Дай мне шанс

В ушах звенело, воздуха катастрофически не хватало, голова разрывалась от тупой боли, глаза начинали различать очертания предметов. Денис чувствовал, как его лицо, покрытое легкой испариной, обдувает прохладный ветер. Вдруг раздался шлепок, второй, третий. Щеки Истомина вспыхнули от боли, а в памяти возник образ разозленного отца, отвешивающего хлесткие удары, хотелось защититься. Едва поднимая ослабевшие руки, он закрыл голову и старался не произносить ни звука. Сознание вновь покидало студента. В машине пахло табаком, мятой и лимоном. Когда Денису было десять, он тратил все свои карманные деньги на «Рондо» с таким вкусом. Уплетал их каждый день по несколько пачек. Просто в какой-то момент на кухонном столе появилась стеклянная бутылка с прозрачной жидкостью в ней. Рядом были шоколадки, чипсы и то же лимонно-мятное драже. Был веселый отец и слегка недовольная мать. Бутылок становилось больше, денег меньше. Сначала исчезли сладости, затем улыбка женщины, а в самом конце испарилось пресловутое семейное счастье. В салоне автомобиля было тепло, даже жарко. Водительское кресло было занято каким-то мужчиной. Теплый воздух совсем разморил парня, и он провалился в крепкий сон. Пробуждение было тяжелым. Глаза будто засыпал песок, и Денис открыл их с большим трудом. Он оказался на массивной постели, рядом была миниатюрная белая тумбочка с электронным будильником на ней. Ярко-зеленые цифры гласили: 20:13. Истомин сел на кровати, пытаясь осознать где он находится, и обнаружил, что раздет до трусов. От резкого подъема в глазах потемнело, голова загудела, и парень протяжно застонал. В соседней комнате раздалась возня, Денис внимательно смотрел на дверь светлого дерева, готовый начать бой с неизвестным похитителем его маленького тельца. -Господи, хоть бы оно как-нибудь само там решилось, — подумал парень, когда ручка двери повернулась с характерным щелчком. На пороге комнаты стоял мужчина, чьи светлые волосы, обычно собранные в аккуратный хвост, сейчас были беспорядочно разбросаны, опускаясь чуть ниже плеч. На его лице отсутствовала привычная усмешка. Взгляд Дениса скользнул вниз по шее, мельком пробегая по грудным мышцам, охватывая каждый кубик пресса, и остановился на резинке темно-синих спортивных штанов. В голову закрадывалась одна очень нехорошая мысль. -Голодный? -Да, — Истомин не ел уже несколько дней, поэтому не могло быть и речи о правилах приличия. Никита развернулся и жестом приказал следовать за собой. Денису не нужно было повторять дважды. Откинув одеяло он встал, нашел на стуле какую-то футболку с принтом в виде рычащего льва и вышел за преподавателем. -Извини, я за свои тридцать лет запомнил только как макароны варить, — всегда уверенный в себе мужчина непривычно для Истомина тушевался. Всю жизнь Скворцов учился, повышался, достигал высот в спорте. Все его время было занято именно этим. Когда дело касалось этих сфер, он был как рыба в воде, но если он был вне этого сформированного за много лет шарика, мужчина чувствовал себя неуверенно. Так было и в этот раз. Было неуютно и очень странно. В голове крутилось множество вопросов. Почему он тут? Сколько он тут пробыл? Почему он был полуголый в кровати своего преподавателя и почему Никита Сергеевич выглядит очень добрым в этот вечер. Денис изучал свои руки, будто надеялся получить в них ответы на все свои вопросы. Когда перед ним оказалась тарелка с едой, он сначала неуверенно поковырял вилкой в не слишком изысканном блюде и вскоре с диким аппетитом набросился на еду. На секунду Скворцов удивился, но все тихонько складывалось в собранный паззл. Потеря сознания ни с того ни с сего, полностью покрытое синяками тело, прихрамывающая походка Истомина, его опоздания, то, как он прикрывался руками от пощечин. От внимательного взгляда мужчины не ускользало ничего. Оперевшись на кухонную тумбу и скрестив руки на груди, он изучал своими голубыми глазами парня. Мальчик был похож на голодного волка, отбившегося от стаи. Управившись с макаронами, Денис залпом выпил кружку горячего чая с сахаром и посмотрел на мужчину своими темно-карими глазами. И тут Никиту передернуло. На него смотрела пара глаз, принадлежащих не злому волку, а маленькому щеночку, которого нашли брошенного в грязной, промокшей коробке. И этот маленький комочек счастья все еще отчаянно верил в людей. Откинув подальше лишние мысли, блондин сел напротив студента и начал разговор. Оба понимали, что беседа будет тяжелой. -Расскажешь? -Что вас интересует? -Да все, — Никита задумался и продолжил, — Откуда у тебя эти синяки, например, — он поморщился, потому что голые ноги Дениса выглядели ужасающе. Истомин на минуту задумался, решая говорить ли правду, затем ответил: -Отец пьет. Врать совершенно не хотелось. Пьющая глава семейства — проблема популярная, все уже свыклись с мыслью, что это норма. Тем более, Денису уже восемнадцать, по закону, он сам за себя отвечает. -Ты с ним живешь? -Да. -Почему не переедешь, в ту же общагу, например. -Мать. Паззл собрался. Последний кусочек встал на свое законное место. Скворцов понимал, о чем думает Денис. Ему стало нестерпимо жалко парня. Хотелось ему помочь. -Хочешь остаться сегодня? — мужчина спросил, как можно аккуратнее подбирая интонацию. Истомин задумался, в который раз внимательно изучил свои руки и спросил: -Никита Сергеевич, а почему я вообще у вас дома и без одежды? Озадаченность в голосе парня позабавила мужчину. -Денис Александрович, вы потеряли сознание, и я выбирал между больницей и моим домом. Решил, что ко мне будет лучше. Без одежды вы просто потому, что неприлично ложится под одеяло в ней. Еще вопросы? Истомин помотал головой, тряся русыми волосами, и тихо сказал: -Я хочу остаться. Никите больше ничего не нужно было слышать. Он отлучился на несколько минут, а когда вернулся, протянул парню полотенце, домашние штаны и запакованную зубную щетку. -Можешь ложиться в спальне, я постелю себе в зале. Если что будет нужно — обращайся. Никита только кивнул. Было очень неудобно и даже как-то неправильно оставаться у преподавателя, но до чего же не хотелось возвращаться домой. Денис умылся и прошел в комнату, в которой очнулся. Мягкая кровать пустила его в свои объятия, и парень подумал, что сегодня очень хороший день.