Тепло его души

По напряжённым мышцам спины и шеи скатывались бисеринки пота. Её взгляд жадно следил за каждой из них, представляя себе полный удивления взгляд Катсуки на ту внезапную фантазию, что обрушилась на неё. О да. Ей бы точно удалось удивить его таким способом. Бакуго тяжело дышал, переводил дыхание после битвы со злодеем, который появился как назло прямо под конец его рабочего дня. Группа подлецов решили грабануть банк, взяв людей в заложники, и удрать после на вертолете, как в каком-нибудь дешёвом экшн-фильме, но к их несчастью — и огромной злости Короля Взрывов — забыли о расположенном недалеко агентстве Про-героев. Катсуки не был хорош в ведении переговоров (с его-то горячим нравом это ему необходимы были мирные переговоры, дабы не было взрывов на рабочем месте), однако он был хорош в надирании задниц. Поэтому когда группа Бета отвлекала на себя внимание неудавшихся мудаков-воришек разговорами, он во главе команды Альфа отправил на улицу большую часть заложников, которые не были под пристальным вниманием недоумков, и начал разбираться «по-мужски» с придурками, из-за которых у него были все шансы остаться разбираться в офисе до полуночи с бумажками. Вновь увидит Её только спящей, ляжет рядом тихонько, побоясь потревожить, а с утра будет довольствоваться её запахом на простынях. Чёрт. На этой неделе они почти не разговаривали из-за постоянной занятости на работе. А ведь они жили в одной квартире! Разумеется, они обменивались смс-ками каждую свободную минуту, но этого было чертовски мало. Он скучал по её смеху, её доброму взгляду ясных голубых глаз, мягким ладошкам, которыми она любила гладить его волосы. И по её телу. Они были вместе уже не первый год, но он снова и снова любовался её телом и тем, как Она отзывается на его прикосновения, слова, действия. И сейчас какая-то банда недалёких придурков вновь собиралась не дать насладиться ему вечером с Ней. Бакуго готов был убить их всех, устроив перед этим пытки. Она прибыла на место операции едва ли не под конец битвы. Несмотря на то, что она была полностью уверена в своём любимом человеке, она не могла не волноваться. В этот освободившийся — наконец-то! — вечер она могла понаблюдать за его работой и прикрыть в крайнем случае — хоть тот вряд ли принял её помощь. Когда она увидела его вместе с остальной частью группы захвата в пылу драки, то не смогла сдержать восхищённого вдоха. Это вернуло её ко дню их знакомства, что подняло внутри волну ностальгии и некоторой грусти. Невероятно, сколько времени прошло с того времени и как сильно они изменились. Но вот она отвлекается на то, как Катсуки наносит финальный удар оставшемся сопернику и это выглядит… Она не может найти другого слова, кроме как «сексуально». Безумно опасно и сексуально. Её парень сейчас абсолютно точно находится в состоянии «Бешеного Берсерка» и для противника это означает абсолютное поражение, но — Ками-сама — как же это выглядит горячо. Его затруднённое дыхание, тяжело вздымающаяся грудная клетка, чёрная майка, плотно облегающая его тело и промокшая насквозь от пота, и руки, которые сейчас начищают злодею морду, а в мгновения с ней бывшими такими нежными. Эти волосы, которые сейчас находились в ещё большем беспорядке, что делало его каким-то невероятным образом ещё привлекательнее… Она думала, что ничто не сможет её ещё больше возбудить на данный момент, пока не увидела капельку пота, бегущую по его виску. Если бы только… Кажется, в мозгу определённо что-то заклинило, потому что следующие несколько секунд она просто пялилась на своего парня, который закончил операцию захвата злодеев, уже заметил свою девушку и звал по имени. — Хей! У тебя что, появились проблемы со слухом? Ты чего не отвечаешь? Девушка встряхнула головой, раскидывая золотистые кудри, и попыталась наладить связь между речевым аппаратом и головным мозгом. Посмотрела в кровавые рубины напротив и поняла, что он вроде ничего не заметил. И хорошо. Потому что иначе она наживёт себе румянец на щеках ещё на неделю из-за его подначиваний. — Нет никаких проблем. Прости. Ты свободен? — Вряд ли. Из-за этих полудурков опять придётся до ночи писать отчёт, — Катсуки провёл ладонью по волосам, пытаясь пригладить их, а в его голосе была слышна злость, но больше в нём сквозили отчаяние и грусть. — Поезжай домой. Я приеду, как только смогу. Она