Мастера головоломок

После очередной изматывающей тренировки Акулы собрались в кафетерии и занялись каждый своими делами. Рамиро прилёг на диване немного отдохнуть и почти сразу задремал, Эмилия что-то делала в своём телефоне, Бенисио — в своём, Росита подпёрла щёку рукой и тоже закрыла глаза, так что создавалось впечатление, что и она заснула, а Симон и Амбар вышли на сцену и занялись музыкой. Симон взял гитару, и они начали петь песню Solos. Эмилия устало закатила глаза, едва заметно покачала головой, почему-то кинула короткий взгляд на Бенисио и снова уставилась в свой телефон. Росита проснулась от громкой музыки и с интересом посмотрела на поющих Симона с Амбар: эту песню она пока не слышала, хоть и знала, что у них под неё будет танец на фестивале. Бенисио от телефона не оторвался, как будто даже не услышав, что кто-то поёт, равно как и Рамиро никак не показал, что слышит то, что происходит вокруг, а это означало только то, что он действительно крепко заснул. Но кто может его в этом винить? Ведь он работал и катался, и всё это ему надо было сделать хорошо, и это, кстати, пока что удавалось, пусть и не без труда. — Juntos solos contra el mundo Una voz por un segundo El silencio una mirada, llévame Juntos sin decirle a nadie Tómame, yo soy culpable Con un beso, una mirada, llévame Llévame! На этой ноте песня и закончилась, и вдруг почему-то проснулся Рамиро, как будто его разбудила резкая тишина. Он огляделся, немного поморщился при виде всего окружающего, а потом задумал снова слегка вздремнуть, но ему помешали. Пришёл Гари, за ним по обыкновению появилась и Хулиана. На сегодняшей тренировке они почти не присутствовали, только проследили за процессом в самом начале, чтобы убедиться, что Акулы ещё не забыли танец, и ушли куда-то. Из-за этого обстоятельства Red Sharks были немного обижены на своих руководителей и проследили за ними сощуренными взглядами, а когда они встали около сцены, переглянулись и хмыкнули. Амбар и Симон, которые вообще-то хотели спеть ещё что-нибудь вместе, сели на сцене, свесив ноги, и приготовились слушать, как и остальные. — Итак, приближается ещё один Open, — начал Гари. — Приближается, — фыркнул Рамиро. — до него ещё как до Фестиваля. — Приближается Open, — повторил Гари, зло посмотрев на Рамиро. — И я хочу, чтобы вы в нём участвовали. — Мы ведь и так участвуем, — пожал плечами Бенисио. — Я уже думал над тем, какую песню взять. — Нет, вы будете выступать не по отдельности, и не первичным составом, а все вместе, с Роситой и Симоном, — покачала головой Хулиана. После этих слов Бенисио нахмурился и посмотрел на Симона, который держался с Амбар за руки. Эмилия же коротко оглядела Роситу таким взглядом, как будто вообще сомневалась, что она может петь. — Но зачем? — вопросил Рамиро. — По-моему, наоборот, было бы круто, если бы мы по отдельности выступили. — Нет, Рамиро, круто будет, если вы выступите вместе. Нужно, чтобы вас увидели именно таким составом, чтобы к вам привыкали, — объяснил Гари. — А ещё это пойдёт на пользу вашему командному духу. На катке вы пока как команда не выглядите, но, может, получится стать едиными на сцене, — вздохнула Хулиана. Она явно скучала по Roller Team, где царили умиротворение и покой, не считая, конечно, тех моментов, когда пары ссорились и не могли кататься вместе. Но они всегда быстро мирились и снова катались, и снова всё было хорошо. — Я всё никак не пойму, — начал Бенисио, который принимал все обвинения в сторону командного духа как личные оскорбления. — Чего вы хотите от нас? Мне кажется, что только вы и не видите в нас команды, а на самом деле… — Нет, Бенисио, вы ведёте себя