Мой господин

Чонгук очень нервничал, ожидая Тэхена в мрачном зале огромной библиотеки. Часы мерно отстукивали свой ритм совсем невпопад с беснующимся в бешеном биении сердцем. До шести часов вечера остались лишь четыре минуты, и Чонгук все это время был в сильном напряжении. Потому что слишком долго ждал. Слишком давно продумывал каждое слово в своей речи. И теперь он готов сказать все, что так долго копилось в нем. Тэхен на то и был секретарём одного из членов семьи Чон, потому что наиболее важной из черт его характера была пунктуальность. Вот и сейчас Ким оказался в библиотеке ровно в назначенное время. В зале царил полумрак, и разглядеть все, что он хотел бы видеть, Тэхен не мог. Вместо этого он, скорее, передвигался по наитию, ибо уже сотню раз бродил вдоль внушительных книжных стеллажей. Он тоже нервничал, но старался это скрывать. Секретарь в любой ситуации должен сохранять хладнокровие. Даже если мотивы несносного молодого господина были ему не до конца ясны. Да что там! Совсем не ясны. — Господин Чон, — позвал он достаточно громко, чтобы эхо отразило его басовитый глубокий голос от стен аж пять раз, — вы здесь? Он зябко поёжился, ощущая непонятно откуда взявшийся холод и чувствуя себя неловко. До Тэхена только сейчас стало доходить, что они совершенно одни в библиотеке. В этом огромном помещении, где случись что, никто его не услышит. Мысленно одернув себя за подобные предположения, он прошёл вглубь библиотеки, потому что позади первых стеллажей господина Чона не оказалось. — Госпо… Не успел он договорить, как резко оказался схваченным за талию крепкими руками, а затем в считанные доли секунд этими же руками его прижали спиной к твёрдой поверхности книжного стеллажа, больно приложив лопатками. Тэхен даже пикнуть не успел, как его рот зажали горячей ладонью. — Наконец-то, — почти что прошептал с придыханием Чонгук, глядя прямо в глаза напуганному Тэхену, в коих плескались паника и ужас. — Теперь тебе некуда от меня бежать. Чонгук, вопреки тому, что хотел всерьёз вселить в Тэхена страх, начал бояться сам. Как раз того, что Ким теперь будет его бояться. В то же время, уже через мгновение в глазах Тэхена появилось то самое ледяное спокойствие, которое неизменно там присутствовало. И Чонгук решил, что он не из пугливых. Слегка ухмыльнувшись, он убрал ладонь с губ Кима. Ему было интересно, как старший отреагирует. — Вы так думаете? — неожиданно лукаво спросил Тэхен, немного склонив голову набок. В это же мгновение он сорвался с места и побежал в сторону выхода, совсем не думая о том, что творит. Стоит отдать ему должное — он пробежал целых одиннадцать метров в своей жалкой попытке. На двенадцатом метре ни на секунду не замешкавшийся Чонгук вновь схватил его за руку и прижал уже к стенке, навалившись на него всем своим телом. Тяжело вздыхая почти в губы Кима, Чонгук, не скрывая веселья, рассмеялся. — А ты не промах, Тэхенни. Только слишком наивный. Хотя это делает тебя ещё милее. — Я вам не Тэхенни! — смог лишь так же тяжело выдохнуть Ким, смотря прямо в глаза молодого господина. — А кто ты мне? Тэхен едва не захлебнулся собственной слюной, когда Чонгук прожег его серьёзным взглядом. Все происходящее перестало казаться забавным. Тэхен тяжело сглотнул, стараясь не отводить взгляда. — Я для вас секретарь Ким, господин Чон. Тэхен догадывался, что его слова лишь подлили масла в огонь и разозлят Чонгука сильнее, но что-то двигало им в стремлении пробудить в Чоне монстра. Тэхен не мог отдать себе в этом отчёт. — Я сам решу, кто ты для меня, — Чонгук прошептал это в самое ухо Тэхена, вызывая у последнего мурашки по всему телу. — И кто же? — также шепотом спросил Ким. — Ты мой Тэхенни. Тэхена накрыло волной безудержной эйфории от ответа Чонгука, и он всеми силами старался, чтобы Чонгук этого не заметил. — Господин Чон, отпустите