Кажется... я люблю тебя

Вечером, как и обычно, Гокудера в компании с Ямамото шли к дому Тсуны. Хранитель урагана шел молча, выкуривая сигарету, одну за другой, а бейсболист плелся рядом, рассказывая какую-то смешную (как ему казалось) историю, тут же заливаясь хохотом, отчего кулаки Хаято уже откровенно сжимались. Похоже, этот придурок не замолчит, даже если прикрикнуть на него. — Блядь, ты заткнешься когда-нибудь или нет?! – прошипел Хаято уже в третий по счету раз, на что Ямамото удивленно вскидывал брови и замолкал…ненадолго. И через пару минут снова начинал говорить. Если бы не дом Джудайме, до которого было рукой подать, Хаято бы, наверное, точно съездил по физиономии так раздражающего его Такеши. — О, Гокудера-кун, Ямамото! – Как всегда, приветливый юный хозяин дома Тсунаеши открыл дверь и впустил своих друзей внутрь. — Йо, Тсуна! — Джудайме! — На самом деле…есть кое-что, чем бы я хотел с вами поделиться. — Тсуна улыбнулся и немного покраснел, отводя взгляд в сторону. — Что случилось, Тсуна? – Ямамото присел за маленький столик. — Ну… я воспользовался советом Реборна и все-таки решился пригласить Киоко-чан на свидание. — Да ты просто молодец, Тсуна! И что она ответила? — Она согласилась. Я счастлив, ребята! — Так это же здорово! Так ведь, Гокудера? Гокудера, который сидел рядом с Ямамото, уставился в пол и долго соображал, что же ответить. — Г…Гокудера-кун, а ты что, не рад за меня? — Нет…нет-нет, что Вы, конечно же, я рад за Вас. — Изобразив на своем лице улыбку, Гокудера так и не решился взглянуть на Джудайме. Все-таки, такая новость что-то совсем не радовала его. — Правда? – Тсуна улыбнулся и присел напротив парней. – Я на самом деле чувствую себя на седьмом небе от счастья. Хотя, она всего лишь согласилась пойти со мной на свидание. — Не переживай, Тсуна. Где одно, там и два свидания, и три. Вот увидишь, все у вас будет отлично. Ты ей тоже нравишься! — Ты так думаешь, Ямамото? — Конечно. Уверен. А вы куда идете? — Я купил два билета в кино на завтра. Жду — не дождусь. — Гокудера, ты сегодня какой-то странный, — Ямамото обратился к сидящему рядом Гокудере. – Что-то случилось? — Не беси меня, придурок! — Гокудера-кун… — Простите меня, Джудайме! – Низко поклонившись перед Тсуной, Хаято встал. – Я просто устал за сегодняшний день. Пойду выйду на улицу, покурю. — Ты можешь выйти на балкон. — Нет, что Вы. В Вашем доме я никогда не позволю себе курить. — Но мамы все равно нет, так что… — Я быстро! – Хаято вышел из комнаты и спустился вниз по лестнице, затем вышел на улицу, нащупывая в кармане пачку сигарет и зажигалку. Киоко. Как же Гокудера ненавидел это имя. Оно преследовало его всегда, день за днем. Она всегда стояла между ним и Джудайме и совалась, когда этого делать не надо было. А теперь…а теперь, похоже, Джудайме с ним меньше времени будет проводить, отдав предпочтение прогулкам с девушкой, которая ему нравилась. «Чего это я… Я должен радоваться за Джудайме, что у него все замечательно. Самое главное, чтобы он был счастлив…» — думал Гокудера, продолжая наблюдать за тем, как рассеивается белый сигаретный дым в воздухе. Но на душе легче не становилось. Одна мысль, что Савада теперь практически все свое свободное время будет проводить не с ним, сводила с ума, а в груди что-то ныло. — Гокудера-кун? – голос Тсуны заставил его непроизвольно вздрогнуть. – Ты что-то долго. Простудишься. Давай возвращайся. Хаято обернулся. Тсуна стоял в дверях и ждал, когда друг, наконец, докурит и вернется в дом. — Да мне не холодно. Я скоро приду. — Не против, если я с тобой постою? — Нет, конечно, не против. Встав рядом с Гокудерой, Тсуна внимательно посмотрел на него. — Не хочешь завтра пойти со мной в кино? Хаято закашлял и удивленно взглянул на него. — Как? Но Вы же… — Мое свидание отменяется. Только что позвонила Киоко-чан, сказала, что приболела и не сможет завтра прийти. А билеты выбрасывать я не хочу. Поэтому, я подумал, может, ты захочешь составить мне компанию. — Я буду рад пойти вместе с Вами. Я завтра как раз свободен. — Хорошо. Тогда зайди завтра за мной в два часа. — Непременно, Джудайме.

***

— Я не думал, что ты придешь на пятнадцать минут раньше, — сказал Тсуна, едва выйдя на улицу, где стоял Гокудера. На нем была синяя атласная рубашка, очевидно, очень дорогая и куплена недавно. – Хаа, ты прямо как на свидание оделся. — Мне дома делать нечего. Вот я и решил выйти пораньше. — Времени у нас еще много. Можешь зайти в дом. Закрыв дверь за другом, Тсуна направился в кухню. Гокудера сидел за столом, сложив перед собой руки и как-то мечтательно смотрел в потолок. — Джудайме, а Вы что, совсем одни в доме? — Мама и папа в честь годовщины свадьбы уехали в романтическое путешествие. И-пин и Ламбо почти каждый день ходят в парк аттракционов. Так что, можно сказать, я целый день один. – Савада поставил перед ним чашку зеленого чая и сел напротив него. — А Вы не переживаете из-за того, что свидание сегодня так и не состоялось? — Если честно, то я немного расстроен. Но Киоко-чан предложила мне завтра после занятий посетить картинную галерею. Признаться, ничего не смыслю в искусстве, но если она хочет, чтобы я с ней сходил, то я с радостью составлю ей компанию, — на его лице снова появилась наивная детская улыбка. — Ну что, я чай допил, идемте же. — Да, конечно. Уже на перекрестке, недалеко от кинотеатра Тсуна остановился и посмотрел куда-то вдаль. — Что такое, Джудайме? — Как странно. Я только что видел Киоко-чан с Мочидой-семпаем…Наверное, показалось. Она же заболела. — Я ничего не видел. — Ладно. Пойдем, сеанс скоро начнется.