Невеста

Продолжая всматриваться в моё лицо, он слегка улыбнулся. Лёгкий смешок сорвался с его губ, а руки ещё сильнее прижали меня к его телу. — Врёшь. «Боже, да что с тобой не так?! Неужели в это настолько трудно поверить?!» — Да не вру я. Сестра попросила. Сказала, что тамада какой-то конкурс приготовила напоследок, чтобы развлечь гостей или что-то такое… Я не помню точно. Но пойми, я не смог отказать ей. Поэтому мне пришлось всё это надеть. Смотря на меня с непонятным потаканием, как на заигравшегося, но тем не менее, любимого ребёнка, он продолжал кружить нас по залу. — Боже, это же нелепо, — он продолжал улыбаться, наверно считая всё это попыткой отвязаться от него. — Тебе что, моего голоса недостаточно? Не замечаешь, что он… ну, не знаю, грубее, чем должен быть у девушки, а?! — Голос? Да, он чуть грубее, чем можно было бы ожидать при твоем ангельском личике, но всякое может быть. Простуда, курение, сорванный голос… На последних словах он ухмыльнулся, а в его глазах отразилось то, что он на самом деле подразумевал этими словами. «Похабник. Извращенец. Я должен прекратить всё это. Я должен отвязаться от него» — Прости, конечно, но я не курю. И, если не веришь, тому, что я говорю, то сам проверь, — возмущённо прошептал я, глядя прямо ему в глаза. Не знаю, что заставило меня сказать это, но отступать было уже некуда. Ещё один смешок. — Боже, ну ты и смешная. Так бы и сказала сразу, что и сама этого хочешь. Чего было такие шутки разводить? Я не подумал бы о тебе ничего плохого, если бы ты честно призналась в своих желаниях. На подобных мероприятиях довольно многие любят развлечься. И это вовсе не плохо. Смотри, я вот, всегда честен. Я хотел ещё что-то сказать, ответить на это его самодовольное заявление, но он уже активно вёл меня к выходу из зала, аккуратно обходя другие пары, не останавливая нашего танца, что немало удивило меня. «Чёрт, а он действительно хороший танцор» — Этого даже я не стал бы отрицать, несмотря на ту ситуацию, в которой я сейчас находился. Уже у двери, от которой он меня и перехватил с самого начала, мы остановились. Он быстро бросил взгляд на людей, и мы выскользнули из душного помещения, наполненного смехом, звоном посуды, стуком каблуков, разговорами и лёгким запахом алкоголя. Покинув банкетный зал, парень потащил меня по коридору. Навстречу попадались официанты и прочие нанятые работники. По большей части, они не обращали на нас внимания, видимо привыкшие к подобным моментам пышных празднеств. Но некоторые, с недоумением оглядывались в нашу сторону, особенно те, кто знал, точнее, успел узнать, кем я был на самом деле. Был пройден коридор, потом по лестнице вверх… Специально для свадьбы был арендован целый коттедж, построенный в стиле небольших дворянских усадеб, поэтому я даже не удивился, когда, открыв одну из дверей, мы оказались в обширной библиотеке. В глаза бросались характерные антуражные вещицы. Пара массивных столов, резные стулья, несколько рядов высоких полок, совершенно заполненных книгами с потёртыми тёмными корешками. И всё это, окутано полумраком из-за почти полностью зашторенных окон. Легкий запах пыли, музыка, всё ещё доносящаяся из зала, но уже не так назойливо и в тоже время тишина этого места создавали какую-то странную атмосферу. Прежде чем я успел произнести хоть слово, поворачиваясь к нему лицом, я услышал щелчок замка, а меня самого пригвоздили к стене рядом с дверью, накрывая мои губы своими и врываясь в рот настойчивым, требовательным и страстным поцелуем, обволакивая руками моё тело, не давая пошевелиться. Я опешил. Как можно было потратить свой первый поцелуй в подобной ситуации? «Первый поцелуй в возрасте шестнадцати лет… С парнем… Когда сам одет как девушка. Как глупо и странно…» Я хотел остановить его, сказать хоть что-нибудь, остановить это, но мне не давали ни секунды на размышление. Его руки скользили по моей спине, и тепло от них разносилось эхом по всему телу. «Я не должен чувствовать тепла его тела… Мне должно быть страшно, неприятно, противно… Чёрт…» Это продолжалось до тех пор, пока я не начал задыхаться, постукивая руками, которые были зажаты между нами, его грудь, стараясь одновременно с этим, вытолкнуть его язык из моего рта. Он, наконец, оторвался от меня. Я успел уловить, что в полумраке комнаты, прежде чем навсегда исчезнуть, блеснула ниточка слюны, что соединяла наши губы. Я поспешно вбирал так нужный мне воздух, чтобы собраться с силами и высказать всё, что думаю о нём и его поведении, удерживая парня за плечи, желая предотвратить любое другое действие с его стороны. Он усмехнулся. Снова. — Неужели принцесса ещё даже не целованная? Как мило. Мне сегодня чертовски везёт. Как думаешь? На его лице играла мягкая улыбка, но вот выражение его глаз мне не очень нравилось. Было в этом что-то… колючее, неприятное, голодное? Я старался думать быстро, но только я так и не понял, что же меня всё же беспокоило… Он смотрел на меня, пока я снова набирался сил, смотря на него в ответ, чувствуя, что моё лицо снова краснеет. Когда моё дыхание почти выровнялось, он снова начал наклоняться ко мне. И даже мои руки не стали для него помехой. Его губы уже дрогнули, приоткрываясь, но я, положив на них ладони, остановил его. Брови на его лице изогнулись в немом вопросе. «Да его же бить надо в таком случае! Что он себе вообще позволяет?! Прекрати! Прекрати! Так не должно быть!» — Остановись, господи боже мой, — прошептал я, чувствуя, что мои губы слегка припухли. От осознания этого я стал ещё краснее, хотя казалось, что больше некуда. «Мы же цело… Этот поцелуй же длился всего ничего, так как…?!» — Почему? — Жаркий шёпот обдал мои ладони. Мороз прошёл по коже. — Я же говорил, что я — парень, ты меня совершенно игнорируешь? — Слушай, — тяжёлый вздох. — Я уже начал уставать от этой шутки. — Да какие тут могут быть шутки?! — Хоть это и было произнесено шёпотом, но я был уверен, что хотел закричать. «Да что со мной не так?..» Несмотря на то, что мой разум просил этого не делать, я взял его руку и положил на свой пах, давая понять, что это вовсе не шутки. Отсутствия каркаса в юбке в данном случае сыграло мне на руку. Пару секунд в его глазах ещё светилось усталость и раздражение от «шутки». Ещё пару секунд и это всё сменилось на полное недоумение. Чтобы окончательно убедиться в правдивости моих слов, он даже сам слегка подвигал рукой, не обращая внимания на моё дёрнувшееся тело и возмущённое шипение. — Понял, наконец? — спросил я, отпуская его руку, которая почему-то не покинула прежнего места. Продолжая облокачиваться одной рукой на стену за мной, он ещё сильнее надавил на мой пах. Я, слегка охнув, вцепился в его руку, желая убрать её от себя. — Ну, а теперь-то что?! — Да у тебя тут стоячок, парень, — очень тихо, глядя мне в глаза, прошептал этот юноша.