Соточку и все решим.

      Наполнив стакан, я покосился на все еще не отошедшего от последствий ритуала Добби и тяжело вздохнул. Проблема оказалась несколько более серьезной, чем я предполагал, и мне нужен был совет, только советоваться не с кем. Стивен по-быстрому дал мне новый Обет и выпроводил из дома, полностью рассчитавшись за фолианты и дневники и не желая более наваливать на себя новые проблемы. В целом, я его понимал — кто я ему? Да и платить за советы тому, кто уже не первый век целенаправленно не желает вылезать на всеобщее обозрение… В общем, тут он мне точно не поможет.       Был такой род — Граффад: не особо знаменитый, богатый или влиятельный… Только вот был один знаменитый выходец из этого рода… Годриком звали. Мужчина хотел добиться всего сам и слегка изменил фамилию на Гриффин. Мдаа… Старший сын Годрика продолжил род отца, а младший, в свое время, возглавил Граффад, так как Годрик наплодил такое количество кровников, что те в итоге ударили туда, где был шанс на хоть какую-то месть. Гриффиндоры погибли в постоянных войнах, так как кровников меньше у них не становилось, и, по слухам, умудрились породниться перед своим полным исчезновением с Поттерами. Так это или нет, я не знал, Добби тем более, а родовой гобелен упрятан в доме, что, в свою очередь, — в пространственной складке… В общем, проще пока об этом не думать.       Гораздо интереснее была ситуация с родом Граффад, которые сообразили к чему все идет и абсолютно не желали смиренно склонять головы. И тогда пока еще многочисленные рыжеволосые отморозки собрали всех кого могли и дали похохотать всем, до кого дотянулись, уже имея такой букет проклятий, что, как они еще колдовали или рождались, было весьма интересным вопросом. После этого род пропал, официально пресекшись. В реальности же спрятавшись, заодно забрав с собой единственную на тот момент выжившую девочку из «старшей» ветви, которая в итоге и соединила обе линии этого рода: Гриффин (Гриффиндор) и Граффад. Род прятался долго, в общем-то, вплоть до моей мамы, но интересно было не это, а то, что в шестнадцатом веке они взяли в род маглорожденную ведьмочку по фамилии О`Коннор. Сильная чародейка, отлично владевшая Чарами, но в особенности Проклятиями и отлично разбиравшаяся в зельях. Все хорошо, кроме того, что она была потомком одной из нагулянных на стороне дочерей Антиоха Певерелла. На тот момент это никого не удивляло, помимо Мраксов и Поттеров, было дохрена и больше женских линий от Певереллов, что в дальнейшем пресеклись, но тогда вполне себе здравствовали. И можно было бы опять все понять и плюнуть, да только спустя два с небольшим века они умудрились породниться и с Мраксами. Эти шипящие родичи Неназываемого, помимо родства, опять же по женской линии, со Слизерином, были еще и потомками Кадмуса Певерелла, что в итоге привело к тому, что количество родовой (наследственной) гадости превысило все пределы, и в начале нынешнего столетия род произвел на свет сквиба.       Спустя сорок два года родилась моя мать, да только вот Граффады среагировали слишком поздно, и в итоге девочка попала в Хогвартс, где начала пропитываться духом борьбы за непонятные идеалы. Немагическая часть рода не смогла вовремя связаться, так как маги должны были сами приходить для проверки, но не слишком часто, чтобы не привлечь внимание. Все же далеко не все считали их вымершими и ударно искали потомков. Годрик только для не любящих историю был хорошим парнем, а в реальности он похуже Салазара был. Просто “зеленый” маг любил делать все элегантно, а Годрик был отморозком с мечом. Вот единственный на тот момент живущий полноценно признанный Граффад почесал в затылке и, не долго думая, подстерег во время