как чужие люди. Вам нужно просто получше узнать друг друга, вот и всё. Тогда, я уверена, всё получится, — тоном, не принимающим никаких возражений, сказала Хулиана. — Советую провести какой-нибудь душевный разговор и выбрать песню для Open. Удачи. И она ушла. Гари на её слова кивнул и тоже скрылся. Red Sharks немного презрительно переглянулись и фыркнули. — Интересно, что они подразумевали под «душевным разговором»? — фыркнул Рамиро. — Разговор, с результате которого мы узнаем друг друга получше? — предположила Амбар. — Они так говорят, как будто мы друг друга плохо знаем, — закатил глаза Рамиро, снова заваливаясь на свой диванчик и ложась на нём, подсунув руки под голову. — Вообще-то мы правда мало что знаем друг о друге, — осторожно заметил Симон. — Я так вообще только Амбар знаю. — Так давайте, расскажите о себе, — как будто с сарказмом, а как будто и вполне серьёзно предложил Бенисио. — Ну нет, я в этом участвовать не собираюсь, — оборонительно подняла руки Эмилия и поднялась со своего стула. — Удачно поговорить, — она усмехнулась и ушла в сторону раздевалки. Все оставшиеся предположили, что она пошла кататься, но вслух ничего не сказали, а только вздохнули. — Ну ладно, о ней нам расскажешь ты, — сообщил Бенисио Росите. — Так кто начнёт? — все потупили взгляды. — Какие все таинственные, — закатил Бенисио глаза. — Ладно, давайте я начну. Как некоторые знают, я приехал из Италии. Там я выигрывал несколько соревнований, но занимался одиночно и выступал тоже один, у меня даже не было партнёрши. Потом приехал в Буэнос-Айрес, потому что родители посчитали, что я должен учиться: и для них я учусь в университете, но на самом деле даже не подавал документы. Я услышал про кастинг в Red Sharks, всё разузнал и про Гари, и про Хулиану, и решил, что стоит попробовать. И вот он я, перед вами. Давайте следующий. — Хорошо, я расскажу свою увлекательнейшую историю, — усмехнулся Рамиро. — Мы с родителями приехали сюда из Чили. В Сантьяго я катался с одними ребятами, но это были уличные роллеры, хоть и крутые, но с ними мне успеха было не добиться. Переехали мы, по-банальному, из-за работы отца, но тут они против меня взбунтовались и сказали, что я должен пойти учиться, и что ролики — это детское увлечение, на котором я далеко не уеду. И тогда я ушёл из дома. — Где ты теперь живёшь? — вдруг заволновалась Росита. — У одного знакомого, — уклончиво ответил Рамиро. — Давайте дальше. Амбар? Симон? — Ну… — хором промычали они, а, заметив, переглянулись и хихикнули. — Роллер существует уже давно. Точнее, существовал, — взялась за рассказ Амбар. — Раньше управляющей здесь работала Тамара. При ней и создалась та команда, которая сейчас с нами соревнуется. Но в ней были ещё мы с Симоном. В то время я встречалась с Маттео, но потом в Буэнос-Айрес приехали Валенте, и Маттео ушёл к Луне. Потом мы с Симоном начали встречаться, а потом я ушла из этой команды. Как раз тогда Роллер закрывался из-за больших долгов, и мы бы всё равно остались ни с чем, а я хотела найти новую команду, в которой у меня будет возможность развиться. Здание выкупил Гари. Он как-то смог переманить к нам Хулиану, скорее всего, каким-то шантажом, но я не уверена. И они начали кастинг в новую команду — Red Sharks. А дальше вы и сами знаете. — Отлично. Теперь давай, Росита, самое интересное напоследок, — хихикнул Рамиро. — Не так уж это и интересно, — немного обиженно хмыкнула Росита, но всё-таки задумалась. — Ну ладно. Мы с Эмилией знакомы с самого детства и всегда соперничали. Сидели мы с ней за одной партой, и всегда и везде оказывались в паре, так что все считали нас подругами, но мы никогда не