Соточку и все решим.

      Немайн проводила взглядом Поттера юркнувшего в дом и брезгливо пихнула носочком изящного сапожка тело откинутое к ней. На мгновение прикрыла глаза, глубоко вдыхая, отчего грудь немного приподнялась и резко сжала ладошку в кулак, моментально уловив эхо четырех смертей. Кто бы это ни были, но теперь они мертвы, уж в этом древняя малефикарка не сомневалась. Слишком много веков она оттачивала свои умения, чтобы ошибиться. Правда убитые были не родственниками тому, кто валялся под ее ногами, но зато они достаточно много времени провели рядом друг с другом, чего вполне хватило для удара через аурные слепки. Она на мгновение вспомнила отравленную кровь недавнего собеседника и криво усмехнулась, на этом могло бы и не сработать, потому что он и так не совсем жив, правда далеко и не мертв. Младшая сестра увлекавшаяся химерологией, уж точно была бы в восторге, сама же Немайн просто отметила данный факт, ибо слишком уж много всего успела повидать за свою жизнь.              Обернувшись к полусотне боевиков небольшими группами двигавшихся к домику, она брезгливо поморщилась, отметив, что большая часть там бездари. Три пятерки и две тройки двигались вполне профессионально, ощетинившись комбинированной защитой и не слишком торопясь, в то время как основная масса вела себя как на прогулке. По особому изогнув руку и изобразив сложный знак пальцами, она практически моментально почувствовала в руке привычную, отполированную годами прикосновений, поверхность древка посоха. Плавно поведя второй рукой в сторону врагов, она застыла своеобразной статуей, мысленно выстраивая сложную рунную конструкцию, пока ее губы шептали длинное и практически непереводимое заклинание, на ныне мертвом языке.              Длинная ветвящаяся молния ударила с неба, моментально поджарив нескольких оторопевших от такого приветствия пожирателей. Следом ударила еще одна, затем еще… На пятой “подруге грома” светопреставление закончилось, на что Немайн проговорила еще одну формулу, активируя второе массовое заклинание, на этот раз принявшее форму небольшого метеорита. Небесное тело приземлилось аккурат на одну из более-менее подготовленных групп, просто проигнорировав всю защиту пятерки, а заодно уничтожив ударной волной все в радиусе полукилометра.              Проследив как немногие выжившие аппарировали или же воспользовались порт-ключами, она недовольно обернулась к далекому правнуку.              — Надеюсь ты сумеешь дать мне ответ, кто были те, на кого мне пришлось дополнительно тратить время. И заодно, мистер Снейп, вы же поясните, зачем вызвали своих… гм, коллег?              Побледневший Северус тяжело сглотнул и с трудом перевел взгляд от воронки посередине поля на мило улыбающуюся рыжеволосую женщину. Альбус, конечно, был способен на нечто подобное, но то Дамблдор, старающийся избегать ненужных жертв, а то… Он вспомнил два площадных заклинания и усилием воли взял себя в руки, загоняя все ненужные мысли и волнения в глубину подсознания.              — Мой друг, Люциус Малфой, сообщил о конфликте со своей женой. Он просил только помочь узнать, не у своей ли сестры она скрывается. Но, к моему сожалению, видимо он попросил не только меня, — черные непроницаемые глаза зельевара прямо смотрели в чуть прищуренные голубые глаза собеседницы.              — Привет Альбусу, — некоторое время посверлив его взглядом, Немайн едва заметно кивнула и тут же исчезла.              Впрочем, Северус Снейп тоже не стал тратить время и моментально прыгнул куда подальше, мучительно размышляя, а не стоит ли уже разорвать дружбу с тем, кто в очередной раз втягивает его в какую-то задницу? Люциус, конечно, приятель старый, но его советы и просьбы постоянно делают мучительно больно почему-то Снейпу, что на взгляд самого зельевара было как-то неправильно. Хотя в случае с Поттером он самостоятельно встрял в проблемы, ибо как помочь такому щенку Джеймса, он не знал. Но слово-то он дал, хотя на первом месте скорее стояла месть его бывшему Повелителю. Даже ценой своей жизни, так-как в послевоенную спокойную жизнь он уже не верил. Если бы Альбус остался жить, тогда у Северуса бы были шансы, но теперь до него точно доберутся кровники.              