Ни с тобой, ни без тебя — жить не могу

"Такацуки Сен - это ты?"

      Утро. За окном красиво пели птицы. Девушка проснулась и потянулась. Открыв глаза она увидела парня сидящего в кресле, он читал одну из книг Такацуки Сен. — Тебе нравится Такацуки Сен? - спросила девушка, закрываясь глаза от слепящего солнечного света — Мм... Нуу... Да - засмущался парень. — Из-за чего? Что в её книгах такого особенного? — Мм, сложно сказать. Нуу, просто приятно читать. Далеко не со всеми книгами так. Да и к тому же с Такацуки Сен так много всего связано. В её книгах я буквально узнаю себя. Девушка улыбнулась и засмеялась. — Чего? Я что-то не то сказал? - покраснел Канеки — Нет, прости. Всё нормально, - по-прежнему мило улыбаясь сказала она. — Слушай, может оденешься? - указал пальцев на девушку, сказал беловолосый. — А зачем? — Нуу.. А если там, кто-нибудь зайдёт... Или, это нуу... - покраснел парень. — Да ладно тебе, что ты так разнервничался? Как будто в первый раз девушку видишь. — Да н-нет. Н-ничего не п-первый, - отведя взгляд, заикаясь произнёс парень в глазной повязке. Девушка снова засмеялась, окончательно добив моральное состояние молодого парня. Она встала и направилась к шкафу Канеки, где нашла джинсы, и свитер синего оттенка. Девушка расстегнула пуговицы на рубашке, и сняла её. Парень, увидев это, отвернулся и принялся разглядывать обои. Она вновь рассмеялась. Кажется, Канеки уже начал понемногу привыкать. — Можешь поворачиваться, - сказала девушка. — А это нормально, что ты одеваешь мои вещи? - спросил Канеки, глядя на неё, - Кстати, тебе идёт, - снова краснея сказал седовласый. — Ты сам предложил мне одеться, но кроме твоих вещей у тебя ничего нет, так что прости уж. — Тогда пошли и купим тебе вещи, - даже не подумав выпалил беловолосый. — Тебе правда так неприятны не совсем одетые девушки? Или тебе неприятна я? - будто специально надувшись спросила она. — Нет, нет, что ты, ты мне приятна, - ответил парень, а позже, осознав что сказал, он снова покраснел. Девушка рассмеялась в который раз. Канеки было уже не обидно, ему даже немного нравилось. Подойдя к столу, она взяла очки парня и надела их. — Мне идёт? — Ээ... Да, о-очень. — Ну что, пойдём покупать одежду? — Ага, пошли.       Блин, и какого хрена я иду с ней в магазин? Думал Канеки уже находясь в пути к ближайшему торговому центру. — Эй, это что, Такацуки Сен? - послышался голос девушки со стороны — Ага, это она. Может подойдём, сфотографируемся? На память, - произнесла её подруга. — Такацуки Сен! - теперь уже кричали эти две студентки. Спутница Канеки улыбнулась, и помахала им. Парень был в ступоре, он не мог ни пошевельнуться, ни слова сказать. — Можно с вами сфотографироваться? - сказала одна из студенток. — Да, конечно, - мило ответила писательница. "Фуух, хорошо что со стороны выглядело так, будто мы просто шли рядом, а то пришлось бы красоваться на фото с известной писательницей, ничем хорошим это не грозит." - только успел закончить мысль Кен, как Такацуки взяла парня под локоть. Он испытывал одновременно счастье и страх. На его лице застыла смешная гримаса, а левый глаз начал дёргаться под повязкой. — Спасибо большое, - сказали студентки, и засеменили в противоположную от них сторону, оставив Канеки и Такацуки в одиночестве посреди улицы. Парень всё ещё был в ступоре. У него было так много вопросов, но о не знал с чего начать. — Ну что, пойдём? - посмотрев на Канеки, сказала девушка. На