Генеральная уборка

Особняк на Гриммо давно требовал тщательной уборки. И поскольку Гарри не мог отдать в жадные руки чужаков секреты старого дома, ему пришлось взять палочку, выдать подбадривающий пинок Кричеру и вспомнить подходящие бытовые заклинания, которые не уничтожили бы вместе с пылью и грязью парочку несущих стен. Работы предстояло много, и Гарри по старой привычке ворчливо обматерил Кричера за то, что тот столько времени не следил за чистотой, а вместо этого бесконечно жаловался портрету своей хозяйки. В общем-то, Гарри тоже был не против пожаловаться Вальбурге на жизнь — в подходящем настроении слушателем она была хорошим, — однако заниматься подобным на протяжении пятнадцати или двадцати лет подряд? Нет уж, увольте. Первый слой пыли сходил легко. Достаточно было применить стандартное Эванеско, и маленький вихрь магии ловко уничтожал весь накопившийся мусор, однако ведь под первым слоем был второй и третий. Копоть, гарь, какие-то непонятные пятна поверх некогда дорогих обоев и въевшийся за долгие годы запах заставляли даже Кричера расстроенно опускать руки. В итоге всю эту гадость приходилось убирать вместе с обоями, оставляя только голые каменные стены — и вот они отмывались уже прекрасно. Кричер верещал и плакал, клялся больше никогда не забрасывать уборку и предлагал «достойному хозяину Гарри» оттягать его за уши для профилактики. Вальбурга заливисто хохотала, наблюдая за их потугами, и перемещалась по картинам, чтобы насладиться представлением из первых рядов. На четвёртый день Гарри был настолько измотан бесконечным повторением одних и тех же действий, что объявил себе внеочередной выходной и потребовал вина. Старый диван в гостиной жалобно скрипнул, когда Гарри устало упал на него, но всё-таки выдержал. Вино было вкусным и сладким, и с непривычки Гарри быстро захмелел. Вальбурга и Кричер не успели вовремя почуять неладное и теперь могли только наблюдать, как Гарри, чуть пошатываясь, бросает щепоть летучего пороха в камин и засовывает следом голову, пытаясь кого-то дозваться. Впрочем, список возможных адресатов состоял всего из десятка имён, и достаточно было пары недель общения с Гарри, чтобы сделать правильную догадку. — Том! Хэй, Том, ты дома? Неизвестно, что ему ответили, однако Гарри довольно быстро высунул голову обратно и попятился, пропуская в дом неожиданного гостя. Названный Томом стряхнул с домашней рубашки налёт пепла, внимательно осмотрелся и, заметив полупустую бутылку, покачал головой. — Мне сразу следовало догадаться, что ты пьян. Гарри привалился спиной к столику и рассмеялся. — Что, в трезвом состоянии я выгляжу не настолько довольным жизнью? Хотя тебе тоже не помешало бы выпить, ты слишком хмурый. — Прошу прощения за его поведение, — обратился Том к Вальбурге. — С ним иногда бывает трудно совладать. — Как будто ты всю жизнь был паинькой, — хмыкнул Гарри и, подняв руку, попросил: — Пожалуйста, помоги мне встать. Не ожидавший подвоха Том послушно ухватился за протянутую руку, намереваясь дёрнуть Гарри на себя и поднять его на ноги. Парная аппарация застала его врасплох, и несколько секунд он не мог сориентироваться. Тем неожиданнее для Тома было понять, что он лежит в кровати, а Гарри нависает над ним, обжигая горячим дыханием ухо, и уверенно расстегивает пуговицы на его рубашке. — Если ты звал меня ради того, чтобы потрахаться, мог сразу сказать об этом, — недовольно выдохнул Том, цепляясь за плечи Гарри, но не пытаясь оттолкнуть. — Возможно, я бы даже согласился. — Ты уже согласился, — резонно подметил Гарри и потёрся носом о гладковыбритую щёку Тома. Вдохнул знакомый аромат парфюма. — Какой же ты всё-таки красивый. Если так подумать, я не против провести целую вечность с тобой. Будем нежиться в постели и лениво наблюдать за ходом времени, м? Том фыркнул и, заметив, что Гарри закончил с рубашкой, запустил руку ему в штаны, мягко обхватывая ещё вялый член. — А ты всё так же плох в комплиментах. — Зато хорош, ах... — Гарри хрипло выдохнул, — хорош во многом другом. — Ты себе льстишь. Чтобы было удобнее, Том помог Гарри стянуть штаны и приспустил свои вместе с бельём. — У тебя тут где-то должна быть смазка. — Она под твоей головой, — ответил Гарри и сам же ловко просунул руку под подушку, доставая начатый тюбик. — Как по мне, магглы всё-таки очень хороши в подобных изобретениях. Том не стал никак комментировать замечание и, ловко размазав по пальцам и ладони смазку, обхватил сразу оба их члена, задавая медленный размеренный темп. Гарри неловко ёрзал, пытаясь заставить Тома ускорить движения, целовал его скулы, подбородок, шею, вслушивался в тихие рваные вздохи, но не прикасался к себе, позволяя Тому вести. Том вообще необычайно хорошо улавливал настроение и невысказанные желания Гарри и умел доставить удовольствие и себе, и ему. Гарри кончил первым, крепко сжимая пальцы на плечах Тома, и, перекатившись на бок, полным удовлетворения взглядом проследил, как тот несколькими движениями довёл себя до оргазма. — Ты так мило прикусываешь губу, когда кончаешь, — произнёс Гарри, чтобы чем-то заполнить тишину. Том посмотрел на него с намёком на раздражение. — Ох, лучше бы ты помолчал. — Ты ведь знаешь, что не могу, — усмехнулся Гарри и нежно коснулся растрёпанных волос Тома. — К тому же я пьян, помнишь? Том на пару секунд прикрыл глаза, уговаривая себя спокойно отнестись ко всему услышанному, и, притянув Гарри к себе, заткнул его поцелуем.