Я в мире Наруто?!ЧАСТЬ 3.

Коноховская жизнь довольно быстро затянула меня в свои пески с первого же дня. Лишь переступив ворота деревни и, не успев толком дойти до забегаловки с данго, меня спохватился проходящий мимо Ирука-сенсей. Мужчина взволновано спросил, получила ли я письмо от академии и, услышав отрицательный ответ, повторил содержание листа, рассказав, что на этой неделе в академии проводилась неделя Четвёртой Мировой Войны. Ученики хотели бы задать вопросы и узнать о произошедшем от Наруто Узумаки, одного из главных героев прошедшего сражения, но т.к он и так был частым гостем школы, детям предложили выбрать другую кандидатуру. Так, выбор многих пал на меня и Гая-сенсея. Урок должен был пройти уже завтра, в 9 утра, — и, в моём случае, отказаться было просто невежливо. Так, в свой самый первый день в Листе, я провела не менее 5 уроков, — молодое поколение заваливало меня вопросами, причём самыми разными, начиная от того, научу ли я их какой-нибудь крутой технике, заканчивая тем, как люди поддерживали гигиену, находясь в военных лагерях. Стараясь ответить на всё, я не забывала растолковать ученикам и основное: причины войны, ход событий и итоги произошедшего. Я не боялась говорить жестокую правду, но не старалась описывать яркие подробности для сохранения несформировавшейся психики, в особенности в младших классах. На самом деле было очень хорошо, что подросткам устраивали подобные мероприятия. Так, они с раннего возраста знакомились с историей как деревни, так и целого мира, разделяя правильное от неправильного и не живя в розовом куполе беспечности. Ведь им, как будущим ниндзя, важно было понять, что жизнь — это не видеоигра с возможностью переиграть уровень. В общем и в целом, экспириенс прошёл благополучно, но, пожалуй, больше его повторять я не стану. Необузданная энергия и выматывающая бесшабашность молодняка высосала из меня все соки, поэтому уже к 7 часу вечера я, придя домой, упала на кровать и тут же уснула, бормоча что-то про стойкость Ируки-сенсея.

***

Если же вчера я работала с людьми, то на этот раз на меня свалилась бумажная волокита. Надоедливый застройщик уже битые три года слал письма с предложениями продать полуразрушенный квартал Учих и, раз за разом получая отказ, зверел в своём желании лишь сильнее. С начала в ход шли мелкие пакости: в нежилых домах то вспыхивали пожары, то пропадали семейные реликвии, которые, как уже выяснилось, оказывались у акционера Ше-Мото, но в этот раз эта компания совсем страх потеряла, решив со мною судиться…Судиться! За квартал, имеющий историческое значение для деревни и принадлежащий мне по-праву. Но, из-за козырей противника, держать оборону в многолетней битве становилось всё труднее, — ситуацию усложняло и то, что рядом не было Саске, второго владельца квартала. Да и денег жалко было, чтобы нанимать адвоката, ведь за эти несколько лет сбережения Учих и Судзуки заметно поредели, на столько, что не удавалось элементарно устроить косметический ремонт, способный привести уцелевшие, но чуть покорёбанные постройки в приемлемый вид. Я могла бы, в принципе, усмирить гордость, и таки отдать часть разрушенного застройщику, ведь от домов в том районе действительно не осталось ничего толкового, но, опять же, всё упиралось в двоюродного брата, с которым связаться, мягко говоря, было проблематично. Такой же разбор полётов шёл не только с документами учиховского дома, но и с заявлением об отказе попечительства над 16-й командной, — месяца у Эмико-сенсей явно не хватило, чтобы заставить меня передумать. Детям нужен был нормальный наставник, нахождение рядом с которым не будет дополнительным риском, причём таким опасным. Так, утром 3-его дня в деревне я должна была отнести документы на стол к Шестому. Должна была, да только вот ещё вечером в квартиру через окно ворвались три генина с перекошенными от гнева лицами, — давненько я не получала столько выкриков от кого-то! Дети, узнав про увольнение, пришли в полное бешенство, начав твердить, что не позволят мне дойти до резиденции, а