. Что в этом такого? – Она постаралась говорить, как можно более спокойно, не выдавая сильного волнения и страха. Ей почти удалось это, поскольку Томое, в свойственной ему манере, успокаивался. Плечи опустились, уголки рта стали более мягкими в очертаниях, а в глазах пропал тот огонек, что поначалу сильно испугал девушку. Как же он быстро остывал. Эти его вспышки неконтролируемой ярости тяжело давались всем домочадцам, особенно ей, которая всегда попадалась под горячую руку. - Не ври мне, Энма, никогда не ври! – Ответил, уже спокойнее, Томое. – Ладно, я пойду в дом, у меня есть еще неоконченные дела. - Хорошо. – Вздох облегчения вырвался из ее груди, когда Ситори скрылся за дверью дома. Присев под небольшим, пушистым деревом, названия которого она не знала, Мина стала рассматривать открывающийся пейзаж. Вот только она ничего не замечала, кроме картинок в голове, с бешеной скоростью проносящихся мимо. Картинки из ее прошлой жизни, из того времени, когда она была счастлива и не знала о такой жизни ничего. Прикрыв глаза, она стала тихонько напевать красивую мелодию, услышанную сегодня в городе. Ее пела бедная девушка, одетая в простое коричневое платье и шарф. Нищенка стояла прислонившись к стене дома, выглядевшего ничуть не лучше своей хозяйки. Песенка лилась из ее уст, подобно ручейку весной – весело, непринужденно. Наполненная жизнью и любовью. Когда сейчас ее пела Минако, она звучало жалко и фальшиво. - Мама! Мама! Наоко подбежала к ней и протянула небольшой букетик цветов, которые собрала на берегу. В глазах светилась такая знакомая искорка. - Девочка моя! – Протянув руку, она убрала прядь волос за ушко. – Спасибо, солнышко. – И тут же, шутя, схватила ее за руку и прижала к себе, щекоча малышку. Та с веселым писком и хрюканьем пыталась отбиться от нее, но безуспешно. - Мамочка, нет, пожалуйста! – Смеялась она. – Не надо! Ой! Ай! Через минуту эта забава надоела им обоим, и Наоко прилегла к Мине на колени: - Расскажи мне сказку, мама! – Попросила она. - Конечно, зайка. Какую ты хочешь? – Улыбнулась Мина, гладя по голове дочку. Та задумалась, словно перебирала в голове сотню вариантов: - Я хочу о воине. Доброй тете. - Ах, ты об этом! – И снова улыбка, только на этот раз печальная. Она столько раз рассказывала своей дочке историю о храбрых воинах, которые защищали мир от зла. Она могла рассказывать ее снова и снова, перебирая в памяти все события, произошедшие с ней и ее подругами. Как она по ним скучала! Все бы отдала, лишь бы увидеть… ну хоть на минутку! Но нельзя, иначе они… - Я расскажу тебе сегодня одну историю, про девочку, которая была подругой той самой Сейлормун! Ее звали Шикако Райно. - Хорошо! А она тоже била плохих дядь? - Да, и не только. Еще она сражалась с одним очень плохим демоном. – Мина вздохнула. – Он постоянно обижал Шикако, не давал ей и шагу ступить без его на то согласия. - Но она ведь защищала мир, почему этот дядя так плохо с ней обращался? - Просто дядя был очень несчастным человеком, девочка моя… очень несчастным. – Мина вздохнула и прикрыла глаза. Ей так хотелось вернуться в прошлое. Туда, где не было ни Томое, ни тех бед, что он принес со своим появлением. Сколько раз она мечтала о том, что меняет свою судьбу. Но это лишь мечты, которым не суждено сбыться. То, что сейчас – суровая реальность, и она не отпустит ее, никогда. Ей не суждено ничего поменять, и бороться было бесполезно. Сил не было. *** - Минако, но как ты согласилась на такое? А как же мы? Как же Ятен? Девушка опустила глаза и посмотрела на свои руки. Они слегка дрожали. - Усаги, ты ведь понимаешь, что сейчас мы не можем бороться, Я не могу! – Она сжала руки в кулаки и зажмурилась. – Мы больше не в состоянии дать отпор врагам. - Но это и неважно! – Горячо проговорила подруга, беря ее за руку. – Если ты сейчас выйдешь за него замуж, то все изменится! - Я знаю, но у меня больше нет сил. Я так устала! – Слезы потекли из глаз Минако, и она быстро стерла их ладонью. – Я постоянно живу ложной надеждой, что ОН вернется! Каждую ночь смотрю на небо, выискивая среди множества звезд, ту единственную, что мне нужна! - Айно говорила тихо, но подруга, сидящая напротив нее за столиком в кафе, слышала каждое слово. – С каждым днем вера в лучшее тает. - Минако… - Усаги, ОН не вернется. – С горечью проговорила девушка. – Я так устала, ты даже не представляешь! Я полностью подавлена! Не могу сопротивляться Томое! Каждый день его поведение меняется, словно погода на море. То он хороший, добрый и нежный, а иногда подобен грозе – внезапные вспышки, молнии, которые пугают меня больше всего. Я знаю, что он болен, что с ним что-то не так… Но я его боюсь. Просто боюсь и ничего не могу с этим поделать. Я даже если бы захотела, то не могла сопротивляться ему. Что я могу? – Мина взглянула на Усаги. – Я жду ребенка, при таком состоянии ничего не остается, как покорно и молча сносить все его замашки. - Но ведь должен же быть хоть какой-то выход? – Спросила Цукино. - Может он и есть, только в данный момент я не вижу его! – Печально улыбнулась блондинка. – Если я уйду от него, то окажусь на улице, без денег, без дома, без всего. К тому же… - Мина прикрыла глаза, вспоминая слова Ситори. Он ни перед чем не остановится, что бы добиться своей цели. Когда муж сообщил ей, что хочет уехать из Токио, она отказалась. Здесь ее друзья, ее жизнь, здесь все, чем она так дорожила! Но Ситори лишь цинично усмехнулся: «Тогда я отниму у тебя все, что тебе дорого! Ты знаешь – я могу устроить все так, что твои друзья навсегда покинут этот мир!» В тот день Мина поняла, какую ошибку совершила, выйдя замуж за чудовище, для которого нет ничего святого на этом свете! Это монстр, способный даже на убийство. К ней пришла страшная мысль – а вдруг это он подстроил катастрофу ее родителей? Но быстро отмела эти мысли подальше – слишком ужасно было думать о таком. Но если он сейчас угрожал убить ее друзей, то ведь, может сделать это и на самом деле? Нет, она не хочет потерять никого, кого любит! И ради них, ради