Search And Destroy

«У нее что-то заклинило внутри, а он просто идиот. Влюбленные все такие»

27 апреля. 11:46.       Уже на протяжении нескольких минут звонил телефон. Противный рингтон, за который убить мало, тем более когда ты безумно хочешь спать. — Эдвард, выруби его наконец, — даже спрятавшись с головой под одеяло, было слышно эту недомелодию. Охренительное «доброе утро». — Это не мой. Сама отключай, — Эдвард перевернулся на другой бок и, кажется, решил продолжить спать. Видимо, ему не мешал звонящий телефон.       Еще несколько секунд я потратила на то, чтобы решить, а действительно ли мне нужно выключать его. Но потом я все-таки поднялась и, прижимая одеяло к груди, дотянулась до джинсов, лежавших на стуле, и достала из кармана телефон. Звонила Кара. Как и несколько минут назад. Еще было несколько звонков от Майкла… или Уилла… кого-то из них, определенно. Я сбросила вызов и отключила звук, наплевав на то, что у нее могла быть важная информация по поводу… Да не важно. Я просто хотела сейчас спать. Даже посмотрев на часы, у меня в голове ничего не щелкнуло, и я упала обратно на подушку. — И кто это был? — услышала я от Эдварда. Эта козлина даже не удосужилась повернуться.       Как же быстро я привыкла к его присутствию. Будто бы ничего и не было — три месяца одиночества безвозвратно были удалены из моей памяти, и теперь я продолжала наслаждаться тем, что Эдвард был рядом, и я могла его злить. Знаете, это уже на подсознательном уровне случалось — я не контролировала то, что говорила ему. Совсем. Могла только проанализировать и осудить себя за сказанное спустя несколько часов. — Тот, кому я не безразлична, очевидно, — я закрыла глаза и сделала максимально расслабленное лицо, потому что знала, что через несколько секунд Эдвард повернется и задаст вопрос.       Но в ответ я услышала только вздох. Он даже не повернулся. Даже спустя минуты.       Я открыла глаза и повернула в его сторону голову. Нахмурилась. Где мой Шнапс? — Ты даже ничего не ответишь? — я все-таки задала вопрос, который за несколько секунд меня успел изрядно достать.       Эдвард перевернулся на спину, а затем открыл глаза. Повернул голову и посмотрел на меня: — Ты сбросила звонок, так что я должен ответить?       Я поджала губы. Справедливо, блин. — Ладно, спи дальше, — выдавила я из себя, и в этот момент телефон завибрировал, оповещая о том, что пришло новое сообщение от Кары. «Мне плевать, где тебя носит уже несколько дней, но если тебе хоть немного не насрать на меня — перезвони».       Она практически никогда не писала так резко, поэтому я напряглась. Я поднялась с кровати и, схватив первую вещь, что попалась под руку, — рубашку Эдварда, надела и вышла из комнаты, уже на ходу набирая номер Кары.       Она ответила с первых же гудков: — Где ты? — Ты же сказала, тебе плевать? — я спустилась вниз и села на диван, поджав к себе ноги. — Мне — плевать. Но для меня главное, чтобы ты не возвращалась в квартиру и не шла ко мне. — Почему? Я как раз собиралась зайти к тебе в гости, — естественно, я поняла, что это была очередная подстава, поэтому на самом деле я восприняла слова Кары серьезно. — Просто послушай меня, ладно? Я все объясню тебе, но не по телефону. — Нахрен ты мне звонила тогда? Прямо скажи, что соскучилась, так и все, зачем выдумывать всю эту хрень? — хоть убейте, но сейчас я не видела никакой логики в ее словах, а потому это казалось мне какой-то неудачной шуткой. — За мной следят, — практически прошипела она. — Я приеду вечером.       Я сбросила вызов и положила телефон рядом с собой на диван. Рано или поздно наша идиллия должна была закончиться. Видимо, вот он, конец. Конечно, я рассчитывала на то, что это продолжится чуточку дольше, но, похоже, не судьба.       