Неправильный

***

Вокруг была гробовая тишина. Изуку стоял, засунув руки в глубокие карманы зеленой толстовки. Холодный воздух щекотал светлую кожу под футболкой. Красные крылья за спиной были широко расправлены, волосы неприятно лезли в лицо. Он убрал непослушную прядь за ухо и поежился — ветер усиливался. Томительное ожидание медленно расползалось по венам, заставляя нервничать с каждой прошедшей минутой. Происходящее до сих пор казалось сном — темным кошмаром в светлой реальности. Изуку глубоко вдохнул — он чувствовал, что Каччан скоро появится и исполнит предназначенную миссию. Не могло быть иначе. Изуку был не таким, как все в его мире — стремился помогать другим, не прося ничего взамен, никому не вредил, не участвовал в бойнях и не мог подстроить даже самую маленькую пакость. Не склонял людей в сторону неправильного выбора, не давал им упасть и перешагнуть за грань, совершая грех. Его часто отчитывали за такие выходки — демоны были обязаны честно выполнять свою работу и придерживаться установленных законов. Иначе за это могло последовать суровое наказание — Дьявол не терпел неповиновения. Изуку откровенно плохо соблюдал установленные правила. Его пытались переделать насильно — приобщить к нормальному образу жизни настоящего демона. Отбить у него светлое желание помогать людям, и наставить на темный, истинный путь. Но Изуку просто знал, что никогда им не являлся. С самого детства он был другим — искренне интересовался людьми, их жизнью и мотивами, и не мог видеть и развивать в них только плохое, поэтому его убеждения… шли несколько вразрез с общепринятыми в Аду. Многие говорили, что он чересчур добрый, считали его странным и недостойным своего места. Настаивали на суде и просили публичного изгнания. Но Изуку иногда прислушивался, делая выводы, чтобы не пересекать роковую линию и не оказаться за пределами Ада. Он знал, что не сможет отказаться от своих верований — считал их верными и не понимал, почему никто вокруг не понимает его. Изуку не был первым, кого считали ошибкой и бесполезным ребенком. В одной из старых пыльных книг он прочел о том, что часто неподходящих убивали такие же, как и они, другие «неправильные». С другой стороны. Поэтому уже тогда Изуку начал что-то подозревать. Он догадывался, что и за ним тоже когда-нибудь придут, это наверняка был всего лишь вопрос времени. С Каччаном он познакомился случайно — на одной из вылазок в их руках оказалась судьба одного и того же человека. Изуку про себя отметил, что тот вел себя нетипично для ангела — матерился, угрожал убить его при первой же возможности вместо привычных душеспасительных бесед, и совсем не был похож на святых белокрылых. Он показался ему грубым и импульсивным, совсем не умеющим контролировать себя и свой язык. Как оказалось позднее, все вокруг Изуку знали его — Каччан был известен за свой плохой характер, совершенно не подходящий, не достойный ангела. Больше идущий демону. Изуку хорошо помнил, как Каччан был удивлен, увидев, что он не собирается мешать. Даже наоборот — не хочет вставать на пути у добра и с удовольствием помог бы, если бы мог. Каччан на это лишь хмыкнул и принялся за работу. Изуку с восхищением смотрел на его чистую, праведную силу и не мог оторвать глаз. Мнения других демонов точно были ошибочны, потому что Каччан выглядел как самый настоящий рыцарь, несущий в мир свет. С того момента они начали чаще пересекаться, и при встрече перекидывались парой фраз. Каччан был удивительным. Изуку каждый раз не мог заставить себя перестать смотреть на белоснежные крылья. От всего Каччана веяло могуществом и чистой силой. Он не был грешен, несмотря на свой характер. А Изуку был. Уже давно — перед всеми сразу, и перед Адом, и перед Раем, родившись не в том месте. Из давних воспоминаний его вывел знакомый взмах крыльев за спиной. Изуку дернулся от неожиданности. Обернулся и увидел перед собой Каччана в расстегнутой коричневой куртке. Непривычное божественное сияние, которое он излучал, слепило глаза. Изуку задержал дыхание — сейчас перед ним находился сам Бог. Он поднял голову и перевел взгляд выше, зажмурившись, — Каччан смотрел на него сверху вниз, плавно опускаясь на землю, не разрывая контакта. Повисло гробовое молчание. Казалось, даже ветер перестал шуметь, время замерло и остановилось. Весь мир сошелся на них двоих. Изуку боялся пошевелиться — он словно оказался маленькой песчинкой под огромным микроскопом. Сердце бешено заколотилось где-то у желудка, будто собираясь выпрыгнуть наружу. Секунды сливались в вечность. Изуку не хотелось думать, что будет после их встречи — он и так знал ответ. Ждал его, в глубине души готовый принять свою участь. Но он не готов был отказаться от своих убеждений даже сейчас, находясь одной ногой за чертой ничего. Отчетливый шорох ударил по напряженным нервам. Каччан тряхнул головой, пряча сияющие алые глаза, отвернулся и закусил губу. Изуку понял — сейчас. Он постарался запомнить образ и забрать его с собой, в безжизненную пустоту и небытие. Изуку увидел, как что-то блеснуло на чужой щеке, и улыбнулся — лучезарно и широко. В последний раз. Каччан дрожащими — как показалось Изуку — руками достал из-за спины пистолет. Изуку посмотрел на него отчаянно, пытаясь передать все сожаление, на которое был способен. Он уже заранее его простил. Каччан вытянул руку вперед и, глубоко вдохнув, прицелился. Изуку смотрел прямо на него, божественно красивого, стараясь запечатлеть последние светлые моменты своей жизни. Все-таки, хорошо, что за ним пришел Каччан, а не кто-то другой. Мертвую тишину нарушил оглушительный выстрел.