#00BFFF and #8B0000

      Широкие кованые двери из кроваво-красного дерева открываются и вплывает, по-другому и не скажешь, статный мужчина. В грациозной мантии, начищенных до блеска туфлях, с толстенькой книгой в руках и с приятными чертами лица, которые сейчас, правда, были нахмурены.       В столовой, куда и нагрянул молодой мужчина, за длинным, пустым столом, сидел брат вошедшего. Оба мужчины были неуловимо похожи: чертами лица, движениями, и множеством других маленьких деталей, которые не видны с первого взгляда.       Но, несмотря на это, молодой человек за столом отличался от вошедшего. Его прямая спина, плечи, опущенные, как будто на них груз невероятной тяжести, пальцы, крутившие вилку, поверхностный взгляд, растрепанные темные волосы — все выдавало в нем личность уставшую, но грациозную.       — Гэвин, — позвал мужчина, подошел к сидящему и замер возле. Ухоженные пальцы сильнее стиснули книгу.       Молодой человек даже не обратил внимание на брата. Не повернулся, не перевел взгляд, но вилка замерла в руке.       — Гэв, прошу послушай, — снова послышался спокойный голос.       — Что-то не так, брат? — отозвался ровный голос.       — Не так. Я знаю, что тебе тяжело: смерть родителей, политика, с которой ты не хочешь иметь дело…       Гэвин перебивает:       — Если ты понимаешь, то почему еще здесь?       — Гэвин… — вздыхает, — я хочу тебе помочь. Понять… почему ты сбегаешь по ночам?       — Сбегаю? Я ухожу охотиться. Обычное дело для… — Гэвин споткнулся и с неким отвращением выдавил из себя: — вампиров.       — Ты ненавидишь нашу расу? — с нотками удивления. — Но ведь принцу не пристало…       — Заткнись, Элайджа! — вскакивает со своего места Гэвин. — Принцу то, принцу это… Я думал хотя бы ты не будешь мне… — скрип клыков, — капать на мозги.       Элайджа тяжело вздыхает и виновато отводит взгляд. За что ему достался такой проблемный братик?       — Ты помнишь, я тебя не заставляю быть примером для подражания. Все королевские дела я взял на себя и в свет с короной тоже вышел. Ты же оказался в тени и можешь делать что угодно, как и хотел.       — Тогда я хочу свалить отсюда.       Король остолбенел и не мог вымолвить ни слова.       — А что? Я могу себе это позволить. В лицо меня никто не знает, имя достаточно распространено, фамилию возьму отца, она как раз тоже популярна среди людей. Заживу в свое удовольствие.       — Ты уходишь в мир людей? Но почему?       — Наша аристократия — алчные, мерзкие животные. Ты это сам прекрасно знаешь. Жить здесь, в четырех стенах, мне осточертело, видеть эти постные рожи каждый день — тоже. В вопросах политики мне участвовать не надо, мое присутствие не обязательно. Все прекрасно.       — Мне все равно нужно твое одобрение.       — Пофигу. Вышлешь по почте, у нас тут не девятнадцатый век. В котором ты, видимо, до сих пор живешь.       Прямой упрек сильно задел старшего вампира. Ему потребовалось пару минут, чтобы все обдумать.       — Хорошо. Я… я не держу тебя, только прошу — не делай глупостей.       Губы принца расплылись в торжествующей улыбке. Глаза блеснули алым. Он выиграл.       — Ха, без тебя знаю.       Счастливый Гэвин пулей помчался к дверям, только бы не видеть расстроенного брата.       Вы не подумайте, Гэвин, на удивление, тепло к нему относился, а сам Элайджа души в нем не чаял и баловал все детство, но. Именно это «но» и не давало быть братьям более близкими людьми. Иногда казалось, что они и вовсе не знают друг друга и живут каждый в своем мире, а бывало, что разговаривают ночи на пролет. Но это все было тогда… Когда родители были живы, а Эл не забылся королевскими делами. У младшего брата они тоже были, но совсем незначительные, Элайджа сделал все так, чтобы Гэвин не напрягался и тот был бесконечно благодарен брату за это.       Но все-таки юный вампир решил покинуть стены родного дворца. Ха, «юный». Ему уже скоро триста пятьдесят стукнет, давно пора семью завести или хотя бы любовника или любовницу. У Гэвина ничего из этого не было. И не потому что он не хотел, а потому что трудно найти кого-то достойного, когда вокруг одни жополизы.       «Эти мерзкие твари сделают все что угодно только потому, что я родился в правильной семье», — жизненное кредо Гэвина.       В ту же ночь, принц вампирского королевства покинул свой родной мир и отправился в мир людей. Пограничный город Детройт был самым лучшим местом, чтобы начать свою скрытную жизнь. Пока в этом городе было тихо и спокойно, только 5% населения были вампирами и то, что он находится близ границы вампирского царства означало, что новости от «родни» будут приходить тепленькими.

