Выродок

      Я проснулся от того, что ебучие лучи солнца светили мне на ебальник, чего я не любил. Пытаясь засунуть раскалывающуюся башку под подуху или под одеяло, я нахуй запутался и ёбнулся с кровати на пол. — блять. Я ебал — встав с ледяной плитки, я уставился на Макса, который снюхивал дорожку какой-то дряни. Ёбнувшись башкой о горшок с фикусом, стоявший на тумбе, он поднял охуевший от жизни взгляд на меня и вопросительно поднял правую бровь. — Бонжур. Ломает, дай Геры. — Ничего не меняется, Глеб. Ничего блять — Максон швырнул в меня ампулу, которую я ловко поймал и сразу отломил горлышко. Достал из тумбы шприц, спиртовую салфетку, быстро протёр руку и воткнул иглу. Охуел от жёсткого прихода, упал на кровать, закрыл глаза и стал чувствовать, как наркотик медленно впитывается в ткани, в мозг, затягивает в эйфорию своими смертельными пальцами. Мой угнетённый в очередной раз организм уже не сопротивлялся, поэтому я медленно плыл по привычному плато наслаждения, отдыхал. Резко на все стало в одночасье похуй, я даже не заметил, как уснул.       Из сладкого сна меня выводит звонок мобилы, и я нехотя открываю глаза, начиная тереть ебальник. — блять, сука. Ну кто… кто опять? — беру трубку, не смотря на экран мобилы. — День добрый. Это Арина по поводу машины. Сегодня у меня есть окно с двух до четырёх часов дня, буду в центре — я, не в силах переварить втёртую мне дичь, соглашаюсь на встречу в Европейском и встаю с кровати. Голова трещит от кучи галлюцинаций и жесткого тупизма. — Не долго думая, я завалился в ванную, скинул с себя шмотьё и залез в душ. Быстро помыв башку, я вылез из кабинки, достал сигу и закурил, внимательно разглядывая ебальник в зеркале. — Ебаный в рот, как же заебала ебаная сыпь… — я откинул волосы со лба и уныло уставился на отражение, недовольно выпуская едкий дым. Докурив и смыв бычок в толкан, я вышел из ванной, напялил на себя чистый шмот и вызвал такси, сам за руль в таком состоянии я сесть не решался, хоть и порывался.       Предупредив Максона, что я буду не скоро, мое тело кое-как вывалилось из дома и засело в машину. Я заткнул в уши наушники и вновь погрузился в томную пелену наслаждения, изредка приоткрывая глаза. Благодаря московским пробкам, я опоздал на ебучих 20 минут.       Короче говоря, завалился я в нужный ресторан впопыхах и нихуя не соображая. Найдя обаятельную блондинку, Арину, я извинился и уселся напротив, залипая в мадам. — день добрый. — девушка потягивала из бокала белое вино, задумчиво окидывая меня взглядом. — сегодня под чем?       Я замялся. Либо я слишком палил своё хуёвое состояние и выглядел как из пизды, либо же она разбирается в наркоте. Скорее первое, ведь чувствовал я себя действительно хуёво. — я… просто не выспал… — Понятно всё с тобой, врать ты не умеешь — девушка задумчиво уткнулась в меню, поправив волосы. Только я сейчас заметил, что они пиздец длинные, до задницы… упругой.       Я тяжело сглотнул и тоже взял меню, утыкая мутный взгляд в « салаты «. Я нихуя не понимал, поэтому решил, что хавать я не буду. Я выпью.       Подошёл официант, угодливо наклонился к блонде и записал заказ в блокнот. Обратился ко мне. Меня почему-то этот пидор раздражал, и я лишь отмахнулся, пробубнив под нос — Мартини, 200 мл.       