Сопротивление бесполезно

      Каждый раз, придя в общежитие после концерта, Юнги валится спать без задних ног. Благо сегодня остальных дернуло уйти за продуктами, и никто не сможет помешать ему спокойно заснуть. Но ведь всегда так: как только ты расслабишься и настроишься на отдых, найдется кто-то, кто найдет для тебя занятие поинтересней.       Именно поэтому Юнги уже добрых двадцать минут сидит на заднице Чимина и мнет его спину. Да, этот тонсен не ушел со всеми и, пожаловавшись на не проходящее напряжение в плечах, попросил сделать ему массаж. Он и слышать не хотел о том, что Юнги может отключиться в любой момент, он просто плюхнулся на его кровать и задрал футболку.        - Хен.       Юнги ничего не оставалось, кроме как шумно вздохнуть в подушку и не сделать наглому младшему одолжение. Все-таки это единственный способ заставить его свалить.        - Вообще-то я могу это и через одежду сделать..        - Так не будет никакого толку, - дернул головой Чимин. - Ну же, хен.        - У тебя 20 минут. Не свалишь за это время, я скину тебя с моей кровати и тогда ты еще и сотрясение получишь.       Чимин мычит в знак согласия и дергает плечами, намекая на то, что Юнги уже давно должен приступить к делу. Юнги вздыхает и сминает мускулистые плечи младшего. Мышцы правда совсем не кажутся ему напряженными, но он все же надавливает большими пальцами. Его уже совсем клонит в сон, как бы не упасть прямо на этого симулянта.        - Так все. Время вышло, тебе тут не спа, - Юнги слезает и собирается выйти из комнаты.        - Куда ты? - Чимин привстает.        - На кухню. Воды попить. Я не понял, почему ты до сих пор здесь? - Юнги останавливается посреди комнаты и смотрит на младшего.        - Никуда не пойду... - Чимин надувает губы, плюхается обратно на подушку и отворачивается. - я буду спать здесь.       Юнги все так же смотрит сверху вниз, но уже с ноткой негодования. Сначала массаж, а теперь он решил и кровать отжать? Ну нет        - А мне где спать прикажешь?!       Чимин аккуратно хлопает ладошкой на место рядом с собой.        - Какого.. Вали в свою комнату. Если я не успею уснуть до прихода этих горлопанов, это полностью твоя вина, - на этих словах Юнги поворачивается к выходу.        - Я чувствовал, - тихо говорит Чимин. Юнги замирает на одном месте.        - Что?        - Когда ты сидел на мне.. Я все чувствовал, - Чимин встает и подходит ближе. - Ты ведь не на кухню пошёл, да?        - На кухню, - Юнги разворачивается.        - Нет. Я все чувствовал. Ты идёшь в ванную, да? - спокойно настаивает Чимин        - Боже.. Да, я иду в ванную, - Чимин слишком догадлив. - И это.. Ничего не значит. У меня просто давно не было девушки, ясно?        - Они все равно не приносят тебе удовольствия, хен, - заглядывает прямо, в глаза.        - Потому что ни с одной из них у меня не было по любви, - Юнги спотыкается и краснеет: ляпнул лишнего. Чимин делает шаг вперед и тянется к уху.        - Хочешь по любви? - мурашки тут же распространяются по шее Юнги, неужели долгое отсутствие интимной жизни делает его таким впечатлительным?        - Я не гей.. - Он пытается сказать это твёрдо, но до Чимина дошёл только его сдавленный шёпот. Чимин все так же стоит вплотную, склонив голову к уху хена. Юнги наклоняет голову, пытаясь не сгореть от стыда. Чимин мягко целует мочку его уха. Юнги вздрагивает и напрягается, чтобы не выдохнуть слишком шумно.        - Не думай, что это плохо, - шепчет Чимин и снова целует, добавляя мурашек на кожу Юнги. - Прикоснись ко мне, ты же хочешь.       Юнги приподнимает руку, но останавливается: все ещё сомневается.        - Так нельзя.. - сжав зубы, произносит Юн.        - Можно... - Чимин укладывает руку старшего на свою талию и тянется к пуговицам его рубашки. Юнги берет его за запястье, но не прерывает. Первая пуговица легко поддаётся пальцам. Вторая. Третья. Чимин проводит пальцами снизу вверх до подбородка, вопросительно заглядывает в глаза. Юнги поднимает взгляд уже решительные и сам целует мягкие губы напротив. Он жмурится: все ещё борется с собой. Рука Чимина скидывает рубашку с плеча. Юнги снимает второе, дальше он сам.       