очередных каникул Лили и долбанул ее “Конфундусом”. Притащив ее в родовые владения, он обстоятельно разложил по полочкам, какие она собственно приобрела проблемы на свою пятую точку, вместе с кучей громких имен в родословной. Это Хаффлпаф была достаточно “мирной” ведьмой, для того времени, как и ее потомки, чтобы ее род особо не трогали. Мраксы умудрялись лавировать, пока все же не заигрались и сами не поверили в свою хрень, в итоге свихнувшись. А вот Годрик предпочитал бить «большой дубиной», а не играть в дипломатию. Ну а чего вы хотели от рыцаря-мага того времени? Куртуазности? В десятом-то веке? Вот и получилось, что, нахватав проклятий, потомкам пришлось в итоге схорониться, пытаясь освободиться от всякого… всякого. Зато вот я, похоже, знаю универсальный рецепт от проклятий — укус василиска, слезы феникса и душа из-за Грани.       Ну да ладно, это я куда-то не туда… Плюсами от обретения магической родни у Лили были наличие шикарной библиотеки и относительно неплохого счета. Зато минусов… Все же в первую очередь это потомки именно Гриффиндора да Антиоха, а уж потом только Слизерина и Кадмуса. А Антиох свою палочку далеко не только в чехле держал. Мама оказалась все же не дурой и смогла понять и принять, после чего вернулась в школу, чтобы доучиться до пятого курса и свалить в неизвестность. Раньше вариантов не было: ее бы начали искать, притом, что она уже и в планах Дамблдора оказалась замешана. Поэтому старый маг провел далеко не самый светлый Обряд и перетянул на себя часть проклятий, решив таким путем помочь потомкам. Лили доучилась до пятого курса и… И вот тут как раз и начинались предположения, потому как она внезапно влюбилась в Джеймса Поттера. И я не знал, насколько эта любовь истинна. Резко разорвать отношения с другом детства и начать встречаться с тем, кого до этого едва переносила? Это я не люблю, мягко говоря, Снейпа, а она с ним дружила с юных лет… И что я тут должен подумать? Тут, по-моему, и оптимист скажет, что тут все не совсем в порядке. Граффад попытался что-то сделать, но при попытке встретиться с девушкой его поджидала засада, из которой он с трудом сумел вырваться. Еще несколько попыток так же привели к нулевому результату, а затем мама вышла замуж, ну а дальше уже всемирно известная история “младенца-убийцы”.       Граффад умер в восемьдесят девятом, безуспешно пытаясь найти меня и получив проклятием “кипящей крови”. Добби вытащил Хозяина и похоронил, после чего уже сам начал искать того, кто был назван Наследником… Последнее, что он запомнил — это лицо Дамблдора, а потом провал. Затем он каким-то непонятным образом оказался у Малфоя, хотя и тут далеко не все понятно. Нет, то, что Малфои были кровниками Гриффинов, Граффадов, да и Поттеров весьма сильно не любили — это факт, так что попытаться поиздеваться над чужим домовиком и отжать имущество они бы могли. Тут я не спорю, но вот, как Добби вообще оказался у Малфоев, тут я мог ставить только большой и жирный знак вопроса.       Дамблдор стер память Добби, так как резонно опасался, что меня прибьют к чертовой матери. Тут я даже спорить не собирался. В “няшных” аристократов я не верил: те же Нотты или Малфои вполне могли бы нанять кого-нибудь, если бы сами не захотели лезть. Но не сам же он продавал домовика? Предположение, что это вообще были не Малфои, а кто-то, притворяющийся ими, я отбросил. Достаточно много раз видя белобрысое семейство — да и учителя не раз и не два показывали воспоминания с ними — я скрупулезно изучил старшего из этой семейки, вернее среднего, так как Абраксас Малфой еще был жив, хотя и не показывался широкой общественности. О нем и знало-то весьма ограниченное число разумных, поэтому все внимание было сосредоточено на Люциусе. Оставался вариант со Снейпом, которому очень сильно доверял Дамблдор, уж не знаю, почему, и при этом у него были весьма хорошие отношения с семьей «хорька». Вот этот-то патлатый персонаж вполне мог сунуть Добби к кровникам моего рода, чтобы хоть так мне гадить, раз уж не мог физически ничего сделать. Но пока я не поймаю Малфоя и вдумчиво с ним не побеседую, я могу только строить теории. Покосившись на неотрывающего от меня взгляда домовика, я тяжело вздохнул.       — Добби… Давай договоримся, что ты не будешь никому сообщать, кто я. Ну и при всех обращайся ко мне — Гарри Поттер. Хорошо?       — Хозяин Гарри не хочет принимать фамилию своих предков? — печально повисли уши домовика.       — Хозяин Гарри хочет дожить до совершеннолетия для начала, — усмехнулся я. — Добби, ты же сам перечислял мне имена моих врагов. Там половина старых родов… Да и не только старых, — с силой потерев лицо, я откинулся на стену, около которой и сидел прямо на полу в небольшом гостиничном номере. — А если учесть скольким умудрился перейти дорогу мой отец… Все клейменные мои враги, Добби. А ты предлагаешь объявить меня потомком сразу двух Основателей, чтобы приобрести еще и Министерство в качестве врага? Чиновники которое столетие пытаются найти способ легитимно перетащить вожжи к себе, а тут я вылезу, да? Не-е, до момента проверки под “Веритасерумом” я точно не буду принимать фамилию и останусь Гарри Поттером. Да и все равно до совершеннолетия мне не войти в дом, разве нет?       — Да, — печально тряхнул ушами домовик. — Магия не позволит. Старый Хозяин позаботился об этом.       — Ну вот видишь? — усмехнувшись, я закурил, задумчиво выдыхая дым в верх. — Правда проблема вылезает с домом, не так ли, Добби? Тебе нужна временная привязка к какому-нибудь жилищу, пока мы не попадем в твой настоящий Дом? Так?       — Так Хозяин Гарри все-таки собирается принимать наследство?! — возопил, моментально обрадовавшись, домовик, пропустивший мимо своих локаторов все остальное.       — Кхм-м, — глубокомысленно прокашлявшись, я внимательно посмотрел в глаза лопоухого. — Да, родич Йоды, я собираюсь его принять, когда вырасту и накачаю мышцы, чтобы отбить всем желающим все, что выпирает или отвисает. Ты мне лучше ответь, тебе дом срочно нужен или пока терпит?       — Добби потерпит… — ушастик нервно переминался с ноги на ногу под моим внимательным взглядом. — Месяц… — наконец тихо пробормотал он.       — И дом тебе нужен над местом Силы, если я правильно понял написанное в древнем талмуде, посвященном твоему виду, — угрюмо констатировал я.       — Места выхода лей-линий, — Добби радостно оскалился, заставив меня мысленно передернуться и пожелать увидеть эту радостную рожу Неназываемому в кошмарах. — Добби умный и помнит, как называл места Силы старый Хозяин.       — О, да ты и впрямь напрашиваешься на смену имени в честь твоего потенциального потомка, — саркастично усмехнувшись, я поднялся и, слегка отодвинув занавеску, внимательно осмотрел улицу. — Ладно, лопоухий, раз дом нужен срочно, то придется немного изменить порядок пунктов в плане.       Вариантов заработать много денег по-быстрому было много, только вот они все были, мягко говоря, самоубийственны. Убить нунду, мантикору, дракона, дементора… Я вот тоже ошалел, когда узнал, что кто-то нет-нет, но поставляет «запчасти» этих тварей на продажу. И это при том, что по официальной версии, их нельзя уничтожить. Но тут уж я вынужден был сам себя обозвать идиотом, ибо если нельзя «нацепить поводок», то и контролировать не получится. Значит все же как-то можно, почему и прикупил тибетские ножи. В общем, адекватного способа получить много и быстро просто не существовало, или я этого не знал.       