были подругами и вряд ли когда-нибудь в будущем станем: она не нравится мне, а я не нравлюсь ей. Но мы вели холодную войну, поэтому никто не догадывался, что мы с ней не дружим. Эмилия всегда думала, что я во всём за ней повторяю, хотя это были всего лишь совпадения, как тогда, когда был приём в балетную школу. Нам было по пять лет, и, наверное, с того всё и началось. Эмилия прошла успешно, а на следующий день появилась и я. Я даже не знала, что она тоже здесь. Но в итоге мы вместе занимались балетом до двенадцати лет, пока Эмилия не бросила. Я ушла только пару лет назад после того, как повредила ногу. И катались мы тоже с ранних лет, но я никогда не видела в роликах привлекательного будущего. А Эмилия начала кататься профессионально уже в двенадцать, как раз, когда ушла. Ну, а когда я ушла и искала какую-нибудь замену балету, то вспомнила про ролики. Я понятия не имела, что Эмилия тоже до сих пор катается. В Мексике я состояла в одной команде, но они распались после того, как от нас ушёл тренер, и тогда я переехала в Буэнос-Айрес. С Франко мы начали встречаться уже когда я ушла из девятого класса. Эмилия тоже когда-то была в него влюблена, — на этом моменте рассказа Бенисио фыркнул, как будто подумал, что это шутка, но Росита посмотрела на него серьёзно, и он нахмурился, но продолжил слушать. — Она узнала от каких-то наших общих знакомых, что мы с ним встречаемся, и, наверное, ещё больше возненавидела меня. И теперь наверняка снова думает, что я пришла в эту команду, чтобы показать, что я лучше её, хотя это просто совпадение, я даже не знала, что она тоже уехала из Мексики. — Ты и правда не оправдала моих ожиданий, — после недолгой паузы сказал Рамиро. — Я думал, будет какая-нибудь интересная история с кучей тайн и внезапных поворотов. — Я же говорила, — усмехнулась Росита. — Так Эмилии и правда нравился этот… Франко? — запоздало возмутился Бенисио. — Да, я же сказала, — кивнула Росита. — А что? — Ничего, я просто думал, что она… Неважно, — качнул головой Бенисио. — Ну так что, думаете, теперь мы станем командой? — Хотелось бы надеяться, — вздохнула Амбар. — А то если Хулиана убедит Гари, что мы плохо катаемся, он разгонит нас по углам и создаст новую команду. Они все хотели думать, что этого не будет, но за короткий срок существования рядом с Гари, поняли, что он вполне может так поступить и даже не моргнёт глазом на просьбы. Первым вздохнул Симон: — Ну что? Может, выберем песню для Open? — предложил он, чтобы разрядить обстановку. — Не сегодня, — покачал головой Рамиро. — Давайте лучше завтра решим, что делать с Open и всем остальным. Все молча согласились с ним, почувствовав, что даже не могут вспомнить подходящих песен, не говоря уж о том, чтобы что-нибудь спеть. Амбар с Симоном начали собираться по домам: она убрала в свой рюкзак текст Solos, который они с Симоном написали совсем недавно, а он аккуратно положил гитару в чехол. Попрощавшись со всеми, они ушли, держась за руки. Рамиро, наблюдающий на этим процессом, закатил глаза, и, тоже встав, посмотрел на Бенисио, сидящего на стуле с отсутствующим видом. — Бенисио, идёшь? — несмотря на то, что больше Рамиро не доходил с Эмилией и Бенисио до дома, а всегда сворачивал раньше — на работу, — они всё равно ходили вместе и успевали о чём-нибудь поговорить. А сейчас, когда Эмилия обиделась непонятно на что, они остались вдвоём, а это, хоть и не то же самое, что с Эмилией, но всё же веселее. Рамиро не хотел бы идти один. — Нет, иди, я потом, — качнул головой Бенисио и, чтобы отвлечь от себя подозрения, заказал у Педро ещё один коктейль. — Ну ладно, пока, — пожал плечами Рамиро и ушёл, не