Утро действительно началось не самым лучшим образом. Если бы я все-таки проигнорировала Кару, возможно, все сложилось по-другому, и я бы все еще была в кровати рядом с Эдвардом. Но пока Шнапс досматривал свой пятнадцатый сон, я уже варила себе кофе. А, нет. И здесь я прогадала.       Я услышала шаги за спиной, когда стояла около кухонного стола и ждала, пока кофемашина наконец доварит напиток и нальет его в чашку. Я развернулась, а мои губы сами по себе растянулись в улыбке. — Так и с кем ты разговаривала? — Эдвард оперся руками о столешницу, и я оказалась в ситуации, когда мне некуда деться. — Тебе же все равно? — Мне же надо знать, на кого ты меня променяла.       Я положила руки на его плечи, а затем поднялась к шее и притянула Эдварда к себе: — Вы что, ревнуете, мистер? — я поцеловала его, приподнявшись на носках, а затем опустилась и посмотрела на него снизу вверх. — Ни в коем случае, — Эдвард улыбнулся, а затем посмотрел куда-то за меня. — Спасибо за кофе.       Он быстро взял кружку с уже готовым напитком и, развернувшись, направился к дивану у окна. Я даже возмутиться не успела.       Нет, конечно, мне не сложно было нажать на две кнопки и заварить другой кофе, но для этого мне бы пришлось ждать еще целых две минуты. А ведь это время можно было потратить на что-то более полезное.       Тем не менее, вздохнув и сдерживаясь от комментариев, именно это мне и пришлось сделать: я взяла другую кружку и снова запрограммировала машину на американо.

***

18:33. — Мне нужно уехать, — почти весь день прошел в объятиях Эдварда, что со стороны может казаться тошнотворно-милым, но меня это не особо волновало, и я просто наслаждалась этим днем. К вечеру все-таки идеально-ванильные обнимашки пришлось закончить, так как я вспомнила о том, что обещала Каре приехать в клуб. Честно говоря, мне не особо хотелось начинать снова думать о проблемах, но вариантов больше не было. Просто слинять и всю жизнь прятаться не хотелось, поэтому оставалось только смириться, выдохнуть и продолжить бороться за свою жизнь и свободу.       На самом деле, я уже чувствовала, что я почти у самого верха и скоро мне не придется заботиться о том, как бы защитить себя.       И, знаете, это придавало мне сил. Надежда на то, что скоро все может закончится — надо лишь немного потерпеть и поднажать — делала меня сильнее. И я, черт, будто находилась под гипнозом, слепо следуя навстречу той спокойной жизни, которую однажды мне удалось испытать в Майами. Именно той жизни мне и хотелось. Да, не совсем честным трудом заработанную, но все же. Других вариантов не было и быть уже не могло, поэтому приходилось довольствоваться тем, что оставалось. В любом случае, кому какая разница, как мне досталась эта жизнь? — И куда? — кажется, Эдвард воспринял мои слова как шутку. Неужели он все еще считает меня неспособной постоять за себя?! Глупость какая. — К тому, кто мне звонил, — все-таки мне хватило духу снять с себя рубашку Шнапса и одеться, хоть мне этого до чертиков не хотелось делать. Однако: «Скоро все закончится». — Тебе же все равно? — Не очень хочу узнать через пару часов о том, что тебя убили. — Эдвард, — я прошла в гостиную, на ходу надевая джинсовую куртку, и встала перед диваном, на котором сидел Шнапс. — Я три месяца провела одна, и тебе совершенно было насрать на то, как я жила и жила ли вообще. С чего вдруг ты теперь стал таким заботливым?       Он поднял глаза на меня, прикрыв ноутбук, который стоял у него коленях, и нахмурился: — Я знал, что с тобой… — Тогда ты должен быть в курсе, — я не дала ему закончить мысль. — Что мне пришлось пережить. И, поверь, то было гораздо хуже чем, то, что я собираюсь сделать сейчас. — Ого, — ответил он. — Ладно. Раз ты такая самостоятельная, то можешь делать, что хочешь.       