Absolut Virgin Lex

— Правда или желание? — Правда. — Когда ты потерял девственность? И с подробностями. Огонь потрескивал в камине за Кларком Кентом, он улыбался своему другу. После обеда он пришёл в замок, чтобы отвлечь Лекса от размышлений о смерти Кассандры. Он был в комнате, когда она умерла, это должно было испугать Лекса, признавал он это или нет, и Кларк не был бы хорошим другом, если бы позволил ему переживать это в одиночестве. Он сказал родителям, что будет поздно, и использовал его политику открытых дверей в свою пользу. Лекс Лютор замер, прицеливаясь для следующего удара, и пристально посмотрел на шар. Они играли уже третью партию за вечер. На стеклянном кофейном столике стояли пустые стаканы из-под молока и тарелка с крошками от имбирного печенья. Низко висящая над столом лампа ласкала тёмную мебель и заставляла пурпурную рубашку Лекса мерцать, когда он наклонялся для очередного удара. Кларк предложил поиграть в Правда-или-Желание, чтобы он мог получше узнать Лекса и наоборот. Конечно, это было немного отстойно, но «отстой» — это второе имя Кларка, по словам Пита и Хлои, это развлекло Лекса, он посмеялся и согласился. С тех пор Кларк узнал, что Лекс прятался в туалетах во время вечеринок, когда был моложе, с такой страстью любил шоколад, что полностью исключил его из рациона, и мог пошевелить ушами по команде. Сам он рассказал только о самом унизительном моменте (он проглотил муху во время командной игры в школе) и перечислил свои немногочисленные влюблённости, потому что Лекс не спрашивал ничего существенного. Пока. Кларк знал, что это только дело времени, особенно после его вопроса. Кларк перекатывал кий между ладоней, уперев его тупым концом в кроссовку, и дожидался ответа Лекса. Будучи девственником, он нуждался в жизненном опыте других людей. Особенно Лекса. — Я этого не делал. Кларк был смущен спокойными словами Лекса, хлёстским ударом направившего биток в седьмой шар. Он упал в боковую лузу. — Не делал чего? Лекс поднял голову, с немного застенчивым выражением на лице. — Не терял девственность. Челюсть Кларка упала. Он со щелчком закрыл рот и потряс головой. — О, да ладно. Ты рассчитываешь, что я поверю в это? Лекс пожал плечами и обошёл стол, изучая положение оставшихся шаров. — Это правда. — Тебе двадцать один. — Недоверчиво сказал Кларк. — И что? — И ты Лекс Лютор. Ты же не можешь тоже быть девственником. Кларк почувствовал, как его щеки заливаются краской от собственного признания. Но, ему было всего пятнадцать, и он странный. Это ожидаемо. — Слухи о моих похождениях сильно преувеличены, Кларк. — Прокомментировал Лекс. — Уверяю тебя, у меня ни с кем не было секса. — Но… почему? — Ошеломленный, Кларк осмотрел Лекса с ног до головы. Лекс был одет в узкую тёмно-фиолетовую рубашку с расстёгнутым воротником, из-под которого виднелась белая футболка, идеально сидящие чёрные брюки плотно отбтягивали задницу, когда он наклонялся для очередного удара по шару. — Это какая-то религиозная традиция? Нет секса до свадьбы, или что-то в этом роде? Лекс без особой радости рассмеялся. — Нет, это не связано с религией. На данный момент, это мой выбор. Кларк уставился на него. — То есть, ты *выбрал* не заниматься сексом, когда мог бы заполучить кого захочешь? Лекс усмехнулся краем рта. — Я ценю твоё мнение обо мне. — Я все ещё думаю, что ты морочишь мне голову. — Сказал Кларк. — Я не женщина, Кларк. Я не могу доказать свою девственность. — Тогда, как далеко ты заходил? Точно дальше, чем я. Лекс смотрел на стол, и Кларк зачарованно уставился на него, когда румянец залил шею Лекса от воротника рубашки, распространился по затылку и раскрасил уши. Судя по всему, он пытался решиться. Он прислонил кий к стене, подошел к столу и присел на край. Засунув руки в карманы, он иронично ухмыльнулся. — Я целовался, ну и дрочил, конечно. Это всё. У Кларка опять отвисла челюсть. — Ты шутишь. — Нет. — Но ты же ходячее приглашение к сексу! — Выпалил Кларк и снова покраснел. Лекс выглядел польщённым, хотя его самоуничижительная ухмылка никуда не делась. — Я не всегда выглядел так, Кларк. — Он вытащил и кармана бумажник. Кларк получил сложенную вчетверо бумажку, какую