Грани реальности

Просьба всем любителям Хэппи Энда перемотать эту главу и перейти к альтернативной концовке. Спасибо. Я предупредил. the GazettE – People Error POV Питер Город повержен. Нет смысла прятаться. Снимая маску, выхожу на Таймс-сквер, разглядывая руины небоскрёбов. Трупы свалены в кучу. Рядом бегают мальчишки, тыкая в мёртвых палками и весело смеясь. Серые лица выглядывают из окон. Никто не кричит, не показывает пальцем. Я совсем не чувствую себя победителем. Может, всё это было зря? Да, наверное. Чёрный костюм заменён на привычный алый. Зачем он нужен? От кого я прячусь? Что доказываю? Я был не прав. Стукнув кулаком о кирпичную стену и опрокинув пару мусорных баков, отталкиваюсь от земли, выпуская в прыжке паутину. Быстрее. Нет сил видеть боль на невинных лицах. Нет времени ждать лучшего исхода, которого уже не будет. Нет голоса звать на помощь. Нет поддержки, чтобы быть кем-то. Я больше не нужен этому городу, ему уже не помочь. Он медленно сгниёт в руках узурпатора. Они станут рабами, склонившимися у ног властелина. Это жизнь, от которой не спрятаться. END POV Питер В особняке пусто. Лишь тени любимых голосов скользят по стенам, стелются по потолку. Джарвис молчит, обидевшись. Ему больше незачем разговаривать. Входная дверь висит на одной петле, стены полуразрушены. Во дворе валяются обломки костюмов, не успевших вступить в бой. Окна с укором смотрят тёмными проёмами, плача осколками выбитых стёкол. Паркер приземляется на продавленный пол второго этажа, пачкая костюм в побелке. Проводит ладонью по трещине на стене и тихо вздыхает. Он больше не вернётся сюда. Никогда. Поскрипывают обветшавшие половицы. Счастливо улыбаются лица с запылённых фотографий. Всё закончилось. Питер садится на диван, отозвавшийся стоном старых пружин. Прошло уже много лет, но он так и не смог проститься с ними. Проститься со старой жизнью. « - Разве тучки бывают красными? - Папа, ты ничегошеньки не понимаешь! Ну разве это тучки? Это воздушные шарики. А вот это люди. Они гуляют, смеются и едят мороженое. Они счастливые. А вот это ты, я и Тони.» Он вздыхает, рвёт на себе волосы, мечась от безысходности. «- Так, живо дуй наверх и приложи что-нибудь холодное. И ложись спать, вдруг сотрясение. Надеюсь, у тебя был веский повод для драки. И у другого парня тоже. Ты знаешь, как Стив относится к избиению младенцев, он это просто так не оставит. Советую не показываться некоторое время ему на глаза, если не хочешь получить порцию нервотрёпки. - Так ты пойдёшь к директору? - Нет. Зашлём туда Роджерса. Он как раз на днях интересовался твоей успеваемостью. - Хорошо. Спасибо, что уделил время. - Обращайся.» Питер поднимается на ноги и подходит к старому роялю. Полировка слезла, не хватает нескольких клавиш, звук уже не такой чистый и звонкий. Сыграв незатейливую мелодию и поморщившись от фальши, парень закрывает крышку, положив на неё голову. «- Довольно недурно. Тебе бы не помешало добавить аккомпанемент, гармонию. - Но… Я не умею. - Может, попробуем вместе? - Как здорово… А ты научишь меня также? - Всему своё время, Питер.» Он так и не научился. Время не наступило. Слишком рано. И слишком поздно. Грустно проведя кончиком пальца по сухому дереву, Паркер отворачивается, стараясь выкинуть из головы ненужные воспоминания, стараясь забыть. Но память всегда даёт себе волю в самые неподходящие моменты. «- У Пита сложный возраст. Переходный период, тайны, первая любовь… - Так он влюбился? Почему же ты сразу не сказал, Питер? Нет, девчонки любят не таких. Собирайся. Сначала мы посетим парикмахера, а то отрастил патлы до плеч. Это сейчас не модно. Потом заедем за одеждой. Посмотри на себя. Джинсы рваные, футболка заношенная, у рубашки половины пуговиц не хватает. Ну разве таким видом соблазнишь хорошенькую цыпочку?» Он невольно улыбается, вспоминая горящие глаза Тони и его маниакальную улыбку. Вспоминает радостный, лучистый взгляд Стива. - О, как бы я хотел вернуть всё назад! – исступлённо кричит он, падая на колени перед распахнутым окном и ловя редкие дождевые капли. Невозможно. Мы не властны над временем. Только оно может расставить всё на свои места. «Не волнуйся, они скоро придут», - мягкий голос Гвен. Она обнимает его сзади, положив голову на плечо. Никого. Всего лишь тени прошлого. Питер выскакивает из дома, оставляя на пороге зажжённую спичку. Он не видит, как в ярком пламени исчезает его детство. Он уходит, не оборачиваясь. Но не забывает попрощаться. - Простите меня, если сможете, - он еле сдерживает слёзы, едва может говорить, склонившись над мраморным надгробием. Холод камня передаётся всему телу, руки покрываются мурашками. Дождь усиливается, превращаясь в грозу. Небо озаряют вспышки молний, так похожие на свет реактора, окрашивая тучи в ярко-синий. Никто не придёт. Ждать бессмысленно. Капли медленно скатываются по именам, высеченным на мраморе, погружаясь в землю. Он ненавидит зиму. Положив перед надгробием букет, как последнюю дань уважения, он кивает, смаргивает слёзы и уходит, сдирая с себя костюм, становясь обычным человеком. Что бы ни случилось, никогда не нужно забывать, что грань слишком призрачна. Нельзя переступать через неё, уходя в неизвестность. Ты существуешь, пока веришь. Не поддавайся. И иди вперёд. По краю.