***Несколько лет спустя***

      Жизнь детектива детройтской полиции Гэвина Рида неожиданно из спокойной и стабильной превратилась в какую-то неописуемую хрень.       — В смысле напарник? Этот железный гавнюк?! — возмущается Гэвин, тыча в андроида за спиной.       — Новое постановление, — отвечает Фаулер. — Так что, либо ты затыкаешь хлебальник и работаешь вместе с ним, либо значок на стол.       — Да почему?       — Это не мое решение. Будь моя воля, я бы тоже выгнал его на мороз, но Киберлайф не оценит. Просто смирись, — со вздохом.       Рид со злости скрипит зубами и бросает мимолетный взгляд на «напарника». RK900 — новейшая модель, в единственном экземпляре. По данным брата все последние модели RK такие как 800 и 900 (и на удивление они оба работают в участке, какая радость!) были новообращенными, которые вступили в вампирские ряды недавно и были совсем зелеными.       Гэвин усмехнулся. Ну-ну, он этих выскочек еще проучит. Вишь, расплодил братец мелких прислужников, сказал глупым людишкам, что это андроиды, а те и радуются. А младшему братику потом убийства скрывать. Тьфу, то есть раскрывать. Лучше не придумаешь.       На самом деле задумка была не плоха, это Рид понял еще давно. Замаскировать молодняк, который плохо контролирует силы, под андроидов и в случае чего списать сверхскорость, сверхслух и другие примочки на приколы роботов, было гениально. Только этих ублюдков Гэвин все равно не любил даже больше, чем вампирскую аристократию. Все как один напыщенные, самоуверенные, думают, что они короли мира и им все по плечу… Раздражают.       Гэвин резко разворачивается на пятках и буквально вылетает из кабинета начальника. Ему нужен кофе. Срочно.       И как на зло, железка не отстает, крадется бесшумно, думая, что человек не заметит.       «Ну держись у меня. Я вдоволь над тобой поиздеваюсь», — усмехается про себя Рид.       Ричард, как представился андроид, ходил за детективом по пятам. Пока тот варил кофе и возвращался на свое место, девятисотка успел дважды напугать неожиданным вопросом или словом. Позитивного настроения это не прибавило. Теперь Гэвин ходил еще и дерганный.       — Куда мне можно присесть?       Нет, серьезно, такими темпами Рид выльет на себя бедный капучино. Что с этой железякой не так?       — Попробуй умостить свою задницу на соседний стул, тостер, — бросил мужчина в сторону пустого стола напротив.       Андроид понятливо кивнул и сел на свое новое рабочее место. Огляделся по сторонам, включил терминал, полазил в нем и, видимо заскучав, решил переключить все свое внимание на Гэвина.       — Я думаю для продуктивной работы нам стоит познакомиться поближе, — вдруг заговорил Ричард.       — А я думаю тебе нужно заткнуться нахер, — язвительно в ответ.       — Почему вы так негативно на меня реагируете?       — Наверное, потому что ты и твоя раса меня бесят? — «Боги, Гэвин, говна кусок, не пались на элементарном!»       — Моя «раса»? — переспросил андроид, наклонив голову в сторону и немного удивленно смотря на человека.       «Черт, так и знал, что этот урод заметит. И главное даже эмоции свои почти не прячет, я-то вижу. У меня глаз зоркий»       — Да пофигу как это называется. Бесят меня такие как ты, вот и все.       — Но для более продуктивного…       — Да что ты все заладил «продуктивного» да «продуктивного», а? — стал раздражаться Рид. — Отъебись от меня наконец и займись работой.       — Как скажете, — не стал противиться RK900.       «Считай, раунд за мной»       Весь день прошел для Гэвина сумбурно. Вызовов не было, сплошные отчеты — бумажная волокита и игры на нервах. Появление Ричарда под носом беспокойства сильного пока не вызывало, но нервировало. Рид каждый раз вздрагивал, когда ловил на себе пристальный взгляд ледяных глаз, и шипел ругательства. Ох, не такому его учили при дворе, не такому.       Дома все было так же по-старому. Холодный дом встретил хозяина обманчивым уютом, было пыльно, вещи были разбросаны в творческом беспорядке, радио тихонько шумело на заднем плане.       