problems

Знаешь, мне уже ни капли не больно. Наверное, это единственная фраза, которую я бы хотел сказать тебе прямо сейчас. Мы бы оба понимали, что это ложь, но есть шанс, что вместе с улыбкой на твоём лице погас бы огонек моей к тебе любви. Нет, это не любовь. Скорее это привязанность на почве сильной влюбленности. Во всяком случае, так сказала Дейдример, когда я приехал к ней ночью залечить душевные раны и выпить непонятного пойла, которое она привезла мне из Армении. Ты бы видел, какое у нее было забавное выражение лица, когда она изо всех сил пыталась не говорить мне, как у них все хорошо с Алиной. Знаешь, я правда счастлив за них. У нас могло бы быть так же, но видно не судьба. Представляешь, я не могу слушать музыку, которую любил ты. Каждый раз, когда ее слышу, хочу либо убежать, либо сесть и заплакать. Может быть это показалось бы тебе забавным, но мне физически больно слушать твои песни. Помнишь то время, когда мы были еще достаточно плохо знакомы? Мы сидели рядом на какой-то шумной вечеринке, и ты попросил у меня телефон. Не знаю почему, но ты стал первым человеком, которому я доверил устройство, хранящее всю мою жизнь и все мои секреты. А ты просто открыл приложение с музыкой и начал листать. Забавно, у меня даже руки затряслись от волнения, но ты радостно и громко сказал: «Не поверишь, но мы слушаем одно и то же», — и, улыбнувшись, обнял меня. Кто-то из толпы крикнул: «Эй, мне тоже нравится такая музыка», — но ты даже не услышал. Или сделал вид, что не услышал. Позже я узнал, что ты постоянно так делаешь. Твои пальцы вечно пахли сигаретами, а мне это даже нравилось. Ты любил курить в комнате, а я всегда говорил, что можно было бы и на балкон выйти, и никто из нас никогда не воспринимал эти слова всерьез. Вчера ночью я проснулся, и первым, что почувствовал, был запах кофейных сигарет. И этот запах с каждой секундой все едче. Он пробрался сначала мне в нос, затем застрял комом в горле, а сейчас он прожигает мои легкие насквозь. Честно, я уже не надеюсь, что мне станет легче. Недавно я нашел твою старую расческу. Раньше твои волосы, цвета еще не до конца созревшего каштана, были по всей площади моей квартиры. Во сне я любил в них зарываться, а утром ты не понимал, что у тебя опять на голове. А знаешь, я скучаю. Недавно я опять попал в больницу. Ничего криминального, просто решил, что кататься по Невскому на самокате, убуханным в ебеня — лучшая идея. Ты же знаешь, из-за кого я начал беспробудно бухать? Хорошо, что тебя в тот день не было в городе. У тебя не было даже шанса приехать ко мне. Дело в том, что я никогда не просил о помощи. Поэтому я не беру трубку, когда мне звонят. А ты волновался? Надеюсь, что невероятно сильно. Не только же мне страдать в этом мире. У тебя соленые, временами даже горькие губы. А мне это нравилось до безумия. До подкашивающихся коленей и сохнущего горла. Ты часто кусался и оставлял засосы, а я потом, втайне от тебя, рассматривал их и проводил мысленный путь твоих губ. Ты часто обнимал так нежно, что хотелось провести всю жизнь в твоих руках. Я любил твои поцелуи в лоб перед сном и по утрам. Знал бы ты, как сложно жить без тебя. Без твоих крепких рук, тонких пальцев. Как невыносимо просыпаться среди ночи, поворачивать голову вправо и не видеть уже такой привычной и родной летучей мыши на твоей шее. Но ты этого не знаешь, и я тебе никогда не скажу. Мы видимся раз в три недели по рабочим вопросам. Хоть раз, посмотри мне в глаза, когда говоришь со мной, ведь мы общаемся так редко. Можем ли мы хоть раз нормально поговорить? Все твои друзья меня ненавидят. В принципе, с того момента, как ты прочно укрепился в моей голове и в моем сердце, мне глубоко похуй на всех окружающих. Но почему ты ни разу не заткнул их? Я отпускаю тебя, прощаюсь с тобой навсегда, вычеркиваю тебя из своей жизни, но ты как будто специально ее отравляешь просто своим присутствием. Интересно, ты так же страдаешь? Ты тоже не спишь по ночам и не делаешь ничего днями напролет? Нет, вряд ли. Я всегда мечтал научиться такому жестокому равнодушию, которым ты обладаешь, наверное, с рождения. Но если это все хоть секунду твоей жизни хоть что-то для тебя значило, я прошу лишь об одном. Позволь мне спокойно жить дальше. Перестань мне сниться каждую ночь. Перестань напоминать о себе каждым упавшим с дерева листом. Перестань стоять терпким запахом табака в горле и пустотой в груди. Я не уверен, что смогу начать новые отношения. Я уверен, что никогда не смогу тебя забыть. Я знаю, что за всю свою жизнь был счастлив только с тобой. Наша история любви умерла, не успев даже толком пожить. Пять недель и три дня. Вот и вся твоя любовь. А я могу пообещать тебе, что моя любовь проживет до последнего моего вздоха. Ну и что ты скажешь мне на это, Руслан?