Murder family

У них идеальная семья. Прежде Уилл рассмеялся бы в лицо тому, кто сказал бы, что он будет считать идеальной семьёй жизнь с маньяком-каннибалом и девушкой, чьего отца – тоже маньяка – застрелил, будучи при исполнении. Но сейчас он думает так раз за разом – думает без подачи Ганнибала, – и эта мысль искренна. Совместные ужины – благообразные семейные ужины, обзавидовался бы кто угодно. Блюда, приготовленные Ганнибалом, – шедевры, созданные лучшими шеф-поварами мира, им и в подмётки не годятся. Эбигейл старается управляться со столовыми приборами, как учил её Ганнибал. Улыбается, подмигивает своему отражению в начищенном до серебряного блеска лезвии ножа; Ганнибал смотрит на неё одобрительно, переглядывается с Уиллом, и на его тонких губах тоже появляется улыбка. Уилл так и не приобрёл аристократические манеры за столом; Ганнибал давно оставил попытки ему их привить. Хватит с него и того, что он надевает выбранные Ганнибалом костюмы для совместных выходов в свет. – …Уилл, смени рубашку. К этому костюму больше подходит не белая, а голубая. – В голубой я похож на пидора. Эбигейл хихикает, прикрыв ладошкой рот; Ганнибал поджимает губы, пытаясь скрыть улыбку. Ну да – ты и есть пидор. Даже если они не сказали этого вслух. – Ладно, – сдаётся Уилл, не в силах противостоять им обоим, и идёт переодевать голубую рубашку. Если выход в свет подразумевает танцы, Уилл всегда предпочитает, чтобы они взяли с собой Эбигейл, и Ганнибал танцевал с ней. Танцор из него ещё более никудышний, чем застольный аристократ; к тому же, многие из подобных вечеров слишком консервативны, чтобы двое мужчин могли танцевать друг с другом, – пусть и недостаточно консервативны, чтобы они не могли прийти туда как пара. И если уж Ганнибал будет танцевать с женщиной, то пусть это будет их приёмная дочь, а не какая-нибудь светская львица, при взгляде на которую, обворожительно улыбающуюся Ганнибалу, глаза Уилла будет заволакивать красная пелена ревности. Уилл ходит на эти вечера ради Ганнибала. Ходит даже в оперу – хоть так ею и не проникся. Эбигейл опера нравится больше, чем ему, – и ей однозначно по вкусу покупаемые Ганнибалом вечерние платья. Как и игра на клавесине, которой он её учит. Впрочем, рыбалка с Уиллом Эбигейл тоже по душе. На природе, в привычной клетчатой рубашке и резиновых сапогах, Уилл чувствует себя куда более в своей тарелке, – и теперь уже он может учить Эбигейл выбирать наживку и своими руками делать приманки и поплавки. Выбирать наживку… Делать приманку… Ганнибал нередко присоединяется к ним на природе – хотя, разумеется, не опускается до того, чтобы лезть в холодную воду, а устраивается с мольбертом на удобной полянке поодаль. Рисует природу – и Уилла с Эбигейл. У них идеальная семья. Такая, о которой Уилл не мог и мечтать. Он старается не задумываться о тех ночах, когда Ганнибал отлучается из дома. Часто он берёт с собой Уилла, или Эбигейл, или обоих – но при свете дня Уилл старается ни о чём не вспоминать. Хотя всё равно помнит слишком хорошо. Но восторг, что он испытывает во время совместных отлучек, – дикий, животный, первобытный восторг – не хочется вспоминать тогда, когда он думает о них с Ганнибалом и Эбигейл как об идеальной семье. Даже если пьянящими ночами, когда кровь становится чёрной в лунном свете, их семья не менее идеальна. – …Мясо не слишком сладкое? – как ни в чём не бывало уточняет потом за семейным ужином Ганнибал. Эбигейл энергично мотает головой, а Уилл шутит, что его вкусовые рецепторы различают только соус. – Это правда? – спрашивает иногда Уилл, лёжа в объятиях Ганнибала и откинув голову ему на плечо. – Это мне не снится? Всё это? Мы? – Это правда, Уилл, – мягко отвечает Ганнибал и притягивает его ближе к себе. – Может, сейчас я моргну, и всё исчезнет. И окажется, что я лежу в больничной палате. Ты бросил меня и уехал с Эбигейл… или, может, Эбигейл вовсе мертва… – Уилл, ты хочешь поговорить о своём восприятии реальности? Уилл смеётся на вопрос Ганнибала, и наваждение рассеивается. Они живы, и они здесь. И Эбигейл мирно спит в том же доме, только её комната в другом крыле. Однажды у их приёмной дочери появится парень. И они с Ганнибалом проследят, чтобы он не причинил ей боль. Уилл закрывает глаза, твёрдо зная, что ничто не исчезнет. Они вместе. И у них идеальная семья.