Разжечь пламя во льду

Через некоторое время город остался позади. Мимо нас стали мелькать богатые коттеджи и виллы, но и те вскоре пропали из виду, пока мы ехали к нашему дому, находящемуся на опушке огромного леса, темнеющего вдалеке. Мы проскочили пару поворотов и Фред снизил скорость. Завернув еще раз вправо и проехав по грунтовой дороге, добрались до нашего уютного гнездышка. Дом довольно большой, стены все стеклянные. Рядом стоит внушительный гараж, в котором мы и оставили любимого железного коня братца, после чего направились ко входу в наш шикарный "аквариум". Широкая гостиная встретила нас тишиной. Около окна стояла пара кресел, в вазах, стоящих на полках, цвели красивые розы. Огромная, хрустальная люстра хорошо освещала помещение, деловито поблескивая отраженными от стекляшек лучами. На одном из диванчиков выжидающе сидели родители и сестричка Корентайн, которая тут же нахмурилась. — Ну и что ты снова натворил?! — повысила голос неугомонная вампирша, взмахнув длинными, русыми волосами. — Кора, спокойней, — мягко сказала ей мама, покачав головой. После этого сестра замолкла и прожгла нас своими алыми глазами. Лишь отец не проронил ни слова, делая вид, что увлеченно читает газету. Но отрешенный взгляд выдавал его. Переглянувшись с братом, мы расселись по креслам и стали ждать. Эта семья не моя родная. Вампиры не могут иметь детей, но они собираются в кланы, как мы, или живут поодиночке. Почти все кочуют с места на место, охотясь на людей, а мы же ведем более оседлый образ жизни и переезжаем лишь для того, чтобы не выдавать себя. Много-много лет назад я присоединилась к паре вампиров — Виктору и Антии. Они мне стали как родные. Вик имеет аристократичную внешность: высокий рост, широкие плечи, длинные волосы цвета воронова крыла, которые всегда собраны в хвост. Когда-то давно он начал работать врачом, что продолжается и по сей день. Характер обычно мягкий, но если довести, то все, спасайся кто может. Всегда гадаю над тем, сколько ему лет, но этот интригант никогда не говорит. Имеет дар. Может общаться мысленно в тот момент, когда другие этого хотят. И он всегда как-то понимает это. Еще он может создать мысленное общение, когда вся семья общается мысленно друг с другом. Но это отнимает силы, поэтому пользуемся этим лишь в крайних случаях. Антия — милая, добрая, тихая женщина. Ее каштановые волосы, переливающиеся медным цветом, красиво обрамляют лицо. Она небольшого роста, на вид очень хрупка. Все мы готовы порвать любого, кто посмеет тронуть ее. Ведь она — наше сокровище. Потом в нашей семье появился Фредерик, которого обратила именно я, как и Корентайн. Они оба не имеют никаких даров. Только хитрость. Если они задумают что-то вместе, то это апокалипсис. Мало ли что им может взбрести. И оба питаются человеческой кровью, отчего у них глаза алые, но скрывают их, надевая линзы. Всегда когда они отправляются в город на охоту, мне приходится идти с ними, чтобы те не натворили непоправимого. Родители тоже раньше питались человеческой кровью, но я смогла их убедить перейти на животную. Поэтому у нас троих, точнее у них, желтые глаза. У меня же глаза серые с желтыми крапинками. Почему так — неизвестно. Прошло пару минут, пока отец наконец соизволил убрать в сторону эту макулатуру и обвел тяжелым взглядом нас двоих, выгнув брови. — И что вы натворили? — увидев наши, будто бы ничего непонимающие взгляды, он возвел глаза к потолку, — Звонил мистер Джонс, сказал, что с завтрашнего дня у Фредерика начинается отработка. Так что мы ждем ваших объяснений. Брат взглянул на меня и хотел было ответить, но я тут же наступила ему на ногу и, увернувшись от летящей в меня подушки, затараторила: — Ничего такого, Вик. Просто из-за одной личности Фред погнался за мной, намереваясь добыть у меня информацию, и столкнулся с учителем химии, отчего тот оказался на полу. А наша горячо «любимая» миссис Эванс в шею погнала братца