попыталась натянуть на своё лицо улыбку, как в тот момент Катсуки подозвал его шеф. Парень попросил подождать его, чтобы сказать что-то ещё, а сам отошёл поговорить. За последнюю неделю месяца, которая по обыкновению и бывает самой сложной на работе из-за сдачи всех отчётов, такие разговоры стали едва ли не единственными диалогами в их жизнях. Их геройские профессии без сомнений делали их счастливыми, учитывая, как сильно и долго они оба стремились к этому. Жизнь же личную это теснило, и от этого становилось не так прекрасно и радужно, как это могло бы быть. Работая в разных агентствах, они крайне редко пересекались и не имели возможности быть вместе так часто, как того хотелось молодым людям. А уж что говорить про то, что их юные тела требовали разрядки после таких физических и психологических нагрузок… Бакуго подошёл спустя несколько минут, сосредоточенный, но с едва заметной улыбкой на лице, что в его случае свидетельствовало о крайней степени радости. Не говоря ни слова, светловолосый парень потянул её в сторону дороги, прямо к потоку машин и впихнул её и себя в одно из проезжающих мимо такси. На все её вопросы о том, что происходит и почему он так внезапно сорвался с места, Катсуки лишь хитро улыбался и говорил, что через пять минут она всё поймёт. И действительно, через пять минут такси подъехало к дому, в котором располагалась их квартира. Парень расплатился за их поездку и они поднялись на свой этаж. Открывая дверь, девушка не могла поверить в то, что они наконец вместе. Вдвоём. И могут провести следующие несколько часов вместе до того, как их сознания унесутся в царство снов. — Ты голоден? — в уме она уже начала продумывать вариант возможного ужина из того, что осталось в холодильнике. Да, не густо. Нужно будет сходить в магазин… — Я очень голоден. И я знаю, что ты тоже, — произнёс он хриплым от желания голосом, поворачивая ключ в замке. Она сглотнула и повернулась к нему, когда парень наклонился над ней. Чёрт, она так замечательно пахнет. Я не могу сдерживаться, когда она смотрит на меня с таким удивлением и похотью в глазах. Она нежно, едва касаясь губами оставила поцелуй на его устах. Мягко, пока что сдержанно. Растягивая удовольствие. У них вся ночь впереди. Одной рукой он обхватил её талию, а вторую пропустил в её мягкие локоны. Он дома. Она плавилась от удовольствия, едва ли не буквально купалась в его ответной нежности. Эти прекрасные поцелуи в его исполнении всегда заставляли её удивляться тому, сколь многогранной личностью он был. Для окружающих он мог быть кем угодно, — взрывным, неуравновешенным, заносчивым или грубым — но для неё открывалась целая многогранная палитра оттенков его характера. Язык скользнул в послушно открывшийся рот, из которого вышел сдавленный выдох, и у обоих сорвало крышу. Она впилась сильнее в его плечи ногтями, он — мягко толкнул её бедрами к стене. Больше. Ему нужно больше Её, её губ, тела. Он врывался в её рот так, будто после этого ему запретят целоваться когда-либо. Языком по нёбу, прикусывая нижнюю губу и оттягивая так, как ей это нравится. Мягко, но с нажимом. Сдирать с Неё эту грёбаную рубашку с, кажется, миллионом пуговиц. Поднять за бёдра, заставляя обвить его талию до офигения прекрасными ногами, которые словно были созданы для этого. Отнести её и себя в спальную комнату и рухнуть сверху на постель. Слушать сбивчивое дыхание, чувствовать дрожь её ладоней, когда она пытается стянуть с него майку. И рехнуться окончательно, когда она проводит своим розовым язычком по его скуле, слизывая солоноватую каплю пота. — Я так хотела сделать это сегодня, — тихо-тихо. Но ему этого достаточно. Он снова вспомнил тот самый стеклянный взгляд её глаз после того, как заметил её в толпе. Он видел желание в её глазах тогда. Видел, как её завела та его драка и как разочарованно она смотрела, когда думала, что он вновь уйдёт. Увидел и сейчас пламя жажды в лазурных глазах и то, как она облизала свои губы в наслаждении. Эта девчонка сведёт его с ума. Уже свела. Поэтому Катсуки с тихим стоном припадает к её шее, груди, рту, животу. Въесться в неё, стать её частью, оставить свои метки на прекрасном теле — становится идеей фикс. Он стягивает с неё лифчик, вновь вылизывая её рот. Она в нетерпении трётся о грубый материал его рабочих брюк, чувствуя через них его вставшую плоть. Крепкую, тяжёлую. Едва