Гэвин зашел на свою кухню и скользнул взглядом по ее неприветливому голубому кафелю. Открыл холодильник, не найдя ничего съестного для себя из человеческой еды, забрался в морозильник и выудил пакет с кровью. Усталость усталостью, а поесть все-таки да надо. Он же не хочет помереть по среди участка? Вот будет посмешище.       — Андроидская выскочка, — жаловался пустоте Рид. — И как только мозгов хватило поставить этот неадекватный молодняк ко мне, а? Я же его щелкну как орешек.       (Не щелкнул)       Утром Гэвин проспал и пришел на работу позже обычного. Хотя его обычное появление было тоже не шибко вовремя. Когда мужчина подошел к своему столу, RK уже ждал его.       — Что-то не так, детектив? Выглядите хуже, чем вчера.       — Нормально все, консервная банка. Не докапывайся, — отмахнулся.       — Вы нужны мне здоровым, поэтому я буду докапываться до вас столько, сколько потребуется.       — Ну нихуя ж себе как мы разговариваем. Ты бы лучше не острил, а принес бы мне кофе, ушлепок, — Гэвин гаденько ухмыляется, наблюдая за реакцией андроида.       — Я сижу, а вы стоите. Не целесообразнее ли вам самому за ним сходить? — вопросительно поднимает бровки и недобро щурится. У Рида закипает. Да как он вообще смеет так с ним разговаривать? Первый день, а уже выебывается, где такое видано вообще? Его надо проучить. И немедленно.       — Слушай сюда, ублюдок. Ты — тупая машина, которая была создана лишь для выполнения приказов человека. То есть моих приказов. Ты же продолжаешь сидеть на жопе ровно. Не говорит ли это о том, что недееспособного андроида могут прямо сейчас забрать в Киберлайф и разобрать?       В этих словах с первого взгляда не было ничего такого — только голая правда, но реплика была построена так, чтобы надавить на самое уязвленное место новообращенных — страх смерти. Элайджа не был душкой, и Гэвин прекрасно это знал. Его брат правил часто жестокого, но справедливо. В действиях короля никогда не было эгоизма, все силы были направлены на улучшение вампирского положения. Случай с андроидами тоже не исключение. Слуги Камски подбирали детей, имевших те или иные проблемы с родителями или социумом, и обращали их. Новенькие жили полностью за счет своих «воспитателей» и от приказа до приказа. Непосредственно вся эта афера контролировалась лично королем.       Андроид ничего не ответил, но магический диод загорелся красным. В яблочко.       — Что, нечего мне ответить, шавка киберлайфовская? — Рид специально нарывался. И кажется переборщил.       RK900 буквально взлетел со своего места и прижал детектива к стене, приподняв за грудки.       — О нет, детектив, — Ричард опалил теплым дыханием шею. — Это вы здесь шавка. Моя шавка.       Прозвучало устрашающе, заметил Гэвин, и возбуждающе.       Андроид медленно провел носом по коже, вдыхая запах. Рид напрягся.       — Вы прекрасно пахнете, детектив. Смесью ванили и кофе. Необычный запах, но приятный. Я запомню, — глаза андроида заговорщицки блеснули, но руки поставили напарника на землю.       Ричард вернулся на свое место, а Гэвин так и продолжал стоять возле стены добрую пару минут. Затем, видимо пришел в себя, фыркнул и ушел в столовую. Ему нужно выпить. И желательно что-то покрепче кофе.       На следующий день подобных стычек не предвиделось. По крайней мере, Рид был в этом уверен, ведь оставил такую варварскую тактику манипулирования. Он все-таки взрослый, чистокровный — ой, блять, нафига вспомнил? — вампир и ему не престало таким заниматься.       — Детектив, новое дело.       Гэвин подпрыгнул на месте от неожиданности. Ну только начала рабочего дня, за что ему это..?       — Чего там? — немного раздраженно спрашивает.       — Несколько трупов, возможно андроиды…       «…по коням?» — усмехнулся про себя детектив. Слишком древняя шутка, а все равно смешная.       — Детектив? — RK900 хмурится, зовя напарника, который явно витает в облаках.       — Выезжаем, консервка.       Гэвин поднимается с места и набрасывает куртку поверх толстовки. В дверях он оборачивается:       — Ты чего там завис? Винду обновляешь? — и смеется со своей шутки.       Ричард мигает желтым диодом и ничего не отвечает. Только продолжает пялиться на детектива нечитаемым взглядом. Сбой словил, что ли? А такое вообще возможно у ненастоящего андроида?       — Простите, я уже иду.       И снова спокойный голубой. Как будто ничего и не было, поднимается и подходит. Рид еле справляется с желанием закатить глаза.       — По данным судмедэксперта жертва умерла от двух ударов ножом, а лишь потом истекла кровью.       — Но..?       — Но я так не считаю, — Рич словно засветился, когда Рид спросил его мнения. — По моим предположениям убийца сначала обескровил потерпевшего, а затем нанес удары ножом, чтобы скрыть улики.       — Недурно, — заключил детектив.       Они с напарником приехали в дом на окраине Детройта. Он был небольшим, но довольно обжитым. Хозяина звали Кайл Прайс, и он был самым обычным мужиком. Не толстым, не худым, не красавчиком, но и не уродом, приводов за ним не наблюдалось — словом, самый обычный человек. Так почему же его убили? У Рида был на это один ответ: просто открыл дверь не тому. Сидел бы тихо и был бы до сих пор жив.       Одна из слабостей вампиров — невозможность зайти в дом без приглашения. Но если единственный хозяин мертв, то невидимая стена исчезает. Очень удобно для людей и не очень для нас.       — Как никак, я — передовая модель в линейке Киберлайф, — возгордился RK.       — Ты там не лопни от самодовольства. Вон аж грудь выпятил.       — Ну да, как только вам не знать о самодовольстве, детектив.       — Что сказал? — вспыхнул Рид. Этот-то он самодовольный? Он-то?       — Что слышали.       И он продолжает нарываться!       И погано ухмыляться!       Да что не так с этим ублюдком?!       Домой Гэвин вернулся в расстроенных чувствах. Внутри клокочет злость и, наверное, немного обида. Рид носится по дому, забегает на кухню и забирается в холодильник. Немного красного ему не помешает. Пакет резко рвется в руках, кровь брызгает на лицо, пачкает футболку, но вампиру все равно — он с яростью вгрызается в бедный пакет.       — Бесит! Бесит! Бесит, блять!       Немного выпустив пар, Гэвин уходит в гостиную, полежать на диване — подумать. Почему этот ублюдок так его бесит? Почему Рид так бесится? Парень оказался немного острее на язык, чем тот же Коннор, всего-то. Только даже тот так не бесит детектива, как его более новый братец. Кстати, об этом, возможно они и правда братья. Слишком уж друг на друга похожи, да и на обедах всегда вместе стоят — перемигиваются.       И все-таки. Девятисотка не оставляет Гэвина равнодушным, это факт. Только как теперь жить с новоявленной занозой в заднице?       Через месяц убийца был найден. Им оказался обычный парнишка-андроид, который не справился с инстинктами и убил своего «хозяина».       — Так почему ты его убил? — пытается расколоть преступника RK900. Детектив Рид стоит чуть поодаль, почти у выхода, и внимательно наблюдает за обоими новообращенными.       За своим напарником даже более пристально, чем за убийцей, потому что опасается первого? Возможно. Последнее время, Ричард вел себя все настырнее и настырнее, а вчера зажал Гэвина в углу. Последний еле спасся.       «Что вы скрываете, детектив?»       Андроид оказался на удивление догадливым малым и явно что-то подозревал на счет происхождения Гэвина, но тот хорошо шифровался. По правде сказать, Риду было особо все равно, узнает ли его секрет Рич или нет. Теперь точно. Не тогда, когда детективу стал нравится RK.       — Почему? — наигранно задумчиво отвечает убийца. — Да просто потому, что он меня достал. Как он смел так обращаться со мной?!       — Как он с тобой обращался? — спокойно поинтересовался Ричард.       — Заставлял выполнять меня грязные поручения, орал на меня, паскуда мерзкая, а однажды решил, что я должен отсосать ему. Я становился вампиром для того, чтобы убивать людишек, а не для того, чтобы они нагибали меня!       При упоминании вампиров RK дергается и косится в сторону своего напарника. Тот не выказывает никаких признаков удивления и андроид успокаивается.       — А ты на чьей стороне? На стороне этих людишек, да? Или на нашей, на правильной?       — Я не на чьей стороне, — говорит Ричард и ловит спиной заинтересованный взгляд.       — Да ты что? И ничего не сделаешь, если я убью этого человечка? — арестованный кивает в сторону детектива.       — У тебя не получится даже пальцем его тронуть, клянусь тебе, — Ричард явно зол, поднимаясь со своего места.       — Да? — губы преступника вытягиваются в оскал.       Неожиданно он вскакивает со своего места, в руках появляется пистолет, направленный на Гэвина. Оба детектива замирают.       — Ты настолько дорожишь человечишкой, что готов за него жизнь отдать?       — Да, — твердо.       Убийца хмурится, переводя мушку пистолета то на одного копа, то на другого.       — Какие вы скучные… — дуло останавливается на Ричарде. — Тогда я просто пристрелю тебя, а этого человечишку съем. Обещаю, он умрет быстро.       — Чт…       — Рич!       Раздается выстрел. Тишина… Секунда. Две. Три.       — Детектив… — Ричард стоит, как громом пораженный, и смотрит на Рида, заслонившего его собой.       — Что за фигня? — визжит убийца.       Гэвин плотоядно ухмыляется ему и выплевывает пулю. Она с характерным звуком падает на пол и сейчас этот звук оглушает.       — Недоросла малявка еще на старших тявкать.       Сейчас детектив пугает. В комнате будто тяжелеет воздух, но вокруг вампира он гуще, темнее. Атмосфера вмиг становится тяжелой.       Плавно, словно кошка, Рид подходит к остолбеневшему парнишке, выбивает пистолет и поднимает его в воздух, схватив одной рукой за горло.       — Какие глупые пошли новообращенные. Совсем страх потеряли. Ты жив сейчас только лишь потому, что я вовремя сориентировался. А представь, чтобы было бы, если ты попал? — рука на горле сжимается сильнее, паренек хрипит и вырывается, но бесполезно. — Я скажу, что было бы. От тебя бы мокрого места не осталось. Понимаешь? Скажи «спасибо» за мое великодушие.       Гэвин улыбается во весь рот и клыки сильно выделяются. Как и глаза цвета крови.       — Детектив, — зовет Рич, но не получает ответа.       — Есть, что сказать напоследок? — обращается Рид к преступнику. У того в панике расширяются глаза, и он начинает сильнее сопротивляться. — Видимо нет, жаль.       Слышится хруст костей. Одно мгновение и тело паренька падает на пол.       — Детектив, что вы сделали? — в ровном голосе проскальзывает тревога.       — Всего лишь сломал шею, не беспокойся, очухается через пару часов, — отмахивается Гэвин, складывая пальцы домиком и поворачиваясь к своему напарнику. Спокойный, ровный взгляд, грация в движениях — видимо он забылся, и королевская кровь снова взыграла.       — Детектив, так вы… вампир? — заинтересованные нотки, андроид подходит ближе. Рид в смятении делает шаг назад и упирается в стол.       — Да. Тебя это удивляет?       — Не особо. Я догадывался, но даже представить не мог… — Ричард замолкает, подходя вплотную.       — «Не мог» что? — Рич ставит руки по обе стороны от детектива и нависает над ним в опасной близости от лица.       — Не мог представить, что ваша вампирская сторона настолько возбудит меня.       Губы Ричарда накрывают губы Гэвина, тот протестующе мычит и пытается оттолкнуть напарника, но получается только лишь сжать плечи и отвечать на страстный поцелуй. Рич, не встретив должного сопротивления, сильнее напирает, разводит языком чужие губы, проникает в горячий рот. Там с нажимом проводит по клыкам и поцелуй приобретает вкус крови. Гэвину кажется, что эта кровь, оседающая на языке, голубая, прямо, как и должна быть у настоящих андроидов, но он прекрасно знает, что она самая обычная — красная.       