показав того, что отказ Бенисио его немного расстроил. Он прошёл прямо мимо Эмилии, но не заметил её. Впрочем, её не заметили ни Амбар, ни Симон, ушедшие до Рамиро, поэтому мы не можем его винить. Эмилия всё это время стояла около двери в раздевалку, её не было видно, зато она видела и слышала всё прекрасно. Росита, тоже уже собравшаяся уходить, вдруг остановилась и посмотрела на Бенисио. — Бенисио? С тобой всё в порядке? — спросила она, не рискуя сдвинуться с места и подойти к нему поближе. — Да, — отпив половину содержимого своего стакана, кивнул Бенисио. — Точно? — нахмурилась Росита. — Точно. Он видел, как Росита ушла. Ему, наверное, стало приятно, что ей на него не всё равно, а Рамиро предпочёл бы идти вместе с ним, чем одному (в Италии так себя с ним никто не вёл), но что-то остановило Бенисио от того, чтобы тоже уйти. Он даже не знал, о чём думал всё это время, сидя, как последний неудачник, один и потягивая коктейль через трубочку. Не знал, пока из-за угла внезапно не появилась Эмилия. Она медленно села рядом с ним и откинулась на спинку стула, сложив руки на груди. — Эмилия? Я думал, ты уже ушла, — усмехнулся Бенисио. Он немного испугался её резкого возвращения, и ему вдруг показалось, что она может читать его мысли, но своим видом он волнения никак не выдал, да и волнение это быстро удалось сгладить. — Нет, не ушла. Но уже собиралась, — кивнула Эмилия. — А что, не рад мне? — Почему ты ушла? Так боялась рассказать о себе? — игнорируя её выпад, спросил Бенисио с некой обидой в голосе. — Думаю, Росита успела вам много чего обо мне рассказать, — будто в чём-то обвиняя Бенисио, буркнула Эмилия. — А я думаю, что лучше бы мы не от неё, а от тебя самой узнали, что тебе нравится этот Франко, — продолжил он. — Вообще-то нравился, и это было сто лет назад, — закатила глаза Эмилия. — Теперь никто мне уже не нравится. — Ясно, — не выпуская из зубов несчастную трубочку, промычал Бенисио и, наконец, осушил стакан. Эмилия посмотрела на него, нахмурившись, но решила ни о чём не спрашивать — она же сама видела, что на расспросы Роситы он ничего путного не ответил, а значит, и ей не удастся узнать, что же такого на уме у Бенисио. Поэтому Эмилия просто огляделась и вздохнула: — Значит, Рамиро уже ушёл? Мы идём домой одни? Бенисио покачал головой (он выглядел довольно странно, держа в руках свой пустой стакан и рассматривая его изнутри) и пробормотал: — Я ещё посижу, иди одна. — Ну… Ладно, — настороженно кивнула Эмилия и встала со стула. — До завтра. Бенисио кивнул ей на прощание и проводил её взглядом до выхода. Она обернулась и немного приподняла уголок губ. Бенисио не успел улыбнуться ей в ответ, потому что она уже ушла, и после её ухода вдруг стало как-то пусто. Отмахнувшись от назойливых мыслей, Бенисио снова позвал Педро. *** Рамиро сам не знал, когда успел привыкнуть к Ям и понять, что без неё довольно скучно. Они работали вместе всего, ничего, а разговаривали за всё это время от силы раза два, если не считать приветственных кивков. И однако она постоянно была рядом, и это немного успокаивало. А когда она замечала, что Рамиро смотрел на неё, она начинала вести себя крайне забавно — то уронит поднос, то споткнётся на ровном месте, а иногда и то, и другое одновременно. Заметив эту закономерность, Рамиро стал чаще задерживаться на ней взглядом, а это не могло не дать какие-никакие плоды. Теперь он знал всё её лицо, и всю её фигуру наизусть. А иногда он вспоминал её растерянный вид, когда она замечала на себе его взгляд, и тогда на лице его расцветала глупая улыбка, за которою Эмилия обычно толкала его в плечо, чтобы он пришёл в себя. А пришёл в себя