если это всё-таки случится, то авантюристы уйдут из мира ниндзя и будут винить меня в этом до конца их дней. Я, конечно, в тайне позабавилась бурной реакции, одарив подопечных хмурым взглядом. Выслушав все недовольства и пригласив нежданных гостей на кухню, я заварила успокаивающий нервы чай и расставила всю ситуацию по-полочкам, ответив на заданные вопросы, показав моё видение сей ситуации и правильность данного решения. В какой-то момент перечисления железно-бетонных фактов, Марико со слезами на глазах промолвила, сжимая перебинтованные руки: — Вы струсили, сенсей? Я взглянула в серые глаза и горько улыбнулась: — Если тебе будет так легче принять моё решение, то да. — Но, сенсей! Это неправильно! Мы не хотим видеть кого-то ещё в роли нашего учителя! И если вы думаете, что эта ситуация… — Я уже удостоверилась в том, что вы не вините меня. И это очень важно, правда. Но я не могу больше так рисковать. Хиро тоже подключился, начав активно жестикулировать руками, изъясняясь на немом языке: — Жизнь шиноби — всегда риск. — его слова озвучивал Ютака. Оказалось, брюнет был тем ещё полиглотом и, узнав о проблеме сокомандника, начал активно учить язык жестов, прикрываясь тем, что делает это лишь потому что ему ещё несколько лет нужно будет работать с этой «бестолочью». Однако, данный поступок со стороны очень помог ирьёнину не чувствовать себя одиноко из-за потери способности разговаривать с людьми так, как этот когда-то болтливый мальчишка привык. — Вы должны получать ранения, психологические травмы во время миссий, выполняя свой долг. Это ещё можно оправдать жизнью шиноби, но не когда ученики страдают из-за фамилии своего учителя. Марико. — я заставила девочку поднять на меня глаза, — Скажи, как бы я смотрела в глаза твоим родителям, вашим родителям. — взгляд прошёлся по остальным. — Если бы вы погибли по-моей вине? Я вспомнила день, когда в Конохе произошёл теракт: Ютака был в больничной койке, обвешанный проводами, стены кабинета Сакуры давили, а от разъедающего чувства внутри, пока ребят не удалось спасли, хотелось вырвать на себе все волосы.

Нет.

Такого я больше не допущу, — пока есть ещё ублюдки, желающие достать меня через детей, я не буду их сенсеем. Я не буду ставить их под удар. Устало размяв лицо, стараясь снять напряжение от воспоминаний, я сказала: — Ребята, это не конец света, хорошо? Мы будем видеться, если вы, конечно, ещё захотите общаться, просто теперь у вас будет новый сенсей. И это хорошо, ведь он научит вас многому, что не в силах дать я. Ученики не приняли такой ответ, но, спустя время, всё же ушли, оставив меня с тяжёлым камнем на сердце, — игнорируя это, я лишь сквозь сомкнутые зубы продолжала твердить, что так будет правильнее. Так точно будет правильнее…

***

На следующий день, в 8 утра, я вышла из квартиры и встала в ступоре на лестничной клетке, — эти трое куковали здесь всё утро?! Похоже на то: пришли сюда, видимо, пока солнце не встало, а пока ждали, задремали из-за того, что их сон, как и мой в эту ночь, так и не шёл. Такое упорство не могло не затронуть, и я с теплотой осмотрела расслабленные детские лица, а после, перешагнув спящих и спустившись вниз, через несколько минут оказалась в метре от стола Какаши-сенсея, нервно сжимая в руках документы и переваривая только что закончившийся между нами разговор. — Ну так что? — хмыкнул Какаши. Я тут же без колебаний протянула папку, — увидев содержание, хокаге благосклонно кивнул, поставив на пергаменте фирменную печать: — Ты приняла правильное решение. — Надеюсь на это… — удручённо ответила я. — Я могу идти? Получив положительный ответ, я дёрнула ручку дубовой двери и, выйдя из комнаты с панорамными окнами, наткнулась на запыхавшихся подростков. Неугомонные. — Чёрт, опоздали! — чертыхнулся Ютака, поправив очки. — Сенсей, вы приняли решение? — не переставая тяжело дышать, пробормотала мятноволосая. — Вы отказались от нас? Я обвела задумчивым взглядом шиноби, а после цокнула, как ни в чём не бывало: — Тренировка завтра в 10. И чтобы без опозданий.