не жалобно скулит, когда тот отрывается от поцелуев груди на то, чтобы отодрать её руки от его шевелюры и поясницы, в которую она вжимала свои ногти, стараясь быть ближе, чувствовать более тесный контакт с его эрекцией. Он шипит на её протестующее взбрыкивание бёдрами, которое должно было запечатать его в ней, и заводит руки за её голову. — Будь хорошей девочкой, — горячим воздухом выдыхает прямо в жаждущий рот. — Потерпи, и я оттрахаю тебя так, как ты того жаждешь, моя маленькая фетишистка. Она ловит каждое слово Катсуки и зачарованно стонет, когда он целует её глубоко, влажно. Это так прекрасно, что она готова раствориться в этом моменте. Пожалуй, сейчас она готова поставить этот момент на повтор до бесконечности. Бакуго отпускает запястья и возвращается к её телу. Он так скучал по ней. По этим чувствительным соскам, что сейчас ласкал языком и зубами. По этим сильным мышцам бёдер и ягодиц, что сейчас сминает руками, убирая такую лишнюю сейчас юбку. По этим негромким стонам, которые доносятся из её ротика в ответ на его ласку. По этой влажности у неё между ног. Такой охуительно горячей точки, что у него перед глазами взрываются фейерверки. Эта девчонка такая восхитительная сейчас на смятых простынях, что это должно быть даже незаконно — быть настолько сексуальной и невинной одновременно. Он отодвигает кромку трусиков и собирает влагу своими пальцами. Ухмыляется на её громкий стон и приподнявшиеся вслед за пальцами бёдра. Смотрит прямо в закатившиеся от наслаждения глаза и вводит внутрь сразу два пальца. Хриплое дыхание смешивается со звучным стоном с Её стороны и хлюпающими звуками взаимодействия тонких пальцев парня и смазки девушки. Она выгибается дугой и кладёт одну руку на свою грудь, а вторую случайно кладёт поверх его стояка, покрытого брюками. Катсуки резко втягивает воздух через рот со свистящим звуком, движений не прекращает, а девушка открывает глаза, в которых чёрный зрачок почти полностью заполнил голубую радужку. — Пожалуйста, Катсу… Я…я так хочу…пожалуйста… Алые рубины сверкают ещё ярче и Бакуго отстраняется от девушки, прекращая движения пальцев в ней. Она приподнимается на локтях, чтобы увидеть, как грациозно он скидывает с себя оставшуюся одежду вместе с нижним бельём. В такие моменты она сравнивает его с хищным барсом: такой же дикий и одновременно сосредоточенный. Светловолосый вновь оказывается рядом, но не ожидает того, что девушка решит оседлать его. Сегодня она перенимает у него бразды правления. Сегодня она будет упиваться его наслаждением. Он ничего не говорит ей, а лишь обнимает за талию и прижимает ближе к себе, тело к телу, привлекает в поцелуй. Она направляет его член в себя и благодарит небеса за то, что ей не нужно думать сейчас о защите и оральные контрацептивы давно присутствуют в её жизни. Оба рвано выдыхают в поцелуе, когда он полностью оказался в ней. Так правильно, так…долго ждали. Наконец. Медленно она поднимается и опускается на нём. Отрывается от его губ и приподнимается, чтобы изменить угол проникновения и смотреть на его лицо с лучшего ракурса. Его руки на её бёдрах, направляют, поддерживают. Его глаза смотрят с восторгом и толикой насмешки: он знает, как ей доставляет удовольствие иногда быть главной. Она чувствует себя некой богиней в такие моменты. Девчонка ускоряется и член входит ещё глубже. Её ладони скользят по его коже груди и плеч, пытаясь не соскользнуть и удерживать заданный ритм. Она вновь и вновь наклоняется к нему за поцелуями. И сейчас, не удержавшись, проводит языком по линии нижней челюсти, слегка прикусывает и вновь зализывает место укуса. Спускается ниже и вновь повторяет ритуал заклеймления. Мягко, влажно, ближе к нему. Её грудь скачет и маячит прямо перед его лицом, так что Бакуго не сдерживается: поднимается на локтях и припадает ртом к розовым соскам, прикусывая. Слышит громкий полустон-полувсхлип и чувствует ускорение ритма. Поднимает взор и видит приоткрытый розовый рот, яркие голубые глаза сияют от наслаждения и чувствует усилившуюся хватку её руки в его волосах на затылке. Слишком мало. Этого слишком мало. Его нетерпеливость даёт о себе знать. Он переворачивает её, подминает под себя. Под её поражённо-возмущённый «ох» вдалбливается в неё. До самого основания, до искр из глаз. Глубоко и горячо втрахивается внутрь. Выбивая все те дни, что они были