Anima mea.

Вся светская Москва стояла на ушах после шокирующей новости о гибели Киркорова. Пресса, у кого на сколько хватало фантазии, строчила статьи под дикими заголовками, интернет пестрил фотографиями артиста и разными, порой нелицеприятными, комментариями. Журналисты из всех телеканалов, как стая голодных гиен, приехали на Мякининский полуостров и караулили возле кованых ворот с гербом, норовя добыть новые подробности. Сквозь забор были видны мигалки карет «Скорой помощи», а значит, все это не было плохой шуткой или черным пиаром со стороны артиста. Но вот уже сутки из знаменитого на всю страну особняка не было известий. Представители Киркорова хранили молчание, тем самым только подогревая жуткий интерес к трагедии. Коллеги по цеху обрывали телефон директора артиста, но и Артём был нем, как рыба, лишь отвечая кратким «Спасибо» на соболезнования. Прошло всего 24 часа со смерти Киркорова, а шоу-бизнес уже раскололся на тех, кто действительно оплакивал утрату друга, и тех, кто имитировал горе, выставляя совместные фоточки, в душе тайно злорадствуя. Селебрити уже мысленно заняли освободившийся пьедестал, на котором тридцать с лишним лет непоколебимо стоял Лучезарный. Его не брали ни сплетни, ни скандалы, ни слухи, и каждый раз, падая, он поднимался с колен, и каждый последующий раз был все ярче и громче предыдущих. Никто не знал, в чем заключается его магия, и почему его звезда вопреки всему продолжает сиять на небосклоне. Но теперь, выбирая бриллианты покрупнее и самые лучшие наряды на церемонию прощания, впрочем, о ней еще не объявляли, артисты от больших до мелких, радовались. Трон опустел. Ведь как известно Le Roi est mort, vive le Roi! Особняк Киркорова. 8.30 - Мари, мне нужен ответ уже сейчас. Я понимаю, что вы не в состоянии, но нужно принять решение. Олег Шелягов, главный в стране по похоронам и по совместительству друг Филиппа, уже который час пытался решить вопрос о погребении артиста с убитой горем семьей. Но родственники Киркорова, накачанные успокоительными, его словно не слышали и не понимали. Новый директор Артем лишь отмахивался, он тем более не мог отдать никаких распоряжений. Оставались несовершеннолетние дети, которых не пускали даже посмотреть на отца, и девушка артиста, с которой он жил последнее время. Олег предпринял еще одну попытку. - Анна…Я выражаю вам свои глубокие соболезнования, мы все тяжело скорбим, но нам нужно решить на счет похорон. Аня, серое лицо которой осунулось до неузнаваемости, посмотрела сквозь Шелягова. - Он жив. Просто спит. Какие похороны? Уходите! – девушка неожиданно впала в истерику. – Уходите все!!!! Зачем вы это делаете???? Он жив!!! Жив, вы слышите?! Рядом с девушкой тут-же оказался медик, который вторые сутки не отходил от родственников знаменитого артиста, и хотел сделать успокоительное, но Аня выбила шприц из руки и убежала наверх, к любимому. Используя все связи, и свои и младшего Киркорова, Бедрос Филиппович добился, чтобы сына не забирали в анатомку и не проводили вскрытие, а сразу отдали им домой. Сейчас Филипп лежал у себя в спальне на кровати, совсем не похожий на мертвого. От падения у него не осталось даже царапины, лицо было как обычно смуглым, он даже немного улыбался, и казалось, что кумир миллионов просто прилег отдохнуть. Если бы не абсолютно холодные руки, отсутствие сердцебиения и справки о смерти. - Филичка… - девушка снова села рядом с любимым, возле которого почти неотрывно провела уже сутки. Мозгом она понимала, что это конец, но душой отказывалась в это верить. Вот же он, красивый, сильный, молодой, просто спит, просто