Моё имя — Тоору

«Night Bay Club» — хороший клуб. Несмотря на банальное название и не менее банальную вывеску с неоновыми пальмами, которые вообще не сочетались с обстановкой вокруг и мигали то розовым, то зелёным. Несмотря на то, что он выглядит, как жалкая попытка слепить из заурядного японского клуба весь такой крутой и зажигательный американский. Night Bay не был зажигательным и крутым тоже не был, но Иваизуми полюбилось это место. За хорошую выпивку, за бармена, который говорит только по делу, за местный колорит. Ну и за одного прекрасного андроида. Подумать только, до чего технологии дошли. Машина, которая выглядит точь-в-точь как человек, которая говорит, как человек, которая может думать и понимать, что происходит вокруг. В детстве Хаджиме казалось, что искусственный интеллект — это выдумка фантастов и мечта учёных. Но он рос и своими глазами видел, как попытка за попыткой, эксперимент за экспериментом люди приближались к этому. И вот он — восторг. Вот оно, торжество разума! Машина теперь может обучаться. Создали робота, выглядящего, как человек. Первого андроида, прошедшего тест Тьюринга, а позже и кучу других. Машина научилась думать и принимать решения сама. Иваизуми думал: «Ну и что? Это всё далеко, за океаном. Когда это ещё дойдёт до нас?». Дошло. И очень скоро. Партию андроидов-домашних помощников завезли в Японию, и первое время, чего таить, Хаджиме сторонился этих жутких штуковин.Они смотрят на тебя своими стеклянными глазами и улыбаются, а ты видишь, что их лица неживые, движения дёрганые, и становится страшно. Но технологии не заставили долго ждать, пока они настоятся на месте, и теперь андроиды так похожи на людей, к ним так привыкли, что Иваизуми с одним из них трахается почти каждую пятницу, а не сторонится, пугаясь неестественности мимики, или того, о чем ещё гласит гипотеза «зловещей долины». Не гори у того на виске приветливым голубым светодиод да не говори он как по книжке, никогда бы не отличил его от человека ни Хаджиме, ни кто другой. — Освободился? — кратко спрашивает Иваизуми у бармена. Тот опускает голову, чтобы посмотреть за стойку. — Ещё шесть минут, — мужчина чуть не забыл добавить время на чистку. — Шестнадцать минут, — он поднял взгляд на постояльца. — Хикару и Акио свободны. Хаджиме лишь кратко помотал головой, залпом допивая содержимое стакана. Он и в любой другой день не согласился бы на левого робота, ему нужен определённый. А сегодня и подавно. Сегодня особый случай. Подождав чёртовы шестнадцать минут, Иваизуми поднялся по скрипучей лестнице и оказался в коротком коридоре. Шесть дверей, на каждой номер, будто здесь отель. За каждой слышатся стоны и вздохи. Стены здесь из картона, кажется. Мужчина останавливается у одной из дверей, на ней покосившаяся двойка. Это место стало для Хаджиме родным. Уже полгода он ходит сюда, как заклятый. На всякий случай, Иваизуми осторожно стучится. — Проходите! — слышится мягкий мужской голос. Иваизуми переступает порог. — Доброго вечера, моё имя — Мики, я… А, это вы, Иваизуми-сан, — андроид улыбается, не отводя взгляда от знакомого лица, Хаджиме от него в ответ, даже не моргает, осматривает гладкую чистую кожу, будто проверяя, не поцарапал ли кто, не повредил ли. — Рад видеть вас снова, давно вы не заходили, — Мики всё-таки отводит взгляд первым, садится на заправленную чистым бельём кровать, убирает непослушную прядку, спавшую на глаза. Он прекрасен. У него необычайно ровные черты лица, тонкие красивые губы и такие милые родинки по всей спине. Одно отталкивает: всегда он непоколебимо спокоен. Это жестокое напоминание: он неживой. Иваизуми как-то раз пришёл к Мики в очередную пятницу и застал его просто в ужасном виде: разбитый нос, по всему телу следы ударов. Хаджиме чуть ли не с ума сходил, кружась вокруг него и не зная, что делать, а андроид тогда заулыбался клиенту и сказал: «Дайте мне пару минут, и я буду готов к работе». Жутко. — Как всегда или что-то новенькое? — от вдруг навалившихся грузных воспоминаний