Окрылённый

11 ноября 2018 года Игра с Зенитом выходит напряженной. Дерби двух столиц вообще не бывают легкими. А сейчас все ухудшается тем, что Зенит находится на самом верху турнирной таблицы и не собирается проигрывать, а ЦСКА просто необходимы очки. На поле летают искры, то и дело звучит свисток судьи и мелькают желтые карточки. И в какой-то момент Магнуссон видит, как локоть Арнора врезается в голову Далера Кузяева. Жесткое столкновение, после которого оба оказываются на земле. Вот только Арнор подскакивает уже через мгновение, чтобы увидеть заслуженную желтую карточку, а Далер остается на земле, прижимая руки к лицу. Магнуссон, который тут же бросается в гущу событий, видит кровь на виске парня. А у Арнора опять этот его странный взгляд. Так он смотрел в самолете, так смотрел в лифте, этот же взгляд Магнуссон видел после того удара по спине. Этот взгляд сразу дает ему понять, что все плохо. К Далеру уже бросаются игроки его команды. Арнор хочет помочь парню, но огромный Дзюба уже отталкивает в сторону совсем хрупкого рядом с ним полузащитника и что-то кричит. Магнуссон тут же оказывается рядом, закрывает собой Арнора, кричит что-то в ответ. Он даже не осознает, на каком языке говорит. Наверное, он бы и сам схватил сейчас желтую за свои крики, если бы не Сигурдссон, который хватает его за футболку и оттаскивает в сторону. — Прости, я постараюсь больше не лажать, — виновато произносит парень. — Ты не виноват, — тут же вступается за него Магнуссон. — Это просто случайность. Вокруг Кузяева уже толпятся врачи. Парень не может продолжать матч, так что его уводят с поля, а тренер делает вынужденную замену. Игра продолжается. И доходит до своего завершения без новых проблем. После матча от тренера достается всем. Перепадает Магнуссону, за ошибки в обороне и излишнюю горячность. И Сигурдссону, которого ругают в основном за глупую желтую в ситуации, в которой фол, а уж тем более такой фол, был совсем не нужен. Магнуссон смотрит на парня и видит, что с тем явно что-то не так. Он смотрит на тренера, но будто бы совсем не слушает того. А сразу после окончания разговора, тут же спешит покинуть раздевалку. Собирается суматошно, несколько раз роняет вещи. Магнуссону кажется, что парня трясет. — Арнор, ты в порядке? Он подходит ближе и видит, что кожа у Арнора красная, а глаза нездорово блестят. Да и сам взгляд какой-то мутный. — Нет, — неожиданно и честно выдыхает Арнор, зачесывая рукой волосы назад. Магнуссон видит пот на его лице. — Мне просто нужно домой, и все будет нормально. Хёрдуру стоило бы взять парня и потащить его к врачам, но… он достаточно знает Арнора, чтобы понять, что тот не согласится на подобный расклад. Они будут спорить, а потом Арнор посмотрит на него этим своим жалобным взглядом, и Магнуссон сдастся. Так не лучше ли не тратить время и сразу перейти к сути. — Пошли. Я отвезу тебя домой. Всю дорогу Хёрдур больше следит за Сигурдссоном, чем за дорогой. И видит, что тому становится лишь хуже. У него явно поднимается температура, его бьет озноб, и Магнуссон чувствует острое беспокойство за парня. — Может быть нам заехать в аптеку? — предлагает он. — Плохо выглядишь. — У меня есть все необходимое, — отвечает Арнор, и Магнуссон кивает, мысленно радуясь, что не придется тратить время. Потому что парень выглядит все хуже, и им стоит как можно скорее попасть в квартиру. — Я сильно задел сегодня Далера, но я не хотел, честно, — неожиданно и совсем ни к месту произносит Арнор и смотрит при этом так, будто Магнуссон должен начать обвинять его во всех бедах мира. — Эй, расслабься. Это же футбол, тут всякое случается, — он тормозит у дома Арнора, и треплет парня по голове. — Встретишь