***

— Неджи значит? И давно? — Это допрос? — Да. Так давно? — С 12 лет. — Почему скрывала? — Потому что она так решила, — буркнула Харуно слева, кивая в мою сторону. — Подождите-ка… То есть теперь вы… прям встречаетесь-встречаетесь? — Ино кокетливо склонила голову на ладонь. — Ммм… наверное, — неуверенно пожала я плечами и сделала глоток пива. — «Наверное»?! — возмутилась она. — Да ты издеваешься! Мы с Хинатой, Ино, Тен-Тен и Сакурой затаились в Шушуи, где часто встречались всем выпуском, чтобы обсудить последние новости и отведать поджаренного мяса на древесном угле. Заведение своим уютом и приглушённым светом всегда отлично предрасполагало человека к общению, но только не меня и только не сегодня. Я вернулась в Коноху пару дней назад и всё это время не видела Неджи. Внутри копошилось странное ощущение: будто та встреча на берегу мне пригрезилась. Слишком туманно всё вышло: он не говорил прямо «я люблю тебя»; мы не называли друг друга парой. И теперь это «наверное» жгло изнутри куда сильнее, чем хотелось бы признавать. К тому же, едва перешагнув порог заведения, меня захлестнула апатия, — сказывалось присутствие Тен-Тен. Если судить по намёкам из аниме, Такахаши не в меньшей степени была влюблена в сокомандника, что, по-итогу, меня задевало. Это же ведь получается, что, сама того не ожидая, я «увела» потенциального партнёра не только у почти без пяти минут жены, но и подруги, которая в большей степени заслуживала быть рядом с Хьюго? Опять себя накручиваю. — устало выдохнула я, осушив стакан с алкоголем. — Ещё кружку пива, пожалуйста! — Ну, так что? Вы же там у берега не задачу по физике обсуждали. — изогнула Сакура бровь. — Мы, вроде как, пришли к выводу, что Неджи принял мои чувства, но не обозначали напрямую то, что «он меня любит», и «мы теперь встречаемся». — я по-привычке заправила выпавшие из хвоста пряди прямых волос. — Но прямо он ничего не сказал. Ни «люблю», ни «мы теперь вместе». Мы не виделись после этого, поэтому мне даже неизвестна реакция клана. Что-то, конечно, понятно и так… но как оно на самом деле обстоит — вот этого я не знаю. Все перевели многозначительный взгляд на брюнетку. — Хината, а ты что-нибудь знаешь? — спросила Сакура, протянув мне кружку. — Как вообще Хиаши-сан отнёсся к твоим отношениям с Наруто? — Эм… — Хината заметно порозовела. — Когда мы вернулись с Луны, отец поговорил с Наруто-куном наедине. В нашем клане очень… скептически относятся к бракам с посторонними: это всё связано с детьми и с наследованием бьякугана. Шанс, что он проявится в таких союзах, очень мал. Я думала, что отец будет против… Но со временем он просто стал приглашать Наруто-куна в квартал. Думаю, он принял наш выбор. — куноичи потупила глаза, а потом добавила тише. — А вот про Чану-чан и Ни-сана… Наруто-кун рассказал, что однажды завел разговор об этом, но в итоге лишь повздорил с отцом. А через несколько дней мы узнали об отмене свадьбы и том, что вы направились за Чаной в Воду. Мне, к сожалению, известно столько же, сколько и вам со слов брата. Извините… Я нахмурилась. Хиаши поругался с Наруто, обсуждая меня и Неджи, а потом вдруг позволил племяннику отменить брак? Почему? — Оххх. — простонала Ино, — Но раз он своей дочери из главной ветви позволил встречаться не с родственником, то почему Чане должен отказать? К тому же у Учих с Хьюго общие предки, поэтому это не должно помешать. — Ну, тут всё спорно, Ино. — вздохнула я. — Хината — девушка. Однажды она выйдет замуж и уйдёт в другую семью. А я… я войду в их клан. И вопрос с детьми стоит совсем иначе: такого союза ещё никогда не было. Никто не знает, к чему это приведёт. — Но ты же понимаешь, что, без полного согласия, ему бы зелёный свет никто не дал? Да и вряд ли его слова тогда означали лишь «ну вот, я сказал тебе это, чтобы ты вернулась в деревню»? Короче! — стукнула блондинка кулаком по столу. — Тебе просто нужно поговорить с ним, и заодно посетить главу! — Так, свинке больше не наливать. — Заткнись, лобастая, я тут здравую мысль вдалбливаю в голову подруги! — Ино-чан права. Ты можешь сделать это