будущего дочери – стоит потерпеть, забыть о себе и думать о безопасности близких ей людей. - У нас больше нет сил. Ты забыла? – Минако руками закрыла свое лицо, облокотившись на стол. – Мы не можем сражаться, а значит, что и не сможем предвидеть будущие опасности! - Да, мы больше не воины, но мы все равно люди, которые умеют бороться! – Настойчиво произнесла Уса. – И мы будем… - Не будем! – Перебила ее подруга. – Потому что не умеем противостоять людям, убийцам, способным на все! – Вздохнув, она посмотрела на Цукино. – Наши силы запечатались. И мы больше не обладаем теми качествами, которые были до сих пор. Сражений нет, демонов нет, а значит и сейлорвоинов больше не будет! - Да, мы не можем сражаться, как раньше. – Усаги немного загрустила. – Все так. Наши силы запечатаны в хрустальном мече, в Серебряном тысячелетии. И мы не можем их вернуть, но нельзя терять веру в друзей, Минако! Мы сумеем противостоять врагу! - Но не такому! – Снова горько усмехнулась девушка. *** - А почему они больше не могли сражаться, мамочка? – Спросила Наоко, посмотрев на Мину снизу вверх. - Просто прошло время, солнышко. И королева Серебряного тысячелетия запечатала силы в меч, который хранится у нее во дворце. - Но зачем она так сделала? - Королева хотела, что бы мы жили, как обычные люди. – Улыбнулась Мина. – Ну, в смысле, они жили, как обычные люди. И, поскольку в мире наступил мир и покой, то и силы воинов оказались ненужными. – А что изменилось бы, если все осталось так, как и прежде? Неужели они имели право использовать ее против людей? Нет. Но Томое… Как с ним бороться? Они не смогли бы ничего сделать… ведь, убить человека… это ужасно, каким бы он ни был. К тому же, что могут силы воинов, если в тебя летит пуля? Да ничего! Ее друзья всегда будут в опасности, до тех пор, пока Ситори жив. И теперь, когда защитники остались в прошлом, когда больше не нужны… не нужны… Ей вдруг стало так тоскливо от только что произнесенной фразы. Они стали не нужны. Сколько раз, защищая этот мир, девушки жертвовали своими жизнями, а теперь… Нет, конечно, это хорошо, что никто больше не нападает на Землю, не пытается убить людей и захватить весь мир… И все же… раньше она чувствовала себя более нужной, чем сейчас. - Мама, я хочу есть, - проговорила Наоко, вскакивая с колен. – Идем домой! - Да, милая, идем! Минако поднялась и направилась вслед за дочкой. Если бы можно было все изменить! Если бы… - Тогда и мои друзья были бы живы… **** Полная луна освещала прекрасный сад своим холодным, бледным светом. Каждый цветок, каждая травинка были похожи на сказочные, сияющие и в то же время немного пугающие осколки разбитого стекла. Стекла… Минако осторожно ступала между рядами клумб, стараясь не наступить на цветы. Ее взгляд был прикован к бледному диску, висящему над головой. Всегда, в такие ночи, ей было очень грустно. Она вспоминала своих подруг, как им было весело, как раньше жила… А что сейчас? Минако печально улыбнулась и опустилась на одну из скамеек, стоящих в саду. Весь дом спал, не было слышно ни звука. Погрузившись в свои невеселые мысли, девушка уставилась на цветок названия которого не знала. Почему она никак не может вырваться из этого замкнутого круга? Томое настолько пугал ее, что иногда и слова сказать было страшно! Сегодня он снова попытается взять ее силой, как это уже не раз бывало. Мина вздохнула. Ей совсем не хотелось идти в дом, в их спальню. Да, иногда он проявлял удивительное благородство, но это случалось настолько редко, что почти и не запоминалось. Снова эти ненавистные прикосновения, вновь ощущение тошноты и горечи. Снова слезы и боль. Когда же все это закончится? Когда? Ее взгляд переместился на луну. Она словно подмигивала ей, прося быть сильной, сохранять остатки самообладания и не поддаваться тому бесконечному отчаянию, которое готово было захлестнуть ее с головой. - Что мне делать? – Тихо прошептала девушка. – Что мне делать? Как усмирить того демона, обитающего в его душе? Возможно ли такое вообще? Ситори был болен, но никак не хотел признавать этого! Ну конечно, разве человек когда-нибудь признает, что ненормальный? И что ему нужна помощь психиатра? Тем более Томое! да стоит только заикнуться об этом, как он взрывается подобно бомбе. А Наоко? Она пока еще маленькая и ничего не понимает. Хорошо относится к человеку, который дал ей свою фамилию и назвал дочерью. Но как же ей хотелось, что бы малышка узнала своего настоящего отца! Ятена! Сердце болезненно сжалось от воспоминания о любимом. Его зеленые глаза, его улыбка, его теплые руки. Слезы незаметно покатились из глаз, маленькими солеными бусинками падая на юбку. Всхлипнув, Мина встала и не спеша направилась в дом. Стоит ли оттягивать неизбежное? Завтра она постарается забыть о ночи. Как всегда. Только и остается, что прятать весь ужас глубоко внутри, пытаясь не сойти с ума. Она прошла мимо клумбы с красивыми, нежно-розовыми цветами. Сладкий аромат заструился вокруг девушки, словно проникая в ее тело. На мгновение она остановилась и глубоко вздохнула. Как сладко, как невообразимо сладко! Вдруг, послышался легкий шорох, и Минако вздрогнула. - Привет, не спится? А Я уже заждался тебя. – Из темноты, словно призрак, выплыл ее муж, улыбаясь. – Вот, решил пойти, поискать. - Томое! – Она непроизвольно сделала шаг назад. - Извини, не хотел тебя напугать. – Он подошел к ней и положил руку на плечо. – Но я просто не мог больше ждать. Знаешь, о чем я сейчас думаю…? Девушка поежилась. Почему-то она сразу поняла, что мужчина хочет. Но только не здесь, пожалуйста, только не в этом прекрасном саду! Не там, где она могла чувствовать себя свободной и счастливой! И не возле этих цветов! - Пойдем в спальню, Томое. – Тихо проговорила она, собираясь обойти его, но мужчина, улыбнувшись еще шире, преградил ей путь. - Нет, я хочу тебя прямо здесь, среди такого великолепия! Разве эти цветы не прекрасны? – Он обвел рукой сад. – Как и ты… - Выдохнул он, придвигаясь ближе. Его губы прошлись по щеке и спустились ниже. Минако передернуло, но