Fear of the Dark

      Сверкнула молния, а затем оглушительный раскат грома сотряс дорогой старинный особняк в пригороде Ханна-Сити. Потоки дождя обрушились на крышу, стекая на землю, которая не могла впитать такое количество воды, и очень скоро утоптанная земля превратилась в грязь. Дождь хлестал косыми струями по траве и цветам, превращая ухоженные клумбы в мусор, деревья стонали и гнулись под порывами ветра, ветки ударяли в дребезжащие стекла, в стены дома и ломались с оглушительным треском. Молнии раз за разом расчерчивали ночное небо. И грохотал гром, оглушая.       С очередным ударом пятилетний Бенни проснулся. Часы на каминной полке, отделанной баснословно-дорогим камнем, стилизованным под древний мрамор, розовато-белый с красными прожилками, показывали три часа ночи. Мальчик смотрел в потолок, вспышка молнии осветила темные глаза и вьющиеся волосы, и теплое одеяло, под которым Бену было жарко. А еще было страшно, гром гремел, не переставая, вспышки молнии следовали одна за другой. И хотелось крепко зажмуриться, зажать уши руками, и чтобы мама обняла. Но если он побежит сейчас в родительскую спальню, то мама и папа наверняка будут недовольны.       Как наяву мальчик услышал голос матери, отчитывающий его, и голос отца, который наверняка будет смеяться над ним. Нет, к родителям идти ни в коем случае нельзя. Можно, конечно, разбудить няню, что спит в соседней комнате, но она Бену не нравилась, слишком уж она сюсюкала с ним, показывая свою приязнь, но Бен знал: она его терпеть не может. И отчаянно завидует деньгам родителей и красоте мамы. Бен как-то сказал об этом матери, но она лишь отмахнулась, а услышавший отец долго и нудно говорил о том, что он не должен использовать свой дар для того, чтобы лезть другим в головы, да и вообще использовать его не должен. Но что же ему делать, если он точно знает о мыслях и чувствах других людей. Мама тоже знает, но почему-то не пользуется этим. А вот папа не знает. Может быть, поэтому не разрешает и ему?       Новый раскат грома заставил мальчика сжаться под одеялом. А потом раздался грохот. Нет, это не гром. Бен сел на постели, откинув одеяло.       Кто-то стучал в дверь, громко и настойчиво, изо всех сил барабанил по дюракриту, словно не было звонков и видеофонов. Открылась дверь родительской спальни. Что-то недовольно проворчала мать, резко ответил ей отец. Послышался характерный звук, с которым отец проверял заряд бластера. Бен соскочил с кровати. Он хотел остановить отца, ведь мальчик знал, что за дверью не враг. Но ведь родители будут ругаться за то, что он не спит так поздно. И Бенни замер посреди комнаты. Он чутко прислушивался к происходящему.       Вот отец спускается по лестнице, шлепая босыми ногами, он идет медленно. И Бен почти увидел, как папа крадется в ночи, держа бластер наизготовку. Увидел, как мама в красивой кружевной ночной рубашке до пят спускается следом. Ее тапочки стучат каблуками по начищенному до блеска старинному паркету.       Мгновение. Отец рывком распахивает дверь, наставляя на ночного гостя бластер. - Кто ты, сарлак тебя раздери?! – рявкнул Хан Соло. И в тот же миг Лея оттолкнула мужа, кинувшись вперед. - Люк! Что ты…? Люк Скайуокер, ввалился в дом, оттолкнув сестру и зятя. - Эй-эй! Великий джедай, - вскинул руки Хан, - полегче! Люк с силой захлопнул дверь, раздался новый раскат грома.       Мужчина нервно огляделся по сторонам, словно боялся, что сейчас из-за угла выскочит отряд штурмовиков.       Выглядел он ужасно: промокший и грязный, с плаща стекали грязные капли, пятная пол, светлые волосы свисали сосульками, падая на глаза, что горели сейчас безумием, обведенные черными кругами, свидетельствовавшими об отсутствии нормального сна в последние несколько дней, бледное лицо с лихорадочным румянцем на щеках пересекал порез, рассекающий бровь и прячущийся в волосах. А к груди Люк прижимал девочку. Ей было, наверное, года два, она сладко спала, укутанная в теплый, явно дорогой бархатный плащ, пахнущий пряно и терпко.       - Люк, - Лея коснулась щеки брата, его кожа была холода, как льды Хота, - что происходит? Люк блуждающим взором смотрел на сестру, словно не узнавая, наконец, словно что-то растаяло в голубых глазах. - Лея, - хрипло произнес джедай, - мне нужна твоя помощь. Повисла тишина, изредка прерываемая раскатами грома, что, впрочем, уже удалялся, гроза ушла дальше на запад, оставив после себя размокшую землю, поломанные деревья да влажный холодный воздух. - Это я уже поняла, - Лея старалась говорить, как можно, более спокойно, борясь с желанием ощупать брата с головы до ног на наличие повреждений и избегая смотреть на ребенка в его руках.       