Разжечь пламя во льду

— Мисс Крайтон! — рявкнул голос и я, перестав рисовать в своей тетради страшные картины моего прошлого, со скучающим видом посмотрела на старую, скрюченную старуху в очках, которая буквально убивала меня взглядом своих пустых, как стекляшки, глаз. — Да, миссис Эванс? — разорвал звенящую тишину мой голос и парочку моих однокурсников рвано выдохнули. Кажется, от страха дышать перестали. — Раз вы так хорошо слушали, то может скажете, о чем я сейчас рассказывала? — предвкушающе ухмыльнулась она, записывая каракули в своей толстой тетради. Я не удержалась и закатила глаза. Вот карга, вечно пытается меня подловить. Но увы, я не пальцем делана, поэтому, с гордым видом я тут же стала рассказывать: — 4 июля 1776 года заседавший в Филадельфии Конгресс принял Декларацию об отделении от Англии. Декларация провозглашала создание независимого государства — Соединенных Штатов Америки. Ее автором был Томас Джефферсон, ставший одним из виднейших деятелей Войны за независимость. В Декларации независимости провозглашался принцип народного суверенитета и право народа на свержение власти, нарушающей его права. Декларация провозглашала равенство людей и такое неотчуждаемые права человека, как жизнь, свобода и стремление к счастью. Король Англии… — Хорошо, достаточно! — невежливо перебила меня учительница и заскрипела ручкой по бумаге, с силой надавливая на нее. Я невольно поморщилась и начала рисовать то, как убивают эту каргу разными способами. Миссис Эванс настоящая патриотка. Каждый урок говорит про США, хотя мы итак все знаем, так как живем в этой стране, и притом она так монотонно рассказывает, что все клюют носами над тетрадями. Так что у меня сил не хватает, чтобы сделать вид, что я очень внимательно слушаю. Ну не заслуживает просто. За это старуха меня и возненавидела с самого первого дня, как я учусь в этом университете. И не только она одна, а вообще вся женская половина. Конечно, красивая внешность, звонкий голос, белоснежная кожа без единого изъяна, привлекательная грудь и круглые бедра, даже мой запах привлекает всех мужчин. Только они не догадываются, что это все не просто так. Я вампир. Хищник. А они по сути моя добыча. Моя внешность специально притягивает их, завлекает в путы, чтобы потом я с легкостью могла насытиться их кровью. Но я не пью человеческую кровь, им повезло. Я не хочу этого, хоть у меня превосходный самоконтроль, но этот запах крови… Он легко может все разрушить. Поэтому я всеми силами пыталась уменьшить свою красоту. Сплела дурацкие африканские косички с фиолетовыми нитками, стала мазать на них всякие масла, чтобы выглядели кошмарнее. Надевала безвкусную, мешковатую одежду. Но нет, этим парням хоть бы хны. Только всякие шепотки поползли, мол, совсем с ума сошла. И я перестала устраивать такой маскарад, но оставила косички и плюс к этому, к великому неудовольствию моей сестры, покрасила все волосы в фиолетовый. Мне это понравилось, только брат посмеивался, ну и черт с ним. Я все равно отомстила. До моих ушей донеслись тихий шепот с последних рядов: — Да брось, Питер, она тебя опять продинамит… — я еле сдержала раздраженный вздох. Опять этот ловелас Питер. Ни одну юбку не пропускает, кретин. Брат рассказывал, что у них есть какая-то тетрадочка, где они записывают, кхм, свои «победы». Мерзость. А еще говорил, что если кто-то из этих дураков сможет меня затащить в постель, то его будут считать Царем. Ну приехали… А ведь и правда, они все ко мне лезут с подарками, с поцелуями, с намеками. Только я их всех профессионально обламываю. Так что «победить» недоступную меня это великий подвиг… Повторюсь, мерзость, мерзость и еще раз мерзость! Внезапно я услышала как воздух разрезает что-то легкое и ко мне на парту упал клочок скомканной бумаги. Нахмурившись, повернула голову вправо и наткнулась на ухмыляющегося брата. Фредерик. Красавец, с синими волосами. Когда я покрасила волосы в фиолетовый, он решил за компанию покрасить и свои. Ему очень идет. Так же ему приходится носить темные линзы, чтобы скрыть свои алые глаза, но это нисколько не портит его вид. От одной его улыбки в обморок