Сваха

- Хуай Сан, что-то случилось? Ты какой-то задумчивый в последнее время, - уставился на парня Вей У Сянь. Тот печально вздохнул. - - Господин Вэй очень наблюдателен. Но я не знаю, как о подобном сказать... - - Влюбился? - задорно улыбнулся Вэй Ин, неосознанно кидая взгляд на Лань Ван Цзы. - Нет-нет, конечно же нет! - замахал руками он, вспыхнув. - Просто... Первый господин Лань хороший, очень хороший. Но он не подходит. Им обоим нужен кто-то более слабый, более зависимый, о ком нужно заботиться. Они смогут быть только друзьями... В голосе Не Хуай Сана звучало искреннее сожаление. Вэй Ин задумался. Потом припомнил смутные слухи, бродившие среди учеников из клана Не. Снова бросил взгляд на Лань Ван Цзы, на этот раз, осознанно. Когда он повернулся к Хуай Сану, в его глазах было веселое возмущение. - Теперь я понимаю, почему тебя свои называют Нюйвой. Услышав прозвище, юноша покраснел еще сильнее. Застенчиво взглянув из-под ресниц, он робко спросил: - Но вы же не против? Вэй У Сянь тихо вздохнул. Против он не был. Как вообще можно быть против такого восхитительного человека как Лань Чжань? Но... - Лань Чжань никогда не посмотрит на такого как я. Хуай Сан смерил его странным взглядом. В тонких руках крутанулся веер, неожиданно холодной тяжестью щекоча шею. Смущение в глазах исчезло, уступив место жесткости. Вэй Ин вздрогнул. Он всего раз видел главу клана Ци Хэ Не, и произвел он на всю Пристань Лотоса неизгладимое впечатление. Поэтому для него было полной неожиданностью узнать, что мягкий улыбчивый Хуай Сан - его брат. Сейчас никаких сомнений по этому поводу не было. - Он думает точно так же, только в обратную сторону. "Он яркий, как пламя. Ему не нужен кто-то вроде меня". Это то, что смог вытянуть из своего брата после трех часов беседы господин Лань Си Чень. - Правда? - Слово в слово, - хмыкнул Хуай Сан. - А еще он думает, что ты не поймешь. И посмеешься. - Я бы никогда... - пробормотал Вэй Ин. На его лице не было обиды, только растерянность. - Мне ведь... - Так что первый шаг, боюсь, делать придется вам, господин Вэй. Не волнуйтесь. Если что, я вас… подтолкну. *** В обучение в ордене Гу Су Лань входила одиночная охота на мелких тварей. Хуай Сану не особо это нравилось, но его никто не спрашивал. В общем, не нужно объяснять причины его плохого настроения. Найти на отведенной ему территории тварь и уничтожить - звучит просто только на словах. На деле же это далеко не легко. Спасибо правда, что это была не парная охота. Представить себя в паре с Вэй У Сянем... Об его "удаче" на данном поприще ходили легенды. О, монстров он находил, это да... Но каких! В последний раз, если Хуай Сану не изменяет память, это был тау-тие в возрасте около тысячи (а может и более) лет. Очень недовольный тау-тие, которого разбудили после многовекового сна. Заклинателям тогда едва-едва удалось договориться с рассерженной тварью, после снова погрузив в сон. Брат потом напился в хлам, как, впрочем, и все участники "переговоров". Им повезло - пожиратель был уставшим и мирным - насколько это возможно для его вида. Именно поэтому тот снова решил впасть в спячку. После этого инцидента, как слышал Хуай Сан, Вей Ина выпускали на ночную охоту исключительно с сопровождением. В первые три дня поиски ничего не дали. Было какое-то смутное чувство, но оно было таким слабым, что определить направление было невозможно. На четвертый день уставший парень нашел... члена клана Вэнь, что-то искавшего на полянке. Учитывая специфику данного клана, он вполне мог сойти за монстра. Но, увы, люди не считаются, поэтому Хуай Сан начал потихоньку отступать назад. Лишние проблемы ему были не нужны, а Вэнь – это всегда проблемы. Ему почти удалось уйти незамеченным, но – почти. Заклинатель в белом одеянии обернулся, и Хуай Сан