Языки сражаются за первенство, дыхание давно сбито у обоих. Руки Рида давно перекочевали в волосы Ричарда, а тот посадил детектива на стол. Губы уже болят, но они все не останавливаются, пока Рич не кусает Гэвина за губу. Вампир чувствует привкус своей собственной крови и панически открывает глаза.       — Ст… Стой, придурок!       Детектив с силой отдирает от себя андроида. Видок у них так себе: растрепанные, возбужденные, а глаза горят алым у обоих.       — Что-то не так?       — Да, не так! Все не так! — Гэвин шипит и вырывается, бежит со всех ног к выходу. На сколько не были бы быстрыми новообращенные, со сверхскоростью трехсотлетнего вампира им не сравнится.       Как бы сильно Риду не хотелось бы остановиться, остаться, отдаться, он все равно боится. Боится, что Ричард мог по вкусу крови догадаться, что он — Гэвин — принц. Он боится, что тогда Рич отвернется от него или, чего хуже, станет подлизываться, будет использовать положение Рида, чтобы пробиться куда-нибудь. Гэвин больше не хочет себе такой жизни, спасибо проходили.       Вампир возвращается к себе в дом и запирается на все замки. Он знает, что девятисотка так и так к нему не заберется, но все равно тщательно проверяет замок на двери.       Именно в этот момент раздается звонок. Рид вздрагивает.       — Детектив, это я, Ричард. Откройте, пожалуйста.       В ответ молчание. Андроид начинает волноваться.       — Я знаю, вы дома. Впустите меня.       Рид качает головой и прикусывает губу. Он еле держится.       — Пожалуйста, Гэвин.       Голос Ричарда звучит настолько умоляюще, что вампир не выдерживает. Он открывает злощастную дверь и встречается взглядом с андроидом.       — Гэвин, мне все равно кто ты по происхождению, слышишь?       Детектив еле сдерживает слезы и дрожащим голосом, произносит:       — Проходи.       Рич улыбается и залетает в дом. Дверь с грохотом захлопывается. Двое мужчин неистово целуются посреди коридора, не в силах оторваться, напиться друг другом.       Молодой вампир подхватывает на руки детектива, поддерживая под бедрами, не выпуская из плена такие сладкие губы любимого. Рид больше не может сдерживать эмоции, и одинокая слеза скатывается по щеке.       — Не плачь. Все хорошо, — шепчет Ричард и сцеловывает влагу с лица. Гэвин улыбается и наклоняется, чтобы снова коснуться желанных губ напротив.       Рич тоже улыбается сквозь поцелуй и незаметно отходит в сторону спальни. Мгновение, и Рид оказывается на своей постели, застеленной голубыми простынями, а сверху нависает возбужденный вампир. В комнате нет света, но все видно. Только диод Ричарда лихорадит. Он перемигивает с красного на голубой с бешенной скоростью.       Мужчина возбужден, член давно болезненно стоит и очень сильно хочется к нему прикоснуться. Гэвин тянется к нему, чтобы хотя бы ослабить давление, но его руки перехватывает одна Ричарда и заводит за голову. Вампир сдавленно шипит.       — О нет, здесь я заправляю балом, — ухмыляется Рич, шепча слова на ухо, обжигая то горячим дыханием. Рид на мгновение прикрывает глаза, молчаливо соглашаясь.       — Так держать, Ваше Высочество.       Гэвина прошибает дрожь, и он беспомощно скулит от эмоций, распирающих грудную клетку. Ему кажется, что он сейчас скончается на месте.       Ричард, тем временем, обнажает клыки и медленно, едва касаясь кожи, проводит по открытой шее детектива, а затем делает два широких мазка языком, пробуя кожу на вкус. Рид дергается, пыхтит. Ему все еще страшно и Рич это знает. Но то, что он открылся для молодого вампира, подставил шею в прямом смысле, очень льстит Ричарду. Тот знает, что этот жест — проявление бесконечного доверия. Рич довольно урчит.       Одежда мешает, закрывает кожу, мешает доступу к более важному, и молодого вампира это раздражает. Он буквально срывает футболку со своего возлюбленного, с себя и, оставшись полуголым, продолжает изучать тело под собой.       