что он молча кивнул. — Так ты Такацуки Сен? - спросил парень спустя пару минут. — Как видишь, - улыбнулась писательница. — То есть ты одновременно член Аогири и писатель? - удивился он. Сен остановилась, и довольно сильно приблизилась к лицу Канеки. — Ты хочешь, чтобы нас услышали голуби? - тихо прошептала девушка, - Если нет, то давай не здесь, и не сейчас. И ещё, я больше не в Аогири. — Эмм.. Хорошо, - произнёс парень и вздохнул. Дальше они шли молча. Девушка разглядывала вывески магазинов. Она редко была в 20-ом районе, поэтому всё это было её в новинку. Да и прогулки с парнем для неё тоже не самое обычное дело, хотя после того что произошло сегодня утром ей было немного стыдно. Канеки же смотрёл куда попало: то под ноги, то на проезжающие рядом машины, а то и вовсе на лица проходящих мимо людей. Он всё ещё был потрясён происшедшим за последний день. Во время операции по уничтожению гулей в Антейку он успел спасти девушку, которая является мало того что одноглазым гулем, так ещё и его любимой писательницей. Да ещё и утренний инцидент не прошёл без следа. Он впервые увидел девушку в нижнем белье, не считая девушек из журнала, которых он видел мельком пару раз в школе у одноклассников. Полчаса спустя, они покинули торговый центр. У Канеки в каждой руке было по два пакета. А Такацуки, совсем как ребёнок, шла вприпрыжку рядом с ним. Проходя парк, Канеки решил сделать небольшую остановочку, чтобы поговорить с писательницей, и побольше о ней узнать. — Такацуки-сан, присядем? — Нуу, почему бы и нет? — Может расскажешь о себе? — Ты хочешь узнать о Такацуки Сен или об Это Йошимуре? — Это Йошимура? Йошимура... Знакомая фамилия. Точно... Шеф! Йошимура-сан! Неужели ты... его дочь? Тогда всё сходится, и ты и он - совы... — Я мало чего знаю о своём отце, только лишь то, что он гуль. Гуль из V. Из-за него погибла моя мать. Всё это было написано в дневнике, которые мне оставила мать... — Из-за этого ты пошла в Аогири? — Кто знает... Такацуки положила голову на колени Канеки — Эй, что ты делаешь? Здесь люди вообще-то ходят? — И что? Пускай себе ходят... Нить диалога вдруг куда-то исчезла, не ему, не ей не хотелось ничего говорить, просто молчать. Её лежа на его коленях, а ему краем глаза смотря на лицо любимой писательницы. — Йошимура-сан. Это он научил меня варить кофе. Я думаю, что он погиб... — Думаешь мне есть какое-то дело до этого старпёра? Я никогда не называла его своим отцом. Да и если б он хотел быть отцом, то не бросил бы меня в 24м районе... Ладно проехали, давай не будем об этом, я думаю что это не самая приятная тема для разговора, да Канеки? - улыбнулась Такацуки — Ага, ты права. Ну что, пойдём? — Ты правда хочешь куда-то идти? — Нет - сказал парень, и продолжил в уме - "Я хочу сидеть так весь день." — Тогда не парься, - сказала Такацуки, дотронувшись обеими руками к лицу Канеки. Смотря ему в глаза она медленно приближала к себе его голову. Парень не сопротивлялся, ему это нравилось. Как вдруг: — Курияма, смотри, да это же Такацуки Сен! - послышался женский голос. От неожиданности они открыли глаза, их лица были в паре сантиметров друг от друга. Они пересеклись взглядами, и засмеялись. Ни он, ни она не знали почему смеются, им просто этого хотелось. Такацуки в первый раз с момента спасения перехотелось умирать. А Канеки снова почувствовал себя живым... — Эй, можно с вами сфотографироваться? Я Курияма — журналистка, - голос становился всё тише и тише...