устал. - Тебя так долго не было… Я так скучала… - Аня взяла артиста за холодную руку, неотрывно смотря на его спокойное лицо. – Но это все неважно, сейчас ты дома, Мари приготовит твой любимый пирог, Аллочка покажет новую картину, а Мартин забьет гол. А я всегда буду рядом и больше никогда не стану выносить тебе мозг и ревновать. Ты только не уходи… От нас… - Аня уже в сотый раз повторяла одно и тоже, но уже не плача. Слез больше не было. - Ань… Нам нужно решить, где его хоронить. Везти прах в Болгарию на могилу мамы, или на Новодевичьем, - сзади на плечо девушки легла мужская рука. Голос принадлежал верному соратнику артиста. Пожалуй, он единственный, кто смог хоть как-то справиться с горем и взять на себя печальную миссию. - Почему он, Сереж? Почему? – Аня отказывалась воспринимать слова про погребение. Как она сможет отпустить его? Навсегда… - Я не знаю. Правда. Но в любом случае мы должны достойно проводить его. Он бы так хотел, - глаза мужчины наполнились слезами. – Мы все… не верим. Но… Уже ничего не вернуть… Команда Киркорова не только осталась без босса и работодателя, но и отца, друга, старшего брата, и просто классного парня. Сердца по имени Филипп. Сейчас все не находили себе места, так же отказываясь верить в произошедшее. - Я тогда скажу Олегу, чтобы он все подготовил. Нужно пригласить батюшку, отпеть, - Сергей едва подбирал нужные слова, по-прежнему выполняя как и при жизни артиста свою работу. Но сейчас она была ему в тягость. - Хорошо, - легко согласилась девушка, словно речь шла об обычных гастролях, а не о проводах в последний путь. - Позвоню Максу, чтобы решил с костюмом. Ну и все такое… - Сергей последний раз бросил взгляд на шефа и поспешил удалиться. Его сердце разрывалось на части и душили слезы. Всякое было у них с Филиппом, но хоронить его… Такое даже в голову никогда не приходило. Казалось, что Киркоров будет жить вечно, он и болел то редко, бывало, что травмировался и сам же потом над этим прикалывался, но чтобы такой итог… - Он любил тебя. Девушка вздрогнула и обернулась. Рядом стоял Бедрос, опираясь на палку, и по его щекам текли слезы. Она даже не слышала, как он вошел. Аня освободила для него стул, а сама села на пол. - И я его люблю. И всегда буду. - Самое страшное для родителей, это пережить своих детей, - едва слышно прошептал обессиленный отец. Двое убитых горем людей молча смотрели на Филиппа, словно ловя момент его пробуждения. Мужчину почему то не тронуло трупное разложение, от него все еще пахло духами, черты лица не исказились, и это вселяло в родственников глупую надежду. Что он с хохотом вскочит и, азартно блестя глазищами, крикнет: «Ну что, здорово я вас разыграл?!» Потом получит от всех по первое число, Мари даже отвесит подзатыльник и все пойдет своим чередом. Особняк снова засияет светом люстр, в гостиной будет громко работать телевизор, будут бегать и смеяться дети, приходить гости с подарками, а Филипп обязательно рассказывать неприличные анекдоты. Они снимут черные занавески с зеркал, потушат свечи и уберут траурные ленты с портретов артиста. И в доме снова запахнет пирогами, а не корвалолом. _____________________________ Где-то в ином пространстве. - Люди как с цепи сорвались, пачками закладывают души. Давненько такого ажиотажа не было, - пожаловался демон, одетый в красные джинсы и черную рубашку, сунув «пистолет» в бак своего Ducati. Астарта вяло жевала жвачку, ожидая своей очереди на заправку. Последние сутки она тупо проспала, переборщив с коктейлями, и сейчас, получив нагоняй от главного, собиралась как следует поработать. - Радоваться надо, а не