выдают фотокабины в торговых центрах. Улыбающаяся брюнетка сидела щекой к щеке с круглолицым, очень молодым, лысым Лексом. Уши Лекса торчали как ручки у кастрюли, и Кларк подавил смешок. — Когда это было снято? — Три года назад, мне было восемнадцать. Кларк перевёл взгляд с фотографии на Лекса. — Вот это да. Ты был маленьким. — Я закончил расти только в девятнадцать. — Лекс разгладил рубашку на груди и животе, показывая мышцы под ней, словно доказывая, что он уже не маленький ребёнок. — Регулярные тренировки тоже помогли. — Тем не менее, тебе двадцать один. — Кларк никак не мог поверить. Лекс двигался, как ртуть, и имел такой головокружительный, голодный взгляд, что было удивительно, что люди не срывали с него одежду, когда он смотрел на них. — И, как я уже сказал, это выбор. — Лекс снова сунул руки в карманы. — Я тот же человек, что и на этом фото, и если они меня не хотели тогда… Проще говоря, большинство людей интересуются мной просто из-за моей внешности или моих денег, на самом деле хотят не *меня*. — Совсем как те, кто смотрит на тебя как на Лютора, а не просто Лекса. — Кларк наслаждался радостными морщинками в уголках глаз Лекса, потому что понял. Он снова посмотрел на фотографию и подумал, что торчащие ушки Лекса были довольно милыми. — Это твоя девушка? — Спросил Кларк, переворачивая фото. На обороте были написаны дата и слова: *Аманда и лягушонок-педик*. Он нахмурился. — Нет. Аманда была просто другом. — Лекс наклонился вперед и вырвал фотографию из рук Кларка. — Но, ты уже понял, почему я не был популярным дамским угодником. — А что значит надпись на обороте? — Спросил Кларк. Лекс мельком взглянул на надпись, прежде чем убрать фотографию. — Просто дурацкая шутка. — Это не смешно. — Нет, но это единственная фотография Аманды, которая у меня есть. — Сказал Лекс. — Она была очень близким другом. Кларк помолчал, собрал всю свою решимость и спросил: — Это правда? — Прошу прощения? — Лицо Лекса вспыхнуло, прежде чем вернуться к обычной бесстрасности. — То, что после лягушонка. Между прочим, ты не похож на лягушку. Просто… очень молод. — Кларк уставился на кий в своей руке. — Я имею в виду: ты гей? Кларк из-под ресниц посмотрел на Лекса, внимательно изучающего его. Он почувствовал, как его щеки загорелись, и уже собирался сказать Лексу, чтобы не заморачивался, когда тот ответил. — Вроде того. Кларк поднял голову, облегчённо улыбнулся, и, внезапно расслабился. Он был не одинок в своих предпочтениях. — Я тоже. Рот Лекса дернулся в явном недоверии. — Как насчет Ланы? — Лана — идеальная девушка. — Кларк тяжело вздохнул. Лекс глубже засунул руки в карманы. — Я не виню тебя за твою высокую цель, но идеальные девушки обычно недосягаемы. — Я знаю, и она не такая грязная, какой я её вижу. — А секс должен быть грязным. — Криво улыбнулся Лекс. — Так я читал. Кларк медленно поднял глаза на Лекса, осмотрел с головы до ног, прежде чем встретиться с ним взглядом, надеясь, что выглядит сексуально, а не глупо. — Я бы не возражал, чтобы ты был грязным. Ноздри Лекса затрепетали. Кадык подпрыгнул, когда он судорожно сглотнул. — Ты же это не серьёзно. Кларк покрыл расстояние между ними в три шага, бросил кий на стол и упёрся в него руками по обе стороны от Лекса. Он услышал резкое дыхание Лекса и увидел, как быстро бьётся венка у него на шее. Наконец, Кларк посмотрел прямо в широко раскрытые голубые глаза. Он изо всех сил старался сказать что-то соблазнительное, но, в такой непосредственной близости к Лексу, его разум затуманился, мысли разлетелись, как одуванчики на ветру. — У тебя веснушки на носу. Лекс коротко кивнул, не моргая. — Я знаю. Кларк поцеловал его. Рот Лекса был жёстким и откровенным, Кларк почувствовал рельефный шрам на верхней губе. Его пальцы рефлекторно сжали край бильярдного стола. Лекс горячо и резко выдохнул в его рот, и Кларк отпрянул назад, испуганный и довольный одновременно. Глядя на Кларка, Лекс облизнул губы, прижимая их зубами, протягивая по ним влажную смятую кожу. Взгляд Кларка сосредоточился на этом движении, и он упустил из вида руку, скользнувшую в волосы на затылке, но, когда он снова целует Лекса, это уже не имеет значения. Кларк закрыл