Украсть пару миллионов долларов и обменять их на галлеоны? Существует жесткий лимит, и не дай тебе боги попытаться обмануть коротышек. Если узнают, то проблем получишь больше, чем хотелось бы. То же касалось и драгоценных камней с металлами — у гоблинов были свои поставщики, да и не все годилось магическому миру. Слишком уж давно все было налажено, чтобы так легко влезть туда с наскока. Да и слишком уж это опасно, по крайней мере сейчас, пытаться играть против истинных правителей, контролирующих эти поставки между обычным и теневым мирами. Так что доллары-то я найду, но только на оплату услуг Целителей для Сириуса.       Вот, подумав, я и решил пойти другим путем, задав себе вопрос: что можно продать за достаточно серьезные суммы, из числа того, что заинтересует покупателей? Ну раз стандартные версии не срабатывают.       — Хозяин Гарри, — Добби бочком подобрался ко мне поближе и осторожно подергал за штанину. — А как вы будете проходить проверку “Веритасерумом”, если вы уже знаете, что вы не Гарри Поттер? — домовик растерянно потеребил ухо и уставился на меня, вытаращив глаза.       — Для мага главное верить, что он может двигать горы, ибо в противном случае он не сдвинет и песчинки, — с видом умудренного старца процитировал я отрывок из книги, под конец улыбнувшись. — Казуистика, мой друг, это весьма противная, но при этом крайне необходимая наука в жизни. Ну или пробабилизм… Названий много, но общий смысл в том, что главное подобрать правильные оправдания и цепляться за любую мелочь, чтобы оправдать себя. Как, по-твоему, меня мог так унижать Снейп в Хогвартсе? Моральный вред, он ведь иногда и посерьезнее будет, нежели физический. Знаешь почему? Потому что он считал, что это правильно и по-другому нас не обучить. Он убедил себя же, что не он дерьмо, а окружающие идиоты. Вот и я считаю себя Гарри Поттером, а не Гриффином, Граффадом, Певереллом или Мраксом. Понимаешь? — лукаво усмехнувшись, я легонько дернул его за «локатор» и пошел к сундуку готовиться к пополнению бюджета. — Я тебе потом дам книги, Добби, чтобы ты начал понимать суть, а то ты у меня какой-то необразованный.       Кожаная конструкция из ремней с кучей кармашков и “гнезд” под разнокалиберные склянки и флакончики появилась первой. Осторожно втыкая флакончики, амулеты, мешочки, серебряные колышки и прочие, необходимые в предстоящем мероприятии вещи, я напряженно размышлял — а не зря ли я все это затеял? Три раза в месяц с разных концов Нью-Йорка текли сотни мелких ручейков, образовывая полноводную реку запрещенных ингредиентов, которые доставлялись на своеобразные склады. Вот я и решил осчастливить один такой склад своим визитом.       Органы, последствия абортов или выкидышей, что вообще было достаточно сильной редкостью для увлекающихся чернотой. Пепел сгоревших заживо и части тел утопленников, повешенных или упавших с высоты: самоубийц и жертв насилия. Плоть инфери и слюна зомби… Про них знали, но преступники заранее получали информацию о времени и месте проведения массовых облав и успевали подготовиться. Да даже банальную пятерку авроров туда не послать, так как устанешь собирать разрешения. Нет, их, естественно, ловили, в конце концов, тюрьмы пустыми не были, но бандиты тоже были далеко не беззубыми. Да и за большую часть вышеперечисленного полагалась смертная казнь или же такие сроки, что преступники дрались до последнего, используя все, что только можно. Две-три операции, и наступало вынужденное перемирие, так как приходилось восстанавливать потери…       Правда, я туда не хотел лезть по другой причине — Апостолы. Так называли двенадцать лидеров криминального мира, что контролировали все в