Шаг за шагом

- Я уже действительно не знаю, что делать, - выдохнул я, наматывая круги по всей подсобке. Бил и Кевин тоже сидели, опустив взгляд, без особой инициативы. - Ты же понимаешь, что мы пропадем без барабанщика? – Сказал Бил. – А выступление через три недели. - Я знаю, - буркнул я, усевшись в кресло. Когда год назад в моей голове родилась идея все-таки создать свою группу, я даже понятия не имел, насколько это будет сложно и затруднительно. Я задумчиво покрутил свою трость в руках. Два года назад после происшествия с Беки и ее дружками, я даже думать не мог о чем-то подобном. Мне тяжело давалась новость о том, что я не смогу ходить. Мой мозг отказывался воспринимать ее как либо. Сначала была ярость и злость на всех и вся. Спустя пару месяцев пришло осознание. Депрессия и медленное саморазрушение. Сейчас мне даже в голове не укладывается, что тогда было у меня на уме. Спустя множество операций, тренировок и усилий я встал на ноги. И уже тогда я не захотел сидеть, сложа руки. Сначала я хотел заняться рисованием, но это не вызывало во мне такой страсти как музыка. Я нашел ребят, которые тоже хотели заниматься тем же чем и я. Время от времени состав нашей группы менялся. Кто-то уходил, а кто-то приходил. Уход участников группы меня редко расстраивал. Но сегодня был особый случай. Относительно недавно нам прислали приглашение сыграть в одном клубе и мы не могли не согласиться. Клуб был довольно известным, да и платили не плохо. Но неделю назад наш барабанщик слился, сказав, что больше не желает играть. Мне ничего не оставалось, как принять это. Но искать нового времени было не так много. Уже как неделю я подал объявления на разных сайтах. Было два прослушивания. И оба раза приходили ребята, которые, судя по всему, научились играть не менее месяца назад, и мне ничего не оставалось, как культурно посылать их. - Не парьтесь вы уж так, - произнес Кевит и с какой-то надеждой посмотрел на меня. – Подождем еще неделю. Если никто не объявиться, то у меня есть знакомый, который неплохо играет. - Ты, блять, серьезно? – Посмотрел на него Бил. – У тебя есть знакомый, который играет и ты молчал. - Да. Мы не слишком хорошо общаемся и… - Ладно, - сказал я, перебив его. – Ждем три дня. Если нет, звонишь своему знакомому. - Все-таки Ник козел. – Прорычал Бил. – Свалить, когда накануне такое выступление. - Это лучше, нежели он бы ушел за пару дней до концерта. Это бы точно был провал. – Пожал плечами я. - Согласен, - Кевин недовольно вздохнул.- Я так понимаю на сегодня все? - Да, - улыбнулся я. – До завтра. Парни попрощавшись, вышли из нашего подвала. Я же как обычно остался еще на полчаса, чтобы прогнать, какие-то отрывки из новых песен или просто для себя повторить старые. Я любил музыки. И сказать честно, до того как создать группу я не осознавал это настолько. Да, мне нравилось играть, и раньше я всегда прятался от проблем, беря гитару в руки. Но то что ты чувствуешь на сцене не сравниться с этим. Наши первые выступления проходили в каких-то Богом забытых клубах за жалкие копейки. Сейчас мы тоже не далеко зашли, но я понимал, что нужно с чего-то начинать и просто так сдаваться не собирался, хотя часто меня посещали подобные мысли. Ведь создать свою группу, когда тебе уже за двадцать пять было безумием. Но разве упорство и труд не способны на все? Я знал, что способны. Иначе бы не стоял сейчас на ногах. Когда я собирался уходить я услышал шаги у самой двери. В проходе я узнал усмехающегося Дэйва. - Как всегда стираешь пальцы об струны до посинения? - Как видишь. Что ты здесь делаешь? - Приехал забрать тебя. - Я думал, приедет Джон. - Джон был нашим шофером. - Наша мать как всегда не может без ужина по пятницам. Клэри уже сидит в машине. Пойдем. - Ладно, - вздохнул я, положив гитару на место. - Ты же знаешь, что я поддерживаю твою тягу к музыке, - произнес брат, когда мы уже были на улице. – Но как ты можешь играть в этой халупе? - Мне не нужны, какие либо подачки. Все самые крутые музыканты поднимались из дна. - Трудно назвать