Иллюзия свободы

Не знаю, сколько мы едем, да меня это и не тревожит. Для меня главное – видеть мою лучшую подругу целой и невредимой. Даже если придется слушаться Алекса. Останавливаемся возле приличного дома. Я думала, что это будет старый, обшарпанный домишка, весь пропахший сигаретами. Дом новый, с двумя этажами, причем первый занимает больше половины дома. Алан оставляет мотоцикл на нужном месте и ведет меня туда. Никаких криков, мольб и слез я не услышала. Тишина… Мне велели закрыть глаза. Повелеваюсь. Сейчас одно мое неправильное действие может причинить вред Нике. Долго идем по лестницам. Открываю глаза и вижу перед собой большую комнату. Она вся в зелено-голубых тонах. Я думала, что она будет серой, черной, но никак не зеленой или голубой. Посередине стоял большой зеленый диван, мягкий. Рядом с ним стояло кресло. Здесь стоял и дубовый столик с красиво загнутыми ножками. Чуть впереди лежал такого - же цвета коврик, сделанный из множества ниток. Это было очень красиво, потому что многие из них имели свой оттенок зеленого. Еще дальше стоял телевизор, слева от него комод, справа сервант. Со стороны серванта был выход на балкон. Ничего такая комната, красивая… – Нравится? – спросил чей-то язвительный голос. Я в испуге обернулась, заметив, что Алан уже отошел, и увидела, что на тахте, стоящей в другой части комнаты сидели четверо парней – двое на тахте, а остальные на полу. Среди них был Алекс. Он вел себя так же, как эти парни. Смеялся, когда смеялись они, повторял каждый их жест. – Ну, Алекс, это и есть твоя подопечная? – спросил один, очевидно, главный, и другие отвратительно заржали. – Да, и сейчас я продемонстрирую свои способности. Только дайте мне пять минут, нам с девчонкой надо поговорить,– парень грубо вытолкнул меня из комнаты под одобрительные кивки. В коридоре стоял Алан, он держал Нику, а перед ее лицом был нож. Она была так напугана, что не дышала. В глазах были слезы, на руке – рана. Этот придурок ее уже покалечил! – Значит так, слушай меня внимательно: выполняешь все мои приказы – твоя подружка жива. Не выполняешь – убиваю вас обеих, понятно? – Понятно,– процедила я сквозь зубы. – А тебя легко оказалось сбить,– ухмыльнулся Миллер,– Такая наивная, вправду поверила, что я в тебя влюбился. Ника тихонько всхлипнула. – И легко оказалось найти твое слабое место,– он указал на Нику,– Даже избивать до потери пульса не пришлось. – Я бы и тогда не согласилась, можешь не переживать,– выпалила я. – Тогда бы я придумал такое, чтобы ты стала молить о пощаде,– прошипел он мне на ухо. Он повел меня в комнату, оставив Нику наедине с Аланом. Я сама виновата, не надо было впутываться в это, если бы знала, чем все это обернется… Парни уже заждались. – Итак, представление начинается,– сказал Алекс. Он сел на пол а я осталась стоять посреди комнаты. Сердце бухало в груди, его удары отдавались в висках. Страшно. – Итак, Таня: подойди ко мне,– послушно иду к нему,– Целуй руку,– холодный приказ. Преодолеваю омерзение и дотрагиваюсь губами до его запястья. Больше всего мне хочется откусить эту руку. Парни одобрительно хлопают. – Скажи: «Я – твой господин». – Вы – мой господин,– равнодушный ответ. Я не чувствую ничего, не чувствую унижения, не чувствую, как кинули грязный носок в мое лицо. Сдерживаюсь, понимаю, что это все ради Ники. Парни ржут. Я боюсь даже думать. где побывал этот вонбчий дырявый носок. – Скажи: « Я – ваша рабыня». – Я – ваша рабыня. – А теперь… – Алекс, достаточно, мы и так видим, что она у тебя послушная девочка. Мы знали, что ты справишься. – Но это же не все…,– сказал парень, но его оборвали: – Нам достаточно. Девчонка остается у нас… Что? Я остаюсь здесь? Только не это, господи, нет! – А ты иди, не возвращайся,– закончили парни. Миллер опешил. Я не злорадная, но мне все равно было приятно увидеть шок на его лице, а вслед за тем грусть. – Но вы же обещали мне, что возьмете и подарите байк! – Мы сказали – пошёл отсюда! Мы и без тебя справимся,– главарь кинул алчный взгляд на меня. Мне от этого взгляда не по себе сделалось. Алекс опустил голову, но повиновался, покинул дом. Его надули. Им нужна была прислуга. Тогда зачем предыдущие девять, может у тех срок годности вышел?