Игра Дракона-2

Два войска стояло друг против друга на берегах Хорота. Здесь, где великая река сужалась, пробивая путь сквозь горы Пуантена, средь порогов и водопадов, находился единственный путь, ведущий вглубь страны. Именно сюда подошло тридцатитысячное войско из зингарцев, пуантенцев и аквилонских беглецов-мятежников из центральных провинций. Всего десять дней назад небольшая армия, под стягами с золотым львом и малиновым леопардом, перешла Алиману и почти сразу Пуантен восстал, узнав о гибели Валерия и возвращении короля Конана. В считанные дни южное графство перешло на сторону законного монарха, готовящегося идти на Тарантию. Но на выходе из Пуантена их встретило сорокатысячное войско немедийцев, наемников и аквилонских вельмож, которых ни при каких условиях не мог простить Конан и они, даже после смерти Валерия остались верны Амальрику. Сам барон Торский тоже был здесь – именно он вел в бой немедийцев. Уже темнело, когда обе армии сошлись напротив друг друга на Талусском Броде. С атакой решили подождать до утра – сам Конан не побоялся бы вступить в бой ночью, однако полководцы убедили его подождать до утра. Неохотно Конан согласился, понимая, что не все в его войске имеют такой опыт ночных сражений. Он удалился в свой шатер и попытался заснуть. Но едва он сомкнул глаза, как снаружи послышался шелест перепончатых крыльев и испуганные крики воинов, охранявших короля. Хмурая улыбка озарила лицо Конана и он гаркнул воинам, чтобы они вели гостя к нему. Спустя некоторое время он уже сидел за столом, за кувшином с красным вином. Напротив восседал Пелиас, прибывший в Пуантен прямо из Хоршемиша. -Сказать по правде, я надеялся, что ты приведешь сюда кофийскую армию,- заметил киммериец,- нам бы сейчас не помешала любая подмога. -У Кофа нет лишних войск,- с сожалением произнес Пелиас, - Стигия набирает силу, не все ясно и на востоке. Да и вряд ли тебе сейчас поможет войско – хоть кофийское, хоть какое-то еще. - И что же ты посоветуешь? – едко произнес Конан, - я не хуже тебя знаю, кто стоит за немедийцами. И что теперь? Повернуть назад? -Есть и иные способы,- Пелиас допил вино и поставил чашу на стол,- пойдем, прогуляемся. -Куда? -Кое-кто желает поговорить с тобой, - загадочно произнес Пелиас. Недоуменно поворчав, Конан все же доверился магу – его колдовство будет не лишним в грядущей битве. Бросив оторопевшим телохранителям, чтобы они оставались на месте, король, сопровождаемый кофийцем, вышел из лагеря и, пройдя с сотню шагов, замер, как вкопанный. Сразу за лагерем вздымалась высокая скала с плоской как стол вершиной. И, на ней залитая светом Луны, стояла необычная колесница, запряженная вороными конями. Правил ими величественный муж, в длинном одеянии из черного шелка. Благородное, классически красивое лицо, обрамляла черная борода. Он тронул поводья и колесница тронулась с места, двигаясь столь же легко и беспрепятственно, словно ехала по каменной мостовой. Вот она остановилась возле двух людей и магнетические черные глаза взглянули в голубые глаза Конана. -Предатель!- Конан развернулся к Пелиасу, вытаскивая меч,- ты решил погубить меня! -Нет, Конан,- покачал головой Пелиас,- я пришел помочь вернуть тебе трон. -Я уже предлагал тебе это, помнишь, Конан? – спросил Ксальтотун. – Во дворце Тараска в Бельверусе? Я сказал тебе, что могу вернуть тебя на трон. -Да, в обмен на повиновение,- прорычал киммериец,- сейчас ты хочешь того же? -Разумеется! -Ну и убирайся в пекло! – рявкнул Конан. – Я тебе не кукла. -Ты все так же пытаешься отрицать очевидное,- снисходительно усмехнулся маг. – Подумай, Конан – разве ты не убедился в моей силе? Разве тебе не сказали, кто я? -Сказали,- буркнул Конан, немного успокаиваясь, - и что с того? -Ты надеялся, что немедийцев выбьют из Аквилонии, когда был в плену и еще ничего не знал обо мне,- продолжал Ксальтотун,- позже ты надеялся, добыть Сердце Аримана, которое сгинуло неведомо где. На что ты надеешься сейчас, киммериец? -На себя!- рявкнул Конан,- я не буду твоей марионеткой. -Не марионеткой, но союзником,- примирительно сказал Пелиас,- времена сильно изменились, Конан и нам всем стоит держаться вместе. -Если ты откажешься, мне придется убить тебя,- произнес Ксальтотун. -А ты попробуй!- рявкнул Конан. -После чего истребить твое войско, так как это было при Валькии,- невозмутимо продолжал Ксальтотун,- а Тарантию будет ждать судьба Волантиса. Ты, может, уже слышал, что с ним стало? Конан скрипнул зубами – до него доносились неясные слухи о страшном бедствии, постигшем чужеземный город, что позволило Олегаро беспрепятственно занять запад Зингары. -Теперь, когда Валерий мертв, я бы мог отдать Аквилонию Амальрику,- продолжал Ксальтотун,- он давно мечтает воссесть на престол объединенной империи. Но так он заберет слишком много власти, поэтому я и хочу вернуть тебе корону. Вдвоем вы неплохо уравновесите друг друга. - А править нами будешь ты? – едко спросил Конан. -Разумеется. Вы оба принесете мне клятву верности. Конан хотел было снова выругаться, но сдержался. Первоначальный гнев прошел и он рассуждал