сделать она уже ничего не могла, он был сильнее. Ее воля подавлена, все желания мигом испарились, все чувства и эмоции пропали. Единственное, что она ощущала, это прикосновение его рук, грубых и шершавых, царапающих ее кожу. Он сбросил с девушки легкое платье и раскинул его, словно одеяло на земле, а затем уложил на него Мину. - Я хочу тебя здесь, дорогая! Продолжая целовать ее, Ситори быстро снял с себя остатки одежды и бросил рядом. Минако закрыла глаза, она не могла выносить его голый вид – неприятное, обрюзгшее тело, которое сейчас было на ней, вызывало лишь отвращение и тошноту. Он раздвинул ей ноги и резко вошел в нее. Девушка вскрикнула от боли, но мужчина тут же закрыл ей рот ладонью, прошипев на ухо: - Не ори! Все будет хорошо! Сейчас нам будет очень хорошо! – Он двигался быстро, резко, доводя себя до экстаза. Его глаза закатились, стали видны одни лишь белки. Что делало его похожим на живого мертвеца – бледный свет луны придавал образу устрашающую правдоподобность. Мина еще сильнее зажмурилась. Ей не хватало воздуха, она с огромным трудом дышала – рука Ситори все еще крепко зажимала ей рот. Слезы потекли из глаз, оставляя на висках мокрые дорожки. Она лежала на холодной земле, терпеливо снося все, что с ней делал муж, понимая, что ничего другого ей не остается. Ее тело почти кидало из стороны в сторону, с таким остервенением он входил в нее. Еще толчок, еще… еще… Боль пронзила тело, когда Томое поднял одну ее ногу над головой, стараясь войти еще глубже, словно пытался полностью раствориться в ней…или поглотить… - Да! Вот так хорошо! Милая! – Он пропыхтел эти слова ей в ухо, обдавая горячим дыханием. Его потное тело скользило по ней, с каждым новым проникновением, вызывая приступ тошноты. Но Минако терпела, она старалась думать о чем-то другом, о том, что приносило ей радость – о прошлой жизни, о любви, о дружбе. Отбрасывая суровую реальность в дальний уголок своей памяти – она старалась выкидывать каждую секунду, проведенную в обществе Ситори. Его грубые движения причиняли боль, но она была где-то очень далеко, в другом конце Галактики, на краю света. Не она сейчас лежала голая в саду, ощущая стыд и бессильный гнев. Не ее тело сейчас разрывает на части, не ее…не ее… Наконец, последний толчок и Ситори быстро вышел из нее. Отвернувшись в сторону, он вскрикнул и согнулся. Минако была благодарна ему уже за это – он никогда не кончал в нее. А значит, она не рискует родить от этого чудовища ребенка. Может, он и сам понимал, что дети у него нормальные не получатся… хотя…такой человек вряд ли задумается над этой проблемой, просто очередная заморочка, которая очень радовала Мину. Она поежилась и приподнялась. Между ног саднило, спина болела, а во рту пересохло. Она чувствовала себя так, словно ее сбила машина. Быстро натянув на себя изрядно помятое платье, девушка поднялась. Ситори все еще сидел согнувшись, никак не приходя в себя от испытанного оргазма. Он тяжело дышал и смотрел прямо перед собой ничего не видящим взглядом. Минако решила воспользоваться этим и быстренько уйти. Проходя мимо клумбы, которой еще пять минут назад так восхищалась, она поняла – этот запах отныне будет вызывать у нее только тошноту. ***** Кое как доковыляв до комнаты, тысячу раз пожалев, что она общая с мужем, девушка направилась в ванную. Она знала, что у нее есть минут пятнадцать, пока тот приходил в себя. Такое случалось всякий раз, как мужчина испытывал оргазм. Почему так – она не знала, но ее радовало, что сейчас она может побыть в одиночестве. Включив воду, Минако быстро стала тереть себя губкой, стараясь смыть любое напоминание о его прикосновениях, смыть его запах и пот. Снова вздрогнув от отвращения, она заплакала, крепко сжав губку в руке. Каждую неделю одно и тоже, вот уже несколько лет. Как такое пережить? Сколько она еще выдержит этих издевательств? Невозможно всякий раз отгонять от себя воспоминания, терпеть близость мужчины, которого она не выносила! Стоя под горячими струями душа, Мина подумала о письме, которое послала Усаги. Почему-то сейчас, после того, что произошло в саду, ей нестерпимо захотелось улететь в Токио. Захотелось увидеть друзей, а больше всего – Ятена. Обжигающие слезы текли по щекам, смываемые водой. Но девушка ничего не замечала, думая лишь о том, как же ей сбежать от всего этого ужаса? Что сделать для того, что бы Ситори отпустил ее? Внезапно возникшая идея, поразила девушку и заставила поежиться. Сможет ли она? Ради него – да! Пожалуй, сможет. Услышав, как тихо скрипнула дверь, Мина вздрогнула и отругала себя за это – ну сколько можно трястись от каждого шороха? Быстро выключив душ, натянув на себя халат, она вышла из ванной. Теперь она знала, чего хочет. Знала, что не сможет оставаться тут, ведь в Японию вернулся тот, кого она ждала столько лет! Только сейчас она поняла, что совершила ошибку, написав подруге о том, что не прилетит! Шалита была права – стоило подумать как следует, прежде чем спешить с ответом! Но сейчас… сейчас она как никогда была полна решимости добиться своего! И знала, как действовать. Ситори развалился на кровати, тяжело дыша. Он до сих пор не восстановил силы, что ж… это было Минако на руку. Она подошла к нему и присела рядом, отчего тот удивленно посмотрел на нее: - Минако? Что ты… - Тссс…. – Девушка приложила пальчик к его губам, от чего мужчина слегка вздрогнул. Затем нежно провела пальцем по его голой груди. Чуть наклонившись, она поцеловала его в губы, совсем слегка, незаметно. Спустилась ниже и дотронулась языком до его соска, сделав круг и чуть прикусив. Томое издал животный рык и притянул к себе жену: - Ты сводишь меня с ума! Что с тобой? – Его глаза потемнели, в них почти ничего не осталось от прежнего цвета. – Минако… как жаль, что тебе пришлось сменить имя… оно так прекрасно! «Это ты заставил меня сделать это!» - Подумала девушка, но вслух сказала: - У меня к тебе будет одна просьба, милый. – Ситори чуть напрягся, но потом расслабился и прикрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями жены. - Что такое? Мина спустилась еще ниже, накрыла ладонью его горячий член и погладила. Он вздрогнул и приподнялся. Девушку передернуло от отвращения, но останавливаться она не собиралась. - Все, что угодно, только не останавливайся! – Выдохнул мужчина, сжимая руками простыни. - Я хочу попросить тебя… - Осторожно начала она, проводя языком по гладкой коже, заставляя его стонать от острого наслаждения. «Даааа, ты ведь об этом мечтал, не так ли? Я знаю, чего ты хочешь…знаю, как заставить тебя сделать так, как я хочу. Даже если ради этого мне придется потом жалеть! Я делаю это ради него, только ради него!» Минако пыталась не обращать внимания на то, как ее желудок переворачивается, сжимаясь в узел. Все потом, лишь бы добиться своего! Один раз можно и потерпеть! Зато после… Она обхватила своими губами его член, слегка сжав внизу рукой. Ситори громко застонал: - Все, что хочешь! Все! Все! – Закричал он, когда Мина начала ласкать его. - Я хочу… - Она осторожно, слово за словом, боясь слишком поторопиться, говорила. – Что бы ты… - Еще одно движение и мужчина снова громко застонал. - Да! Да! - Отпустил меня на две недели в Токио… - Наконец сказала она. Ситори резко распахнул глаза, готовый возразить, но девушка быстро лизнула маленькую головку, проведя вокруг языком. От этого движения, мужчина вновь закрыл глаза и громко закричал. - Отпустишь? – Тихо прошептала она, беря в руку разбухший член, водя вверх-вниз, не спеша, изматывая его, доводя до верха экстаза. - Минако…я… Девушка остановилась, зная, что это сведет его с ума. Мужчина вновь вскрикнул, но на этот раз от разочарования: - Да! Хорошо! Только не останавливайся!! Есть! Минако переполнила волна счастья и радости! Она добилась своего! Теперь Томое не сможет запретить ей! Ведь свое слово он держал всегда! А значит, завтра она улетит! Улетит! Ее рука быстро двигалась, доводя до оргазма. Наконец, он кончил, густо залив руку девушки спермой. Но сейчас она не заметила этого, полностью поглощенная своей победой. Она быстро убежала в ванную и помыла руки. Когда вернулась в спальню – Ситори уже крепко спал. Да! Все было не напрасно! Она знала, что сможет добиться своего! Теперь у нее будет две недели, что бы насладиться жизнью. Вновь почувствовать себя живой. Мина легла спать с улыбкой на губах. Но она не знала, что утром ее ждал не совсем приятный сюрприз. ***** «Вот мерзавец! Я так и думала, что он просто так меня не отпустит! Ну почему обязательно все должно быть так, как он хочет?!» Минако была очень зла. Она нетерпеливо расхаживала в здании аэропорта, ожидая посадки на свой рейс. Внутри царила тишина и покой, так необычна для этого места. Но здешний городок не отличался особой популярностью, особенно в области перелетов. Несколько человек сидело в зале ожидания, состоящий из десятка стульев и одной кассы, где можно было приобрести билеты и там же зарегистрироваться. Процедура проста до безобразия. Никаких хлопот и лишних проверок. Всего один самолет в сутки и тот – доисторический кукурузник. Томое отказался предоставить личный транспорт, оправдывая это тем, что «… ты и так слишком много просишь…» - А мне и этого достаточно! – Пробормотала девушка, вновь подходя к окну и нетерпеливо топая ножкой по каменному полу. Утром, когда Мина проснулась, то первым делом отдала приказ о том, что бы собирали ее вещи и вещи Наоко. Настроение было превосходным и, казалось, ничто не могло омрачить его. Девушка буквально летала по дому, собирая вещи, что-то тихонько напевая под нос. В комнату вошла ее служанка: - Энма, я упаковала все, что необходимо. - Спасибо, Шалита. У меня есть еще одна просьба к тебе… - Начала девушка, но тут в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, вошел ее муж. - О! смотрю ты в прекрасном расположении духа! – Воскликнул он, осматривая ее с головы до ног. - Да, я как раз собираю вещи. – Улыбнулась девушка. Однако внутри что-то неприятно кольнуло. - Интересно. – Протянул Ситори, задумчиво почесывая подбородок. - Что? – Спросила девушка, быстро запихивая в сумочку маленькую коробочку. - О! А это что? – Ситори подошел к ней и протянул руку, намереваясь взглянуть, но Мина отшатнулась, прижимая ее к груди. - Да так, ничего особенного! – Нервно хихикнула она, кинув быстрый взгляд на Шалиту. – Небольшой сувенир, Шалита помогала выбирать. Я хотела подарить его Усаги. - Да? – Томое повернулся к служанке, та кивнула, опустив голову. – Ну, что ж… - А где Наоко? - Нетерпеливо заворчала Минако. – Нам скоро выходить, а то к вылету не успеем… - Она не летит с тобой. – Произнес Ситори, и его слова подобно грому в тихую ночь, пронеслись по комнате. - Ч….ч…что? – Слова застряли в горле, она не знала, что сказать. Все мысли в момент вылетели из головы, в горле пересохло. – Что? – Еще раз задала вопрос девушка, надеясь, что ослышалась. - Наоко останется здесь, со мной. – Повторил Томое, довольно улыбаясь. Он подошел к окну, уперев руки в бока и стал рассматривать открывшийся вид. - Но… но… - Как же такое возможно? Прекрасное настроение и уверенность в себе улетучились в мгновение ока. Она практически упала на кровать, расстроенно вздохнув. Ее взгляд опустился на руки, крепко сжатые в кулаки. – Но ты ведь обещал… - Непонимающе прошептала девушка. - Я обещал, что отпущу тебя… - Вот именно! – Воскликнула девушка, вскакивая. - Тебя! – Громко и четко произнес мужчина, повернувшись к ней и довольно ухмыльнулся. – Именно, дорогая. – И тут до нее дошло о чем говорил муж. Побледнев, Мина вновь опустилась на кровать и снова принялась рассматривать свои руки. – Ты просила, что бы я отпустил тебя, вот ты и поезжай, а Наоко останется здесь, до твоего возвращения. - Но как же… - Несчастная осеклась, с опаской посмотрев на мужчину. Он может передумать в любой момент… Но оставлять дочь с ним было неразумно, все таки она еще маленькая. - Не переживай, Шалита за ней прекрасно присмотрит. – Почти ласково произнес Томое, но в голосе прозвучало самодовольство и в некотором роде угроза. «Он это специально