Рамиро только когда уселся на один из диванчиков в кафе. Посетителей было неприлично мало, но это шло ему на руку — он мог немного отдохнуть. Но сейчас, только усевшись на диван, он наоборот как будто очнулся. Он даже плохо помнил, как пришёл на работу, как переоделся и как обслужил нескольких клиентов. Кажется, недостаток сна всё-таки брал своё — совершенно очевидно, что спать полтора часа в сутки недостаточно для активного, работающего человека. Но что делать, если спать некогда? У него была такая возможность только на работе или иногда в Роллере, когда тренировка заканчивалась раньше обычного, и они всем акульим составом сидели в кафетерии. Рамиро зевнул и хотел было действительно чуть-чуть прилечь, но звякнул колокольчик, и он глянул на дверь. Для Ям опаздывать было вполне обычным делом, и ей даже почти перестали делать выговоры, но она каждый раз выглядела так, как будто опоздала на туда, где её ждали полтора человека, а туда, где без её присутствия может кто-нибудь умереть. После того случая на площадке для Роллеров Рамиро не удавалось увидеть Ям, и сейчас он, вероятно, был рад тому, что она пришла. Ему было стыдно признаться самому себе, что за все сорок минут, что он уже присутствовал на рабочем месте, он даже не заметил того, что Ям пока не пришла. Ему точно надо было спать дольше. Ям вышла из помещения для персонала, повязывая форменный передник, а когда оглядела зал, с ужасом поняла, что клиентов нет, а за дальним столиком сидит ни кто иной, как её коллега Рамиро. И он звал её присесть к нему за столик. По коже Ям пробежал холодок, как будто она оказалась в неплохо снятом фильме ужасов. Несмотря на опасения, она всё-таки медленно направилась к нему. Собственно, другого ничего она сделать и не могла — посетителей не было, значит, ничто не может помешать ей сесть рядом с ним и о чём-то поговорить. — Привет, Рамиро, — ляпнула она, присаживаясь на краешек стула напротив него. — Давно ты пришёл? — Где-то час назад, — прикинул он. — Тебя не уволят за эти опоздания? Ям пожала плечами и посмотрела в стол, не рискуя посмотреть на Рамиро. — Смотрю, ты постоянно бегаешь, убегаешь. Как тогда, когда ты должна была сказать, кто лучше — мы или те. — Я не… Так получилось, — вздохнула она. Именно этой темы она опасалась. — Ты так спешила, что не могла одно слово сказать? — продолжал Рамиро. Спасала положение только его улыбка, иначе бы Ям подумала, что он и правда её обвиняет. — Нет, я никуда не спешила. Хотя вообще-то чуть-чуть… Но ушла я, потому что не могла сказать, кто лучше. Я ничего не понимаю в роликах. Хотя я умею кататься… Но всё равно ничего не понимаю. Ох, какой ужас… — Да ладно, я всё понял. Только Эмилия разозлилась. Уверен, когда она тебя увидит в следующий раз, тебе будет уже не уйти, — усмехнулся Рамиро и зевнул. — А ты… Ты на меня не злишься? — спросила она, поджав губы. Вопрос прозвучал глупо не только в её голове. Рамиро засмеялся. — Нет, не злюсь, — покачал головой он. Видеть, как она краснеет и задаёт забавные вопросы, доставляло ему удовольствие, и он как будто чувствовал себя дома. — Так ты учишься в университете? — Да, да, на дизайнера одежды, — вымученно кивнула Ям. В отличие от Рамиро, ничего, кроме неловкости и небольшой тревоги, она от этого диалога не получала. Но раз зашёл такой разговор, она могла попытаться что-нибудь узнать о самом Рамиро. — А ты… Ты где учишься? — Я нигде не учусь. Я только катаюсь, это моя работа, — снова зевнул Рамиро, который, похоже, выбранной темой разговора был не очень заинтересован. — Так ты тоже умеешь кататься? — Нет, я не то чтобы… Я не танцую на роликах, а просто умею кататься. На