его в следующий раз и извинишься. Уверен, он тебя простит. — Обязательно извинюсь, — говорит Арнор, когда они покидают машину. И тут же отвлекается на звонок телефона. — Да, мам, все нормально. Нет, со мной Хёрдур, все будет хорошо, правда. У Магнуссона есть вопросы. Ему очень интересно, как женщина, находящаяся в другой стране, могла узнать, что ее сыну сейчас плохо. А судя по этому разговору, она уверена в том, что Арнору плохо. И это очень интересно. Но… Хёрдур решает отложить разговоры на завтра. А сегодня их еще ждет восхождение на двадцать третий этаж, ведь Арнор наверняка не согласится на лифт. Магнуссон видит, как тяжело дается Арнору подъем. Они идут все медленнее, парню требуется все больше времени, чтобы отдышаться. И уже в районе восьмого Сигурдссон еле волочит ноги, цепляясь рукой за перила. — Наверное, стоит задуматься о том, чтобы выбирать жилье поближе к земле, — вяло шутит Арнор, останавливаясь и расстегивая кофту. Магнуссон смотрит на него пару мгновений, потом чертыхается и закидывает руку парня себе на плечо. Хёрдур ожидает, что Сигурдссон начнет сопротивляться просто из упрямства, но парень охотно виснет на нем, позволяя тащить свое тело вверх по ступенькам,

и Магнуссон понимает, что Арнору сейчас действительно плохо. Арнор оказывается удивительно легким, и все же Магнуссон изрядно устает, когда они достигают нужного этажа. Он отпускает парня и пытается отдышаться, пока Сигурдссон начинает возиться с замком. Руки у Арнора трясутся, и поэтому он никак не может попасть ключом в замочную скважину. И в итоге отдает ключи Магнуссону. Хёрдур смотрит на друга с беспокойством, открывая дверь и пуская того в квартиру. Ему совсем не нравится состояние Арнора, и он задумывается о том, чтобы все-таки вызвать врача. Арнор раздевается прямо на ходу, стягивая с себя вначале ветровку, а потом и футболку, и бросает одежду прямо на пол. Кажется, теперь ему жарко, а не холодно. Это же хороший знак? Пока Магнуссон проводит ревизию шкафчиков и ищет лекарства, Арнор делает что-то странное. Он вдруг хватается за ножницы и отрезает себе один из бутонов от букета, который, конечно же, стоит у него на кухне. А потом смотрит на Магнуссона таким взглядом, будто парень застал его за чем-то неприличным, и откладывает бутон в сторону. Хёрдур думает о том, что ему пора задать Арнору несколько вопросов. Как только парню станет лучше. — Пошли. Магнуссон уверенно хватает Арнора за руку и тащит за собой в гостиную. Укладывает парня на диван, закутывает в одеяло, вручает чашку чая, которую Сигурдссон уже успел когда-то заварить. Идет на кухню и возвращается с целой охапкой лекарств. — Как же тебя так угораздило? — вздыхает он, усаживаясь рядом с Арнором и касаясь рукой его горящего лба. — Я же говорил тебе: «Не ходи без шапки». — Обещаю, что теперь без шапки из дома ни ногой, — устало улыбается Арнор. — Завтра меня отпустит, и все будет нормально. Спасибо. Сигурдссон смотрит на него так… странно. Есть в его взгляде сейчас что-то такое, от чего Магнуссону вдруг становится неловко. Такая благодарность и нежность, что Хёрдур вдруг испытывает глупое желание наклониться вперед и поцеловать этого постоянно влипающего в неприятности парня. Но это же неразумно. Сигурдссон болеет, и вряд ли его сейчас порадует поцелуй. К тому же Хёрдур может заразиться… Магнуссон резко обрывает свои мысли. О чем он вообще? Арнор — парень и его друг. Какие поцелуи?! Он отводит взгляд и решительно встает. Топчется на месте пару секунд, а потом неуверенно спрашивает: — Тебе что-нибудь нужно? Арнор допивает свой чай и отдает кружку Магнуссону, а после удобнее устраивается на диване, явно готовясь заснуть. — Нет, спасибо, больше