делает! – Догадалась Мина. – Что бы я не сбежала!» По глазам мужа она поняла, что оказалась права. - Ты ведь вернешься, не так ли? – Спросил он, подходя ближе. – Не оставишь дочь и меня? - Ну, конечно! – Произнесла девушка, бросив печальный взгляд на служанку. Та лишь покачала головой, как бы говоря: «Ничего не поделать, терпи!» - Что ж… - Она встала и направилась к двери. – Хочу перед отлетом побыть немного с Наоко. Если ты не против? - Ну, конечно, нет. Иди, дорогая. – Довольно произнес мужчина. В который уже раз он взял верх над ней! Когда же это кончится?! Она быстро шла по коридору, сжимая кулаки. Все в ней кипело от злости, бессилия и обиды! Она не собиралась убегать! Знала, что бесполезно. Просто хотела поехать в родной город с дочкой, отдохнуть с ней там, повеселиться. Впервые за столько лет она чувствовала себя по настоящему счастливой! Жаль, что это ощущение продлилось так недолго! Расставание с дочерью немного поубавило радости от поездки. Однако внутри по прежнему билось маленькой бабочкой удовольствие от такой небольшой, но все же значимой победы над Ситори! И она увидит своих подруг! Две недели быстро пролетят, и она вернется к своей малышке. Самое главное сейчас – думать только о предстоящем отлете и о том, что ее ждет впереди! ***** Аэропорт Токио отличался от того мелкого, захолустного и неопрятного павильона, гордо и совершенно незаслуженно именовавшегося зданием аэропорта в Наблусе. Шум, суета, сотни людей, толпившихся в разных уголках здания. Гул голосов, заполнявший помещение, отдавался, казалось, в каждой клеточке ее тела. Минако стояла в самом центре зала прилета и оглядывалась. Ее всю трясло. Но не от страха или грусти. Наоборот, все ее существо переполняла радость, возбуждение от того, что она в знакомом и родном месте. Каждого человека хотелось подойти и обнять! Улыбка не сходила с ее лица, пока она шла к выходу, собираясь поймать такси. Конечно, отсутствие Наоко немного огорчало ее, но все таки Мина была уверена, что с девочкой все будет хорошо! Поэтому сейчас, первым делом, она подумает о себе! Быстро сев в подъехавшее желтое такси, она назвала адрес и откинулась на сиденье. По щекам побежали слезы, слезы радости и отчаянного счастья. Ей казалось, что сердце сейчас перестанет биться в груди, что она забудет как дышать от волнения и восторга! - С вами все в порядке? – Поинтересовался водитель, глядя на нее в зеркало для заднего обзора. - Да, спасибо! – Ответила девушка, вытирая слезы. – Просто я очень рада, что вернулась сюда! Давно не была в родных краях. - О! Я вас понимаю. Часто вижу такое, когда… Но Минако его уже не слушала. Она смотрела на проплывающие мимо здания. И в каждом видела частичку своего прошлого – счастливого и безмятежного! Они проехали мимо любимого кафе, в котором так любили отдыхать девочки, а вот и парк, где они часто гуляли. Вздохнув, девушка приложила руку к груди, почувствовав как сильно бьется ее сердце. - Ну, что еще такое! – Недовольно проворчал водитель, положив руки на руль и чуть наклонившись вперед, заглядывая за предела лобового стекла. - Что случилось? – Встревоженно спросила пассажирка. - Пробка! Перекрыли движение! – Простонал мужчина, поморщившись. – Небось опять какие-нибудь шишки едут! - О! – Вздохнула она. Совсем не хотелось терять ни одной лишней минуты своего «отпуска». – Дальше я пойду пешком, спасибо! Она протянула водителю деньги и поспешно выбралась из машины. Забрав чемодан, поспешила по дороге в сторону дома Усаги – к ней она и направлялась. Всего лишь квартал, только один квартал отделял ее от подруги, от радости встречи и безграничного счастья. Предвкушая, что скажет Усаги, счастливая Мина буквально неслась по улице. Вот он! Ее дом! Наконец-то! Быстро пробежав по дорожке, оставив чемодан у калитки, девушка нажала на кнопку звонка и стала ждать. Через минуту дверь открылась. !!!!!!!!!!!!!прода!!!!!!!!!!!!!! На пороге стояла мисс Цукино, с удивлением глядя на незнакомку: - Здравствуйте, чем могу помочь? - Добрый день, - поклонилась Минако, - могу я поговорить с Усаги? - Ты знаешь Усаги? – Протянула женщина, все еще с недоверием смотревшая на нее. – Ну… проходи… я сейчас позову… - Нет, спасибо. Если вы не против, то я бы подождала ее в саду. – Сделала шаг назад Мина. Это еще больше удивило хозяйку дома, но та не стала задавать лишних вопросов, а просто кивнула: - Хорошо, если хочешь. Дверь закрылась, оставив девушку наедине со своими мыслями и переживаниями. Сейчас она увидит свою любимую подругу! Подумать только! Спустя несколько лет, пережив невообразимое – она вернулась туда, где ее сердце бьется сильнее! Пройдя по узенькой тропинке, девушка завернула за угол и остановилась. Все ее мысли сейчас занимала предстоящая встреча. Что Усаги скажет? Как отреагирует на ее появление? Наверняка не узнает ее. Неудивительно, ведь она так сильно изменилась! Печально, но это правда! Девушка опустила голову и принялась разглядывать свои руки, сцепленные вместе. Вдруг, за спиной она услышала тихий вздох, словно всхлип. Резко обернувшись, Мина встретилась лицом к лицу с подругой. Усаги стояла так близко, что достаточно было протянуть руку, что бы дотронуться до нее. Всего лишь расстояние вытянутой руки… Но в то же время, словно пропасть. Усаги стояла прямо перед ней, как всегда – милая, с любимыми хвостиками на голове. Легкий ветерок шевелил наспех накинутую куртку, которую она так и не потрудилась застегнуть. Торопилась… - Привет… - Начала она, улыбнувшись незнакомке. Это вполне в духе Усаги – улыбаться незнакомым людям и дарить всем окружающим свое тепло. Мина не могла сдержать улыбки. На нее нахлынули все чувства, что она держала глубоко внутри все эти годы. Слезы полились из глаз, руки затряслись еще сильнее, а ноги подкашивались. - Усаги… - Только и смогла прошептать девушка. Усаги широко распахнула глаза от удивления. Этот голос! Его невозможно перепутать, невозможно не узнать! - Что? – Неверяще спросила Цукино, всматриваясь в лицо гостьи, разглядывая ее, ища подтверждение своим