Время поговорить

Сегодня было дождливо, достаточно дождливо для того, чтобы Эдди решил не высовываться на улицу. Он сидел в своей квартирке, которая, наверное, видала лучшие времена, и смотрел какой-то фильм. Сказать, что этот фильм был скучным, — ничего не сказать. По крайне мере, для Венома это было так. Инопланетная жижа сейчас заседала в голове своего носителя и просто перебирала все его воспоминания, пытаясь себя хоть чем-то занять. Эдди наотрез отказался куда-либо идти. Конечно, паразит мог просто взять контроль над его телом и пойти туда, куда бы ему захотелось, но за время, что они провели вместе (чуть больше полугода), они пришли к таким вещам, как понимание и уважение чужого выбора. Эдди первое время даже было смешно от той мысли, что Веном начал уважать «свою тачку», а тот в свою очередь огрызался и говорил, что, мол, сам не хочет делать того или другого (кроме еды, пожрать он любил всегда). Их отношения постепенно даже от простых знакомых (тачка — водитель) переходили к дружественным, если не дальше. Сейчас всё казалось более простым, и Эдди не боялся подумать о чём-то, в ответ получив колкую шуточку, — он уже просто привык. Это всё казалось нормальным, привычным, обыденным, и когда мужчина НЕ слышал подколов, то волновался больше, чем если бы они были. Удивительно, но Веном относился к нему с какой-то… нежностью, что ли? Если вспомнить вышеупомянутое уважение, то он также и заботился о своём носителе. Но объяснял свои через-чур-походящие-действия-действиями-для-парочек тем, что Эдди нужно поддерживать себя в хорошей форме, тогда и симбиоту будет прекрасно житься. И едва его носитель начинал думать, что это симпатия и любовь, Веном сразу мысленно говорил ему «заткнись» и добавлял: «Мне чужды ваши примитивные чувства». Но так ли они чужды? Вернёмся к этой недоделанной паре влюблённых. Паразит не прекращал копаться в голове Эдди, попутно отпуская едкие комментарии по тому или иному отрывку воспоминаний, иногда даже тихо посмеивался. Брок безразлично хмыкал и дальше продолжал наблюдать за происходящем на экране. Да, наверное именно так бы Эдди и хотел жить: умиротворённо лежать, смотреть какой-то глупый, скучный фильм, а рядом бы лежала любовь всей его жизни и занималась своими делами. И не важно, что они делали каждый своё, главное, что вместе! И хоть судьба злостно посмеялась над ним, подкинув сожителя в своё тело, нельзя же сказать, что он недоволен тем, что имеет сейчас. Наоборот, он очень даже счастлив, но иногда ему просто необходимо личное пространство (как он сам говорит, но думает иначе). Веном любезно его ему предоставляет именно сейчас, не трогая и не мешая, даже согласился остаться сегодня дома. Мысли в голове у Эдди были самые разные: от желания пойти съесть какой-нибудь сэндвич (сейчас у них был напряг с деньгами) и вплоть до тех, в которых он мечтал о том, что они с Энни вновь будут вместе. К сожалению или счастью, не всему суждено было сбыться, и мужчина это прекрасно понимал, хоть и хотел вернуть свою любимую. Как же он быстро изменил своё решение, едва у него появился верный напарник и по совместительству хороший друг. Ну, как верный, первое время он так точно заботился только о своей шкуре, сейчас же желание «заботиться» коснулось и измученного несправедливостью жизни Брока. Да Боже ж ты мой! Он влюбился, однозначно. Эдди, а не Веном. И это как-то придавало сил репортёру, он смог найти себе работу, хоть она и была низкооплачиваемой, но он занимался тем, что приносило ему радость. Как же Эдди влюбчив, это ж надо! Ещё полгода назад он делал предложение своей девушке, а сейчас любит непонятную хрень, которая без спроса поселилась в нём. За то время, что с ним был симбиот, Эдди тщательно раздумывал над своими отношениями с Энн, и нужны ли они ему вообще, если уже спустя такой короткий промежуток времени она нашла ему замену? И в то же время он утешал себя мыслью, что она просто не хочет быть одинокой, что она тоже имеет право быть счастливой, просто не с ним. Взвесив все «за» и «против», он просто забил. Откровенно забил. Тем более ему хорошую пищу для размышлений дал тот поцелуй в лесу, о котором Веном после как-то неохотно говорил, иногда