Вальс со смертью

Я проснулся едва ли не к полудню. В глаза сверкнула яркая вспышка света. Я закрыл рукой глаза, защищаясь. Когда глаза привыкли к солнечному свету, я почувствовал тяжесть на груби. Руби обвила мою грудь рукой, другая покоилась у меня на плече. Она выглядела такой хрупкой, лёжа на мне, закинув ногу. Я погладил ее по волосам и легонько улыбнулся. Откинув одеяло, я попытался максимально тихо вылезти из кровати чтобы не разбудить мою маленькую девочку. Захватив по пути чистые боксеры и шорты, я направился в душ. Стоя под прохладными струями воды, я думал обо всем чем только можно. Мысли шальным вихрем петляли от одной темы к другой, все чаще возвращаясь к Руби. Что будем потом? У них такая профессия, с которой опасно иметь какие-либо отношения. Не знаю сколько я простоял в душе с такими мыслями, но явно не меньше получаса. Проведя по запотевшему зеркалу ладонью, я критически себя осмотрел. Вся грудь была исцарапана точно также как и спина, на ключице красовался большой засос. Я улыбнулся и подмигнул сам себе. Да, хорошая была ночка. В животе урчало от голода, потому больше не медля, я отправился на кухню, искать что-то в холодильнике. Не обнаружив там ничего вкусного, в голову ударила мысль о приготовлении омлета. Честно признаться, готовить я никогда не умел. Яйца, молоко, сметана, соль, перец и сосиски. Вроде так Лина его готовит? Черт, как не вовремя она ушла в отпуск. Я нарезал сосиски и кое-как взболтал жижу. Не уверен, конечно, что это будет съедобно, но попробовать стоит. Пока жарились сосиски и сам омлет, я не нашёл больше никакого занятия кроме как почитать книгу. Взяв свою любимую, я включил чайник и полез за сахаром. Позади послышались маленькие легкие шаги. Я обернулся на звук. Руби стояла, облокотившись на белую стену в моей широкой чистой футболке. Волосы взлохмачено лежали на плечах. Она кусала костяшку пальца и смешно улыбалась, глядя зелёными глазами с озорством. -Доброе утро! — немного охрипшим голосом сказала она. Я положил книгу и подскочил к ней. Притянул ее к себе и нежно поцеловал. От Руби пахло моим гелем для душа. Это было так непривычно и приятно, что ли? Чувствовать почти что свой запах на другом человеке. Она обвила мою шею руками и привстала на носочки. Я почувствовал, что ее кожа и волосы немного мокрые. Я отстранился от неё и убрал прядь рыже-каштановых волос с ее лица. -Доброе утро, миледи. Выспалась? -Да.- мы улыбнулись, и я снова притянул ее к себе, увлекая в поцелуй. Она тепло ответила. Но на этот раз она первая отстранилась, сместив брови к переносице. Я не понял такого ее жеста. Девушка повела носом, а потом резко вырвалась из моих рук и побежала к плите с недовольным криком.- Горит! Только сейчас я почувствовал, что и впрямь пахнет горелым. «Упс…» подумалось мне. Руби быстро убрала сковородку с плиты и выключила огонь. Она сняла крышку. Из-под неё ещё отчетливей потянуло гарью. -Фу! Ник, мог бы и подождать! — она выкинула сгоревшими омлет и принялась заново его готовить. Я убрал книгу с кухонного стола и сел на стул, как на коня, смотря на то как девушка ловко разбивает яйца и нарезает сосиски. Она делала это с таким энтузиазмом, что я не удержался и приобнял ее сзади. Она сначала вздрогнула, но не оставила своего дела. Когда на сковородке заново жарился омлет, она повернулась ко мне с недовольным лицом. Я ласково усмехнулся и поцеловал ее в лоб. Она немного успокоилась и просто вздохнула. Внутри разгорелось острое желание подхватить ее кружить вечность. Примерно так я и сделал, только после первого же поворота Руби начала колотить меня по спине с просьбой немедленно поставить ее на место. Я ее не стал слушать и посадил на стол. Теперь она возвышалась надо мной, положив свои тонкие руки на мои плечи. Она начала проводить пальцами по моей груди зацепляя оставленные ею же царапины. Я не удержался и прислонился к ее покусанной шеи. Она зарылась руками у меня в волосах, теребя их настолько приятно, что мурашки пробегали по коже. Очень резко она отстранилась и спрыгнула на пол. Немного оттолкнув меня, девушка начала быстро соскабливаясь омлет со сковородки, накладывая его на тарелки. Приготовление чая выпало на мою долю. Я все никак не мог остановиться бросать на неё мимолетные влюблённые взгляды. Мне хотелось бы каждое утро просыпаться, глядя на эту хрупкую фигуру и кошачью походку, на эти вечно растрепанные волосы и зеленые глаза. Просто хотелось вечно любоваться сильным характером и нежностью Руби. Уже через несколько минут мы сидели за столом и ели, вкуснейший из когда-либо пробуемых мной, завтрак. Руби поджала одну ногу под себя, а другую поставила на стул. Я все никак не мог налюбоваться ей. Мне не верилось, что теперь это МОЯ девочка. Моя девочка навсегда.