Счастье в наказании

POV Хлоя

      Дует пронизывающий ветер. В этом месте не поют птицы, не цветут цветы. Не могу поверить, что мой эгоизм довёл до этого. Человек в чёрном плаще стоял напротив меня и оглашал наказание.  — Хлоя Боржуа, за кражу бриллианта «Венера», представляющий историческую и культурную ценность, за сопротивление в суде, вы приговариваетесь к заточению в яме, находящейся на вершине горы Эббот. Наручники звенят. Но что я сделала плохого? Я старалась спасти их. Но меня никто не послушает, поэтому я, Хлоя Боржуа, спокойно принимаю своё наказание. Я делаю шаг. Ветер из ямы становится сильнее. Я слышу сзади крики.  — Хлоя, прости меня! Это я винована! Чтобы понять, кому принадлежат эти слова, не нужно оборачивается.  — Прощай, Маринетт, и прости меня за всё. Я делаю ещё один шаг. Жизнь пролетает перед глазами. Было так весело… Я оборачиваюсь. Маринетт плачет, тем временем, как Эдриан её утешает, Алия стоит с каменным лицом. Она готова плакать, но сдерживается.  — Давай быстрее! Я вспоминаю, что должна сгинуть в яме и делаю ещё шаг. Что же будет? Либо я расшибусь насмерть, либо меня сожрут монстры… Я оборачиваюсь снова.  — Спасибо за всё. Не поминайте лихом! Я прыгают бомбочкой в яму. Жизнь опять пролетела перед глазами. Прощай, жизнь!

Конец POV Хлоя.

Тем временем в Сноудине.  — Привет, Меттатон! Как жизнь?  — Ох, Санс, привет. Ты Андайн видел?  — Она учит Азриеля самообороне, а что?  — Просто я хотел с ним поговорить.  — Ну ладно… Хэй, зайди, а то аккумулятор быстро сядет.  — Спасибо, Санс! После геноцида остались в живых только четверо: Санс, Андайн, Меттатон и Азриель. Санс остался жив, потому что его спасла бутылка кетчупа, которую он всегда держит во внутреннем кармане куртки, Азриель снова отрос и смог принять истинный облик, Андайн выжила благодаря силе воли и, собственно говоря, удаче. Потом Андайн и Санс по схеме, составленной Альфис, восстановили Меттатона, но только в Экс форме (там он на гомосека похож). Меттатон заходит внутрь. С него сыпется снег.  — Как дела, Меттатон?  — Я скучаю по Альфис…  — Не волнуйся, мы найдём её.  — Ты мне это уже лет десять говоришь, но… Вдруг раздался стук в дверь. Санс открыл её. Снаружи, задыхаясь и чуть ли не падая, стоял Азриель.  — Человек снова упал!  — ЧТО?! — Крикнули Санс и Меттатон одновременно. — Расскажи подробнее.  — После тренировки, я решил посмотреть на одуванчики, а там человек лежит без сознания. Девушка…  — Её надо убить!  — Нет! Санс, пойми! Может она не плохая! Надо разобраться.  — Ты ещё один геноцид хочешь? Стоп… Андайн знает?  — Если бы знала, то убила её… Дай этой девушке шанс! Помнишь Чару? Она была хорошая…  — Ладно. Оставим её в живых, но я буду следить за ней! Пойдёте со мной. И не слова Андайн. Используя один из «коротких путей» Санса, троица добралась до места, куда упала наша героиня. Она грохнулась на спину, поэтому было чётко видно её лицо. Светлые, немного пухлые губки придавали образу некую загадочность и таинственность. Следов крови не оказалось, что было крайне шокирующие. Парни тщательно осматривали незнакомку (ничего пошлого нет), как вдруг она открыла глаза…