просто уходя от ответа. Единственное, что волновало Брока больше всего — любит ли его Веном, или нет. Он делал выводы, опираясь только на его поведение, но и оно не говорило о многом, на что можно было бы надеяться. Да, забота. Да, уважение. Да, понимание. Да, нежности, но никаких прямых намёков, разговоров или ещё чего. Этот паразит всегда уклоняется или не хочет говорить вообще, будто ему неприятно. В очередной раз Брок слепо влюбился, и в очередной раз получает отказ. Пора бы уже завязывать со своей глупой любвеобильностью. Что же волнует Эдди больше всего, на самом деле волнует, — это неспособность узнать мысли своего симбиота. Он считает это несправедливым. Почему Веном может копаться в его голове, знать, о чём он думает и тому подобное, а ему это не дозволяется? «Где справедливость?»— думает всякий раз мужчина, когда хочет узнать о настоящих чувствах «друга». «Где же это его хвалённое «мы»?» В ответ Веном точно так же, как и Брок, хмыкает и не желает дальше говорить на эту тему. Внезапно монологи и тихий смех в мозгах прекращается, резко обрывается, но из-за просмотра фильма мужчина даже не придаёт этому значения. Он дальше сидит и наблюдает картину, пока вдруг его не зовёт слегка раздражённый голос. —Э-эдди, — тянет Веном. Брок от неожиданности дёргает плечом. —Да? —Какого хрена я в твоих «мечтах» сую тебе в задницу свои щупальца и наоборот: ты суёшь в меня свой репродуктивный орган? Едва носитель слышит слова «задница» и «щупальца», сразу давится собравшейся слюной во рту и пытается поспешно откашляться. Чего-чего, а ТАКОГО разговора он не ожидал. И как же теперь объясняться? И какого чёрта он вообще думал о таких вещах? Ах да, он же влюблён. Когда ты влюблён, это нормально — хотеть трахаться с предметом своего обожания, но, видимо, для Венома такие «примитивные» вещи непонятны. Чужды. —Почему ты вообще полез в такие дебри? — кое-как выкручивался-отшучивался Эдди, отодвигая ворот толстовки — сейчас в комнате для него стало слишком жарко. —Я задал вопрос, Эдди, и думаю, что он тут вполне уместен, — в ответ только нервный смешок. —Тебе нравится, когда тебе пихают что-то в зад? —Что?! Не-е-ет! — мужчина пытался успокоить себя, ведь понимал, что если он продолжит себя так вести, то сам себя и выдаст. Повисло молчание. Было неловко. Даже слишком. Но неловко, похоже, было только Броку. Ему показалось странным, что паразит так быстро успокоился. Это было подозрительным. Они уже относительно долго вместе, и он знает о нём многое, в том числе то, что его трудно заткнуть (хотя это он понял сразу после их симбиоза). Но даже это молчание дало мужчине некую передышку, за время которой он успел несколько раз обдумать план действий: что говорить, что делать и т.д. —Ага, так и знал! — воскликнул низкий голос спустя десять минут, Брок снова испугался, — знал, что тебе нравится подобное. Я нашёл воспоминание, где Энн вставляет в тебя что-то. Оно… хм, похоже на твой орган. «Господь, за что?» — подумалось Эдди, но Веном будто пропустил эту мысль мимо «ушей». Всё-таки набравшись сил, мужчина отставил ноутбук в сторону и уселся поудобнее на кровати, пока из-за его спины не показалась зубастая чёрная морда со слегка прищуренными глазами. Ему же не показалось, в голосе паразита слышались интерес и… ревность? —Знаешь, да, было дело. Ну и что? — он пытался отвечать налегке, словно это не имело никакого значения — было и прошло. —Это прекрасно, Эдди, но почему в подобных занятиях участвую я? — это была насмешка, он прекрасно понимал, почему у Брока водились такие мысли в голове, но сам Брок не знал об этом. Он не мог читать мысли симбиота, только мог вслушиваться в его голос, слова, что он говорил, и делать для себя выводы. —А, да это было давно, то есть, ну… глупые мысли в голову лезли, вот и всё. —Это было неделю назад. —Вот я и говорю, что давно, — разводит руки в стороны, пожимая плечами. —Тебе это снилось, причём очень отчётливо. Вряд ли мысли сами по себе во время сна лезут, — как бы Эдди не сопротивлялся, давление Венома было сильнее. —Хорошо, что ты хочешь услышать? Правду?! — Эдди не выдержал, из него и так уже пёрло, если разбираться, то здесь и сейчас! — Окей, я расскажу