И все-таки мне казалось, что он хоть немного возмутится, но почему-то этого не произошло, и его реакция ввела меня в тупик, отчего я еще несколько секунд просто стояла перед ним с открытым ртом, не понимая, как мне реагировать на его слова. В итоге я, закатив глаза, отошла от остолбенения, взяла телефон и ключи от квартиры (которые Эдвард сделал специально для меня) с барной стойки и вышла из квартиры. Эдвард же благополучно продолжил заниматься своими делами и даже ничего не сказал напоследок.       Внизу меня уже ждал Майкл. Или Уилл — никогда не устану забывать его имя и смеяться с этого. Как только я села в машину, я сразу написала Каре о том, что скоро буду в клубе, и попросила ее выйти на задний двор. Там никого не должно было быть, поэтому вероятность того, что там будут следить за нами, была очень низкой.       Мы довольно быстро доехали до клуба — на удивление пробок не было, хотя было самое время. В любом случае, это было огромным плюсом: быстрее приеду — быстрее уеду и лягу в теплую кровать.       Майкла-Уилла я оставила в машине. Он мне не нужен был во время разговора, а в клуб его пускать было слишком рискованно — пришлось бы идти домой пешком.       Я прошла через клуб напрямую, мимо служебных помещений, не забыв пройти мимо бара и взять стакан виски. Кара уже ждала меня на заднем дворе. — Я уже думала, ты решила заняться своим здоровьем. Тебя несколько дней не видно было, — казалось, Уайт решила меня обмануть, и на самом деле ничего из того, что она говорила мне днем, не было. — Еще чего, — прямо перед ней я сделала глоток виски. — Кто следит за тобой?       Кара, пряча свою униформу, сильнее закуталась в пальто — на улице было прохладно. Оглянулась по сторонам, будто боясь, что ее кто-то увидит. Я насторожилась: значит, она говорила серьезно. — Фрост. Я не знаю, сколько это длится, но позавчера он пришел ко мне домой, — начала рассказывать она. — Я тогда пыталась тебе дозвониться, но ты не отвечала, — я сразу вспомнила те пропущенные от нее, но тогда я моментально забыла о них, поэтому даже не стала перезванивать. — Он угрожал мне, потому что я на твоей стороне. Сказал, если снова увидит меня с тобой, Джокер убьет меня. Я… Люси… Если тебе хоть немного не насрать, то… — Он не убьет тебя, — сказала я, перебив Кару. Не хотелось мне в очередной раз слышать про то, что мой отец пытается лишить меня всего. И, естественно, мне было не насрать на Кару! — Просто удали мой номер и перестань мне звонить и писать — вот и все. Связываться со мной будешь только через моих людей, но прежде чем звонить им, пять раз подумай, стоит ли оно того.       Я достала сигареты из кармана, допив виски и оставив стакан на ступеньке. Так и не выложила из куртки. Взяла одну из пачки, остальные убрала обратно в карман. Закурила. Черт. Мне этого не хватало. Эдвард терпеть не мог сигареты, а я, похоже, действительно стала зависима от них. — Спасибо, — на лице Кары появилась слабая улыбка. — Иди работай, — произнесла я. — Иначе завтра я буду курить у твоей могилы.       Кажется, она хотела еще что-то сказать, но все-таки с какой-то благодарной улыбкой прошла мимо меня и зашла в здание клуба. Я осталась на заднем дворе докуривать эту спасительную сигарету. Да, я знаю, скрыть запах дешевого табака (если он там вообще был) сложно, и Эдвард потом будет долго ворчать, но мне просто было необходимо покурить. Как я ни пыталась отрицать, но зависимость от курения у меня все же появилась. Ну и ладно. Брошу потом как-нибудь.       Как только окурок оказался под подошвой моего кроссовка, я забрала стакан и вернулась в клуб. Подошла к барной стойке и заказала еще выпивку. Раз Эдварду плевать, где я и с кем, буду сидеть здесь и пить до потери пульса.       Пока я сидела и пыталась распробовать какой-то коктейль — вкус которого я не могла понять даже после третьего бокала — я успела переброситься парой слов с барменом, и, оказалось, что сегодня в клуб должен был приехать Джокер. Почему-то эта информация меня совершенно не напрягла, наоборот, я даже была несколько заинтригована тем, что бы могло произойти.       