нас на дне, учитывая положение нашей семьи. - Прекрати, - я закатил глаза. – Меня и так считают, золотим мальчиком. Чего только стоит то, что у меня собственный шофер. - Да, но мы ведь знаем, зачем он. Я вздохнул. Мне так ниразу после моего пребывания в больнице не удалось сесть за руль, ведь мои ноги после всего временами просто отказывались меня слушать. Поэтому вождение машины было опасным если не для меня, то для безопасности окружающих. - Привет. – Возле черного внедорожника Дэйва стояла Клэри, мягко улыбаясь нам. - Привет, - сказал я, когда она поцеловала меня в щеку. Клэри. Уже два года прошло, как я просто лишился любой надежды на будущее с ней, но я так и не смог заставить себя разлюбить ее. Мы ехали в машине, и я не мог оторвать взгляд от нее. Как всегда солнечная улыбка играла на ее лице, каштановые волосы каскадом рассыпались на бледных плечах, а глаза светились счастьем. Она была прекрасна. Впрочем, как и всегда. Я почувствовал сумасшедший укол вины. Вины перед Дэвидом. От прошлой нашей ненависти не осталось и следа, поэтому я просто не мог допустить даже издалека, любоваться Клариссой. Я спрятал свои чувства подальше от всех и просто не имел права кому-либо сказать о них. Они были лишними и не нужными. Но как бы мне не нравилась Клэр, я не жалел, что тогда отправил ее к Дэйву. Она была счастлива с ним. А для меня это было главным. Клэри заслуживает быть счастливой как никто другой. Ей многое пришлось пережить. Прошлые планы Дэвида на нее, потеря ребенка, потом вся история с потерей памяти. Прошло столько времени, что мне казалось, что всего произошедшего и не было. Но, тем не менее, некоторые события оставили на всех нас некий след. Через минут двадцать, мы, наконец, были дома. Мама как всегда радостно встретила Дэйва и Клэри. Так или иначе, она скучала по ним. Они живут в нескольких милях от нас, что таки не давало ей покоя. - Как же я за вами соскучилась, - сердечно проговорила она. – На столе уже все готово. Пойдемте скорее. - Привет, ребят, - к нам вышел отец. Она обнял Клэри, пожал руку Дэйву и мягко сжал мое плечо. Я почти незаметно улыбнулся в приветствии. Несмотря на то, сколько уже прошло времени мы так и не смогли нормально общаться. Как бы мы оба не старались у нас не получалось быть настоящими сыном и отцом. Да, с Дэйвом у нас тоже было двадцать пять лет взаимной ненависти, но это было другое. Она была взаимной. Мы оба пытались насолить друг другу тем или иным способом. С отцом было другое. Он часто давал мне знать, что я лишний в этой семье, в каждой ссоре он обвинял меня в смерти сестры, и все это просто мешало мне как-либо сблизиться с ним. Он сделал свой выбор еще тогда, а я похоже не так уж силен, чтобы простить его так просто. И мне жаль, что ему, чтобы осознать свои отцовские чувства пришлось увидеть меня при смерти. Наши вечера были самыми обычными. Каждый из нас рассказывал, как прошел день, что у кого произошло за это время. Сказать честно, я не так давно начал понимать, как мне нравиться все это. В последнее время я часто чувствовал себя расслабленным в такой семейной обстановке. Каждая из них перестала заканчиваться ссорой. Теперь мы с Дэвидом не хамили друг другу, стараясь зацепить за живое, а лишь подшучивали, вспоминая какие-то смешные случаи с детства. Сказал бы мне раньше кто-нибудь, что будет что-то подобное, я бы ни за что не поверил, но я не могу быть не рад, что все поменялось. Все начали смеяться над какой-то очередной глупой шуткой Дэвида, когда я почувствовал резкую, жгучую и знакомую боль в позвоночнике. Я застыл, сжав в руках салфетку, так что костяшки пальцев побелели. Этого еще не хватало. Я быстро окинул всех взглядом, поняв, что никто ничего не заметил. Меня немного отпустило, но слабая ноющая боль осталась. Черт, а мне казалось, что все прошло еще несколько месяцев назад! Я извинился перед всеми и сказав что немного устал, пошел на верх. Мама как всегда не могла не посмотреть на меня своим беспокойным взглядом и не спросить все ли у меня хорошо. Я как всегда