понял, что тот его ровесник, может, чуть младше или старше. Нежное, изящное лицо, неожиданно мягкое и доброе. Он достаточно часто видел людей клана Вэнь. Даже самых красивых из них портило высокомерное презрительное выражение лица. Насмешка и злоба в глазах, шепотки за спиной – все это делало молодежь Ци Шань Вэнь весьма отталкивающими личностями. Поэтому Не Хуай Сан остановился – до него дошло, кто из «солнечного» ордена мог выглядеть подобным образом. Это будет интересно! Он был в совершеннейшем, дичайшем восторге. Вэнь Нин отводил взгляд, немного заикался, и так умилительно краснел, что вызывал искреннее желание его потискать, как котенка. Но Хуай Сан колоссальным усилием воли сдержал этот порыв. В принципе, они были похожи – характером, поведением, даже внешне. Хотя каким образом Вэнь Нин, будучи почти на полголовы выше, умудрялся казаться одного с ним роста – вот это вопрос. Может, они бы говорили бы гораздо больше, чем пару часов, но потом «пришел лесник и всех разогнал». В том смысле, что Вэнь Цин, обеспокоенная долгим отсутствием брата, которого отправила за травами, сама пришла на полянку. Надо сказать, сделала она это вовремя – еще немного, и Не Хуай Сан, не обращая внимания на возможные последствия, утащил бы Вэнь Нина с собой. Ци Шань Вэнь совершенно точно не нужно такое чудо! А вот ему пригодится – у него еще столько людей не пристроенных! Вэнь Цин, посмотрев тогда на них, сидящих рядом и щипающих лекарственную травку (они немного увлеклись, да…), отчего-то закатила глаза и пробормотала что-то вроде «Их теперь двое». В общем, пусть день прошел непродуктивно в плане охоты, но все равно очень удачно. Но кто бы мог подумать, что Вэнь Нин действительно будет таким… таким милым! Кажется, он понял, почему брат постоянно смотрит на него таким взглядом. *** Получив письмо из Гу Су от Лань Ци Женя, Мин Цзюэ уже примерно представлял, о чем то будет. Все-таки, отправляя в чужой орден человека, носящего в качестве прозвища имя богини брака, нельзя не догадываться, чем тот будет заниматься. Другое дело, что надежда, слабенькая и неуверенная надежда на то, что младший брат постесняется слишком явно сводничать, не угасала. Даже когда пришло письмо, Не Мин Цзюэ надеялся, что причина кроется совсем не в том, на что ему так отчаянно намекал разум. Надежда на это умерла после прочтения первых строк, однако вместо раздражения и гнева он испытывал только чувство глубокого удовлетворения. Наконец-то появился кто-то, способный вывести вечно степенного и занудного Лань Ци Женя из равновесия. И, судя по письмам от брата, дело было не только в Хуай Сане. Не Мин Цзюэ помнил лучшего ученика ордена Цзян – шебутной и очень талантливый подросток, который, тем не менее, казался очень серьезным, когда дело доходило до чего-то важного. Взрывной наследник клана Цзян, такой же взрывной наследник Цзинь… Похоже, в этом году Гу Су просто не повезло собрать пусть и самых талантливых, но также и самых проблемных учеников. Возможно, таким образом родители хотели научить своих детей спокойствию и благочестию… Или тоже мстили занудам клана Лань. Как показывал опыт Мин Цзюэ, верным было все сразу. В общем, хотя письмо и убило надежду, особой неожиданностью не стало. Гораздо большее беспокойство вызывали сообщения от учеников ордена Не, отправленных вместе с братом в Облачные Глубины. В последние пару месяцев тот начал подозрительно часто пропадать из их поля зрения, неубедительно отговариваясь тем, что был вместе с друзьями. Несмотря ни на что, Хуай-эр был ему… дорог. Он заботился о нем, беспокоился за него. Тот, несмотря ни на что, все еще оставался ребенком. Пусть иногда смертельно серьезным, но ребенком. Мягким, добрым, солнечным – полностью противоположным самому Не Мин Цзюэ. Чувство волнения он тоже не любил.