ныть. А то пока приложишь усилия, вышибая из этих людишек души, с самой сто потов сойдет, - зеленоглазая подождала, пока Эблис откатит байк. - Что-то ты не в настроении, - демон решил немного задержаться и поболтать. - Голова болит, - Астарта поморщилась, вспоминая количество выпитого. - Понятно. А я не люблю такое, привык расслабляться иным способом, - демон подмигнул зеленоглазой. - Каждому свое, - демониха пропустила подкат мимо ушей. – А с чего это люди кинулись души отдавать? Я проспала очередную войну? - А черт их знает. Вроде артист какой-то свел счеты с жизнью, и его фанатки закладывают душу, чтобы вернуть его обратно, - Эблис посмотрел на часы и напялил черный с красным шлем. – Ну пока. И если захочешь отвлечься, намекни. Демон с хохотом удымил, а зеленоглазая стала торопить счетчик, который, как назло, с черепашьей скоростью крутил цифры горючего. - Так, сейчас узнаем, что там произошло, пока я дрыхла, - заправив свой Kawasaki, демониха ворвалась в человеческое измерение. Особняк Киркорова. 17.25 - Что же ты наделал??? – Астарта в ужасе стояла возле тела артиста, уже облаченного в свой лучший костюм для последнего выезда в свет. – Ты хоть понимаешь, что попадешь не просто в ад, а в такое место, где демоны-самоубийцы вроде тебя подвергаются самым страшным пыткам? – демониха потрясла Филиппа, ощущая жжение в горле и глазах. Такого за свою тысячелетнюю жизнь она ни разу не испытывала. – Ты наплевал на старика-отца, у которого отказывает сердце, на тетку, у которой зашкаливает давление, на детей, которые остались сиротами без отца и матери, на свою невесту, которой клялся в любви до гроба, на меня в конце-концов!!! Ты должен был закончить отведенный тебе срок на земле в положенное время, а потом мы бы с тобой счастливо зажили в моем измерении. Но не сейчас, слышишь?! Киркоров молчал, а легкая усмешка на его лице так и говорила, что ему все фиолетово. И слова, и слезы, и горе близких. - Ответь, если ты еще здесь, - демониха нагнулась над мужчиной и втянула воздух. – Чем была плоха тебе вечная жизнь? Твою то мать! Ну почему меня угораздило связаться именно с тобой! Зеленоглазая злобно уставилась на ссутулившуюся, постаревшую за одно мгновение девушку, смотрящую в одну точку. - А ты, тупая курица, не смогла сделать элементарную вещь! Всего то надо было отнести крест! И все! И не лежал бы этот красавчик здесь трупом! – взбешенная демониха одним дыханием загасила свечи. В спальню зашел Артем. - Там батюшка приехал. - Хорошо, - Аня подняла на парня потухший взгляд. – Зажги свечи пожалуйста, у меня спичек нет. - Батюшка? Ну уж нет. Нам тут служек от Бога не надо! – демониха переместилась ко входу и облокотилась на косяк. - Проходите, отец Александр, - домработница тяжело вздохнула. Но стоило батюшке ступить на лестницу, как зеленоглазая с грохотом захлопнула перед ним двери, едва не прищемив. - Терпеть вас не могу, лицемеры, - демониха крутанулась с черным вихрем. И как только батюшка не пытался войти, ему словно преграждала путь невидимая стена. Наконец он сдался. - Что-то тут нечисто. Устроим отпевание на кладбище, - отец Александр перекрестился и, уже садясь в машину, тихо спросил у Артема. – Это точно случайность? Он не сам? А то… - Это несчастный случай. За час до трагедии мы были вместе, он был в прекрасном настроении, полон планов на будущее. Мы подготовили проект для нового шоу, ну и выпили конечно. На крыше не успели сделать ограждение и Филипп просто оступился. Мой босс никогда бы не ушел добровольно из жизни. Он слишком ее любил, - Кияшко грустно посмотрел на батюшку, прежде, чем попрощаться.