Рысь

Следуя за лучником, Виктория смотрела себе под ноги и мрачно размышляла над сложившийся ситуацией. Вот послушай она отца и не отправься в город начинать новую жизнь, сидела бы сейчас дома, а не разгуливала по нескончаемым коридорам ЩИТа. Ну, вот и всё. Допрос закончился. Сейчас начнутся пытки. Господи, главное не кричать. Не думать про боль, а раны, они с её способностями затянутся очень быстро. « Ты только не забывай, что бессмертие тебе от отца не передалось» - шепнул внутренний голос. Однако каково же было удивление девушки, когда вместо пыточной, её привели к самому директору Фьюри. А уж когда этот одноглазый пират велел снять с неё наручники, Викки вообще еле скрыла своё недоумение. Что-то тут не так. Понять бы только, что задумали эти психи? «Сейчас будет игра в плохого и хорошего полицейского!» - противно захихикало подсознание. - Присаживайтесь, мисс Крид, - Фьюри, как обычно, был самим спокойствием. – У меня есть для вас одно предложение. Твою мать! Какое на хрен предложение? Что они задумали? Может специально оттягивают пытки, чтобы она понервничала? - Спасибо, я уже насиделась, - буркнула девушка, но ладонь лучника сжала её плечо, заставляя опустится на стул. – Не тратьте время. Я вам всё равно ничего не скажу. - Нам это и не нужно, - Ник Фьюри внимательно посмотрел на девушку. – Зачем нам искать твоего отца по всему миру, когда у нас в руках находиться то, что для него дороже всего? Он сам придёт к нам, чтоб забрать тебя и вот тогда… - Так это ловушка? – перебила Виктория. – Вы поймали меня, чтоб выманить его? – усмехнувшись. – Вы правда так наивны? Он пройдётся по вашей базе, как по музею и выйдет отсюда через парадный выход. Вам его не одолеть. - Нам нет, - Фьюри прищурил свой единственный глаз. – А вот тебе… Что? Да что этот одноглазый себе позволяет? Чтобы она пошла против отца? А рожа ни у кого не треснет? Нет, они точно психи! - Эй, мистер, - Виктория возмущённо вздохнула. – Вы что там себе напридумывали? Хотите столкнуть нас с отцом лбами? - Я хочу вам помочь… - Знаете, - перебила девушка. – Ему так уже однажды помогли. После этой помощи он потерял брата и обрёл врага. Хотите и между нами клин вбить? Не выйдет! Я отца не предам! - Я не прошу его предавать, я предлагаю вам помощь, - директор сделал ударение на последние слова. – Ты же понимаешь, что он за тобой придёт. И ты понимаешь, что миром это дело не кончится. Пострадают невинные люди. И в первую очередь будешь виновата ты, потому как Крид убьёт их, спасая тебя. Ты готова взять на себя такой груз вины? – Фьюри внимательно посмотрел на девушку. - Что вы будете делать после? Опять пуститесь в бега? Не надоело бегать? Виктория кусала губы и не поднимала глаз. Каждое слово директора Фьюри било по самым больным точкам. Он знал, что говорил, и был прав. Её спасение кончится тем, что будет ещё куча трупов, которых на совести отца и так слишком много. А потом опять бега? Вот только после этого искать будут не только его, но и её. - Подумай, - голос Фьюри отвлёк Викторию от душевных метаний. – Я предлагаю тебе сделку, - внимательно посмотрев на девушку. – Ты уговоришь отца работать на ЩИТ. Всего год и с него снимут все обвинения. Все до единого. Вам можно будет больше не прятаться. - Хотите заполучить в своё распоряжение очередную живую игрушку? – нахмурилась девушка. – Я не позволю использовать отца в качестве оружия. Да чтоб тебя! Что же это за девчонка? Всё по-своему вывернет! С ней совсем невозможно разговаривать. Подозрительная до чёртиков! Вся в дядю! - У тебя есть время, - пожал плечами Фьюри. – Подумай и реши, что ты хочешь. Агент Бартон, проводите мисс Крид в её