Пожалуй, ребенок вызывал больше всего вопросов, которые Лея пока не задавала. Она быстро переглянулась с растерянным Ханом и тяжело вздохнула. Она скорее могла бы представить себе картину, что Хан вот так заявится среди ночи грязный, избитый… с чужим ребенком на руках, но не ее правильный брат. Хан молчал, что было для него нетипично, но, воспользовавшись этой паузой, Лея взяла руководство на себя.       Она отправила брата в душ, почти насильно забрав из ослабевших рук девочку, которую Люк явно усыпил Силой, слишком уж спокойно и безмятежно та спала. Бывшая принцесса Альдераана, а ныне сенатор от Чандрилы, активировала дроидов-уборщиков, чтобы ликвидировать пятна грязи на полу в коридоре, заказала горячий глинтвейн и гору бутербродов, велела Хану разжечь камин, уложила спящую девочку в кресло, нашла свой старый халат, в который укуталась, и устроилась на диване, ожидая брата.       - Что происходит, принцесса? – вполголоса спросил ее Соло, вороша поленья в камине. - Если бы я знала, - пробормотала Лея, задумчиво поглядывая на оранжевое пламя.       Наконец, из душа вернулся Люк, в одежде Хана он выглядел максимально нелепо и двигался скованно, порез на лице был заклеен бакта-пластырем. Мужчина в панике огляделся, нашел взглядом девочку, лицо его смягчилось. Он отказался от предложенного глинтвейна и сел рядом с сестрой, взял ее за руки. Несколько секунд молча смотрел в глаза. - Лея… - Что происходит, Люк? – мягко спросила женщина, - что это за ребенок? - Твоя внебрачная дочь, а? – попытался пошутить Хан, но увидев, как синхронно поджали губы брат и сестра, улыбаться перестал. - Я спас эту девочку, я хочу, чтобы вы… -Люк запнулся, - оставили ее у себя. Повисла тишина, прерываемая лишь треском пламени в камине. - Прости? – Лея изогнула бровь. - Я не могу взять ее с собой, - сбивчиво начал объяснять Люк, - я не могу взять ее. Школа не достроена, да и она слишком юна для обучения путям Силы. Я не хочу отдавать ее в приют. Ты можешь объявить ее своей дальней родственницей, сиротой. И… - Люк, - Лея сжала руки брата, - остановись. Мы ничего не понимаем. Откуда она? Где ее родители? Кто они? Она чувствительна к Силе? Люк поднялся, сделал несколько нервных шагов по гостиной, остановился у кресла, где спала девочка, посмотрел на нее долгим задумчивым взглядом. - Ее родители погибли, - глухо произнес джедай, - ее мать просила меня позаботиться о ней. И да, она чувствительна к Силе. А ее родители… - Люк посмотрел в глаза Лее, передавая свои мысли. Женщина ахнула, прижимая руку к губам, и вскочила. - Люк! Это невозможно! Нам не объяснить ее появление! И ее происхождение… Нет! А если правда всплывет наружу? Как же моя карьера? Хватит и того, что я дочь Дарта Вейдера! Нет. Это абсолютно исключено! - Да что происходит! – взорвался Хан, - опять ваши штучки с Силой! Лея посмотрела на мужа долгим взглядом и что-то вполголоса ему сказала. Соло со свистом втянул воздух, покачал головой. - Да, дерьмо. Не повезло девчушке. Но… - Но?! – Лея и слова не дала сказать, - криффа с два, Хан Соло! Даже не думай! Это недопустимо! - Почему? – пожал плечами контрабандист, - мы могли бы ее приютить. Да и Бенни будет веселее с подружкой. Объявим ее внебрачной дочерью твоего брата, - мстительно добавил Хан после молчания, - постыдной слабостью великого джедая. Лея отвесила мужу подзатыльник. - Думай, что говоришь! - Лея, прошу тебя, - подал голос Люк, - девочке нужна семья, кто-то, кто сможет направлять ее. - Я не обучалась Силе, - парировала Лея, - я направлять ее не смогу при всем желании. - Это сделаю я, - мягко произнес Люк, - со временем. А до той поры мне важно знать, что она будет под надежным присмотром. Прошу тебя, - повторил джедай. - Но ей же два года! Она наверняка помнит свою семью? Что мы ей скажем? Как мы…, - Лея замолчала не в силах справиться с нахлынувшими чувствами. - Я заставил ее забыть, - просто ответил Люк, - она ничего не помнит.       Женщина, закусив губу, переводила неприязненный взгляд с мужа на брата. Один смотрел с мольбой в голубых глазах, в глазах другого прыгали чертики. Ему нравилось дразнить ее. Но они ведь не лот-котенка в дом берут! Это ребенок! Он требует внимания, ухода, заботы, любви! Да она с собственным ребенком справиться не может, куда ей еще и чужой! Да еще и с такой наследственностью! Лея покачала головой, мужчины ждали ее решения.       - А! – рявкнула она, круто поворачиваясь на каблуках, - крифф вас раздери! Сами будете потом разгребать все то бантово дерьмо, что с нами случится!       С этими словами, Лея Скайуокер-Органа-Соло, принцесса Альдераана, сенатор от Чандрилы, героиня войны и дочь Дарта Вейдера вылетела из гостиной.       Девочка, до этого мирно спавшая в кресле, открыла глаза.       Маленький Бенни в своей комнате посмотрел прямо в них, отмечая теплый шоколадный оттенок. А потом робко протянул руку, как для знакомства.       Девочка едва заметно вздрогнула.