улыбнулся и сказал, что все в норме. Хотя все, черт возьми, не было в норме! Когда я ушел, я знал, что сейчас начнется разговор о том, как мне тяжело и какой я бедный. Меня это всегда раздражало. Раздражала чрезмерная забота, а уж тем более жалость. Я поднимался по лестнице в свою комнату, понимая, что, что-то было не так. Я зашел в свою комнату и у самой кровати моя трость просто выпала из рук. Я резко сел на кровать от чего по моему позвоночнику прошла резкая волна боли и я сдавлено застонал. Аккуратно я лег на кровать, оперевшись об спинку и, пытаясь расслабить все тело. В самом начале после операций я с ума сходил от боли. Мне казалось, что кто-то вырвал мой позвоночник вновь и вновь. Я не спал неделями, пребывая где-то между сознанием и сном. Тогда я жил на обезболивающих, хотя иногда мне казалось, что я уже привык к постоянной боли. Мама не отходила от меня, все время, успокаивая и говоря, что нужно потерпеть еще немного. Она невероятная женщина и я, пожалуй, я должен ей больше чем кому либо. Когда я ходил на каждую свою тренировку, когда пытался сделать шаг или пошевелить пальцами ног, но у меня ничего не получалось, я знал ради чего должен бороться. Я не хотел быть для нее обузой. Она не должна была всю жить провести со мной прикованным к коляске. И я сделал все возможное. Мои мысли прервал телефонный звонок. Я был уверен, что это был кто-то из парней, желая узнать что-то на счет завтрашней репетиции, но номер оказался не известен. Это немного насторожило меня, но я все же взял трубку: - Да? - Здравствуйте, это Джаред? – В трубке послышался мягкий девичий голос, почему-то это вызвало улыбку, но я взял себя в руки. - Эм…да. А вы кто? - Я нашла объявление на одном сайте, что в вашу группу нужен барабанщик. Здесь был ваш номер. - Да-да, - я быстро сел на кровати, но тихо зашипел, опять почувствовав жжение. – Нам он все еще нужен. Вы хотите записать кого-то на прослушивание? - Можно сказать и так, - ее голос был довольно уверенным. – Себя. Я нахмурился. Я плохо представлял девушку в нашей группе. Слишком плохо. - Хм, - протянул я. - Вот только не говорите, что вы сексист и не берете в группу девушек. – Сейчас ее голос был немного раздражен. - Нет, - фыркнул я, - я не сексист. Ваше имя? - Кассандра. Кэсси. - Хорошо, Кэсси, - хмыкнул я. – На сайте должен был написан адрес. Жду вас там завтра к двенадцати. - Хорошо, - радостно сказала она. – Я вас не разочарую. - Надеюсь, - сказал я, но девушка уже повесила трубку. Поразительно. - Джаред? – В дверь постучали, после чего в комнате я увидел Дэйва. - С каких пор ты ко мне стучишься? - Не знаю, - пожал он плечами, сев на другой край кровати. – Вдруг ты здесь закрылся и сидишь с открытым порносайтом в ноутбуке. – Я закатил глаза на его реплику, но все же улыбнулся. – Я хотел поговорить, - более серьезно сказал он, но, тем не менее, улыбался. - И что же такого случилось, что ты сейчас сидишь такой довольный? – Ухмыльнулся я. - Ты узнаешь первым. – Загадочно сказал Дэйв. – Мы с Клэри сами узнали только вчера и это еще не точно, но я не могу держать все в себе, - и тут я уже начал догадываться, о чем это он. – Клэр беременна. - Оу, - я улыбнулся. – Поздравляю, чувак. – Я сжал его плечо. - Ты не представляешь, как я счастлив. Но… - он начал хмуриться. - Что «но»? - Если я облажаюсь в этот раз, я сам себе этого не прощу. – Дэвид изменился в лице и я понял, что он вспомнил первую беременность Клэр. - Перестань, - отдернул его я. – У тебя нет выбора, и ты в любом случае справишься. Не просто же так вы столько всего прошли с Клэр. - Я надеюсь на это. Но в любом случае, я счастлив, что у меня вновь есть надежда на действительно крепкую семью. И я был за него счастлив, но на душе, почему скреблись кошки. Я знал, что меня подобное вряд ли ждет и на секунду я почувствовал некое разочарование, но быстро откинул это. Неужели я действительно не могу искренне порадоваться за брата, пусть у него и есть все, о чем я только могу мечтать? И я сейчас явно не о его работе или положении в бизнесе.