роликах и на коньках, — зачем-то уточнила она. — А как у тебя с пением? Скоро, как я знаю, намечается Open, может, ты споёшь? — поинтересовался Рамиро. — Open? Это там, где ты тогда пел с остальными? — хоть Луна, Нина и Джим ей объясняли, что это за мероприятие, но из головы всё уже успело выветриться, тем более, что напротив сидел Рамиро. Она не хотела казаться глупой, но всё получалось как раз наоборот. — Да. В этот раз мы тоже будем выступать. А ты? — повторил вопрос Рамиро. — Не знаю. Не знаю, хватит ли у меня времени. Ещё дома надо прибраться. В общем, куча дел, — с притворной весёлостью пропела Ям. — Ну, мне это не грозит, — тихо проговорил Рамиро скорее самому себе, чем ей, но она всё равно услышала. Позади Ям звякнул колокольчик, и в кафе ввалилась компания из четырёх человек. Она вздохнула и повернулась к Рамиро, смотревшего на посетителей безразличным взглядом. — Эти — твои, — сообщил он, но Ям и без того знала, что теперь её очередь обслуживать клиентов. Она медленно встала и пошла к занятому столику. Вроде бы теперь она чувствовала облегчение, что не придётся позориться перед Рамиро и говорить какую-нибудь ерунду, чтобы поддержать разговор, однако тот факт, что она только что в принципе с ним вполне мило разговаривала, не мог не радовать. Поэтому, когда Ям записывала заказы посетителей, её одолевали смешанные чувства, и она не рисковала посмотреть на Рамиро ни тогда, когда принимала заказ, ни тогда, когда прошла мимо него на кухню, чтобы разбудить полусонного повара, ни когда доставляла подносы с тарелками на место назначения. Решилась она на него взглянуть, только получив неплохие чаевые и проследив за уходом шумной компании. Но, посмотрев за столик Рамиро, она увидела только его кудрявую голову, покоящуюся на столе и подпёртую руками. Да, Рамиро спал сладким сном. Ям вдруг вспомнила и его усталый вид и бесконечные зевки. И то, что он сказал про уборку дома. «Мне это не грозит»… У него нет дома? Эта ужасная догадка заставила Ям присесть на ближайший стул, не отрывая взгляда от Рамиро. Если ему негде спать, то как сможет спокойно спать Ям? Она сама себе не признавалась, что влюбилась в Рамиро, но всё же он был ей симпатичен, и просто по-человечески ей стало его жалко. Посмотрев на сонного бариста, храпящего за барной стойкой, чтобы убедиться, что никто не смотрит, Ям встала и подошла к Рамиро. На её тихие слова «Рамиро, ты спишь?» ответа не последовало, и она вздохнула. Что было ей делать, она сама не знала. Если администратор выйдет из своего кабинета, то сделает выговор Рамиро, ведь спать на рабочем месте нельзя. Но и разбудить его Ям не могла. Оставалось только тихо пройти в комнату для персонала, достать оттуда собственную кофту и, также тихо преодолев весь зал, осторожно накрыть Рамиро. Прямо на него был направлен кондиционер, так что в этой части зала было очень холодно, а форма официанта не предусматривала такой расклад событий и включала в себя только футболку с коротким рукавом, которая совершенно не грела. Вряд ли и кофта Ям могла сильно облегчить страдания Рамиро, но это было лучше, чем ничего. За всю оставшуюся ночь кафе посетили всего несколько человек, которые не обратили на спящего официанта внимание, и, на радость и Рамиро, и Ям, не выходил администратор, поэтому Рамиро проспал до самого конца их с Ям смены, а потом, когда уже пришли другие официанты, Ям всё-таки пришлось легонько ткнуть его в плечо, чтобы сообщить, что рабочая ночь окончена. Перед этим она, разумеется, забрала свою кофту, чтобы Рамиро не подумал ничего лишнего. Не успел он до конца проснуться, как она уже шла навстречу учёбе, странно счастливая.