Не рассказанные истории Грача. Тяжёлая судьба

— Остролистая! — громом прогремел над при­тихшей поляной грозный рык Огнезвезда. Глаза его сверкали зелёным пламенем. — Если ты ре­шила сообщить о чем-то важном, то должна была сначала посоветоваться со мной! Но сейчас я при­казываю тебе молчать. Завтра я поговорю с тобой, и мы все обсудим. Грач с облегчением вздохнул."Может она послушается Огнезвёзда и не станет рассказывать". Но Остролистая была упряма. --Нет!Я буду говорить здесь и сейчас! — Да-да, пусть говорит, — облизнулась Пятни­стая Звезда и шагнула вперед, с жадным любопыт­ством глядя на Остролистую. — Мне хочется знать, что она такое собирается нам сообщить. — И мне тоже, — буркнул Однозвезд. — Неужели у Грозового племени есть тайны, о которых они боятся говорить вслух? — осклабился Чернозвезд, презрительно махнув хвостом в сто­рону Огнезвезда. "Нет!Что сделает со мной Однозвёд, когда узнает что у меня дети в другом племени?" Поляна взорвалась визгом и криками;Грач умоляюще посмотрел на Остролистую,но та его буд-то не замечала. В её глазах горела твёрдая решимость смешанная с бешенством и ненавистью к своим родителям. Грач не смог смотреть в её горящие зелёным пламенем глаза и отвёл взгляд. Наконец Огнезвезд взмахнул хвостом, призы­вая котов к тишине. — Хорошо, Остролистая, — сказал он, когда все стихло. — Говори, что ты хотела сказать. И моли Звездное племя, чтобы тебе потом не пришлось пожалеть об этом. "Нет,Огнезвёзд ну зачем ты так" Теперь на острове было так тихо, что Грач услышал, как мышка шуршит под корнями дуба. — Вы думаете, что знаете меня? — снова вы­крикнула та. — Меня и моих братьев — Львино­света и Воробья из Грозового племени? Но все, что вам говорили о нас было ложью! Мы не дети Белки и Ежевики! — Что? — Ежевика вскочил с корня дуба, где си­дел с остальными глашатаями. Янтарные глаза его сверкали гневом. — Что за чушь ты несешь? В чем дело, Белка? Белка тоже встала. Страх исчез из ее глаз, теперь в них светилось что-то такое, чего Грач не сумел понять. Что это было? Сожаление? Раская­ние? Боль? Или горе матери, навсегда потерявшей своих детей? — Прости, Ежевика, но это правда. Я им не мать, а ты не отец. Глашатай Грозового племени в полной расте­рянности смотрел на нее. — Но кто же тогда... Белка повернулась и посмотрела в глаза кош­ке, которую все это время называла своей до­черью. — Расскажи им сама, Остролистая. Я слишком долго хранила эту тайну и не хочу открывать ее сейчас. -- Подлая трусиха! — заорала на нее Остроли­стая. Она обвела глазами поляну, увидела обра­щенные на нее взгляды и выкрикнула: — А я не боюсь правды! Наша мать — Листвичка, а отец — Грач! Да-да, Грач из племени Ветра! "Что же теперь со мной будет?" Последние слова ее утонули в изумленных воз­гласах, но Остролистая повысила голос, перекри­кивая собравшихся: — Эти коты так стыдились своих детей, что от­реклись от нас сразу после нашего рождения и лга­ли всем вам, чтобы скрыть свое предательство! Они предали Воинский закон, забыли честь и верность своим племенам! И это все ее вина! — Остролистая махнула хвостом в сторону Листвички. — Как мо­жет выжить племя, если лжецы, трусы и предатели проникли в самое его сердце? "Не правда!Я никогда вас не стыдился, не стыжусь и не буду стыдиться" --Мысленно воскликнул Грач. Оглушительный визг и вопли ужаса были ей от­ветом. Лапы у Остролистой дрожали, словно она, ни разу не при­сев, бежала бегом через всю территорию Грозово­го племени. Сердце Грача бешенно стучало от страха, его шерсть встала дыбом и ему ничего не оставалось как выскочить с места и крикнуть:"это ложь!Она солгала вам!" Стоявшие ря­дом с ним Ветерок и Сумеречница выглядели по­трясенными и разгневанными. Но тут молчавшая до сих пор Листвичка тихо встала, и все коты на миг смолкли, уставившись на нее. — Это правда, Грач, — глухо произнесла цели­тельница. — Прости меня. Я хотела рассказать тебе об этом, но так и не смогла найти силы и время. В ее желтых глазах светилась такая горькая пе­чаль, что у Грача на сжалось сердце.Ему хотелось вылизать ей уши,но он не мог. — Ты ничего не значишь для меня, Листвич­ка, — С притворной холодностью в голосе сказал Грач. — То что было, давно прошло. Всю свою преданность я отдал племени Ветра, и у меня нет детей, кроме Ветерка. — Он посмотрел на Сумеречницу и Ве­терка; его подруга вся дрожала от злобы, прижав к затылку уши, а Ветерок грозно рычал, скаля зубы. Грачу было тяжело говорить это, но разве у него был выбор? Его сердце было разбито второй раз.Он отвернулся, что б никто не видел боли в его взгляде. — Я знаю, что больше не имею права быть целительницей Грозового племени, — тихо прогово­рила целительница. — Я прошу прощения у тебя,отец, и у всех своих соплеменников. Я виновата перед всеми вами, но поверьте — я делала все, что в моих силах, и не было дня, чтобы я не жалела о том, что случилось. — Голос ее оборвался, и она судорожно сглотнула, прежде чем продолжить. — Но я никог­да не жалела о том, что родила котят. Они выросли замечательными, и я до конца дней своих буду ими гордиться. Она в последний раз посмотрела на Грача и по­шла прочь, низко опустив голову. Коты молча рас­ступались, давая ей дорогу, и вскоре Листвичка скрылась за кустами. Все в молчании смотрели ей вслед. Ежевика первым сбросил с себя оцепенение и, выйдя вперед, остановился перед Белкой. — Почему? — только и спросил он. — Мне пришлось это сделать! Ведь она моя сест­ра! — в отчаянии выкрикнула рыжая кошка. — И ты не смогла довериться мне? — срываю­щимся голосом спросил Ежевика. Белка ничего не ответила, но продолжала твер­до смотреть ему в глаза. — Ты не смогла мне довериться, — глухо повто­рил Ежевика. — Неужели ты думала, что я не помог бы тебе, если бы ты открыла мне правду? Неужели я хоть раз подвел тебя или обманул твое доверие? Но теперь все кончено. Он повернулся и начал прокладывать себе до­рогу через толпу. — Постой, Ежевика... — пролепетала Белка. Она шагнула за ним, но тут же остановилась и застыла, уронив голову и повесив хвост. Грач встал и тоже опустив голову пошёл в своё племя.Боль острыми когтями царапала его сердце.