Арина вопросительно приподняла бровь и уставилась на меня. В глазах читался явный ахуй от происходящего. — ты уверен, что под твоим веществом можно шлейфоваться алко? — Похуй. Мне хуёво. — я сидел, завороженно смотря на блонду, а точнее на её чёрную рубашку с декольте. Залип. Та поморщилась и в очередной раз отпила винца, отведя взгляд. Мне сунули мартини, который я сука ёбнул залпом, чем вызвал ещё большее удивление со стороны девушки. — охуенно выглядишь — хуй знает, зачем я это сказал, просто тупо хотелось ей как будто донести истину, открыть глаза на мир… хотя она походу и сама с этим справлялась. — Перейдём к делу? Так, я отвезла машину в ремонт, там сказали, что нужно менять… — я нихуя дальше не слышал. Опять провалился в бездну глюков. На этот раз мне казалось, что я впитывал частицы вселенной, формируя в себе новое измерение. Я созидал… уходил в этот мир. Я чувствовал себя божеством, которое составляет новую вселенную, рассчитывал всё по каким-то хуй знает каким формулам, и создавал… уносился в пространство в поисках истины. Щеголял по просторам всё новых и новых измерений. Я был энергией… бесконечной и густой белоснежной энергией, которая неслась с огромной скоростью по пространству мимо миллиардов звёзд и планет… совершенно один… и я наслаждался этим одиночеством.       Но вдруг всё в одночасье исчезло. Я погрузился во тьму и больше не видел ничего, даже серебристого свечения своей души, которое сопровождало меня в каждый трип. Меня окутал страх, перехватило дыхание, я закашлял, схватившись за горло и… проснулся. — Очнулся? — я разлепил глаза и заметил, что валяюсь в чужой комнате, рядом же сидела блонда, с интересом разглядывающая меня. — Типа того, только где я нахуй? — я потёр глаза и огляделся, до меня наконец дошло, что я впал в отруб, и мадам притащила меня к себе, дабы не везти меня в нарковушку, за что я был очень ей признателен. — Чем колемся? Что-то лёгкое, аль нет? — Героин — замялся я и опустил взгляд, замечая, как блондинка бинтует угнетённую руку. Блять, а я только сейчас заметил, что она посинела, а сосуды вылезли сеткой в районе запястья. — Красота какая! Мозги разъест, как тексты писать будешь? — Ну это типа такая хуйня, она сама приходит, типа прозрения что ли… — А некуда будет приходить скоро. Заканчивай с этим, серьезно. — девушка встала с пуфа и куда-то ушла, а я остался один одинёшенек в чужом доме с ломкой. И вообще состояние оставляло желать лучшего, ибо это пиздец, я ебал.       Через несколько минут возвращается Арина со стаканом чёрного чая и протягивает его мне. — отходи. По поводу машины поговорим тогда, когда трезво будешь мир воспринимать. — девушка отходит к своему рабочему столу, включает ноутбук и начинает что-то писать. Мне же сука хочется избежать пиздеца в голове во время ломки, поэтому я начинаю ей ебать мозги. — А что ты делаешь? — я нагло подложил себе под башку вторую подуху и уставился на спину блондинки, разглядывая принт на футболке. Цветочки значит. — Учусь — вздохнула та и полезла за чем-то в шкафчик. — А на кого? — Международные отношения и дипломатия, а что? — та развернулась ко мне, вопросительно вздёргивая бровь. — Да так, ничего. Поговорить хочу       Растрынделись мы надолго. Она была охуенным собеседником, да и вообще, судя по её рассказам, мадам шарила в жизни. Ломка понемногу меня отпускала, я приходил в себя, не испытывая головной боли, сушняка и всякой подобной хуйни, а это было пиздецки охуенно.       Наш милейший разговор перебил Максон, и я взял трубку — да? — Пизда. Какого хуя трубу не берёшь сутки? — и тут я охуел, понимая, что уже пять утра — А… я тут… блять, Максон. — Что ты опять натворил? — Уебался я, я на хате у одной мадам, короче, вернусь и расскажу, давай — скинул я трубку и посмотрел на Арину, которая застилала себе диван. Пока она заправляла простынь, я успел оценить её задницу в чёрных лосинах. Охуенна. Ну блять, пиздец я удачно влетел, хотя… машину ремонтировать её… блять… а может… может попытаться с ней замутить?       Я не понимал, хули подобные мысли посещают мой башкек, но блять, то, что мне понравилась эта сука — очевидный факт. А может это просто переебало меня с героина?