Мрачно отпихнув небольшой камешек в овраг и задумчивым взглядом проследив его падение на дно, он тяжело вздохнул продолжая движение. Если даже не кровники, мало ли ему бы повезло и он все же смог сбежать, то покровители Альбуса уж точно не стали бы терпеть — слишком много он знал того, чего знать не должен был. Обеты не вечны и рано или поздно спадут, если не найдет умельца который поможет снять, и тогда он может заговорить, а значит ему одна дорога. Жизнь приучила его никогда не сдаваться, но на данный момент он просто не видел как ему выпутаться из ловушки, а значит надо хотя бы подготовиться к смерти. Наконец издалека донесся легкий треск и вскоре он увидел платиновую шевелюру Люциуса, бледное лицо которого наводило на неприятные размышления.              — Почему так долго? — Северус осторожно огляделся и подошел чуть поближе. — Что-то случилось?              — Да, Темный Лорд со мной случился, — судорожно дернул уголком губ некогда сиятельный лорд Малфой, а сейчас просто всклокоченный и резко постаревший блондин. — Его несколько расстроила внезапная гибель такого количества бойцов и он направился туда сам, а заодно взял пару сотен бойцов.              — Я никого там не видел, — Снейп подозрительно посмотрел на Люциуса.              — Значит ты уже ушел к тому времени, потому что там была сотня алых мантий, которые от души приветствовали гостей. В общем, если коротко, то я получил порцию “Круцио” и война началась, — Люциус тяжело опустился на ствол поваленного дерева, трясущейся рукой доставая маленькую фляжку.              — Потери серьезные? — быстро спросил Северус, попутно размышляя как скоро его потащат на допрос в казематы Аврората или в строгие кабинеты ДМП, а то что это будет он даже не сомневался. — Как ты ушел?              — Да там никто и не ставил анти-трансгрессионные барьеры. Но, если в целом, то свыше сотни у нас и практически вся та сотня авроров. Только они успели подать сигнал и подкрепление прибывало постоянно, а у нас половина бойцов даже на метр не смогут прыгнуть, не то что… — Малфой бледно улыбнулся. — Кто там был Северус? Я знаю, что ты ни при чем, но я хочу знать имя той, кто прячет Нарциссу.              — Немайн. Ирландка. Рыжеволосая, голубые глаза, высокая, но сложена довольно хорошо…       — Я понял, кто это, — мертвым голосом перебил его Люциус. — Прости, что втянул тебя. Ты больше ничего не должен.       — Ты обратно? — напряженно уточнил Северус. — Я с тобой. Надо же получить “дежурную порцию внимания”.       ***       — Серьезно? — я заинтересованно взглянул на подкопченную Нимфадору, мрачно сверлившую меня взглядом в ответ и миролюбиво улыбнулся. — Нет, я просто на самом деле не в курсе. Когда мы уходили, там намечались серьезные разборки, но чтобы настолько… Зато твои родители в безопасности.       — Гарри, ты точно ничего мне не хочешь сказать? Пятьдесят шесть убитых, сорок восемь в крайне тяжелом состоянии. Легкие ранения я даже не считаю. И началось все с твоего визита ко мне домой, — девушка зло сузила глаза. — Я тебя не обвиняю, но ответы я получить хочу. И полные ответы, а не стандартные отговорки: сейчас не время, давай попозже и тому подобное.       — Ответы… — я сунул в рот сигарету, одновременно нащупывая в кармане зажигалку. — Я бы их тоже хотел получить. А я вот не могу тебе пока дать их, потому что не могу понять наших взаимоотношений. Под градусом тебя не смущала наша разница в возрасте, да и все остальное, как я помню, тебя очень даже устраивало. Что случилось теперь?       — При чем тут наши отношения? — покраснела Тонкс, неуверенно вильнув взглядом и преувеличенно внимательно разглядывая что-то на стене позади меня.       — Кто я для тебя? Способ приятно провести время? Работа? Или же нечто большее? — я внимательно посмотрел на еще сильнее покрасневшую девушку и глубоко затянулся, выпуская в потолок колечки дыма. — Ты просишь, хотя скорее требуешь, от меня ответов, но между тем не желаешь дать хоть какой-то определенности мне. Быть может ты не понимаешь моего отношения к тебе? Ты мне нравишься, — спокойно произнес я. — Не буду кричать о великой любви, мы же взрослые люди и ты уже должна была понять, что страсть вовсе не тождественна великому чувству. Так что уж извини. Ты мне нравишься, мне приятно проводить с тобой время, да и во всех остальных смыслах мне комфортно с тобой. Вполне возможно, что со временем это перерастет в нечто более сильное и глубокое чувство, но для этого надо чтобы ты не изображала из себя… кого-то. Ты хочешь развивать наши отношения или же ты их хочешь свернуть и помахать рукой, предложив остаться друзьями.       — Откровенно, — губы девушки дрогнули в попытке искривиться, но она тут же взяла себя в руки, пару раз глубоко вздохнув и выдохнув. — Может еще и замуж позовешь?       — Дора, в чем дело? Я не понимаю тебя, но ты ведь можешь нормально объяснить в чем проблема? — я напряженно нахмурился, глядя на нее. — Тебе что-то сказали?       — О договоре между родами Поттеров и Уизли, по которому ты возьмешь в жены Джинни Уиз… — она побледнела глядя на мое перекосившееся от бешенной гримасы лицо.       — Какой. Нахуй. Договор?! — отчеканил я, старательно беря себя под контроль. — Это тебе от кого стало известно? И когда?       — Молли Уизли сказала, на одном из собраний “Ордена Феникса”. Она и сказала, что они были очень дружны с твоими родителями и обсуждали вариант породниться. И в итоге они родили Джинни, а у Поттеров появился ты, — посмотрела на меня Нимфадора, в глазах которой надежда сменялась разочарованием и тут же снова вспыхивала по новой.       — Во-первых, я в душе не знаю ни о каком договоре. Во-вторых, я сам решаю кого я буду видеть в своей постели. И в третьих, она тебе конкретно сказала про наличие договора или же только намекнула на его существование? — я закурил еще одну сигарету, параллельно размышляя, что собственно происходит?       Сама Молли свихнулась? Происки Рона? Патриархи клана Уизли решили поиграть с огнем и решили меня побесить? Учитывая появление этой рыжей Немайн, то вполне рабочая версия. Хотя нельзя сбрасывать со счетов и желание Рона прибрать к рукам библиотеку моего рода, благо у Поттеров она весьма и весьма огромна.       — Ну прямо она не сказала, но там и так было понятно, — хлюпнула носом девушка. — Она заговорила о том, что понимает нравы того окружения где я работаю, поэтому не против чтобы будущий муж ее дочери набрался опыта. Она не против, так как это было всегда, а я весьма умелая на ее взгляд. И я ушла… Аврорат ведь и правда сборище наемников, поэтому репутация у меня на нуле, — она судорожно сглотнула, глядя мне прямо в глаза. — Устроит тебя такая жена?       — Эй, хватит, — я пересел к ней, мягко прижимая ее к себе, проигнорировав слабое сопротивление. — Репутация зависит от Силы, поэтому мне глубоко фиолетово на то, что они будут думать. Попробуют тявкнуть, вырежу нахер весь род. Ну или как там надо, — я прищелкнул пальцами, слабо улыбнувшись, — вызову на дуэль, что ли? И все равно убью. Но в любом случае хватит переживать о несущественном, потому что я не вижу Джинни Уизли в роли своей жены. Ну? — я мягко подцепил подбородок Тонкс, приподнимая ее голову. — Успокойся для начала. Затем ты пойдешь умоешься, благо, что Кричер перенес все твои вещи сюда, да и не только твои. Но на других плевать…       — Что значит плевать? — слабо ворохнулась Нимфадора. — Не плевать. Это же мои мама и папа, поэтому… Я дура, да?       — То, что поверила? Нет. Однозначно нет, тут бы любой или любая могли бы поверить. Но вот то, что ты откладывала выяснение отношений и чего-то выжидала… Тут, наверное, все же да. Но ты не лезь к Уизли, потому что они наверняка состроят непонимающую рожу и начнут усиленно доказывать, что как раз таки и имели ввиду… В общем интриги, интриги и еще раз интриги, Дора, почему я и предпочитаю всех интриганов хоронить, а не давать им второй шанс. Мрази, а не люди или нелюди, — я затянулся и испепелив окурок, жадно поцеловал удивленно пискнувшую девушку. — Вот теперь иди приводи себя в порядок. Можешь и по библиотеке пошариться, только спроси совета у портретов. Они с радостью пойдут к тебе на встречу. Но сама не лезь, иначе можешь что-то не то схватить. Хорошо, радуга? - я слабо усмехнулся наблюдая за сменой цвета ее волос.       — Но я же дочь изгнанницы? Они даже говорить не будут со мной, — скептически помотала головой Дора.       — Тогда я устрою тренировку по правильному применению демонических цепей в доме потомственной темной семьи, — я неприятно оскалился и встал с дивана, одновременно поднимая девушку. — Иди, — шлепнув ее пониже спины, я двинулся к выходу.       — А ты куда?! — испуганно воскликнула девушка, которую видимо ни разу не обрадовала перспектива остаться одной в таком месте.       — Ну раз уж меня хотят сразу столько личностей позвать на диалог, то я собираюсь пригласить приятную компанию. Я-то хамло, а вот мои знакомые безумно интеллигентные личности. И твои мама с папой в доме, как и Джейн. Это Целительница. Да и Карл со своим… учеником тоже часто забегают. Ну, я думаю, что он все же взял его в Ученики. Хотя меня это и пугает, бард и с учетом Покровителя Карла… Бр-р, — меня передернуло.       — А! — облизнув губы, Нимфадора несмело кивнула и двинулась наверх.             ***       Налив еще одну кружку, я сунул ее бородачу и налил себе, искоса взглянув на суетящихся официантов. “Торговец смертниками” наверное не слишком часто принимал у себя таких личностей, хотя и не факт, что тут не было и кого-то более специфического.       — Ох, еб же твою жеж мать-то… Прости Господи, — размашисто перекрестился монах, отчего за соседним столом тоненько взвизгнул вампир, которого на мгновение накрыло силой Света ударившего от истинно верующего. — Тебе плохо, дитя греха, твою мать? Прости Создатель, но ироды же кругом! Ща перекрещу, полегчает, — обнадежил отец Константин посеревшего от охреневания кровососа.       — Не надо! — чуть ли не в ультразвуковом диапазоне завизжало Дитя Ночи. — Мне хорошо!       — Да? — с сомнением уточнил сердобольный монах. — Да ну нахер… Прости Господи, но не верю я тебе, дитя Лукавого. И настаива… — монах расстроенно замер, провожая взглядом практически телепортирующегося вампира, моментально исчезнувшего где-то на нижнем этаже. — Ой же бля! — схватился за голову отец Константин. — Чувствовал же, что последняя кружка будет лишней и точно - вампиров благословить хотел. А? Да твою мать-то! — с чувством выдохнул он, — Прости Господи, виноват, каюсь…       Осторожно понюхав напиток, я осторожно сделал пару глотков и с большим интересом уставился на бухнувшегося на колени святого человека, который затянул что-то на церковнославянском. Понимал я его, мягко говоря, хреново, зато вот судя по реакции ряда посетителей действие было весьма серьезным.       — Вы бы не могли успокоить своего друга? — мягкий проникновенный голос, невысокого коренастого кузена владельца заведения, заставил меня грустно посмотреть на него и кающимся жестом кивнуть. — Уже уходим, извините уж за него, просто тут по большей части моя вина. Проблемы с невестой, а он очень сердобольный человек.       — О, я вижу, — тихо рассмеялся мужчина, бросая любопытный взгляд в сторону вжимающихся в стены клиентов заведения, которые так или иначе, но негативно реагировали на светлую ауру монаха. Или на его молитву, хрен его знает, если честно.       — Падре! — рявкнул я выбираясь из-за стола и заставив поперхнуться от изумления монаха. — Нам пора на битву… ик… с Тьмой!       Неуверенно почесав густую бороду, монах скептически осмотрел меня и медленно выпрямился во весь свой рост, неспешно подходя ко мне.       — Ну-с, веди в-воев-вода, д-дадим… ик... пизд… ик... побремся с ворогами, Прсти Гсподи, — заплетающимся языком выдавил он, грозно потрясая извлеченным из под своей хламиды кадилом. — Ик… Вперед… Ик!       