Иваизуми отвлекли. Мужчина как-то неловко заморгал, поднимая голову и мотая ей. Сегодня Хаджиме зашёл совсем не потому, что по плотским утехам соскучился. Он решил исполнить свою давнюю мечту, что так мучает его. Мики же явно не понял, к чему это Иваизуми помотал головой, потому светодиод на его голове стал поблескивать желтым. — Хотите заняться со мной сексом? — переспросил он, а Хаджиме снова замотал головой, тихо усмехаясь, мол «ну, ты дурачок». — Я хотел поговорить. — Поговорить? О чём? — Мики уставился на мужчину, совсем не понимая, что происходит. Почему это клиент тратит своё время, за которое он, между прочим, платит, на разговоры? Нелогично. Расточительно. — Слушай, я всё думаю над кое-чем. Что было бы, если бы я выкупил тебя у клуба? Ты хотел бы этого? — Хаджиме чувствовал себя максимально неловко, будто он объясняется в чувствах, а Мики лишь улыбался ему, не видя ничего такого волнительного в словах мужчины. Иваизуми сел на кровать около андроида и сложил руки замком, ожидая ответов на свои вопросы. — Хотите больше секса со мной? Чего? Хаджиме нахмурился, какой раз мотая головой, но на этот раз лишь с большим усилием. Он придвинулся ближе и накрыл механическую ладонь своей. Мики тогда почувствовал, что пульс мужчины заметно ускорился. — Нет. А как нет? Андроид выпучил глаза, не понимая, о чем это Иваизуми говорит. Он даже приоткрыл рот, а кружок на виске полностью окрасился в желтый. Робот тактично рассудил: — Я был создан с целью удовлетворять людские потребности сексуального и эротического характера, и для чего я могу быть вам полезен, если не для этого? Хаджиме откровенно растерялся, не понимая, что сказать. Прямых ответов он не получил, напротив — вопросы. — Ну, — он тихо кашлянул, набираясь покинувшей его уверенности. Спину выпрямил и взгляд устремил прямо в глаза Мики. — Будешь у меня убираться, помогать по хозяйству. — Я никогда такое не пробовал, — сознался андроид, и этим признанием вновь поверг Иваизуми в непонятную ему растерянность. — Это не так уж сложно. У тебя все получится. Я обо всем договорился с администрацией, и если ты не против, я тебя куплю, — стоило повторить вопрос. — Ты хочешь? Хаджиме затаил дыхание, ожидая, что же скажет Мики. Конечно, ему хотелось, чтобы тот согласился, а как иначе! Мужчина стал кусать губы, а секунды ожидания показались целой вечностью. Иваизуми не мог с точностью сказать, что сейчас испытывает, но это чувство похоже на то детское, что бывает перед тем, как распаковать подарок на день рождения. Что там? Годзилла с лазерами из глаз или какая-нибудь неказистая машинка, которая толком даже не ездит? Что же решит Мики? Хочет он или нет? Кто-то сказал бы «Да какое дело! Он ведь робот, должен будет подчиниться!», но Иваизуми понимал, что не сможет сделать это, если ему откажут. Потому надеялся, что подарком всё-таки окажется навороченный Годзилла. Секунды ожидания и догадок подошли к концу. Мики заулыбался, ласково воркуя. — Если вам так будет угодно. Хаджиме оторопел. Ну это ведь не ответ. Стало отчего-то так тяжело на сердце и даже немного обидно. Он спросил, хочет ли этого Мики, а не хочет ли этого он сам. — Нет-нет, дружок, — мужчина похлопал андроида по спине, — хочешь ли этого ты? Тот задумался, а после пожал плечами. — Наверное. О чём он тогда думал? Был ли на перепутье или решение далось ему с лёгкостью, если это конечно можно назвать решением. Иваиузми не знал, да и знал ли сам Мики — вряд ли. Зато выбирать приходилось Хаджиме. Как расценивать это «наверное»? Завуалированное «да» или «но я ведь не могу вам отказать»? Чёрт его знает. А-ай, всё равно! Пусть потом грызёт совесть, Иваизуми хочет поступить так, потому он так и сделает. — Тогда я тебя выкупаю, — резво сообщил мужчина, махнув ладонью в загребающем жесте. — Собирайся, ты едешь со мной. — Хорошо, — андроид с невозмутимым спокойствием улыбался, как ему и следовало, но светодиод снова предательски зашёлся нервными миганиями и вскоре загорелся тревожным янтарём.