меня, — тихо попросил Тэхен, поубавив свою строптивость. — Вы действуйте не по контракту… — К чёрту контракт! — прокричал Чонгук, ударяя кулаком по стене, сбоку от головы Тэхена. — Ты специально испытываешь мое терпение? Понимаешь ведь, что я не в игры с тобой играю? Тэхен сдержал порыв вырваться с крепкой хватки Чона. Он лишь зажмурился от удара. Чонгук пугал и было даже в этом что-то интригующее. — Я не понимаю, — начал он, открыв глаза, — не могу понять, чего вы добиваетесь. Не понимаю, почему предъявляйте на меня права собственничества, мучаете меня, не даёте нормально работать… Я всего этого не понимаю, господин Чон. — Тэхен… — в голосе Чонгука проскользнули умоляющие нотки, — хотя бы наедине зови меня по имени. Прошу тебя. — На этот раз просите, а не приказываете? — совсем не вовремя решил пошутить Тэхен. — Чтобы ты был более послушным, я могу и приказать, — на этот раз его голос был твёрдым и не терпящим возражений, — приказать что угодно. И ты даже не посмеешь отказать. — Что, например? Тэхен даже не знал, что он настолько бесстрашен. Он ощущал себя ягнёнком в вольере льва, но все равно находил в себе смелость дерзить. Или он и впрямь настолько глуп? — Например, могу приказать тебе поцеловать меня. Разве ты посмеешь отказать мне? Опасная близость губ Чонгука не давала Тэхену шансов отказать ему. Да и не нашёл он в себе желания отказывать в этой маленькой шалости. И все же, природная вредность взыграла не на шутку. — А если посмею? Чонгук лишь усмехнулся на это глупое предположение. — Тогда я сделаю все сам. И уже в следующее мгновение, не мешкая, Чонгук накрыл губы Тэхена своими. Контраст его тёплых губ и холодных губ Кима был настолько ощутимым сейчас, что его буквально током ударило от фееричных ощущений. Тэхен и тут сопротивлялся до последнего, крепко сомкнув губы и не позволяя Чонгуку углубить поцелуй. Впрочем, такая мелочь не стала бы помехой для Чон Чонгука. Он продолжил напористо и со всей невысказанной страстью терзать мягкие губы Кима, заставив того сдаться под этим натиском. И уже через мгновение он во всю хозяйничал во рту старшего, не давая тому и шанса сопротивляться. С каждой секундой у обоих срывало крышу не по-детски. Чонгук чуть ли не рычал от удовольствия, а Тэхен уже осознанно плавился в объятиях младшего. Он и сам проявил инициативу, обхватив шею Чонгука руками, прижимаясь к нему сильнее. Чонгук, не в силах сдерживаться, стянул с Тэхена пиджак, а Тэхен помог ему. Когда рубашка старшего была на половину расстегнута, когда руки Чонгука уже блуждали по гладкой коже живота и поясницы Кима, в их идиллию вдруг вмешался звонок телефона Тэхена. — Твою мать! — прорычал Чонгук, прерывая поцелуй. — Выруби его! — Это председатель. Я не могу. Чонгук принялся выцеловывать каждый участок нежной кожи шеи Тэхена, дабы отвлечь его от телефона. Но Ким дрожащими руками извлёк гаджет из кармана брюк. — Господин Чон… — он попытался хоть немного отстранить Чонгука от себя, но это было безуспешно. — Молодой господин… Ещё несколько попыток прекратить все также не увенчались успехом. — Чонгук! — выкрикнул Тэхен, что уже пришёл в себя и мог мыслить здраво. — Отпусти меня! Услышавший своё имя с желанных уст Чонгук растерялся на секунду, которой Тэхену хватило, чтобы вырваться из объятий Чона. — Да, председатель? — Тэхен, переведя дух, ответил на звонок, совсем не обращая внимания на глядящего на него с немой злобой Чонгука. — Да, я понял. Ясно. Сейчас буду. Тэхен отключил вызов и повернулся к Чонгуку. — Председатель Чон вызывает меня к себе, молодой господин. Простите, я должен идти. Чонгук ещё несколько минут наблюдал за тем, как Тэхен приводит себя в порядок, а затем глядел ему вслед, когда он без слов прощания покинул библиотеку. Теперь библиотека явно — не территория благодатных знаний. Чонгук: забудьте все, что было, секретарь Ким.