глаза, раскрыл рот и отдался поцелую. Язык проскользнул в его губы, толкнулся туда и обратно, вовлекая его в игру. Он шумно выдохнул и прижал Лекса к себе, скользнув руками по бокам и устроив ладони между плечами и поясницей. Пальцы Лекса сжимали и отпускали его волосы, другая рука ухватилась за рубашку Кларка. Горячий, влажный и грязный, Кларк поглощал Лекса, поглощаемый им в ответ. Они толкались носами, царапали друг друга зубами, языки извивались взад-вперед, и в глубине души Кларк похвалил французов за то, что изобрели такой поцелуй. У Лекса был вкус алкоголя и мятной зубной пасты, и он так сосал язык Кларка, что Кларк фантазировал, как он сосёт какое-то другое место. Он чувствовал, как Лекс тяжело дышит, а у своего бедра *член Лекса! * уверенную твёрдость, и когда он прижался, Лекс вздрогнул, и это было так хорошо, и он был таким, таким, таким геем. Его рука опустилась, сжала ягодицу Лекса, и он тесно сдвинул их бёдра. Лекс издал горлом такой сладкий звук, что Кларк попытался собрать его языком. Двинувшись ещё ближе, он прижимает свою эрекцию к животу Лекса, надавливая своим бедром ему между ног. Рука Лекса металась по спине Кларка, царапая ткань рубашки. Короткие ногти второй руки вонзались в затылок, он извивался, прижимался и тёрся о бедро Кларка. Кларк мял и гладил задницу Лекса, помогая ему, и его собственный член упирался и втирался в его живот с каждым толчком бёдер. Лекс разорвал поцелуй — теперь они скорее дышали друг другу в рот, чем целовались — и откинул голову назад. Кларк открыл глаза, чтобы засвидетельствовать оргазм Лекса. Зубы Лекса впились в его нижнюю губу, ярко белея между покрасневших, опухших, искусанных до синяков губ. Глаза зажмурились, он обхватил руками Кларка, бедра двигались хаотично. Его лицо и лысая голова раскраснелись, мускулы на шее напряглись, ноздри раздувались от тяжёлого дыхания. Он заскулил, как спущенный воздушный шарик, и кончил, плотно прижавшись к ноге Кларка. Лекс резко обмяк, как оборванная струна, и судорожно втянул в себя воздух. Руки рефлекторно сжались в волосах и на рубашке Кларка, когда он поднял голову. Он прикусил нижнюю губу, коротко моргнул и осторожно открыл изумлённые глаза, и румянец на его коже был не просто от оргазма. Лексу было *так* жарко. Кларк закрыл глаза, упёрся лбом в плечо Лекса, и обрушился на него. Пять толчков, и Кларк затрясся в оргазме, яркая волна прокатилась от яиц через член и залила его трусы горячей спермой. Его первый оргазм с другим человеком. — Круто. — Пробормотал он в рубашку Лекса, выравнивая своё тяжёлое дыхание. Лекс резко дёрнулся в его руках, когда он повернул лицо и укусил его шею над воротником рубашки. — Ауч! Кларк хихикнул и лизнул укус, прежде чем поднять голову. Глаза Лекса сияли в противовес надутым губкам. Кларк задавался вопросом, понимает ли он, что они только что сделали. Сделали это. У них только что был *спасибоспасибоспасибо*… — У нас только что был секс. — Фроттаж, на самом деле, от французского слова «трение». — Лекс безуспешно упирался ладонями в грудь Кларка, глядя куда угодно, только не на его, всё ещё красное, лицо. — А сейчас я хочу переодеться. Кларк не чувствовал себя неуверенно, но Лекс достаточно хорошо делал эту работу за них обоих. — Не стесняйся, Лекс. — Я не «стесняюсь». — Ты… — Кларк поймал запястья Лекса и заставил его руки опуститься. — И никто из нас не девочка. И я собираюсь сказать, что мне понравилось, и я хочу делать это снова, часто, и желательно без одежды, но, если ты этого не хочешь, то всё в порядке. Я всё равно буду приезжать и эффектно проигрывать тебе в бильярд. Глаза Лекса довольно долго изучали Кларка, прежде чем его плечи расслабились, а уголки губ приподнялись в улыбке. — Я не думаю, что это можно найти в «Справочнике по лучшим друзьям». Кларк улыбнулся. — Тогда мы выбросим его, и возьмем вместо него книгу «Секс для чайников». Лекс засмеялся и смущённо опустил глаза, насколько вообще Лекс Лютор был способен на смущение. И небрежно отряхнул брюки. — Знаешь, мне ужасно неловко сидеть перед тобой в запачканных штанах. — Да, но оно того стоило. — Сказал Кларк. Лекс улыбнулся и протянул, сыто зажмурившись: — Да, стоило.