мыслям. Надеясь, умоляя, что бы это был не сон. - Усаги… - Вновь всхлипнула девушка, протягивая к ней руку. – Это я… - Ми… - Тссс… Минако приложила палец к губам и кивнула. - О Боже! – Потрясенно проговорила Уса, все еще не отойдя от шока. Ее подруга, умершая несколько лет назад, а недавно написавшая ей письмо – здесь, перед ней! Но теперь это уже не Минако Айно, какой ее все знали – перед ней совершенно незнакомая девушка! - Не может быть! Кто ты такая?! – Шок, перешел в удивление, а потом и в негодование. – Как ты смеешь являться сюда и сбивать меня с толку?! Ты не можешь быть ею! Она умерла! – Уже тише добавила блондинка, опуская голову. Это невозможно! «Минако ведь написала, что не хочет приезжать!» - Усаги, посмотри на меня! – Тихо попросила незнакомка. Она подошла к ней и взяла за руку. Уса вздрогнула, но руки не убрала. Слезы жгли глаза – она боялась обмануться, боялась, что все это лишь иллюзия и через минуту она исчезнет, пропадет! - Боже! Я столько раз мечтала, что смогу взять тебя за руку, что вновь увижу тебя! – Проговорила Минако, крепче сжимая ладошку подруги. - Мои мечты стали реальностью! Я здесь, рядом с тобой, принцесса! Принцесса! Невероятно! Это она! Минако! И она сейчас стоит рядом! Уса больше не могла сдерживаться, зарыдав уже в голос, она бросилась к гостье и крепко ее обняла, прижимая к себе, боясь отпустить. - Не исчезай, прошу! Не уходи, останься здесь, со мной, с нами! – Плакала Усаги, водя руками по спине девушки. Это действительно был не сон. – Пожалуйста! Я не переживу, если ты снова покинешь нас! О Боже! Ты жива, ты действительно жива! Девушки стояли и плакали, не в силах оторваться друг от друга. **** - Когда я только получила твое письмо, самое первое, - говорила Уса, - то подумала, что это чья-то злая шутка! Они сидели в комнате, уютно расположившись на небольшом диванчике, и попивая чай. Мина держала кружку двумя руками – ее трясло – от счастья, от невероятного облегчения. Впервые за столько лет, она чувствует себя спокойно и умиротворенно. - Но я так хотела верить, что все это правда! Что ты действительно жива! – Горячо проговорила подруга. – Расскажи мне! Расскажи мне все! Что с тобой случилось? В письмах все так пространственно, непонятно. Что твой муж сделал? Почему ты уехала? И почему так выглядишь? Она бросила оценивающий взгляд на короткие зеленые волосы Мины. - Минако, я… - Прошу, - девушка подняла руку и посмотрела на Цукино. – Меня теперь зовут Энма. Мое настоящее имя произносить опасно. У Ситори везде есть глаза и уши! Надо быть очень осторожными. Называй меня только так, хорошо? - Ладно, хоть мне это и непонятно. – Наморщила носик блондинка. – Это все так ужасно! Все, что ты пережила… я, имею ввиду… - Она замолчала. Да и что тут скажешь? - Ничего, теперь у меня есть Наоко. – Улыбнулась Энма, сразу вспомнив маленькое личико дочки, ее крохотные ручонки, обнимающие ее за шею и большие зеленые глаза. – Она так на него похожа… - На кого? На Ситори? – Опешила Усаги. - Нет, - с улыбкой покачала головой девушка. – Я все тебе расскажу. Понимаешь… Внизу раздался звонок в дверь. - Я открою! – Крикнула мисс Цукино с кухни. - Ой, - вскочила Уса. - Что такое? - Я совсем забыла! – Воскликнула блондинка. – Девочки ведь должны прийти сегодня! Не успела она договорить, как в комнату вошли Ами, Рей и Макото. Она удивленно покосились на незнакомку, затем перевели взгляд на Усаги. - Привет, мы не знали, что ты здесь не одна. – Протянула Рей, немного подозрительно косясь на гостью. - Если мы помешали… - Да нет, все хорошо. – Сказала Усаги. – Это моя подруга – Энма. Она недавно прилетела в Токио. Мако улыбнулась, Ами присела рядом, а Рей так и осталась стоять на месте. - Рей? – Спросила ее Цукино. – Ты чего? Та отвела ее в сторону и зашептала на ухо: - Как-то мне не по себе. Твоя знакомая так смотрит на нас! К тому же, у нее выражение лица, словно она сейчас заплачет! - Да не обращай внимания. Она долго была за границей. – Отмахнулась блондинка. - Усаги! – Позвала ее Энма. – Я пойду, пожалуй. Не стану вам мешать! - Но ты нам не мешаешь! – Воскликнула девушка, подходя к ней. – Прошу, останься хоть ненадолго! Я так давно тебя не видела! Я… - Не расстраивайся, - тихо прошептала Энма. – Мы еще увидимся! Но мне нужно кое кого увидеть. – И она многозначительно посмотрела на подругу. Та кивнула и обратилась к сидевшим девочкам: - Я провожу Энму, сейчас вернусь. - Хорошо. – Кивнула Ами. – Надеюсь, еще увидимся. - Да, приходи снова. – Ответила Макото. И лишь Рей промолчала, все еще пристально разглядывая незнакомку. - Спасибо, - улыбнулась Энма. – Обязательно. – И быстро отвернулась, боясь, что они увидят навернувшиеся на глаза слезы. Сердце защемило от печали – она ведь не могла им ничего рассказать! это подвергло бы их опасности! И так она не могла себе простить того, что Уса все знает – но тут уж ничего не поделать. Сама виновата, что не выдержала. Спустившись вниз, возле самой двери, Цукино быстро обняла девушку: - Прошу, мы ведь еще увидимся? - Да, не волнуйся. – Заверила ее Энма. - Хорошо. – Это, казалось, ее успокоило. Затем, девушка быстро достала из кармана какой-то листочек и протянула его подруге. – Вот, адрес Ятена. Мина тяжело сглотнула и дрожащей рукой взяла протянутый клочок бумаги. - Только… - Усаги помолчала, подбирая слова. – В последние несколько недель… понимаешь… Ятен оплакивает тебя. он очень сильно переживает твою смерть… и… ну, ты понимаешь.. - Боже! Так он знает и о ребенке? – Охнула девушка. - Да, прости. Но я не могла не рассказать ему. – Уса смахнула слезинку, скатившуюся по щеке. – Он раздавлен, Энма, потрясен. Все время пьет, не слушает никого! И вот еще что… Ятен постоянно ходит в один бар. Если по адресу его не застанешь, ну или он не откроет, что вполне возможно, то найти его сможешь здесь – бар «Ночная кошка». Энма печально улыбнулась: - Я – причина его состояния. - Ты можешь все исправить! - Это невозможно, - вздохнула девушка. – Но я постараюсь хоть что-то сделать для него, пока здесь. Спасибо