тебе правду. Слушай! Слушай… Как же это…— как бы мужчина сам себя не подбадривал, слова подобрать было тяжело, правильно преподнести всю происходящую в его голове кашу просто казалось невозможным, но он не сомневался, что Веном знает обо всём, просто хочет услышать от него лично. Позабавиться решил, сучонок. — Ты мне нравишься, да? Надеюсь, ты понял. Ты мне… нравишься, как когда-то мне нравилась Энн. Улавливаешь?! —Ммм, — многозначительно протянул симбиот. Да точно же издевается! —Вот почему мне снится подобная херня, ясно? Теперь, надеюсь, до тебя дошло, — он вскинул руками, после этого сложив их на груди. В следующее мгновение он почувствовал приятное тепло на своей щеке — это Веном начал тереться об него своей гладкой головешкой. Было невыносимо приятно и в груди также приятно щемило. Ему только показалось, что они решили эту проблему, нашли общий язык, но уже спустя пару минут он понял, что это совсем не так. Признание прозвучало только с его стороны, а он тоже хочет услышать, что любим! Хоть убейте, но каждый человек хочет услышать такое от своего любимого человека (в нашем случае, симбиота). —Это так мило, что ты хочешь, чтобы я в тебя что-то засунул, — продолжал ластиться Веном, попутно чуть ли не мурча. —Мне приятно, что ты мне доверяешь. Эдди вновь подавился, это было сказано с такой невинностью, но в то же время так пошло, что он покраснел от смущения и прямолинейности. Пора бы и ему быть прямолинейным, и спросить о чувствах! И пусть они взаимны, он всё равно хочет убедиться в правильности своих доводов. Последние слова стали решающими. —Доверяю? Ну да, уж я-то точно тебе доверяю! А вот ты, похоже, нет! —Это почему же? — симбиот отстранился от его лица, и на его морде можно было точно разглядеть, как он довольно ухмыляется, щурясь. Мужчина тяжело вздохнул. —Я тебе нравлюсь? Честно. —Нравишься. Че-е-естно. — довольно протянул Веном, а после увидел немой вопрос на лице своего носителя, — нравишься, как когда-то тебе нравилась Энн. Руки Эдди вскоре были расцеплены, и он потянулся ими к «лицу» симбиота. Ухватив с обоих сторон его гладкие щёки, он прислонился к нему своим лбом, теперь ласкаясь, как до него делал это Веном. Удивительно, но Броку необходима была эта нежность, открытость и честность, поэтому, услышав слова признания, он мгновенно растаял, почувствовал себя в своей тарелке, наконец-то! И Веном почувствовал это безмятежное чувство: радость, счастье — и всё это ему понравилось. И даже это покалывание в грудной клетке, которое передавалось по ментальной связи паразиту, тоже ему нравилось. —Спасибо, — только и смог произнести Эдди, снова замолкая и внимая этой тишине, которая теперь не казалась лишней или неуместной. Сейчас всё было на своих местах, ну, кроме одной вещи. —На здоровье. Как бы всё прекрасно не было, Веном сейчас думал совсем о другом, определённо. Эдди в следующее мгновение оказался в горизонтальном положении, любезно опрокинутый симбиотом и прижатый его же телом. И не сказать, чтобы это не нравилось Эдди, нет, он очень даже не на шутку возбудился (секса не было давно, а дрочка была редким и слишком дорогим удовольствием, когда вместе с тобой делят тело и могут помешать в любой момент!), просто ему было слегка непривычно. Всё-таки, они только выяснили отношения, а Веном уже тащит его в постель, словно озабоченный подросток. Но! Эдди не сказал, что ему это не нравится. —Ты и так знаешь, чем мы собираемся заняться, Эдди, — ответил симбиот на вопрос в голове мужчины. —Просто думаю, что ещё слишком рано для этого… Можно было бы, ну, скажем, на свиданку сходить сначала, — наигранно сказал тот, ухмыляясь и закатывая глаза. Они точно играли и подыгрывали друг другу. Эдди просто отнекивался при всём своим желании потрахаться, вот это выдержка! —Хватит ломаться. Ты этого хочешь — твоё тело тебя выдаёт, — сделал умозаключение, после чего несколько его жгутиков начали медленно стягивать с мужчины одежду. Эдди фыркнул и тихо посмеялся. —Паразит. —Только твой. Его руки обвились вокруг шеи сформировавшегося тела Венома, и он слегка приподнялся, прижимаясь ещё ближе. Посмотрев в белёсые глаза, его губы слегка приоткрылись и послышался шёпот: —Только мой…