апартаменты. Шагая по коридору тюремного отсека, Виктория размышляла над словами Ника Фьюри. А может, стоит попробовать? Они ничего не теряют. С другой стороны не ясно, что задумал этот одноглазый. Может им нужен зверь для своих делишек? - Я бы на твоём месте хорошо подумал, - голос агента Бартона вывел девушку из тумана мыслей. – Такое предложение поступает редко. - Как-нибудь обойдусь без пернатых советчиков, - буркнула Викки. – Держи своё мнение при себе. Сцапав девушку за локоть, Бартон резко развернул её к себе и прохрипел: - Не стоит нарываться на неприятности. Поверь мне на слово. - Ой, вот только не надо меня пугать, - усмехнулась Виктория. – Забыл, как я отправила тебя в мусорный бак? – хитро прищурившись и закусив губу. – Признайся, Сокол, таких полётов у тебя ещё не было! Чёрт! А он кажется разозлился! Ещё чуть-чуть и вспыхнет как спичка! Дыхание стало тяжёлым. Взгляд яростный! «Сейчас кто-то пиздюлей получит!» - тактично намекнул внутренний голос, покидая свою неразумную хозяйку. А вот это был запрещённый приём! Что эта паршивка себе позволяет? Да она вообще случайно с ним справилась. «Ну да, тебя ослепило солнце, у тебя развязался шнурок. Может хватит? Пора признать, что она справилась с тобой» - нагло хохотнуло подсознание. Бартон резко прижал Викторию спиной к стене и внимательно посмотрел ей в глаза. Чёрт! Как же хотелось вытрясти из неё всю наглость и заносчивость. Чтоб она, наконец – то перестала мыслить и вести себя как неразумный ребёнок. Ведь она умная девочка, так какого лешего стоит и строит из себя идиотку? - Один полет в мусорный бак не отменяет того, скольким людям я успел помочь за свою жизнь, как и не отменяет того, скольких убил. А ты чем можешь похвастать? Только тем, что отправила меня разглядывать объедки и окурки? Втолкнув девушку в камеру, лучник отправился в тир. Нужно было снять напряжение и успокоится. И как этой стервозе удалось его так взбесить? Видимо это тоже её дар. Господи, а если она согласится на предложение Фьюри? Это же конец всёму! Она и её чокнутый папаша за год тут такого наворотят, что после них и десяти лет не хватит, чтобы разобраться. Пнув закрывшуюся перед её носом дверь, Викки уселась на так называемое ложе. Ну вот и как теперь быть? Ждать отца и побоище, которое он устроит, или же попробовать и уговорить его на предложение Фьюри? Чёрт! Как же не хотелось, чтоб отец снова попал в чьё-то распоряжение. « Прости, папочка, но так вышло, что я тебя подставила» - с грустью подумала Виктория, укладываясь на шхонке и прикрывая глаза. Господи, как же хотелось взять и исчезнуть. Чтобы никто и никогда не смог их найти. Жить тихой и спокойной жизнью. Так нет же! Нигде от этих преследователей покоя нет. Только всё наладится, а они уже на пороге. «Чтоб вы все провалились!» - подумала Виктория, устало вздохнув. Физических сил было полно, но вот душевное состояние было так истощенно, что девушка не заметила, как провалилась в крепкий и спокойный сон. Проснувшись от непонятных звуков, Виктория осмотрелась по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Судя по тишине, которая царила на базе, уже наступила ночь. Вот только разбудившие девушку звуки не вписывались в эту картину. Шум, который раздавался, был достаточно далеко. Странно, что бы это могло быть? Прислушавшись получше, девушка нахмурилась. Это был не просто шум, а что-то похожее на крики, которые приходили во время кошмаров. Да и кому снятся такие сны, догадываться не пришлось. Этот голос она узнает из тысяч других голосов. Агент Бартон. Резко сев, Виктория закрыла глаза, сконцентрировав всё своё внимание на вскриках лучника. Девушка слышала, как стрелок