Чимин делает пару шагов назад, и они оба падают на кровать, не разрывая поцелуй. Юнги целует развязно. Надо просто сделать это. Такие мысли посещают его все ещё. Он жмурится, чтобы не видеть, что под ним лежит не очередная девушка, а Чимин, но руки не обманут. Непривычно крепкое тело поддаётся его прикосновениям, непривычно сильные руки блуждают по его собственному телу. Чимин спускает их вниз и расстегивает джинсы Юнги, возвращая того в реальность. Юнги перехватывает руки Чима: лучше сам, чем его штаны будет расстегивать парень. Расправившись дрожащими пальцами с штанами, Юнги возвращается к младшему, который уже успел снять свои. Чимин обнимает его и притягивает к себе ближе.       Просто снять напряжение. Не думать, что это Чимин. С этими мыслями Юнги обхватывает чужие плечи и чувствует, как его талию обвивают сильные ноги. Зажмурившись снова, справившись с дрожью, Юнги медленно входит. Он слышит расслабленный вздох Чимина рядом со своим ухом, и внутри все переворачивается. Мог ли он подумать, что ему не будет противно, что ему понравится, как младший вздыхает под ним. Юнги делает ещё пару толчков, убеждается, что Чимин достаточно расслабился и начинает ускоряться. Ему самому уже становится трудно ровно дышать. Удовольствие приятно расходится по телу. Как бы он ни пытался отстраниться от этих ощущений, они перекрывают все его мысли. Он толкается, слушает мелодичные стоны младшего, чей голос ему всегда так нравился. Он уже не замечает, как целует чуть влажную кожу шеи, как Чужие пальцы забираются в его волосы, как он сильнее сжимает плечи Чимина. Он вдруг хочет поднять на него взгляд. Чимин так соблазнительно стонет, кто бы мог подумать, что есть что-то соблазнительнее его стонов. Юнги любуется им. Его взмокшие волосы, его открытая шея и чуть запрокинутая       голова, его лицо. Эти прикрытие дрожащими веками глаза, сведенные домиком брови, которые он хмурит периодически, немного покрасневшие щеки, приоткрытый рот и губы.. Сладкие, сочные губы.. Он облизывать их смачивая слюной. Юнги припадает к этим губам, проводит по ним языком сам, смакует каждую. Он, кажется, никогда не целовал губ слаще. Чимин стонет в поцелуй, и Юнги нехотя разрывает его, глядя в глаза младшего. Чимин жалобно смотрит и снова закрывает свои        - Юнги... - выдыхает он, запрокидывая голову.       Юнги опускает взгляд и замедляется, член младшего пульсирует. Юнги и сам не знает, как он понял, что нужно делать. Он осторожно обхватывает его рукой и ведёт вверх. На кончике выступает капелька предэякулята. Юнги собирает её большим пальцем и размазывает по всей длине. Он снова ускоряется, стараясь двигать рукой в такт. Чимин дышит чаще. Еще несколько движений и Юнги убирает руку, боясь запачкаться сильнее. Чимин сдавленно стонет, его член, подрагивая, изливается белой жидкостью прямо на его живот. Юнги все же пачкается и чертыхается. Его силы на исходе, он двигается медленно и вовсе выходит из тела Чимина, ложась рядом. Видимо, его предубеждения все же не дали ему кончить.       Он переводит дыхание и тянется рукой вниз. Чимин перехватывает его запястье.        - Позволь.. Я помогу.. - Чимин все ещё сбито дышит и спускается ниже.        - Стой. Ты же не собираешься.. Черт, - Юнги не успевает договорить. Он шипит, чувствуя губы, обхватившие ствол. Чимил причмокивая посасывает головку, что уже обильно сочится прозрачной липкой жидкостью. Юнги стесняется издать стон: Чимин слишком хорошо это делает. Он выпускает член изо рта и несколько раз проводит по нему рукой.        - Расслабься, - шепчет он, и Юнги наконец шумно выдыхает. Чимин снова склоняется и целует, проводит языком по всей длине. Юнги вздрагивает, по его телу все сильнее расплывается удовольствие. Чимин заглатывает его до самого основания, заставляя Юнги застонать и обхватить затылок младшего. Горячая жидкость выплескивается в рот Чимина, он сглатывает и слизывает остатки. Юнги обессиленно распластывается на кровати. Чимин ложится рядом.       Остальные, вернувшись, увидят их спящих под одни одеялом, свернувшись в клубочки. Но они не узнают, что под этим одеялом они оба абсолютно обнажённые.