падают все девушки университета от разрыва сердца. Их вздохи слышатся повсюду, стоит только ему появится в их поле зрения. Хитрый, наглый парень. Так же, как и Питер, не пропускает ни одной юбки, но руки не распускает, а держит себя в узде, но только не тогда, когда охотится. А охотится он кошмарным образом и его вечно тянет к невинным девушкам. Приходится мне постоянно за ним следить. Вроде бы Фред нормальный, но его глупые шуточки, подколки, ехидные взгляды меня выбешивают, за что он часто получает от меня на орехи. На его ухмылку я ответила убивающим взглядом и красноречивым жестом послала его куда подальше, но это вызвало у брата лишь смех, который мастерски спрятал за кашлем. Неодобрительно покачав головой, я повернулась назад и заметила Питера. Накаченный, с ямочками на лице. Его хищные серые глаза показали на клочок бумаги. Незаметно от учительницы взяв его, развернула и прочла послание, написанное ровным почерком: Может поговорим после пар в кабинете биологии? Пора заканчивать этот спектакль. Нужно поставить этого кобеля на место, а то все наши девчонки пострадают от него. Поэтому, вновь повернувшись к нему, я кивнула. Тот сразу довольно улыбнулся, даже противно стало и я поспешила отвернуться, слыша, как этот бабник хвастается перед своими дружками. Краем глаза заметила, что мое внимание пытается привлечь Фредерик, который явно услышал разговоры тех мерзавцев, но я упорно его игнорировала, закрывшись стеной из множества косичек. Нужно было продумать план по укрощению наглости, гордости и разгульного образа жизни Питера. Но как назло прозвенел звонок и пришлось делать ноги от своего братца. Поспешно кинув в сумку свои вещи, я буквально вылетела из аудитории, чуть не столкнувшись в дверном проеме с учителем химии, который явно поседел на пару волос еще больше, испугавшись от неожиданности. Извинившись перед ним, я побежала по коридору, но не успела пробежать пару метров, я услышала, что Фред похоже столкнулся со старым учителем, который точно теперь лежал на твердом полу. — Мистер Крайтон, немедленно к директору! — завизжала на этого бедолагу миссис Эванс, помогая подняться своему коллеге, искавший в это время свои очки на полу. Брат выпрыгнул из аудитории, как ошпаренный, и, посмотрев на меня взглядом, а-ля тебе не жить, понуро потопал в другую сторону, к кабинету директора. Я же, как и все однокурсники, осталась смотреть ему вслед. Ему точно или назначат отработку, или этот жадный директор с толстым пузом и крысиным взглядом, постоянно смотрящим на стройные ножки девушек, начнет доить деньги с родителей. Одно из двух, третьему к сожалению быть не дано. — Бедняжка… — всхлипнула одна из девушек, смотря в ту сторону, где скрылся Фредерик. — И как ей не стыдно-то так подставлять собственного брата?! — возмущенно шипела, похожая на девушку легкого поведения, Камилла своим безмозглым подругам. А те в свою очередь закудахтали, как курицы. — Да она крашенная дура. Губы надула, а грудь увеличила. Носит вон линзы, чтобы выглядеть экзотично. Вон, все мальчики за ней только и бегают. Раньше уж эта Мэрилин точно была плоской, как доска. А теперь похожа на проститутку. У таких, как она, нет совести! — и кивнув друг другу стали прожигать меня злыми взглядами. Невинно улыбнувшись им в лицо, я направилась в столовую. А нечего было за мной гнаться Фреду. Пусть знает, что это всегда оканчивается плохо. И да, я вообще на проститутку не смахиваю, а вот эта Камилла, ходящая чуть ли не голой в ужасно короткой юбке и глубоким вырезом на груди, очень может быть. И куда только учителя смотрят?.. А этот поход к похотливому директору ненадолго задержит любопытного Фредерика, который всегда узнает наши хитрости и проказы, но зато у меня было в запасе время, чтобы все продумать. А когда все будет готово, выложу брату. Поправив сумку на плече и весело насвистывая, неспешно последовала за голодными однокурсниками, которые чуть ли не бегом бежали вперед, к источнику энергии, чтобы набить свои голодные желудки. Даже чуть не уронили добродушную библиотекаршу, которая всегда им помогала найти нужную книгу. Да, голод — это страшная вещь…