ничего не нужно, — произносит сумбурно, а потом все же добавляет. — Останешься? И смотрит таким взглядом, каким всегда смотрит, когда хочет что-то получить от Магнуссона. Неужели думает, что Хёрдур может сейчас бросить его в таком состоянии? — Конечно. Вдруг тебе потребуется моя помощь ночью, — улыбается Магнуссон. Арнор кутается в одеяло так сильно, что Магнуссон видит только счастливо блестящие глаза. Кажется, парень рад, что Хёрдур остается. Неужели в самом деле верил, что Магнуссон может его вот так бросить? У Сигурдссона в квартире есть только тот самый диван, который вечно находится в разложенном состоянии, на котором сейчас и готовится ко сну парень. Все те разы, что он оставался у Арнора на ночь, Магнуссон спокойно ложился спать рядом с парнем. Но сейчас, после тех мыслей, что вдруг полезли ему в голову, это кажется несколько смущающим, и поэтому Магнуссон предлагает: — Может я на полу лягу, чтобы тебе не мешать? — Ты мне не помешаешь, — приглушенно из-за одеяла произносит Арнор, а потом добавляет. — Да и завтра у тебя все тело будет деревянное из-за ночевки на полу… Там есть витамин С в таблетках, завари себе и выпей. Так ты точно не заразишься, — уточняет он, видимо решив, что Магнуссон не хочет с ним спать из-за страха заразиться. Ну, а что сказать Хёрдуру? Это как-то по-гейски? Все те недели, что я спал с тобой в одной кровати, это не было по-гейски, а сейчас вдруг стало, потому что я хочу тебя поцеловать? Звучит как очень плохая отговорка, так что Магнуссон кивает и устраивается рядом с Арнором. — Буди меня, если будет плохо, или если что-то будет нужно, хорошо?

***

Просыпается Хёрдур от осторожного касания к своему плечу и тихого голоса Арнора над ухом. Распахивает глаза, готовый бежать и выполнять просьбы больного друга, а вместо этого натыкается взглядом на совершенно здорового Сигурдссона. Парень уже встал, успел одеться и даже приготовить завтрак, который стоит сейчас на столике рядом с диваном. Арнор выглядит полным сил, и ничего не напоминает о его вчерашнем состоянии. Магнуссон бы даже решил, что ему все приснилось, если бы не видел те самые лекарства, что принес вчера, которые лежали на все том же столике.  — Как ты себя чувствуешь? — почему-то этот вопрос задает Арнор. Будто это у Магнуссона вчера был жар. — Ты-то сам как? — Магнуссон подается вперед, чтобы коснуться лба Арнора и проверить температуру, но именно в этот момент Сигурдссон двигается, и поэтому Магнуссон, вместо задуманного, гладит парня по щеке и тут же смущается. — Нет уже температуры? Магнуссон видит, как краснеют уши Арнора после этого его глупого поступка. Но парень ничего не говорит, просто усаживается рядом с Хёрдуром, будто бы так и надо. — Все отлично, — бодро сообщает он. — Температуры нет, и я здоров, как бык. Ты то как? — снова повторяет он свой вопрос. — Я по-прежнему хорошо, — пожимает плечами Магнуссон. — Твои вирусы не смогли захватить меня, — он смеется, чтобы скрыть неловкость. В какой момент ему вдруг стало неловко рядом с Арнором? Он знает. С того самого момента, как в нем вдруг поселилось настойчивое желание поцеловать Сигурдссона. Но это ведь неправильно! От мыслей о происходящем его отвлекает звонок телефона. На экране высвечивается «Федя». Что их нападающему понадобилось от Магнуссона? — Привет. Ты же знаешь, что у нас тренировку перенесли на полчаса раньше? — ЧТО?! — Магнуссон бросает взгляд на часы и понимает, что время поджимает. — Ну теперь знаешь, — флегматично отмечает Федя. — Арнору не звонить? — Почему? — Ну вы же вечно рядом, как два сиамских близнеца. Я подумал, что он где-то около тебя. — А, ну… да. — Вот и хорошо. Не опаздывайте, Гончаренко сегодня злой.