В любом случае, кажется, этот клуб был моим спасительным островком, и я могла бы выжить. Но, вспоминая о том, что я имею дело с самим Джокером, у меня появлялись сомнения. — Ты просто безумна или тебе жить надоело? — через какое-то время я услышала слева от себя знакомый голос. Я повернула голову и посмотрела на подошедшего к барной стойке. — Ой, мистер Фрост, — кажется, меня ничуть не напрягло его появление. Хотя оно значило одно: Джокер здесь. Но, похоже, я была уже достаточно пьяна, чтобы перестать бояться того, чего стоит опасаться. — А вы постарели. Неужели это все босс? — Значит, просто безумна, — бармен подал стакан с виски Фросту, а затем Джон передал заказ, видимо, для Джокера. Бармен кивнул и отправился выполнять. — Тебе не кажется странным разбрасываться такими словами, работая на безумного клоуна? — возможно, я еще пожалею об этом, но в тот момент это казалось мне забавным, и так я могла показать свое… скажем, бесстрашие. — Ты не в том положении, чтобы так выражаться, — кажется, он попытался вежливо улыбнуться, но в его словах была скрыта угроза. Точно, она самая.       К барной стойке подошла, держа в руках поднос, Кара. Я заметила, как она посмотрела на меня, а как только Фрост обратил на нее внимание, она стала делать вид, будто мы не знакомы. Он пристально продолжать следить за движениями Уайт, пока она не ушла с напитками на подносе. — Вы поссорились? — Фрост наконец повернулся ко мне. Да он издевается. — Ага, — я допила очередной бокал коктейля, так и не распробовав его. — Из-за одного козла. — Какой ужас, — он залпом допил виски. — Было приятно пообщаться. — А мне — нет, — Фрост ушел, а я повернулась к бармену. — Налей еще, — кажется, парень в униформе приготовился что-то говорить, но я начала первая: — Даже не думай возразить. Я сама решу, когда мне хватит.       После ухода Фроста я залила в себя еще парочку шотов чего-то. Правда, парочку. К этому времени в клубе собралось много людей, а это значило, что мне пора идти. Иначе какая-нибудь глупость была обеспечена. Тем более я уже успела пропустить звонок от Эдварда. «Я скоро буду», — написала я ему. Затем поднялась со стула и, вытащив из кармана сотню баксов, оставила на барной стойке. Конечно, мне не обязательно было платить, но… мне просто захотелось.       После я позвонила Майклу, чтобы, проходя мимо своего отца, не вляпаться в какое-нибудь приключение. Он подошел уже через пару минут — я даже успела выпить еще один коктейль. Признаю, сегодня у меня было слишком веселое настроение, когда я была не против выпить. И, да, я перебрала, знаю. И Майкл мог помочь не только как телохранитель, но и как поддержка, чтобы я не забрела куда-нибудь не туда и не упала посреди дороги. Знаете, я была близка.       Проходя мимо VIP-зоны, я все же не удержалась от того, чтобы не посмотреть туда, где сидел мой отец. Кажется, у него с кем-то была встреча, тем не менее он не упустил возможности посмотреть на меня. Что-то потянуло меня улыбнуться ему и махнуть рукой. Хотя, наверное, улыбка вышла несколько самодовольной, потому что я заметила, как Джокер изменился в лице. Не лучший знак.       Однако все закончилось более чем благополучно: Джокер продолжил беседу со своим собеседником, а я вышла живой из клуба.       Уже в машине я почувствовала, что меня клонит в сон, поэтому я стала всеми силами пытаться не закрывать глаза. — Присмотрите за Карой, — сказала я. — Если ей что-нибудь будет нужно — сделаете. — Хорошо. — Только будьте осторожны. За ней следят люди Джокера. — Ясно.       Больше я не стала ничего ему говорить — скучно. Его односложные ответы мне не нравились, а предъявлять ему претензии мне было слишком лень. Поэтому я направила все силы на то, чтобы не уснуть и хоть немного прийти в себя, хотя умом — нетрезвым, но все же — я понимала, что ничего не выйдет, и мне в любом случае придется выслушать ворчания Эдварда о том, что я слишком безответственна и — как бы я ни упиралась — не самостоятельна. — Я очень жалко выгляжу? — вдруг спросила я. — Только честно.       