с холодной головой. Как бы он не ненавидел Ксальтотуна, без Сердца Аримана нечего и думать о том, чтобы победить ахеронца. Он напрасно положит свою армию, а страна вновь окажется под властью чужеземных захватчиков, которые выместят на его подданных стародавнюю злобу. -Мне нужно подумать,- бросил Конан,- до утра. Он развернулся спиной к двум чародеям и направился в лагерь. Пелиас. Оглянувшись на Ксальтотуна, кинулся догонять короля. -Мне это нравится не больше чем тебе, Конан, - кофиец прервался, чтобы сделать большой глоток вина, - присягни ему, ради своего королевства. Они вновь сидели за столом в королевском шатре перед кувшином с вином. Но пил один Пелиас – Конан так и не притронулся к вину, мрачно сверля взглядом мага. - Если бы был хоть какой-то выход, я бы встал рядом с тобой, - продолжал он, - но выхода нет…пока во всяком случае. -Что значит «пока»?- быстро спросил Конан. Поколебавшись, Пелиас выложил ему содержание разговора в Алой Цитадели и сговоре с Гликоном и Асаг- Баалом. -Может в Асшае я и смогу найти средство одолеть пифонца,- закончил свою речь кофиец,- но для нужно, чтобы я не вызывал у него никаких подозрений и он убедился в моей лояльности…до тех пор пока я не почувствую себя достаточно сильным. - Ну да, а до тех пор я буду вассалом у этого некроманта,- Конан передернул плечами,- тебе легко говорить, ведь не ты будешь давать ему клятву. -Я дал иную присягу,- пожал плечами Пелиас,- вырванная силой клятва немногого стоит, да и пифонец, я думаю, не раз даст повод ее нарушить. Главное сейчас – усыпить его бдительность и выиграть время. А дальше поглядим. Конан еще раз мрачно посмотрел на колдуна и потянулся за кувшином. Наутро войска так и не сошлись в битве - вместо этого оба военачальника приказали отступить от брода. К нему выехало только четверо – со стороны немедийцев барон Амальрик и сам Ксальтотун, со стороны авкилонцев - Конан и Пелиас. -Я соглашусь на твои условия, чародей,- без лишних прелюдий начал Конан,- если мне и вправду вернут корону, а немедийские войска выведут из Аквилонии. На этих условиях, я готов признать тебя своим сюзереном. Если нет – убей меня сразу и покончим с этим. Амальрик помрачнел, бросив искоса взгляд на колдуна, но тот лишь величаво кивнул, соглашаясь. Вассальная присяга была дана тут же и Ксальтотун торжественно возложил корону Аквилонии на черные волосы Конана. -Можете возвращаться к своему войску Ваше Величество,- произнес Ксальтотун,- дорога в Тарантию свободна. Но не слишком затягивайте торжества– впереди у вас новая война. -Война? – хмуро протянул король,- с кем? -Западные провинции королевства разоряют пикты,- пояснил Ксальтотун, - у них новый вожак, который объединил большинство кланов. Он именует себя Вороном и некоторые поговаривают о том, что он хочет объявить себя королем. -Король пиктов?- усмехнулся Конан,- вот уж и вправду чудо из чудес. Однако он сразу поверил Ксальтотуну - еще в Зингаре он слышал о том, что пикты необычайно обнаглели, с небывалой дерзостью атакуя границы. -Это будет не очередная карательная экспедиция, - продолжал Ксальтотун, - а настоящее завоевание. По ту сторону Великого Леса, есть большие города, один из которых уже стал нашим союзником. Там же стоит и орда, присягнувшая мне. Мы не сможем завоевать всю Пустошь Пиктов, но пробить в нем надежную дорогу, с сетью фортов и военных поселений, думается, тебе по плечу. Квохор очень богатый город и торговля с ним озолотит купцов Немедии и Аквилонии. -Пройти войной через все земли пиктов,- Конан посмотрел на колдуна как на безумца,- хайборийцы не способны на это. -Только хаборийцы да,- кивнул ахеронец,- но им будет подмога. С противоположной стороны леса идут мои дотракийцы и квохорцы. Им помогают несколько племен пиктов, что не покорились Ворону – и также они помогут тебе, когда ты пойдешь войной на Запад. И пойдешь во главе воинов, что яростью не уступят пиктам – настоящих северян. -Что?!- воскликнул Конан, впервые по-настоящему удивившийся,- откуда? -С Севера,- усмехнулся колдун,- несколько киммерийских кланов и одно из племен асов, ушли на юг, спасаясь от мертвецов Вамматар. Сейчас они разбойничают в Гандерланде и Пограничном Королевстве, грабят подданных твоих и Амальрика. Я бы мог рассеять и истребить их, но решил, что ты найдешь им лучшее применение. Убеди их присоединиться к твоему войску и расскажи, что они могут расселиться на тех землях, что отвоюют у пиктов. Конан кивнул, чувствуя, что в его новом статус впервые обнаружилось хоть что-то приятное. Пикты издавна были заклятыми врагами киммерийцев, а уж возможность схватиться с ними бок о бок с соплеменниками, словно возвращала короля во времена бурной и кровавой молодости. -Ладно,- буркнул Конан,- твоя взяла, чародей. Я буду идти рядом с тобой, как и ты рядом со мной – и мы посмотрим, куда нас приведет эта дорога. За возможность срубить пару сотен пиктских голов, я, возможно, и не стану вспоминать, как и где мы впервые познакомились. «Но уж точно и не забуду об этом»,- подумал Конан, угрюмо ощерившись в ответ на змеиную улыбку чародея.