беспомощно шарит руками по простыням. Шорох его одеяла эхом отдавался в ее ушах. Словно через эти звуки можно было слышать, как, оказывается, болит его душа. Понять, что ему снится, было не сложно. Это были либо его жертвы, либо те, кто погиб по его вине. Проснулся. Викки внимательно прислушивалась к еле доносившемуся бормотанию, от которого становилось не по себе. Чёрт! Она была к нему очень несправедлива, считая его бездушным агентом, у которого в голове только цели и задания. Сейчас он был таким, каким она и представить его себе не могла. Уставший от ночных кошмаров, беззащитный перед своим прошлым. Викки осела на пол и подтянула колени к груди. Она уже видела, как просыпаются после таких кошмаров, поэтому сейчас девушке достаточно было слышать хриплое дыхание лучника, чтобы представить, как он в бессильной злобе сжимает руки в кулаки, а взглядом упирается в стену своей комнаты. Странно было думать о Бартоне, как об обычном человеке, который способен чувствовать боль, причем, судя по всему, не только свою. Хотя... Мутантов ведь тоже за людей не держали. Многие видели в них только ошибку природы. Клинту снова снился холод и жестокие зеленые глаза. Он будто вновь окунулся в тот ледяной ужас бездействия. Тело выполняет приказы, которым пытается противиться разум. Выстрелы, смерть, стрелы пронзают сердца тех, с кем раньше он работал, кого мог подколоть одной из своих идиотских шуточек. И, как обычно это и бывало, под конец кошмара перед мысленным взором возникло лицо его наставника. Глаза Фила все так же были полны заботы и желания помочь, а потом они потускнели... Господи, когда же это закончится? Хоть бы одну ночь провести спокойно и не видеть тех, кто пал от твоей руки. Погиб по твоей милости и с твоей помощью. Немного приведя дыхание в норму и дождавшись пока сердце успокоит свой бешеный ритм, Бартон устало вздохнул и покинул тёплую постель. Уснуть теперь всё равно не получится, по крайней мере пока. Натянув спортивные штаны и прихватив с собой оружие, лучник отправился в тир, чтоб хоть как-то снять появившиеся напряжение. Мишень была утыкана стрелами, но на душе по-прежнему было неспокойно. Призраки прошлого не желали покидать своего хозяина и продолжали изводить его и без того истерзанную душу. Одно из двух, либо воспоминания добьют его, либо он чокнется от всего этого. Когда стрелы закончились, лучник опустился на маты, сжимая в руках лук с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Господи, как же хотелось покоя. Забыть обо всём хотя бы ненадолго. Чтобы не было ни угрызения совести, ни призраков прошлого. Чтобы кошмары оставили его в покое. Уткнувшись лбом в колени, Виктория судорожно вздохнула. Чёрт! Вот почему во всей огромной базе, где полно народу, она слышит именно его? Почему её вообще заботит то, что с ним творится? Он вообще относится к тем, кто всю жизнь преследовал её отца, кто не давал им спокойной жизни. Но тем не менее ей почему-то было его жаль. Хотелось помочь этому наглому и хамоватому агенту. Впрочем, вряд ли ему нужна помощь, тем более от неё. «Кажется, у кого-то на душе расцвели ромашки!» - захихикал внутренний голос. Так! Стоп! Виктория поднялась на ноги. Никаких ромашек! Действительно, чего это она? Никаких дум и мыслей в сторону этого наглеца! Пусть живёт со своими кошмарами и проблемами. Это его тараканы, вот пусть он сам их и приручает, а она. А она зверь, они же их с отцом таковыми считают, а зверей не заботит состояние душевно больных. «Кого ты обманываешь?» - вздохнуло подсознание, когда хозяйка снова улеглась на шконку и накрыла голову подушкой, чтоб не слышать звуков, которые заставляли сердце сочувствовать.