Нью-Йорке. Причем все — это и в самом деле все, в том числе и немагическую часть. Контроль был, конечно, не прямой, но даже этого хватало, чтобы сосредоточить в своих руках весьма серьезные ресурсы и крепко стоять на ногах. Да и то, что никто не знал, как выглядит хоть кто-то из Апостолов, заставляло предполагать весьма странные теории. Хотя рамок они не переходили, вернее — боялись переходить. В тысяча девятьсот тридцать втором году они умудрились перейти кому-то дорогу, и в Нью-Йорк приехали полторы сотни наемников. Они не выясняли, кто именно виноват, а уничтожали всех, кто был в организациях.       Переодевшись и нацепив сбрую, я тихо попрыгал, проверяя не брякает ли что, и кивнул на сундук. Добби моментально сообразив что надо, быстро вцепился в собранные вещи и исчез, перенося все в машину. Спустившись обычным путем, я отдал ключи от номера и вышел из гостиницы. Попетляв немного по городу, я затормозил напротив очередной гостиницы.       — Сиди тут, — коротко приказал я Добби, выбираясь наружу. — Но будь наготове. Если позову, то прыгнешь ко мне. Биту там возьми или еще что… — с сомнением пожал я плечами, так как магия домовиков была весьма своеобразной. Ну не было у них боевых чар… То есть, в своем доме они могли и разделать тебя, как баранью тушку, а вот за пределами… Короче, пусть с битой будет.       Перебежав дорогу, я зашел в грязное фойе и сходу приложил “Конфундусом” портье, или дворецкого, черт их разберет, как их там различают. Заметив, что мужик хоть и поддался чарам, но стремительно приходит в себя, я долбанул по нему еще раз, недоуменно рассматривая его. Подойдя к нему, я быстро осмотрел его, по итогу отбросив на стойку несколько амулетов, по большей части антиментальной направленности, если так можно выразиться. Ни черта они от менталиста не помогут, а вот такие чары как “Конфундус” или “Обливиэйт” в исполнении недоучки-слабосилка, вполне смогут ослабить. От менталиста вообще ничего не поможет, если ты сам в этом вопросе полный ноль, так что я каждый день тратил по часу времени на отработку комплексов Окклюменции, хотя без полноценного наставника это тоже было далеко от идеала. Ну и такие же амулеты таскал, так как тренировки тренировками, но от удара в спину никто не застрахован. Ну а в таких вот местах на дуэль никто вызывать не будет, наоборот с таких посмеются.       — Парень, ты хоть понимаешь, куда лезешь? — прохрипел мужчина, немного отойдя от последствий “Конфундуса”.       — Может я девушка? — насмешливо фыркнув, я рывком оттащил его чуть в сторону и усадил на стул.       — Маска, чары, костюмчик дорогой… — он поморщился от удара в печень и криво усмехнулся. — Ты ведь знаешь, куда пришел, да? И что тебе надо?       — Недобабу, — лаконично произнес я, одновременно сканируя все вокруг.       — Не знаю таких, — отвел взгляд портье, нервно облизывая губы и коротко взглянув под стойку за моей спиной. Проследив за его взглядом, я сделал пару шагов назад и, пошарив рукой, выдернул компактный дробовик с пистолетной рукояткой.       — Хочешь, я тебе из такого яйца отстрелю? — улыбнулся я, пожалев о том, что моего лица не видно под маской и кучей искажающих и косметических чар и заклинаний. Да даже голос было не опознать, из-за чего не всегда удавалось точно “поиграть” интонациями.       — Парень, Недобаб под Матфеем ходит, тебя же порвут… И… И меня тоже! — сорвался он под конец на визг, увидев, что я поднимаю дробовик на уровень его причиндалов.       — Ты меня еще старыми семьями попугай, — усмехнулся я. — Ты сквиб? Слабосилок?! — удивился я, заметив, что при первом вопросе он качнул головой. — А где палочка? Тренировался бы, глядишь, лет через десять-пятнадцать и дорос бы до средненького мага. Не для себя, так для будущих детей постарался бы.       — Дар проснулся два года назад, я еще курсы не закончил. Палочку только там можно при себе держать, — поморщился мужчина.       — Давай так, я тебя хорошенько скручу. Качественно, так сказать. Ну а ты просто скажешь, в каком номере мисс Недобаба, — криво усмехнулся я. — И обойдемся без членовредительства. Он тебе, что родственник?       — Мисс? А ты шутник, — мужчина потер руки, нервно пожевал губы и наконец тяжело выдохнул. — Девятнадцатый. Второй этаж.       — “Инкарцеро”, “Соппоро”, — оставив связанного и усыпленного портье, я быстро двинулся к лестнице. Проверив по пути дробовик, я удовлетворенно хмыкнул — серебро.       Взбежав по лестнице, я медленно пошел вперед, поблагодарив свой организм и изменившееся зрение, что позволяло рассмотреть цифры на дверях в откровенно хреновом освещении. Дойдя до нужного номера, я поправил маску и медленно поднял палочку, готовясь к схватке. Недобаба то еще косячное существо, но как боевик неплоха… или неплох, тут уж как посмотреть. Палочка быстро замелькала в моих пальцах, устанавливая чары заглушки, сигналки, анти-аппарационный барьер, укрепляя стены соседних номеров… Спустя полторы минуты я опустил руку, переводя дыхание и оглядываясь — никто не выглядывал и паники не наблюдалось.       Длинное заковыристое движение палочкой, затем еще одно, и дверь трансформировалась в стального кабана, резво устремляясь внутрь и... тут же начиная “плавиться”, через мгновение развалившись на части. Все же Недобаба как-то прочухал и отреагировал. Выставив ледяной щит, проглотивший несколько огненных заклинаний, я вслепую отправил внутрь “Бомбарду”, примерно определив, где мой противник, и стараясь не прибить его. Воспользовавшись секундной заминкой, я отправил две “Бомбарды” в пол, тут же подхватывая обломки и очередной длинной формулой превращая их в големов: птиц, куниц и крыс, после чего отправляя внутрь, и нырнул следом. Темное режущее разделило на несколько кусков кровать, что полетела в мою сторону. Отправив пинком в сторону один из обломков, я простейшей “Левиосой” вернул наиболее крупный из обломков обратно и рванул в клинч.       Недобаба в этот момент отбивалась от одной из куниц и просто не успела отреагировать, когда в нее врезался я, отшвыривая к стене. Боковой в челюсть, коленом в живот, и от души приложить лбом об стену. Связав ее, я быстро пробежался по номеру, проверяя все закоулки и обогатившись на пару сотен галлеонов и небольшой мешок всякой всячины и вызвал Добби.       — Хозяин... пленное очнулось, — растерянно пробубнил Добби. В этот момент я быстро гнал по улице, удаляясь от гостиницы.       — Дай ему по голове. Быстрее! — рявкнул я, выворачивая руль и утопив педаль газа.       После получаса езды, я свернул в заранее присмотренное место — на заброшенную стройку. Или замороженную, черт их знает, мне не докладывали, но главное, что там никого нет. Выскочив из машины, я быстро выволок Недобабу и потащил внутрь. Наложив сонное, я сноровисто освобождал ее от одежды, пока не оставил голышом. И дело было не в том, что хотел полюбоваться на идиота или идиотку, а в том, что не хотел рисковать. Идиоткой же я считал это существо по вполне видимой причине…       Передо мной сидело то, что в прошлой жизни именовали футанари, ну или наверное… именовали. Я как-то специалистом в таких вопросах не был, чтобы уверенно это утверждать.       Высокая блондинка, около метра восьмидесяти. Стройная, красивая: кукольное личико, с обманчиво-наивными голубыми глазами, изящным носиком и по-детски припухлыми губками. Волосы до попы. Неплохая грудь и подтянутая попка… И огромный агрегат между стройных ног.       