Свободная рука поглаживает соски, массирует их, зубы прикусывают. Гэвин тихо постанывает от экстаза и просит продолжать. Ричард переходит на мышцы живота, бока. Гладит их, вылизывает, прикусывает, оставляя засосы на светлой коже. Риду кажется, что его пытаются съесть, но ему даже нравится такой расклад.       Хитро блеснув своими невозможными голубыми глазами, Рич запускает руку под брюки и нижнее белье, и дотрагивается до изнывающего члена напарника. Тот резко выдыхает сквозь сомкнутые зубы и умоляющее смотрит на молодого вампира, но тот лишь улыбается. Медленно поглаживает возбужденный орган, дразня.       — Хватит издеваться, придурок! — не выдерживает Гэвин.       — Ай-ай, не ругайтесь, Ваше Высочество, — ласково шепчет Ричард, издеваясь над мужчиной.       Рид недовольно рычит, но его член заинтересованно дергается, и молодой вампир смеется:       — Какой плохой мальчик.       — Заткнись!       Рич без лишних слов срывает штаны вместе с бельем с детектива и оглядывает представшую перед ним картину. Облизывается, а Гэвин краснеет под изучающим взглядом. Один миг и одежды не остается на обоих. Кожа к коже, никаких препятствий.       — Смазка в тумбочке, — выдыхает мужчина.       — И не сомневался.       Рид фыркает и наблюдает, как Ричард достает тюбик со смазкой и выдавливает себе на пальцы. Размазывает, согревает и с хитрой улыбочкой выдает:       — Раздвинь ножки, принцесса.       Гэвин вспыхивает и возмущается, поэтому молодой вампир быстро затыкает его поцелуем. Разводит его ноги в стороны и удобно устраивается между. Первый палец легко проскальзывает внутрь, Рид сдавленно стонет в поцелуй. Когда в дырочку забирается второй, Гэвин хмурится и сжимается. Ричард пытается его успокоить, свободной рукой надрачивая ему член и Рид медленно расслабляется. Третий палец идет плохо, Гэвин сжимается, шипит и царапает Рича за плечи, но терпит. После пары минут растягивания, молодой вампир думает — пора.       — Перевернись.       Рид растерянно хлопает глазами, поэтому Ричард сам его переворачивает не в силах ждать. Он ставит его на колени и накрывает собой, Гэвину приходиться облокотиться на локти, чтобы не упасть.       — Я вхожу, — с издевкой оповещает Рич и осторожно входит.       Из горла вырывается стон, Рид комкает простыни от распирающего чувства внутри. Это невыносимо.       Ричард шепчет на ухо всякие успокаивающие глупости, а Гэвин просто пытается справиться с собой и кое-как выровнять дыхание, чтобы не отдать концы прямо сейчас.       Когда Рич полностью оказывается внутри, он задевает простату и Рид оглушительно стонет на одной ноте, содрогаясь всем телом. Ричард облегченно выдыхает и ускоряется, набирая темп. Вдалбливается в столь желанное тело, накрывая его собой. И вдруг цапает Гэвина за загривок, сжимая челюсти и глубоко проникая клыками под кожу.       Рид плачет и извивается под Ричем, орет от волн удовольствия, прошивающих тело с каждым толчком и ужасно хочет кончить. Загривок сладко болит, Гэвин чувствует, как его кровь пьют жадными глотками и ощущает себя чертовым мазохистом, которому до безумия нравится все происходящее.       Ричард кончает первым прямо в Рида, и, чувствуя как горячая сперма заполняет его, Гэвин не выдерживает и кончает следом.       Они оба без сил падают на кровать, лицом к друг другу, и улыбаются как психи. Рич загребает любимого в объятия, а тот зарывается лицом ему в шею.       — Когда ты понял? — первым подал голос Гэвин.       — Я давно догадывался. Вы с королем очень похожи.       — Близнецы, что уж, — фыркает Рид. — Он, чтоб ты знал, хороший парень. Правда, чаще всего тот еще засранец.       — Я знаю.       — Что? — Гэвин пытается приподняться, чтобы заглянуть в глаза своей пары, но тот не дает, сильнее прижимая к себе.       — Некоторые секреты должны оставаться секретами. Спите, мой принц, — Рич целует мужчину в макушку.       Они оба засыпают и только слабый, спокойный голубой свет от диода освещает комнату.