Поежившись от новой порции неприятных ощущений и проведя сравнительный анализ с амплитудой покачивания рабочего инструмента в его руках, я уважительно прицокнул языком и оставив плату, направился к выходу. С трудом найдя где он собственно находится, я по пути принял зелье и в ожидании наступления отрезвления неспешно двигался к конечной точке, перед прыжком… на битву, как изящно выразился монах. Хотя он был несколько грубее, но раз уж хамло я, то значит он куртуазен, а все остальное наговор и провокация.       — Ой, ща блев… плохо мне, — монах скривился оглядываясь и пытаясь отдышаться от последствий прыжка.       Мне было ничуть не лучше, видимо ощущения были усилены аурой православного “падре”, тем более, что тот не столь давно так молился, что вполне бы мог снести все чары со здания. Все же верующий маг, да еще и не самый слабый, мягко говоря, это то еще оружие массового поражения. Интересно, а какой у него примерно ранг? Хоть официально все маги вроде как и равны, но от фактов-то не отпереться и они вовсе не равны. Думаю некогда святой отец вполне мог небрежным взмахом ладони трамбовать гвардейцев Грин-де-Вальда, если я, конечно, не ошибся в определении его возраста. Или вообще в первой мировой участвовал… как бы неофициально там очень даже воевали тысячи магов с обеих сторон. Прадедушку из-за этого и попросили больше не выступать перед Визенгамотом, да и в дебильный сборник “Истинно чистокровных” не внесли. Очень уж упорно доказывал, что хоть мы и маги, а родину любить надо все равно. Иными словами, он предлагал помочь своим “соседям” - маглам, но основная масса Визенгамота его речь не оценила.       — Погоди, давай лучше в домике Уизли блеванешь? — я подцепил монаха и целенаправленно потащил его к дому, чувствую на периферии сознания радостные эмоции вызванного из США Добби. Вручив ему разнообразные средства уничтожения и “Узи”, я получил пусть и не слишком мощную, но весьма неожиданную боевую единицу. Ну а где мне еще боевиков себе найти? На дороге они не валяются... — Это будет символично, вот!       — Вот же ты мерзость темная. Прости Господи! — определив маршрут, отец Константин ломанулся вперед как танк, слегка позвякивая веригами и что-то бормоча себе под нос. Судя по прыснувшим в разные стороны садовым гномам, то видимо это была очередная порция молитв. — Та-а-ак, а ну-ка стой-ка… — он резко обернулся. — А ты с девой сей в священном союзе состоишь ли, али блудом увлекаешься? А?! — рявкнул он басом, заставив меня от неожиданности дернуться.        — Вот прям сразу после визита к лжецам и потомкам грешников Содома, вот сразу же и рвану жениться. Вот зуб даю, — порывшись в кармане, я сунул монаху вампирский клык.       — О? Ну ты и хитрожопый… Прости Господи. Сам благословлю союз ваш, дитя греха, — слегка пошатнувшись, он начал разворачиваться.       — Я же не православный, как ты будешь благословлять-то?! — я недоуменно выпучился на него.       — Он разберется, — отмахнулся отец Константин. — Или ты в Нем сомневаешься? — с какой-то предвкушающей интонацией уточнил он.       — Да ты чё? Я? В Нем? Да никогда, — для убедительности я дал монаху еще один зуб, на этот раз оборотня.       — Тогда… — он рвано вдохнул и с громовым ревом рванул вперед, — За Будапешт!       — Почему Будапешт-то? — оторопело пробормотала выползшая из под мантии-невидимки Элен Смит.       Она, да и ее брат Шон не были боевиками, но зато вполне неплохо могли бить в спину. И не задавали ненужных вопросов, так что пока Генри и Мишель заняты, то придется импровизировать.       — Во имя попки Лилит! — попытался я воспроизвести рев монаха, но самокритично признал, что до его иерихонской глотки мне далековато, поэтому просто рванул следом, охреневающим взглядом фиксируя как тот тупо сносит защиту с территории. Там серьезного ничего не было, но… какая-то ведь была?       Входная дверь просто улетела внутрь, чего монах походу и не заметил, тут же исчезая внутри здания. Влетев следом я заинтересованно уставился на побледневшего Дамблдора, выставившего что-то из высшей защиты и целую толпу фениксовцев, спрятавшихся за его спиной. Отец Константин ничуть не расстраиваясь ударно махал кадилом, как шахтеры кайлом, каждым взмахом заставляя защиту чуть-чуть, но бледнеть.       — Гарри? — изумленно уставился на меня Альбус, на которого я смотрел не менее недоуменным взглядом.       — Дед, а ты чё тут забыл в такое время? Только не говори, что это ваш... — я вложил все свое… недоумение в слово “штаб”, оглядываясь и обводя руками стены и прочее. Не то чтобы меня смущал сам по себе дом, хотя и он тоже, но скорее меня смущало отсутствие защиты. Да и какого хрена устраивать в филиале дурдома и детского сада место встречи организации по борьбе со Злом. Да-да, с большой буквы, я пьяный и мне можно побыть саркастичным. — Старик, тебе что, в Хогвартсе не посовещаться? Или на крайний случай отремонтируй свой дом, накрой Фиделиусом и все будет о`кей. Да даже палатку в Запретном лесу проще поставить, чем проводить совещания в таком месте, где настолько легко снимается защита.       — Это ты сейчас по нему судишь? — невыразительным голосом поинтересовался Дамблдор, изучающе глядя на почти обнуленную защиту.              — Падре, погоди. Общаться будем… ну хотя бы попробуем, — уточнил я на всякий случай.       — И что же послужило причиной такого поведения… э-э-э… твоего знакомого? — Альбус       — Значит так, бля…       — Не матерись, блять! — рявкнул монах, отвешивая мне дубовой ладонью подзатыльник. — Прости Господи!       — Слышь? Я вот тоже хотел попросить прощения, — оскорбленно уставился я на него.       — Не пизди, — уверенно отрубил отец Константин, в очередной раз осеняя себя крестом. — Прости Господи, но сам же видишь, что творит сей отрок неразумный.       — Чё? — я сделал к нему нетвердый шаг, но был вынужден прерваться из-за вежливого покашливания старика. Проклиная качественный алкоголь Авалона, я вопросительно посмотрел на него.       — Ты хотел поговорить о причине твоего визита, — мягко улыбнулся Дамблдор.       — А? О! Точно! О каком ты там договоре шипела, дрянь жирная? — я неприязненно уставился на Молли. — Или ты? — я посмотрел на заинтересованно изучающего пятно на потолке Артура.       — Договор? — недоуменно уточнил Билл Уизли, на лице которого на мгновение мелькнуло какое-то странное выражение и он как-то подозрительно покосился на мать.       — Слышь Поттер, ты поосторожнее со словами. Чтобы там ни сделала наша мама, но это не дает тебе права ее оскорблять, — Фред или Джордж, хрен их разберет, зло сверлил меня взглядом.       — Погоди, Джордж, — коротко бросил ему Билл. — Ну-ка, еще раз, мама, что за договор?       — Гарри, дорог… — она осеклась наткнувшись на мой недружелюбный взгляд. — Я просто хотела как лучше! Она в конце концов старше тебя! Да и ее работа в Аврорате, это же конец ее репутации. Правильные девушки там не работают, — едва не разрыдалась она, возмущенно всплескивая руками.       — Я. Еще. Раз. Спрашиваю. Есть. Договор. Или. Же. Его. Нет? — раздельно процедил я, окончательно приняв решение по поводу некоторых представителей семейства Уизли.       — Нет никаких договоров между твоим и нашим родом, — спокойно бросил Билл. — Я бы знал, как старший наследник. Кому она такое сказала? Надеюсь не слишком большому количеству народа? Так, мама? — с нажимом посмотрел взломщик проклятий на недовольную родительницу.       — Я вообще такого не говорила, — независимо дернула головой Молли. — Мы с Лили не раз обсуждали возможность породниться.       — И ты, животное, решило, что можешь оскорблять мою женщину? Рот закрой, — я зло посмотрел на Джорджа. — Ты уже составил договор на мой доход от вашего бизнеса? Или смотри, пожар вещь такая, что я даже рискну потерять свое золото. Ты меня понял? А теперь объясню всем. Она посмела молоть своим языком всякую херню о моей невесте, а значит… Надо объяснять? Да еще и мою маму сюда приплела… Ты с ней когда это подружиться успела до такой степени, что аж породниться вы там обсуждали? Ты в то время конвейерным методом детей клепала, а она воевала. До этого училась. Когда у вас дружба-то зародилась, а? Или я о чем-то не в курсе… Учитель?! — язвительно произнес я последнее слово, глядя в глаза Дамблдора.       — Меня вмешивать не надо, — спокойно буркнул старый маг. — Можешь хоть на Беллатрикс Лестрейндж жениться, мне все равно. Я пообещал не вмешиваться в процесс твоего выбора и я не лезу, — он покосился на побледневшую Молли. — Я ведь тебя предупреждал, что не стоит пытаться навязывать что-то?       — Чего ты хочешь? — Артур видимо вспомнив, что он глава семьи, оттеснил назад Молли и вышел вперед.       — А что об этом говорят ваши законы? — я насмешливо оскалился. — Может потребовать, чтобы она согревала мою постель, м? Вполне закономерное возмещение ущерба, не находишь?       — Да я тебя, — оба близнеца дернулись вперед.       — Ой, блевану, — монах резко согнулся, ударно выплескивая содержимое желудка прямо на ноги рыжим. На какое-то время воцарилась тишина, пока отец Константин “показывал” свое отношение к окружающим, после чего монах распрямился. — Благословляю вас… — дикий визг оборвал пьяного монаха, который с трудом сфокусировавшись, немного извиняюще улыбнулся. — Грешили видать многовато вы… И не каялись, блять! — рявкнул он на офигевших магов, заставляя особо нервных подпрыгнуть. — Прости Господи, — покачнувшись, он пошире расставил ноги, недвусмысленно покачивая кадилом. — Кто первый на исповедь?       — Гарри, у семьи Уизли и так горе, — из-за спин остальных высунулось вечно грустное лицо Люпина, заставив меня мысленно скривиться. — Рон пропал.       — Что?! — я изумленно распахнул глаза. — Давно пропал? Сегодня? Вчера? Когда?       — Вчера вечером он в последний раз вышел из гостиной факультета. Он уже достаточно взрослый молодой человек, поэтому поначалу никто не поднимал панику. Думали, что он… м-м-м, — Дамблдор запнулся.       — Блудить пошел, мать его. Вертеп Содомский! — гулким басом сообщил свое мнение отец Константин, не обращая внимания на возмущенное потрясание руками Молли и смущенное покашливание Альбуса.       — Святой человек, ну подростки есть подростки. Запрещать можно, но тогда они начнут устраивать места встреч далеко не в подходящих местах, вроде Запретного леса.       — Так, — я недовольно дернул щекой. — Это все познавательно и, — я поднял ладонь прерывая возмущение монаха, — очень-очень важно, отец Константин, но меня волнует насколько далеко ты планировала зайти, когда я бы проигнорировал твою дочь? — я пристально уставился на неожиданно смутившуюся женщину. — Значит далековато, — мрачно констатировал я.       — Гарри, — предостерегающе начал Дамблдор.       — Не собираюсь я… — криво усмехнувшись, я некоторое время сверлил взглядом Молли, после чего молча пошел на выход, оставив остальную часть фразы при себе.       Ничего я не простил, но даже при такой поддержке как монах, я бы не смог сделать того, чего хотел. Да и получил я уже что хотел, а остальное возьму позже, так как обострять до конца отношения с Уизли не хочу. Этих придется валить тихо… в спину. Я бросил взгляд на отца Константина и слегка усмехнулся.       — А чем ты таким приложил рыжих, что они так завизжали?       — “Усмирение”, — гулко пробасил святой отец и насмешливо фыркнул. — Уж не думал ли ты, что я настолько крут, что источаю чистый Свет Его? Грехов на них слишком много, вот и приложило их как не знаю кого.       — А что за грехи? — заинтересованно уставившись на него, я едва не споткнулся.       — Мне чего, по-твоему, список выдают, блять? — теперь уже споткнулся монах, изумленно уставившись на меня. — Изгажена аура, вот и увидел это, а дальше уже приложил.       — Это типа убийства, прелюбодеяния там всякие? — настороженно уточнил я.       — Да не-е, — монах тяжело вздохнул. — Серые они. Понимаешь? Не в плане отношения к какой-либо Силе, а в плане внутреннего содержания. Свет не терпит таких, ибо слишком силен и беспощаден в ряде моментов. Не зло, ни добро, мелочные, завистливые и прочее. Таких много. Они не плохие, ты не думай, но однако… На тебя например не подействует. На старика того тоже, как и на еще ряд находившихся там. Даже на Билла это не оказало никакого влияния. Заметил? Вы выбрали свою сторону и уверенно идете по ней. Грехи ведь липнут к тем, кто нарушает свои же собственные догматы.              — То есть, если я верю, что убивать нельзя, но при этом убиваю, то…              — Да, — согласно усмехнулся отец Константин. — Вот и они что-то нарушали, что по их же мнению нарушать нельзя. Скорее всего школьные правила или нечто подобное, так-как хоть дети и отрицают это, но подсознательно верят. Так что “Усмирение” на очень многих подействует. Но далеко не на всех, хотя у меня и на этот случай есть чем приложить, — он встряхнулся, звякнув веригами. — Ну, пошли.              — Куда? — потерял я нить разговора, в очередной раз уставившись на него.              — Женить тебя, — уверенно отрубил святой отец, заставив меня поперхнуться и застыть на месте с перекошенным лицом.                    ***              — Вы мне предлагаете устроить государственный переворот? Да еще и самой усесться на “трон”? — саркастично уточнила Амелия Боунс, скользя взглядом по лицам присутствующих в небольшом кабинете находящимся на одной из тайных баз Аврората.              — Она права, ставший Министром сейчас, это списанный ресурс, — согласно усмехнулся Ланселот Доннели, второй заместитель Главы Аврората. — Именно поэтому я предлагаю запихать туда Скримджера. Главное убрать Фаджа, а затем и этого идиота спихнут.              — Разница будет несущественной, — поморщился Галахад Эйвернхольд, представляющий тут пограничную стражу. — Один идиот, второй практически подобен первому. Или вы предлагаете разыграть уход в тень?              — По правилам они играть не будут, — выдохнул Элиот Райвен, командующий штурмовыми подразделениями ДМП. — Нас так или иначе будут вырезать. Мы и так перевезли часть семей в убежища, но теперь еще придется ускорять процесс и самим переходить на положение “добычи”, — криво усмехнулся он. — Визенгамот не даст нам полноты действий, пока не станет поздно. И мы будем мертвы к этому времени.              — Мои знакомые из Отдела Тайн передали мне любопытные документы, а знакомые из Департамента Международного Магического Сотрудничества добавили еще и от себя, — Амелия поморщилась швырнув на стол пачку листов. — На границе будет организован прорыв трех подразделений наемников из Ирландии. И это ловушка. В чем именно она заключается, они пока не знают, но пограничная стража наиболее многочисленное и обученное подразделение. В случае Чрезвычайного положения ее переориентировали бы на ликвидацию внутренних проблем. Есть информация о прибытии еще нескольких групп высококлассных ликвидаторов, чьи цели - наиболее боеспособные подразделения аврората и ДМП. Ряд сотрудников этих отделов также собирается уходить на нелегальное положение, поэтому я склонна доверять этим данным стопроцентно. И согласна с Ланселотом. Выдвигаем Скримджера, на эту кандидатуру согласятся старые пердуны из Визенгамота, а после войны, если выживем, то уже поменяем на удобного нам.              — Только из числа вменяемых на этот раз, а не как тогда, — мрачно усмехнулся Элиот. — Вплоть до прямых угроз, но больше я на соглашение не пойду. У меня половина родни умерла в прошлую войну, и в итоге мы опять на войне? Да пошли они к Мордреду.              — Сколько у нас есть времени? Сутки-двое хотя бы в запасе будут? — Галахад осторожно сложил листы в стопку и поднял бледно-голубые глаза на Амелию.              — Четыре, — спокойно посмотрела Боунс в ответ. — Через четыре дня планируется атака на стражу, а нас имеет смысл ликвидировать примерно в этот же день, чтобы не поднимать лишнюю панику раньше срока… Хотя куда уж выше после сегодняшнего?              — Трупы не приписать к пожирателям. Ни у кого из найденных там нет метки. Слабосилки, оборотни, сквибы… Так-то понятно, что это и есть основная масса армии Неназываемого, но по факту нам не приписать их к этой группировке. Самые значимые фигуры или же вообще там не участвовали, либо их утащили, — Элиот откинулся на спинку кресла, скользнув взглядом по голым стенам помещения. — Поэтому я тоже за кандидатуру Скримджера и уход в тень. У нас слишком мало верных людей, чтобы пытаться рисковать. Проще устроить им такой же террор, раз уж нас все равно приговорили.