Усаги! - Удачи! Когда Энма ушла, девушка прикрыла дверь и прислонилась спиной с косяку, прикрыв глаза. Внутри бушевали непонятные и противоречивые чувства – радость, печаль, счастье от встречи и боль от предстоящей разлуки. Она знала, что не сможет удержать тут Минако. Это никому не под силу. - Я так и поняла, что это Минако. – Раздался на лестнице голос. Уса вздрогнула и резко посмотрела наверх. - Поверить не могу, что она жива?! И ты все знала?! - Я объясню. – Вздохнула блондинка. – Правда, сама ничего еще не понимаю. Только… - Что – только? - Рей, прошу, не говори никому, ладно? **** 1 мая. Бар «Ночная кошка». Внутри было душно, воздух пропитался запахом табака, алкоголя и пота. Накурено так, что сквозь облака дыма, на расстоянии вытянутой руки, нужно было уже внимательно присматриваться, что бы хоть что-то разглядеть. По залу разносилась музыка, которую играли совершенно бездарные музыканты. Почти все столики были заняты, но девушке удалось найти один, свободный. В самом конце бара, в темном углу, стоял стол и один стул. Это то, что нужно! Энма быстренько прошла туда и уселась, рассматривая посетителей в этой вонючей дымке. Ей хотелось зажать нос и убежать отсюда поскорее, но она знала, что не сможет этого сделать пока не найдет его! К ней подошел официант – чудо! Они здесь есть? - Что вы будете заказывать? – Вежливо поинтересовался молодой человек. С виду довольно симпатичный, только портило его лицо россыпь угрей на щеках. - Мне стакан воды. – Попросила Энма, внимательно следя за входом в бар. - Воды и все? – Парень, казалось, был шокирован. - Да, и все! – Твердо повторила девушка, не удостоив более его и взглядом. Официант разочарованно ретировался к бару. Около пяти минут понадобилось Энме, что бы найти то, что она искала. Через четыре столика, почти в самом центре зала, сидел ОН. И как это она сразу не увидела его? ответ был прост – не узнала. Сердце болезненно сжалось, перед глазами поплыли темные пятна, а в ушах зазвенело. Ей показалось, что вот-вот потеряет сознание! Господи! Ятен! Снова она видит его! но как же он изменился! Под глазами пролегли темные круги, лицо было бледным и осунувшимся, заросшим щетиной. Взгляд пустой и остекленевший. В руках стакан с какой-то темной жидкостью, а рядом бутылка, почти полная. - Ятен… - прошептала девушка, - что же ты делаешь? Боль заполнила ее сердце, которое было готово разорваться на части. Невыносимо смотреть на страдания любимого человека! А еще хуже, когда знаешь, что причиной всему – ты! Нужно взять себя в руки и что-то сделать! - Неужели я смогу подойти к нему? Неужели смогу услышать его голос? – Тихо спросила саму себя Энма, намереваясь встать из-за стола. - Ваша вода. – Перед ней оказался стакан, в котором плескалась прозрачная жидкость. Посмотрев на молодого официанта, девушка спросила: - Как тебя зовут? - Рики, мэм. – Немного смущенно пробормотал тот. - Спасибо, Рики. – Она достала из сумочки деньги и протянула их парню. - Но это больше, чем нужно! - Вот и хорошо, - улыбнулась девушка, вставая. – Чаевые. - Спасибо! – Горячо поблагодарил ее официант. Энма быстрым шагом направилась к столику любимого. Еще несколько шагов… еще… еще немного. Ей казалось, что пришлось преодолеть никак не меньше километра, прежде чем оказаться рядом с Ятеном. Того слегка покачивало, однако, как заметила Энма, он успел осушить почти всю бутылку. За столь короткий срок? Его рука вновь потянулась к бутылке, медленно так, словно нерешительно. Энма села на стул напротив молодого человека. Его взгляд долго пытался сфокусироваться на ее лице, пока, наконец, это ему не удалось. - Привет, красавчик, можно составить тебе кампанию? Тяжелый взгляд прошелся по ней, словно изучая. В нем не было ни злости, ни каких-либо других эмоций. Лишь пустота… Сердце громко стучало в груди и, казалось, эхом отдавался каждый удар в ее голове. Каждое слово, каждое движение Ятена причиняло боль – но лишь потому, что она ясно и четко ощущала, какую боль испытывает он. Общение не удалось, и молодой человек выскочил из бара, пьяно шатаясь. Растерянная Энма осталась стоять возле дверей. Тут она услышала, как сзади кто-то подошел. Обернувшись, увидела бармена. Тот покачал головой: - - У него умерла любимая девушка. Вот он и заливает свое горе. – И положил ей руку на плечо. Это не понравилось Энме, и она быстренько спихнула ее. - И как давно? - Три недели. Три недели… Ятен уже три недели в таком состоянии, а она и не знала… А как она могла узнать-то? Ее ведь не было тут. Не было. Девушку словно током ударило – не было… не было… Эти слова крутились у нее в голове, пока она шла по темной дороге, следя за молодым человеком. Да, к сожалению, ничего изменить в прошлом нельзя. А сможет ли что-то изменить сейчас? В настоящем? Наконец, Ятен дошел до нужного ему дома, и свернул в грязный подъезд. Так он живет здесь? Отлично! Тут как раз рядом есть несколько комнат, которые сдавались. Девушка успела все разузнать об этом райончике, пока направлялась в бар. Удача на ее стороне. Завтра она попробует все изменить! Попробует… что? Заставить Ятена забыть? Забыть о ней? О Минако? А хочет ли она, что любимый забывал о ней? - Эгоистка, - проворчала она на саму себя. Она постарается помочь ему, а остальное неважно! Хотя бы несколько дней, да будет рядом с ним! ПРОДА ОТ 22,04!!!!! ***** 7 мая. Энма шла мимо надгробий, серых и безликих. Угнетающая обстановка кладбища, словно призывающая – «иди, ложись, отдохни», сводила с ума. Хотелось убежать отсюда подальше, спрятаться, забиться в самый темный угол и плакать. Почему плакать? Энма и сама не знала. Возможно, ей хотелось оплакивать свою судьбу, свои несбывшиеся мечты и надежды. Хотелось лить слезы по прошлому, которое не хотело ее отпускать. Преследовало во снах каждую ночь. Она подошла к серому камню, который искала в этом городе мертвых. Как странно было видеть свое имя, читать годы жизни. Она ведь жива, стоит здесь и смотрит на безликие буквы, кричащие о ее смерти. Опустившись на колени, девушка провела