завтра, когда Наруто-кун тоже пойдёт в квартал. — А часто он вот так заходит к тебе? — Не совсем ко мне. Порой ему нужно приходить на лекции об обычаях семьи, которые ему нужно знать и соблюдать. — ученица Куренай вновь смутилась. — Надеюсь, что его это несильно обременяет… — Поверь, вовсе нет. Он сейчас пользуется любой возможностью, чтобы увидится с тобой. — кокетливо сказала Сакура. — Ой-ой, слуууушай! Наруто как признался Хинате, поцеловался с ней. А вы с Неджи ещё не это…? — Ино! — Ну, чтооо, интересно же! — хитро улыбнулась Яманако, увиливая от моего возмущённого взгляда. — НУ ЛАДНО-ЛАДНО! Я засунула в рот кусок жареного мяса, чтобы не выдавать своего расстройства. Неджи, не Наруто. У него много дел помимо меня, он же не просто ходит на учёбу, как Узумаки, а управляет целым отрядом и принимает участие в важных делах клана! Но всё же, неужели у него не нашлось ни минутки, чтобы пересечься со мной и поговорить о произошедшем более подробно? Столько вопросов разрывало голову, а ведь ответить на них мог лишь ученик Гая! Что это было на берегу? Мы теперь встречались, или мои чувства просто были признаны юношей? Хиаши одобрил меня или просто решил отменить свадьбу, дав свободу воли племяннику? Что будет дальше? Мы будем держать отношения в тайне? Так, Чана, взбодрись! — тюкнула я саму себя. — Не ной, прошло всего несколько дней! Может есть ещё какие-то неувязки, которые ему нужно решить прежде, чем пересекаться с тобой. — А…А давайте выпьем за то, что Чана-чан осталась со своими учениками! — считав моё настроение, Хината, с небывалой для неё энергичностью, подняла чашку с сакэ вверх. — Ну… Да… А, что? Верно, давайте! — поначалу сбитая с толку Харуно также поддержала тост. За ней подтянулась и Ино с Тен-Тен, а я, тем временем, слёзно взглянула на обладательницу бьякугана, получив в ответ понимающую улыбку. Отдельное тебе место в раю, Хина! — Расскажи хоть, что тебя заставило передумать? — отодвинув пустое блюдце в сторонку, спросила Тен-Тен. — Не что, а кто. Какаши меня переубедил. Я пришла с документами день назад, а ещё до этого ко мне приходили ученики, твердили, что против такого решения и сдаваться не собираются. Это, отчасти, выбило меня из колеи, но… Сакура, ты в курсе, что на нас, будучи генинами, покушались из-за сенсея? — Серьёзно? — Да, помнишь ту миссию в Дожде? Нас тогда с тобой словили, и мы думали, что заказчик нас подставил. — Неееет, серьёзно? Это когда тебе руку сломали? — Ага. — протянула я, почесав то самое место из-за наплыва фантомной боли. — Оказалось, что заказчик был чист, а напали на нас из-за учителя. Главарь той организации лишился дяди в результате миссии, которую выполнял Хатаке, будучи работая в АНБУ… Такие вот дела. А после, мне дали дельную мысль. Даже если я оборву все контакты с 16 командой, это не помешает Воле Веера вновь объявится и попытаться забрать их. Поэтому, сейчас будет намного безопаснее, если я останусь с ними рядом. — Кстати, об этой организации есть вообще какие-нибудь новости? — поинтересовалась Такахаши. — А то прошло уже больше двух месяцев, а новостей, по-итогу, ноль. — На сколько известно, после смерти Нобуюки Хиямы, Воля Веера не распалась. По-крайне мере, Саске в своих докладах писал именно так… Пока что на близнецов и остальных членов выйти ему не удалось, известно только, что свою цель они так и не оставили. — Обрубишь одну голову, вырастут новые, да? — цокнула ученица Гая. — Пфф, похоже на то. — кисло выдохнула я, а потом вспомнила кое-что ещё, —… Давайте оставим грустное. Раз мы тут начали произносить тосты, то выпьем за то, что детище Сакуры цветёт и благоухает! — Да, ну, Чан… — смутилась Харуно. Чуть больше года назад, после одобрения Какаши и при поддержке Шизуне, девушка основала детскую психиатрическую клинику. Вообще, первые ростки данного проекта у сокомандницы проросли уже сразу после войны, когда мир столкнулся с волной детской беспризорности. Тогда же ирьёнин осознала одну горькую вещь, — если бы ранее в мире был специальный детский центр, сколько же людей не сошли бы с верного пути! Сколько