Это называется любовь...

      Был выходной день, а в выходные у всего отряда идёт уборка всего корпуса. Ничего удивительного. После битв, в субботу идёт уборка и уже в воскресенье можно уехать в город и поразвлечься. Правда для кого как, может кто-то уехать, а кто-то может остаться вместе с Ханджи, Аккерманом, Смитом и другими. Это уже на страх и риск солдатов, так что все покидали штаб и развлекались как могли, а вечером приезжали и опять мыли всё здание. Сейчас мы перенесемся в субботу, когда солдаты, взяв свои ведра, швабры и чистящие средства, шли драить все, что движется. Под присмотром Леви, каждый мог ощутить все «прелести» уборки, да и не только. Например, капитан может открыть всем вкусовой ассортимент пола и пыли. Так же стоит учесть то, что Ривай найдет тебя, если ты отлыниваешь от работы, даже если ты спрятался в подвале Эрена. Он тебя не спасет, никто не спасет тебя от уборки! Но в последнее время все расслабились, не потому что капитан заболел, либо он уехал, просто…просто он перестал следить за всеми. Он стал рассеянным, сонным и чем-то озабоченным, мог часами не выходить из своего кабинета, а мог споткнуться о свою же ногу перед всеми. К нему приходила Ханджи, но кроме отдельных слов, как «ясно», «э-м-м», «ну», «ага», ничего не получала. Девушка поставила ему диагноз — старость. Но какая старость в 30 лет? Солдаты, обеспокоенные положением капитана, приходили и пытались поговорить с ним, но увы, так же внятного ответа, они не получали. Единственное, что заметили все, без исключения, то что рядом с Эреном, Леви будто выпадет из реальности окончательно. А когда полутитан уезжает, то капитан становиться менее странным, более похожим на старого Леви. Конечно без шуток не обошлось… Некоторые подкидывали Йегера к Риваю и делали все, что душе вздумается.       Сам капитан прекрасно понимал, что над ним смеются, но сосредоточиться над решением своей проблемы, не получалось. Все из-за шатена с изумрудными глазами! Как только Леви захочет всем раздать люлей, то приходит он и все больше не имеет значение! Только Эрен и все! Капитан уже не спит по ночам из-за мыслей о нем, и о том, что завтра ему предстоит быть с солдатом весь день. Ханджи достала с ежедневными расспросами, вылазки Эрвина уже в горле сидят, а шутки среди солдат, просто добавляют вишенку на все это дело. Так что сегодня, когда все будут заняты уборкой, Аккерман вызовет Эрена и серьезно поговорит об этом.       — Эрен! — к парню подошёл капитан, такой же рассеянный и невнимательный. Рядом с Йегером стояли Микаса и Армин, подметая пол. — Сегодня! Нет, с-сейчас же в мой кабинет!       Не дожидаясь ответа со стороны зеленоглазого, капитан развернулся и пошел напряжённой походкой к себе. Смотря на уходящую фигуру, Эрен лишь усмехнулся, а стоящие рядом друзья тихонько перешепнулись.

***

      В кабинете Ривая все было чисто, не смотря на несообразительность мужчины. Чтобы хоть как-то, помочь себе собраться, он открыл окно, позволяя тёплому воздуху, смениться на холодный. Леви стоял посреди комнаты с клинками, дожидаясь скромного, неуверенного и трусливого стука в дверь. Да, капитан знал все причуды в стуках, каждого из солдат и не только: Ханджи — нетерпеливый и быстрый, Микаса — тяжёлый и громкий, Саша — шаловливый и лёгкий. Скоро капитан начнет узнавать всех по выдоху и вдоху, хотя возможно, он уже знает… Вот и прозвучал долгожданный стук в дверь.       — Войдите! — немного неуверенно сказал он, зная кто за открывающейся дверью.       — Вы хотели меня видеть? — прозвучал голос Эрена, а за ним и закрывающая дверь. Боже, дрожь в теле Леви пронеслась от затылка и до колен. Дыхание задержалось, а сердце забилось быстрей. Не выдержав столь приятные, но не привыкшие чувства и ощущения, Ривай быстро развернулся к Йегеру и достал спрятанные клинки. Немного испугавшись, парень отпрыгнул и стукнулся головой о стену.       — Эрен… — Леви подходил к Йегеру с клинками. — Ты засранец… из-за тебя я стал посмешищем!       — Подождите! — ухватился за больной затылок Эрен, а свободной рукой пытался укрыться от наступающего капитана. — Я не понял, давайте начнем разговор сначала!       — Легко говорить, когда ты не в курсе событий! — Леви подошёл к Эрену и замахнувшись, вонзил лезвия в деревянную дверь, так что парень оказался посередине двух клинков. — убить тебя мало! Я ведь даже не знаю, что происходит со мной!       — Т-так расскажите! — дрожащим голосом выдавил шатен, боясь взглянуть в грозные глаза капитана. — а то вы убьете меня и я не узнаю, что с вами стало!       — Неужто ты знаешь как мне помочь? — выкрикнул Леви.       — Я-я постараюсь! Только не убивайте!       — Не думаю, что ты вообще поймёшь… Я просто болен! Но это какая-то странная болезнь! Как только я вижу твои, полные радости и безмятежности, глаза, я просто вырубаюсь, а когда ты смеешься, то внутри все переворачивается! А эти шутки… После них все болит и ноет внутри… — Леви ослабил хватку и отпустил пульты клинков, оставляя их воткнутые в дверь. — … а когда я рядом с тобой, то становиться так не привычно, но приятно, так тепло и спокойно… Рядом с тобой я начинаю забывать кто я, где я. Когда заходишь ко мне в кабинет, то своим присутствием, ты заставляет меня дрожать и испытывать неловкость, от чего я становлюсь более неуклюжим…       Ривай опустил голову и уткнулся в грудь Эрена. Тот почему-то успокоился, когда почувствовал капитана на себе, но услышал, как хрупкий в данный момент Леви, начал хлюпать носом.       — Я думал… — продолжил Леви -… Я думал, что если убью тебя сейчас, то избавлюсь от этого… но когда я увидел тебя, то перехотел… Эрен, скажи… Я ведь заболел? Верно…?       — Верно капитан… — улыбнулся Йегер и посмотрел в окно, чувствуя, как теплые, сильные руки капитана, охватывают его тело.       — И чем же…? — хлюпнул носом Аккерман.       — Это называется любовь…       Эрен поднял подбородок капитана. Взгляд Леви искал поддержку, заботу, а лицо было красным и по щекам текли слезы. Шатен улыбнулся, провел рукой по лицу, убирая пряди черных волос и поцеловал его в лоб, так нежно, как только смог. От этого короткого поцелуя, внутри Ривая вновь появилось это приятное чувство и он впервые улыбнулся Эрену. Слезы и улыбка перемешались в одно, счастливое лицо, наконец-то нашедшее свое тепло и свет. Леви опять уткнулся носом в рубашку шатена и повертел головой, наслаждаясь, теперь уже любимым, человеком.       — Эрен, значит я тебя люблю…? — спросил капитан у Эрена, глядевшего в окно.       — Да… Значит, вы меня любите… — усмехнулся он, прижимая маленького человека к себе.       — А ты болеешь…?        — …и я болею… — сказал Эрен, поглаживая волосы Ривая и продолжая смотреть куда-то вдаль, при этом тепло улыбаясь.