рукой по надписи, выбитой в камне. Ее имя – да, когда-то ее так звали, Минако. Но сейчас другая жизнь, она стала другой. Слезы непроизвольно полились из глаз. - Ну почему же все так произошло? За что мне все это? – Она опустила голову и всхлипнула. – Я всего лишь хотела быть счастливой, жить, как все девушки – иметь семью, детей, любимого человека! А что получила? Минако. Часть меня осталась лежать под этим надгробием, под толстым слоем земли. Мне так тяжело говорить о себе в третьем лице, - она усмехнулась. – Но разве есть выбор? Плевать на все! Плевать, что скоро улетаю, главное – я была с Ятеном. Я провела с ним самые счастливые мгновения за последние несколько лет! – Она вздохнула и огляделась по сторонам – нет ли кого? Затем вновь посмотрела на камень, провела пальцами по своему имени. – Минако Айно. Ты умерла, окончательно и бесповоротно. Тебя уже никто и ничто не воскресит. Но я же тут! Я живая! Почему не могу ничего изменить? Почему я связана по рукам и ногам? Могу ли позволить рисковать всем, что у меня есть сейчас, рисковать Наоко, ради него? Нет, я не смогу. Моя любовь к Ятену сильна, сможет вынести любое несчастье! Любое. Но сейчас я должна думать о своей малышке. И только о ней. Надеюсь, ты когда-нибудь поймешь меня, Минако. Я была счастлива, пусть и так недолго. Мечта, которая теплилась в моей душе – увидеть его, быть рядом- сбылась. Энма заплакала. Внутри все болезненно сжалось от невыносимой тоски. - Минако… - Говорила девушка, склонившись над надгробием. – Как же так произошло? Почему все должно было случиться именно так? Не понимаю… Ведь все, о чем можно было мечтать, сбывается! Но тебя больше нет и уже не вернуть! К сожалению, я не в силах перечить Томое! Он слишком подавляет меня… Я так устала! Не хочу такой жизни, не хочу… Что мне делать? Скажи, что делать? Нельзя все говорить, но держать это в себе… Так трудно! – Мне страшно. Но некому все рассказать – никто не поможет! Я совсем одна. Конечно, у меня есть Наоко, и я должна постараться ради нее! Только это заставляет меня жить дальше… Энма вытерла слезы, бежавшие по щекам и тут услышала треск у себя за спиной. Быстро обернувшись, увидела Ятена, стоящего в нескольких шагах. Боже! Что он слышал? - Прости, я не хотел подслушивать… Девушка облегченно вздохнула – он мог услышать только последнюю ее фразу, в его взгляде ничего, кроме печали и легкого удивления не было, а значит, он ничего такого не услышал. Поднявшись, она чуть отошла в сторону, что бы Ятен мог подойти к могилке. - Ничего. - Ты знала Мико? – Спросил Ятен, кладя рядом с камнем цветы и зажигая свечу. Сердце вновь сжалось, при его словах.Мико. Только он звал ее так. Только он. Снова слезы, непрошенные и такие болезненные. Как же ей все это пережить? - Да, я очень хорошо ее знала. – Ответила Энма, присаживаясь рядом. – Она много о тебе рассказывала. Именно поэтому, я хотела помочь тебе тогда, в баре. - А как ты узнала меня? – Спросил молодой человек, продолжая смотреть на серый камень. Ну, что она может ему ответить? Конечно же, кто не знает Ятена Коу? Да, все так. Ей нужно продолжать играть, продолжать прятать от него свои истинные чувства и свое истинное лицо. Завтра улетать обратно. Сегодня проведет еще немного времени с ним, а потом… Потом вернется обратно. Будет дни и ночи напролет вспоминать, как была счастлива эти дни. Как ее сердце радостно билось рядом с любимым человеком. Как могла смотреть на него, купаясь в зеленых глазах, наслаждаясь их глубиной. Вспоминать о его прикосновениях, адресованных не ей, а ее мертвой половинке. От этого становилось еще печальнее, ведь воскресить Минако она была не в силах. Наслаждение перерастет в разочарование, а потом и в пустоту. И до конца дней своих, ей придется с этим жить. А Ятен? Он так страдает! Это видно по каждому его взгляду, каждому движению. Боль в его сердце не дает покоя и ей самой! Ведь это все из-за нее. Ятен действительно ее сильно любил и теперь испытывает муки, сравнимые, разве что, с ее собственными. Да, сейчас он почти пришел в себя. Ее ли заслуга? Много ли она может сделать для него? Ответа на этот вопрос не было. Но Ятен по крайней мере, бросил пить. Так ей казалось. А что будет дальше? Как все исправить? Что делать? Что? ***** 8 мая. Около шести утра. «Дорогой Ятен. Прости, что приходится прощаться с тобой так, но так надо. Сегодня я улетаю. Мне очень жаль, что все вышло именно так, я бы очень хотела побыть с тобой подольше. Но не могу. С любовью. Энма. P.S. Будь счастлив. И помни – ты всегда сможешь найти свою любовь. Самое главное – не переставай искать!» Только эту записку и смогла оставить Энма. Вновь слезы, уже такие знакомые за последние дни. Ей совсем не хотелось оставлять его. Хотелось побыть подольше, а лучше остаться насовсем. Но именно этой мечте не суждено было сбыться! Надо скорее возвращаться. Иначе Ситори может что-то заподозрить. К тому же, она сильно волновалась – вчера видела новости, где сообщалось, что в некоторых районах Израиля происходят землетрясения. Ей бы не хотелось, что бы такое произошло и там, где ее дочка. Пусть она не попрощается с ним как следует, но так даже лучше. Иначе просто не сможет улететь! Не сможет пересилить себя. Пора. Последний взгляд на мирно спящего молодого человека. Его ресницы тихонько подрагивали во сне. Безмятежное выражение на его лице, вселяло надежду, что все будет хорошо теперь - Я люблю тебя, родной. И всегда буду любить только тебя.прощай. И прости меня за все. – Она наклонилась и легонько поцеловала его в щеку. Парень вздрогнул и перевернулся на другой бок. Энма улыбнулась и тихонько вышла из квартирки, которую сняла на несколько дней. Больше она в нее не вернется. Жаль. Здесь она была так счастлива! Тяжело вздохнув, девушка бросила последний взгляд на серое здание и направилась к дороге, ловить такси. Пора. Сегодня вечером она улетит. И больше никогда не увидит его. Тяжело смириться с таком мыслью, но придется. - Прощай, мой любимый. Будь счастлив. – Тихо прошептала девушка, садясь в такси.