- Как вы себя чувствуете, Кейт Уолкер?

— Я всё прекрасно понял, Кейт Уолкер. Я всего лишь автомат, и пришло время и мне сделать что-то полезное… -Последнее, что она от него слышала.       Последние его слова. Больше он ничего не сказал.       Мисс Уолкер была готова сломя голову бежать за ним, тащить этого автомата обратно. Но что её останавливало? Девушка просто встала, как вкопанная… Да и чего тут, кто бы не стал так стоять. Только когда он исчез за ледяным поворотом она опомнилась, и бросилась за ним.       «Жестяная банка, куда ты бежишь?!» -Думала она тем временем. Так глупо и наивно она надеялась схватить его за плечо и остановить, повести обратно в поезд, успокоить, мол, всё будет хорошо… Но он упёрто шел вперёд, а она стояла у локомотива, удивлённо смотря ему вслед.       И всё же, в этом есть что-то своё. То, чего она не поймёт — с чего такое озарение? Оскар… Всегда упрямый и непоколебимый, верящий в одну инструкцию, да и только. Может быть, это её вина, этой инструкции?       Он делал всё правильно. Управлял поездом — это была его задача, а не отдавать жизнь создателю. Хотя… Порой так сложно расставаться с тем, к кому привязался. Может быть, это из-за этого?       Кейт Уолкер вбегает к шаманке, и подходит к кровати, над которой висел Ганс. Ганс Форальберг — великий изобретатель, подаривший жизнь её уходящему другу, ожививший множество обыкновенных машин, казалось бы. Прямо под его телом лежит железный Оскар, её уходящий друг. Посмотрев в его глаза, становится больно. Сердце резко сжимается и тотчас же разрывается на миллионы кусочков.       Девушка наклоняется над автоматом, и смотрит на его сердце. Смотрит с болью и осознанием того, что положение действительно безысходное. Кажется, что это конец. — Ты уверен, Оскар?.. -Робко спрашивает она у него, в надежде на то, что он опомнится и скажет: «Нет, мисс Уолкер… Я не могу…». Но слышит совершенно противоположное: — Да, мисс Уолкер. Я знаю, что делаю. -Быстро промямлил он всё тем же монотонным голосом.       Выбора не остаётся.       Наклонившись над ним, мисс Уолкер сначала смотрит на его сердце. На вид из чистого золота, но позолоченное, уже немного запылившееся… И как её друг не уследил за этим?       Мисс Уолкер на мгновение поворачивается лицом к машинисту, в последний раз хватаясь за надежду. — Действуйте, Кейт Уолкер… -Он назвал её по имени.       Она мягко улыбнулась ему. В последний раз.       Открыв ключом его сердце, она обнаруживает, что Оскар отключился. Уже, в последний раз она смотрит на его металлическое лицо, не выражающее эмоций. — Мисс Уолкер должна спешить, тук-тук. -Выдаёт сварливым тоном старая шаманка. И правильно делает: чем быстрее завершишь, тем быстрее переживёшь самое трудное.       А самое трудное пережить не так просто.       Отгадав замысловатую загадку от Форальберга, мисс Уолкер резко дёргается, отстраняясь от Оскара. Последующие несколько секунд его железное тело превращается просто в отдельные куски железа. Тело изобретателя медленно спускается, а уже совсем скоро лежит на останках железного друга Кейт.       Она всё ещё не могла поверить, что её товарища больше нет. И, скорее всего, она больше никогда не сможет услышать его, а отдельные фразы, которые она запомнила, навеки останутся только в её памяти. — Ганс, Ганс… Вы всё предусмотрели, чтобы закончить этот путь любой ценой… -Выдаёт девушка, сразу дополнив. — А… — Хи-хи, Ганс поря-я-ядок. Кейт надо сейчас готовь отъезд. Хи-хи… -Мгновенно отвечает ей загадочная шаманка, не дослушав предложения. Больше делать тут нечего. Девушка кивает, и выходит. Выходит готовить отъезд, как и сказала шаманка.