судеб, как у меня с Саске, можно было бы уберечь, если бы нам во время была оказана более скоординированная помощь и покровительство? Наверное, именно поэтому за проект взялись сразу же, — Сакура окунулась в дело с головой, участвуя во всех мероприятиях, начиная с контроля строительства и заканчивая поиском спонсоров, первым из которых оказалась лично я. Да, это привело к заметному похудению кланового кошелька, но что тогда, что и сейчас, — мне было не жалко. Также я убедила сокомандницу принять в будущую библиотеку клиники часть работ и книг клана Судзуки: «— Чана, но это же такие важные экземпляры! — Вот именно. Моя семья в большей степени ориентировалась на лечении телесных ран, но всё же надеюсь, что эти работы также внесут свою лепту, потому что, Сакура, я верю в это дело, точно также, как верю в тебя.» — Не скромничай! Твой центр здорово помог моим детям после пережитого! Так что за Сакуру и её клинику! — Верно! — кивнули остальные, и мы выпили ещё по чашке горячего. Так прошёл вечер. Время клонилось к девяти, и мы решили разойтись по домам. Но едва выйдя из сакэ-бара, наткнулись на группу наших парней. — Ха, как знал! — усмехнулся Шикамару. — Вы уже всё? — Надо было раньше приходить, тогда застали бы нас. — Привет. — Неджи подошёл ко мне. Я лишь неловко кивнула, расставив руки в бока, и стала наблюдать за разворачивающимся диалогом. — Давай с нами, я угощаю! — подбадривал Акамичи сокомандницу, но та категорически отказалась. — Нет. Есть слишком много в такой час вредно для фигуры, да и, к тому же, здоровый 8-вой сон сам ко мне не придёт! — Дело просто в том, что Сая-то сегодня нет, вот она и ломается. — хитро улыбнулась Сакура, схлопотав прожигающий взгляд. Все весело захихикали, а после, прощаясь, стали расходиться. — Парни, мы с Неджи к вам позже присоединимся, — махнул Наруто, взяв тихую, но довольную Хинату за руку. — Мы ушли. — юноша хитро подмигнул и скрылся. Тен-Тен и Сакура пошли с остальными в бар, Ино исчезла за одним из поворотов вечерней Конохи, и вот, за мгновение, мы с Неджи остались одни. — Пойдём? — спросил он спокойно, не спеша. Его глаза чуть задержались на мне, словно проверяя, готова ли я была следовать за ним. Через пару минут мы оставили позади ряды кафешек и баров и вышли на территорию небольшого парка в центре деревни. Позднее время, почти никого вокруг — это позволяло почувствовать свободу, насколько это было возможно с той недосказанностью, что витала между нами. Взрослые люди, вроде бы, а слова застряли в горле. Подвешенное состояние душило, не позволяя даже пикнуть. Что же тогда было делать? Подождать, пока он начнёт, или же самой решиться? Всё это было так непривычно и смущающе! Ну вот как вести себя с тем, чью романтичную сторону личности ты не знал от слова совсем, и с тем, от кого ты, между прочим, никогда не мог ждать взаимности? В какой-то момент моих раздумий невидимая красная ниточка, связывающая одно с другим, неосознанно завязалась на сегодняшних словах Яманако: — …Наруто как признался Хинате, поцеловался с ней. А вы с Неджи ещё не это…? — проскользнувшее в голове вызвало во мне бурную реакцию. ВЫКИНЬ ЭТО ИЗ СВОЕЙ ГОЛОВЫ СЕЙЧАС ЖЕ! — завопила я на саму на себя. — Ками, что за стыд! Целоваться с Хьюго. Хьюго! Мысли о таком посещали меня лишь в подростковом возрасте и больше никогда. Но что, если это произойдёт наяву? И как он вообще относился к таким вещам? Я знала большинство друзей, но Неджи… Нет, Неджи не тот человек, кто когда-либо проявлял нежные чувства, по крайне мере, на моей памяти такого не было. Хотя, если брать в расчёт миссии, предполагающие всякие вещи по соблазнению, то… Ками, у него же наверняка были такие миссии! В этот момент я почувствовала на себе взгляд. Неджи смотрел на меня внимательно, слегка склонив голову. Его бровь чуть приподнялась, а уголок губ едва заметно дрогнул. Заметил. — Не смешно, — буркнула я, касаясь тыльной стороной руки щёки. — Это всё твоя вина. Ты поставил меня в такое подвешенное состояние, вот теперь хожу, как помидор… — Подвешенное? — спокойно переспросил он. — Да. Разговор