к директору. Ну вот и результат, — поспешно прожгла взглядом Фреда, чтобы тот не смел ничего ляпнуть про Питера. Братец мигом все понял и тут же закивал головой, как китайский болванчик, подтверждая мой короткий рассказ. — Что-то не верится… — прищурилась на нас зараза-сестричка и принюхалась, как гончая, — От Мэрилин сильно пахнет человеком. Тут-то Рик, как конь, захохотал в голос. Даже мой подзатыльник никак не подействовал на него. Взял и сдал чуть-ли не с потрохами. Родители переглянулись, поглядывая на своего приемного сына, как на душевно больного. — Ну да, да. Было кое-что, но вам лучше не знать. Поверьте. Особенно тебе, Кора, с твоим то острым языком, — хмуро заткнула, пытающуюся что-то вставить, сестру, после чего та обиженно надула губы. — Ладно, поверю, — рассеянно пробормотал Виктор, задумчиво почесав затылок. Его странное поведение не укрылось от нас. Даже Фредерик тут же затих и вопросительно посмотрел на всю женскую половину семьи, но мы тоже были в неведении и лишь пожали плечами. Антия заерзала на месте, чувствуя себя немного обеспокоенно, но она не знала, как подступить в этот момент к своему мужу. Вампирша умоляюще посмотрела на меня, зная, что я всегда умею разговорить главу нашего клана. — Кхм, отец, — я медленно подошла к вампиру и, переступив с ноги на ногу, продолжила, — Ты уже пару дней себя странно ведёшь. Что-то случилось? Мужчина сильно зажмурился, будто его мучила сильная головная боль, и, тяжело вздохнув, поглядел на нас: — Я давно хотел с вами поговорить. Но не знаю, как вы отреагируете на это… — Неважно как мы отреагируем, дорогой, ты главное говори, не нужно держать все в себе, — мягко сказала мать, сжав руку мужа. Мы втроём синхронно кивнули и стали ожидать новостей от отца. Я села по другую сторону от него и, подперев подбородок рукой, прикрыла глаза, готовясь слушать. — В общем, это связано с моим прошлым, — начал неуверенно Вик, — Конечно, я не должен был все скрывать. Я… Я Викториус Вольтури. Четвёртый правитель Вольтерры. Моя челюсть познакомилась с полом. Четвёртый правитель самого королевского клана сидит рядом! Ну это же придумать такое просто невозможно. А тут на тебе, сущая правда. Тем временем Вик продолжал говорить. — Мне больше двух тысячелетий, но я намного младше своих троих братьев. Около полутора тысячелетий назад я решил покинуть их, понимая, что я лишний среди них. Я не был как они. Не гнался за властью. Казни я просто не выносил… Кочевал по миру, пока не встретил Антию… Простите, не хотел от вас этого скрывать. Нужно мне было все раньше сказать, — каялся он перед нами. В гостиной настала гробовая тишина, нарушаемая лишь монотонным тиканьем часов. Мысли в голове жужжали не хуже самих пчел. Вся семья молчала, не зная, что сказать на это. Взглянув на их лица, я откашлялась: — Отец, не вини себя, — сжав его плечо рукой, в знак поддержки, продолжала, — У всех тут скелеты в шкафах. Правда, твой оказался таким, что все тараканы в голове подняли бунт… Но это не страшно. Да, ты очень нас удивил, рассказав про свое прошлое. Но поверь, мое прошлое намного кошмарнее. Конечно, я сохраню все в тайне, пока ещё не готова рассказать все вам. А ты освободился от этого груза. Не кори ни в чем себя. Даже если бы ты был графом Дракулой, я бы не отвернулась от тебя ни за что на свете. Для меня ты стал отцом на веки вечные. Свое мнение я не изменю, — добавила твердо я. Остальные тоже очнулись и подтверждаще загалдели, но тут же смолкли с улыбками на лицах. Глава клана поднял на нас удивленный взгляд, словно не ожидал от нас такого. А потом я внезапно оказалась в его крепких объятиях. — Спасибо, Мэри… — зашептал мне на ухо вампир, — Ты тоже навеки будешь для меня любимой дочерью. В миг мы оказались двоем в объятиях Антии, Фреда и Кора. Как бы мы все не ссорились из-за всяких пустяков, но наша любовь и привязанность друг другу останется навсегда такой же крепкой и нерушимой.