Иллюзия свободы

Жизнь… тяжелая штука, это я поняла в свои четырнадцать лет. Я всегда хотела быть маленькой, не вырастать. Хотела жить в большой просторной комнате, которая вся заполнена мягкими игрушками. Жаль, этого не произойдет. Ну а мне пора в школу, первое сентября же. Мама предложила вернуться в старую, но я ее отговорила. Не хочу больше видеть своих одноклассников. Я очень скучаю по Нике, но какое-то мерзкое чувство заставляет меня обижаться на нее. Сама не понимаю. Меня перевели в другую школу. Очень страшно переходить в другой класс. Наверное, потому что я насмотрелась всяких американских фильмов-страшилок, про новеньких, которые приходили в класс. У них обычно много врагов…. Мне всегда говорили, что я очень общительный человек. Чаще всего – Ника. Может она говорила это, чтобы утешить меня? Проверим. Школа небольшая, всего три этажа. На краю крыши висит белая лента. На которой красными буквами написано – Добро пожаловать! Так делают каждый раз, и я с улыбкой наблюдаю за первоклашками, которые восторженно разглядывают школьный двор. И я была такой, такой маленькой девочкой с большими бантами в светлых волосах и огромным букетом орхидей в ручках. Вспоминаю, как впервые познакомилась с Никой. Она сидела за партой и рисовала, а я подошла к ней, чтобы посмотреть. Ника рисовала фей, так красиво, что я не удержалась и попросила меня научить рисовать. Так и подружились! Сейчас мне горько вспоминать такие моменты. Закатываю голову к небу, чтобы подступившие слезы залились обратно и опускаю. Небо сегодня голубое, но с севера к нам тянуться темно-серые тучи. Я забегаю в школу. Поднимаюсь на третий этаж, нахожу соответствующий кабинет и смело толкаю дверь. Сегодня я заплела мальвинку и купила три красивые розы. На меня смотрят двадцать две пары глаз, включая учительницу. Эта женщина лет пятидесяти, полненькая, с очками на носу. Я чувствую, что становлюсь красной, ведь как только я вошла, в классе установилась гробовая тишина. Дарю цветы учительнице и сажусь за единственное свободное место в классе. Рядом со мной сидит чертовски красивый парень, только кого то он мне напоминает. Алекса… Точно! Такие же черные, чуть завитые волосы, только аквамариновые глаза. Парень сидит в окружении трех девчонок. Одна стоит рядом с ним, а две другие – спереди. Рядом с ним никто не садится. Наверное, стесняются. Наверное, поэтому на меня так удивленно уставились эти девочки. Одна – с ненавистью, мол, ну зачем же ты пришла, другая, пристально удивленным, а третья просто по-детски улыбнулась. Парень же смерил меня косым взглядом и отвернулся. Очевидно, это самый красивый мальчик в классе. Главное – не подавать виду, что он меня интересует. Да какое мне вообще дело? Мне нужна новая обстановка и все. Линейка проходит довольно скучно, учительница, которая не выговаривает пол-алфавита, очень смешит меня, остальные молчат, привыкли, наверное. Наконец, нам дают расписание на следующий день и отпускают. Я подрываюсь с места, хватаю учебники (а их там штук десять, не меньше) и выбегаю из класса. На улице стало пасмурно, за тот час, что мы просидели в классе, многое могло измениться. Учебники тяжелые! Многим девочкам из нашего класса мальчики помогают их нести. А я иду, дую на челку, которая лезет мне в глаза, и тащу эти учебники. Начинает моросить. Одежда намокает. Я почти вышла за ворота, как услышала смех: – Ну, ты даешь! Молодцом! Я так не смогу! – присвистнул парень, глядя на того хорошенького парня, который сразу мне понравился. Меня отталкивало то, что он во многом похож на Алекса. Кстати, как там Миллер? Целует парням ножки? Я разворачиваюсь, так и не успев посмотреть, что сделал это парень и быстрым шагом иду вперед. И, как назло, моя нога становится на что-то мягкое, и я со страхом падаю на мокрый асфальт. Ох, спина… И юбка испачкалась, учебники валяются. Я смотрю на этот злосчастный предмет и хмурюсь. Банановая кожура. Вы серьезно, или смеетесь надо мной? Вновь послышался заливистый смех. Это опять те парни, еще не ушли. – Алекс, ты видел? Вот так упала! – обратился одни из них к Алексу и начал обхохатываться вместе с остальными. Алекс значит? Я сейчас убьюсь о дерево. Не надо было вообще в Лондон ехать! Я жить так больше не могу, а это только первое сентября! Алекс улыбался, смотря на меня. Нет, он не смеялся, просто улыбался. – Эй, красотка! Четко проехалась, честно! Ты такая осторожная, я с ума сошел! – издевался надо мной парень. – Ой, как же я рада, что ты заметил! – неожиданно восклицаю я и собираю учебники,– И спасибо тебе огромное, что помог собрать книги. – Я показала ему язык и побежала вон со школьного двора. Он, еще не знает, с кем связался. Меня после Миллера ничем больше не удивишь!