Майкл-Уилл еще какое-то время колебался, видимо, думая, что ответить, поэтому я повернула голову в его сторону. — Скорее… просто пьяной.       Его неуверенный ответ вызвал у меня смех. Ну да, конечно. Просто пьяной. — Да… — протянула я. — Черт. Останови машину. — Но… — он попытался возразить, но я перебила его: — Я сама дойду. Давай, тормози.       В итоге оставшиеся несколько кварталов я шла пешком. Достав сигарету из кармана. Прохладный ветер будто выветривал из меня алкоголь, и я начинала чувствовать просвет в разуме.       Телефон в кармане зазвонил. Эдвард. — Я же сказала: скоро буду, — я попыталась сделать максимально трезвый голос, хотя чувствовала, что у меня не очень-то и выходит. — Я знаю, Люси, можешь хоть завтра вернуться, — он говорил довольно быстро, поэтому мне приходилось напрячься, чтобы расслышать и усвоить каждое слово. — Мне нужно уехать, приеду поздно. — Куда? — Возникли некоторые проблемы. Только прошу: не вляпайся в неприятности. — А как же твоя забота и слова о том, что на улице слишком опасно, а я не самостоятельна? — иногда я совсем его не понимала. А теперь, как мы снова встретились, я стала чувствовать, что я забыла его. — Ты так хочешь поговорить об этом? Не думаю, что сейчас подходящее время, — кажется, в этот момент Эдвард хлопнул дверью машины. — Не хочу. — Так что ты мне мозг паришь?! — он значительно повысил голос, отчего я даже отвела телефон от уха. Истеричка. — А ты что на меня орешь? — я совершенно не видела проблемы и сути его возмущения, поэтому я продолжала говорить спокойно. — Черт, да ты же пьяная… — в его голосе была такая досада. — Поговорим потом.       Он сбросил вызов, а я остановилась посреди улицы.       Это был самый бессмысленный телефонный разговор в моей жизни! — Козел, — произнесла я, убирая смартфон в карман куртки. Затем я выдохнула, выбросила этот пренеприятнейший разговор из головы, и продолжила идти.       Для меня не проблемой было вспомнить, этаж и нужную дверь, но для меня проблемой стало попасть ключом в замочную скважину. Никогда такого не было? Нет? Ну так знайте: это просто адское испытание, когда у тебя практически двоится в глазах, руки слегка дрожат, и это состояние начинает тебя бесить до чертиков.       Кажется, весь дом узнал о том, насколько же это тупое изобретение — двери с замками. Но зато я смогла ее открыть и наконец войти в квартиру.       Первое, куда я посмотрела — диван. У меня в голове проскочила мысль о том, что я могу лечь там, но потом мне стало практически противно от самой себя, поэтому я решила пересилить себя и, чувствуя жуткую усталость, поплелась наверх, стягивая с себя куртку.       Мне хватило сил доползти до душа и, сняв с себя всю одежду, встать под прохладные струи воды. Сразу стало как-то легче. То состояние, наступающее во время алкогольного опьянения, — дрожь в руках, чувство усталости, неспособность контролировать себя и потеря ориентации — вдруг стало отходить, и мне становилось полегче. Возникала некоторая дилемма: мне нравился алкоголь и то состояние, в котором я находилась до определенного момента, но в то же время это же состояние начинало меня быстро утомлять. Как, например, сейчас.       Можно было бы подумать, что я уснула душе, и, знаете, я сама почти поверила в это, как только всего на секундочку прикрыла глаза, но нет: я просто слишком расслабилась. — Надо будет пересмотреть свой образ жизни, — я упала на подушки и закрыла глаза. Больше мне уже было ничего не важно, я просто хотела спать. И, похоже, я очень быстро отрубилась, хотя изначально даже думала о том, чтобы дождаться Эдварда. Представляете степень моего опьянения?