Про нее было известно только то, что она пыталась экспериментировать. И стала следствием этого опыта. Причем, кем она была изначально, известно не было. Ну, я точно не знал, как и еще целый ряд моих знакомых, кто-то может и знал. Да и не сильно желали это знать. Слишком уж неоднозначно реагировала Недобаба на тянущихся к ее секретам. Да и ее покровитель оказывал ей помощь в этом вопросе.       — Да не придуривайся, я же вижу, что ты пришла в себя, — покрутив шеей, я присел на корточки напротив нее. — К тебе в женском роде обращаться, или тебе реально начхать? Не то чтобы мне это было особо важно, но я пытаюсь наладить конструктивный диалог.       — Я тебя буду убивать медленно, — спокойно произнесло это.       — Буду тогда пытаться обращаться к тебе оно, — задумчиво покачав палочкой, я намеренно не спеша оглядел ее, вызвав под конец “осмотра” слабый румянец на щеках. — А ты как любишь? Ну в смысле когда тебя? Или... наоборот?       — Ты! — она рванулась и тут же с визгом осела обратно от удара “”Воздушным хлыстом”.       — Заметь, я пока просто спрашиваю, а не проверяю опытным путем. Как ты само понимаешь, сперва я проверю, насколько ты женщина, — внутренне поморщившись, я смотрел в наполненные бессильным бешенством глаза, стараясь поглубже затолкать совесть. В конце концов, передо мной тоже далеко не обычная школьница, а опытный курьер-отморозок. Но воспитание никуда не денешь, если уж получил. Даже девяностые не смогли выбить из меня эту романтично-мушкетерскую черту, что иногда создавало просто кучу проблем.       — У тебя проверять-то есть чем? — вздернув подбородок, она с вызовом посмотрела на меня.       — Жаль, — коротко уронил я, доставая флягу, и сделал, небольшой глоток. — Самое дерьмовое… Да… “Круцио”, — направив на нее палочку, я начал вытаскивать из своего подсознания воспоминания о ее жертвах. — Итак? — оборвав пытку, я посмотрел в ее затуманенные болью глаза. — Пожалуйста… — тихо попросил я, увидев, что она закусила губу и молча смотрит мимо меня.       — Пошел ты нахер! — прошипела она и снова закусила губу.       — Блять! — с чувством высказался я, снова поднимая палочку и мысленно настраиваясь на продолжении пытки, осторожно, чтобы не перестараться и действительно не превратить ее в пускающий слюни овощ. Все же я не профессиональный палач, мать его. — “Круцио”, — красный луч впился в тело пленницы, заставляя ее изогнуться в немыслимом пароксизме боли. Прикусив губу по примеру извивающейся передо мной, я мысленно отсчитывал секунды. — Готова к диалогу?       — С-сука… — выдохнула она, сплевывая кровавую слюну. — Какие у меня шансы остаться в живых, если я расскажу тебе все, а?       — Непреложный Обет, — с готовностью ответил я.       — И где третий? — она искривила окровавленные губы в ироничной усмешке.       Щелкнув пальцами, я вызвал Добби и спокойно уставился на нее. Помявшись, она тоскливо огляделась и слабо кивнула. Заранее подобранная формулировка позволила мне сохранить инкогнито, при этом дав ей гарантии безопасности.       — Ну и что тебе надо? — усевшись поудобнее, она скрестила колени, недовольно поглядывая на меня и косясь в сторону своей одежды, но я не по-джентельменски игнорировал столь тонкие намеки.       — Товар, что должен поступить на склад твоего босса, — усмехнувшись, “обрадовал” я ее.       — Ты псих?! — вытянулось у нее лицо. — Там полсотни бойцов — тебя порвут. Как я тебе должна помочь?       — Именно поэтому я и не собираюсь штурмовать сам склад. Я буду штурмовать машину, которая повезет то, что нельзя перетащить порталами. Мне ведь не надо все, хватит и небольшого «кусочка пирога», — радостно усмехнулся я, глядя на ее еще сильнее вытягивающееся личико.