вынуждены провести почти друг без друга, зацеловывая до крови её нежную кожу губ, лаская руками её талию и бёдра. Сильнее, ярче, ещё глубже в неё. Натянуть, оставить следы своей любви после себя, чтобы никто не решился даже думать о том, что она не его. Катсуки вновь врывается в её рот своим языком и вторит движениям внизу их тел. Этот сумасшедший танец заставляет её почти потерять голову. Комната давно пропахла запахом секса и пота, наполнилась хлюпающими, влажными звуками соединения двух разгорячённых тел и поцелуями, стонами и хрипами, что вырывались с одинаковой частотой у обоих. Девушка чувствовала, что он на грани. Совсем немного и он растворится в своём наслаждении. От этого она прижалась к нему ещё ближе и почувствовала, что и сама стала ближе к получению оргазма. Он протянул одну руку к её промежности, прямо туда, где он врывался в её узкую дырочку, и погладил клитор. Почувствовал, как начали трястись её ноги, потёр его между пальцев, вновь погладил, а затем ущипнул. Посмотрел в её лицо и приказал: — Кончай. Огромные голубые глаза закатились в экстазе, а тело девушки проняла небольшая дрожь, которая передалась Бакуго, как лихорадка. Мелодичный стон девушки сливается с хриплым стоном Катсуки. Узкие стенки матки сократились, сжимая ещё крепче в своих тисках его член, а он не сопротивлялся: отдался волне удовольствия, вдавливая свою девочку глубже в матрас кровати. Спустя несколько секунд Бакуго приподнялся над девушкой, проверяя её состояние. Кажется, он не раздавил её и она всего-то отходит от оргазма. Он легко хихикнул (Катсуки Бакуго хихикает? Он будет отрицать это даже под дулом пистолета, если вдруг она выдаст такое кому-нибудь из компании их друзей) на её слабый протест-мычание, когда попытался выйти из неё. Девушка обвила его руками и ногами так, что выбраться было невозможно. Хотя он особо и не хотел. — Полежим так ещё немного. Пожалуйста. Мне это нужно. Да. Ему тоже. Сейчас он тоже хочет продлить этот момент единения. Так что он расслабился под её прикосновениями, облокотился на локти по обе стороны от её лица и легонько, слегка лениво поцеловал её. Со всей любовью и нежностью, что только могла быть у него. «Я скучал». Ответом послужило ответное движение губ и лёгкая улыбка на Её лице. «Я тоже». Спустя время, когда они прекратили притворяться многоруким-многоногим существом, она поинтересовалась у него, что это было такое. — Я заметил, как ты смотрела на меня. Очень потешило моё эго, знаешь ли, — он шутливо поиграл бровями. — А вообще, шеф отпустил с работы, сказав, что я достаточно переделал на этой неделе и ещё одного подавленного недо-Про-героя из-за «моего паршивого настроения от написания отчётов» он не выдержит. Сказал выпустить пар и вернуться завтра со свежими силами и новым работником. С первой частью я уже прекрасно справился, спасибо тебе. Он вновь лукаво улыбнулся и в красных радужках заискрился огонёк озорства. Она лишь закатила глаза на его благодарность, однако... Он что-то недоговаривает. Но что? Она зацепилась за одну фразу: — Новый работник? — Да, знаешь, нам нужен в группу новый Про-герой. Свежая кровь, как говорится. Я даже знаю, кто это будет. Ростом ниже меня на целую голову, порой безумно много говорящая, с умопомрачительной задницей и фетишем на очень необычные вещи, как оказывается. Девушка подпрыгнула на кровати, отрываясь от тела парня, открывая и закрывая рот, вглядываясь на удовлетворённое лицо Катсуки. Это… Это он о ней? Судя по бесовской ухмылке и чертям в адских глазах, она была права. — Ты… Ты… Ты самый ужасный и потрясающий человек в мире, Катсуки Бакуго! — она ткнула его в плечо, на котором недавно лежала. — Почему ты раньше не сказал? — Даже не знаю, почему: то ли потому, что ты на меня набросилась с порога с поцелуями, то ли потому, что времени раньше не было и я сам не знал. Она притворно нахмурилась. Он же специально провоцирует её. Сам подначил на первый поцелуй. Но девчонка быстро сдаётся играть: зачем ей расстраиваться по пустякам, когда теперь ей известно о таких прекрасных новостях? Они будут работать вместе. Плечом к плечу. И ничто не разлучит их. Она наклоняется к нему, самодовольно и радостно улыбающемуся, и касается губами его уст, благодаря таким образом. «Я люблю тебя». Он не может перестать улыбаться сквозь поцелуй, принимая её благодарность. «Я люблю тебя».