на пляже дал много ответов… но вопросов стало ещё больше. Он остановился. — Например? — Ты говорил, что, когда вернулся с Луны, задумался, что правильно для тебя, и сказал, что это я. — я робко посмотрела ему в глаза. — И что ты всегда меня замечал… Сама догадываться — это одно, но… — я сглотнула, ощущая, как сердце бьётся в горле. — Мне важно услышать это от тебя напрямую. Взгляд фиалковых глаз смягчился и он подошёл немного ближе. Простое движение, но в груди от этого почти болезненно защемило. — Ты хочешь, чтобы я сказал это прямо? Я в панике закрыла руками лицо, но Неджи аккуратно взял мои запястья и отвёл руки в стороны. От выражения моего лица на нём появилась тихая улыбка. Только это была не та улыбка, что появлялась у него от побед на тренировках; не та, что он дарил сестре; не та, что доставалась Ли, когда он действительно смешно чудил. Это была тихая, добрая, настоящая улыбка, которую я хотела оставить лишь себе. — Я не привык говорить о чувствах, — произнёс он спокойно. — Но это не значит, что их нет. Он ненадолго замолчал, словно подбирая слова. — Когда мы были младше, для меня ты была просто сокомандницей Саске, с которым я хотел помериться силами, и Наруто, которого хотел поставить на место. С последним, как оказалось, всё вышло наоборот. Едва заметная усмешка мелькнула в уголке его губ. — А ты… стояла где-то позади с Сакурой, пока нас не поместили в один лазарет во время экзамена на чунина. Именно тогда я впервые посмотрел на кого-то без раздражения и высокомерия, после того как поговорил с Хиаши-саном и прочёл письмо отца. Во много поэтому с тех пор я начал замечать тебя больше, чем раньше…И не осаждал тебя, как мог делать это с другими. Я тогда не понимал, что это значит, но просто позволял этому быть… — Под «не отталкивал» ты имеешь в виду, что скрывать мне от тебя ничего не получалось? — тихо спросила я, чувствуя лёгкое разочарование в себе. — Я знаю, как ведёт себя человек, который влюблён, — ответил он прямо, из-за чего мне захотелось немедленно провалиться сквозь землю. — Но тогда я не был в этом уверен. Неджи сделал небольшую паузу. — Со временем я начал обращать внимание не только на твоё отношение ко мне. Я видел, как ты меняешься. Как справляешься с трудностями. Как продолжаешь помогать другим, даже когда сама оказываешься в сложном положении. Это укрепляло моё уважение к тебе. Когда же во время нападения двенадцати ниндзя-хранителей ты получила травму, разрушив тот валун… я понял, что переживаю и реагирую сильнее, чем должен. Сначала это казалось заботой, как и ко всем сокомандникам, но только во время войны я понял, что ошибся. После твоего возвращения я пытался не думать о том, что осознал, — продолжил он. — Считал, что долг перед кланом важнее, но твои слова у больницы заставили меня принять то, что я чувствую. Когда же мне объявили о помолвке с Хака-сан, я почувствовал, что это было неправильно. А когда спросил себя, что же именно было правильно для меня, ты пришла на ум первой… Девочка, которая заикалась передо мной и одновременно заботилась о Ли на экзамене на чунина, хотя не была обязана. Неджи выдохнул. Спокойно, но с ощутимым облегчением, будто сбросив тяжёлый груз. А я так и не могла сказать ни слова. Но в этом не было необходимости. Моё лицо, взгляд, дыхание — всё говорило за меня. И Неджи понял это сразу. Я осторожно поднялась на цыпочки. Он не отстранился. Его руки лёгким, но уверенным движением обхватили моё лицо, а я положила ладони на его плечи. И всё напряжение, ожидание, тревога растворились в одно мгновение. Наш первый поцелуй не был театральным. Не было фанфар, небо не освещала гигантская луна. Просто мы двое, тихий коноховский парк и мгновение, которое казалось одновременно обыденным и волнующе долгожданным. Но это было именно то, что мне было нужно. — Завтра Хиаши зовёт нас к себе, — сказал Неджи тихо, почти бормоча. Я сделала шаг назад и, почувствовав неожиданную смелость, взяла его за руку, с гордостью отмечая, что теперь не смущаюсь. Ведь ныне главное было для меня ясным и известным: — Тогда… проводишь меня?