Любимый за соседней партой

      Прохладное утро. Лучи только что вставшего солнца блестят в капельках росы. Большинство учеников академии Гу Су Лань все еще крепко спят. Вот и Вэй У Сянь сладко посапывает в белоснежной кровати, словно окутанный снежным покрывалом, только черные волны волос и видны. Но очень громкая мелодия, раздавшаяся ровно в 5 утра, прямо смела спящего красавца на пол, запутав в одеяле. Теперь У Сянь был похож на черезмерно недовольного и сонного снеговика.       — А?! Что?! Где?! — спросонья воскликнул Вэй Ин и, выпутав руки из белого плена, начал протирать глаза.       После того, как мутное зрение стало более-менее четким, У Сянь посмотрел на часы, стоящие на письменном столе, и увидел злосчастные пять утра. Вэй Ин совсем забыл о предупреждении сначала от Цзян Чена, а потом и от Хуай Сана о том, что в Гу Су встают ровно в пять утра, то есть ни свет ни заря. И зачем в такую рань поднимать? Занятия же не начнутся раньше завтрака. По этой причине Вэй Ин нехотя встал с пола и направился в ванную комнату, оставив белоснежный комок одеяла одиноко валяться на полу.       Ванная комната в академии Гу Су Лань была, как и все там, белоснежная, даже коврик около душевой был белый и пушистый. Прохладная вода по утрам очень бодрит и помогает настроиться на тяжелую умственную работу, а нежный аромат морского бриза приятно подчеркивал всю внешнюю красоту Вэй У Сяня. После всех водных процедур, наш герой вышел из ванной в одном полотенце, замотав свои длинные черные волосы в другое полотенце. Молочного цвета дверь гардеробной чуть тихо скрипнула при открытии, а из самого помещения веяло чистотой и горной свежестью. Вэй Ин прошел вдоль пустых вешалок для одежды, которую он вчера не стал доставать из чемодана по причине усталого нежелания. Вскоре взгляд У Сяня упал на свою привычную черную форму, комплектов которой у него было где-то четыре штуки, так, на всякий случай, никто не знает, когда этот красавчик в следующий раз затеет драку. Аккуратно сложенные черные джинсы с алым декоративным ремешком лежали отдельно на полке, а на специальной тумбочке стояли черные кеды с белыми носками.       После приведения своей одежды в форму, Вэй Ин начал сушить свои длинные волосы с помощью фена, о чем он вскоре пожалел, ведь волосы хоть и были не густыми, но от потока горячего воздуха увеличились в объеме, сделав их обладателя похожим на пушистый одуванчик. Тяжело вздохнув Вэй У Сянь отложил фен и принялся расчесывать еще не до конца высохшие волосы. Решив оставить их так, Вэй Ин подвязал их в конский хвост алой лентой и, захватив рюкзак с тетрадями, вышел из комнаты, где его уже ждал Цзян Чэн.       — Ты прям юная госпожа в простых сборах на занятия, — с ухмылкой поприветствовал друга Цзян Чэн, держа руки привычно сложенными на груди.       — И тебе доброе утро, зануда Чэн-Чэн, — Вэй Ин не удержался и зевнул и, прикрыв рот тыльной стороной ладони, в таком положении руки направился в сторону столовой, «мистер абсолютная серьезность» проследовал за ним.       В столовой даже в такую рань было много народу: и ученики старших и младших классов, даже учителя, сидевшие в самом укромном уголочке, из которого видно все происходящие. Не Хуай Сан уже занял места для новичков, поэтому последним оставалось лишь получить свои порции и просто пройти к местам.       — Как вам спалось? — поинтересовался у новеньких Хуай Сан, держа в руке чашку зеленого чая.       — Я спал как младенец, — честно ответил Вэй Ин, поливая кашу из клейкого риса соевым соусом для вкуса, так сказать, — Правда, это было до пяти утра.       — А мы предупреждали тебя об этом. Но ты, похоже, опять просидел до поздна без сна, — сделал замечание Цзян Чэн, после чего тут же отправил кусочек жареной рыбы в рот.       — А что я могу поделать? Этот Лань Ван Цзи такой загадочный! Он слушает эту скукотищу старика Ланя с таким вниманием! Да и на его лице нет вообще никаких эмоций! Он хоть что-то чувствует вообще?!       — Никто не знает, что чувствует Лань Ван Цзи. Никто, кроме его старшего брата, — Не Хуай Сан кивнул в сторону столика, стоящего прямо около окна, за которым сидело двое молодых людей.       Эти юноши были очень похожи друг на друга, словно отражения друг друга в зеркале. Единственное что бросалось в глаза — это нежная улыбка на лице одного из них. Братья сидели и о чем-то беседовали, правда, говорил только старший, а младший лишь изредка кивал головой. Внимания эти звездочки из нефрита привлекали много, неудивительно, что и новенькие на них тоже смотрели.       — Удивительно! Они так похожи, но и такие разные одновременно! — выразил хоть какие-то положительные эмоции Цзян Чэн, смотря в сторону столика у окна, точнее смотря на старшего из братьев.        «— От этого факта этот Лань Чжань еще более загадочный,» — Вэй Ин с трудом отвёл взгляд от столика у окна и продолжил доедать свой рис с соевым соусом.       Неожиданно старший из братьев повернул голову в сторону героев и с милой улыбкой помахал кистью, согнув руку в локте, на что Не Хуай Сан улыбнулся и помахал рукой в ответ, чем вызвал на себя удивленный и в некоторой степени подозрительный взгляд Цзян Чэна, но Хуай Сан не растерялся, хотя он мог, и ответил:       — Мой старший брат дружит с Си Ченем, поэтому тот меня и знает. Причём давно уже.       — Это здорово. Наверное, — Цзян Чэн перевел свой взгляд на, погруженного с головой в свои мысли, Вэй Ина, после чего ткнул его уже в который раз в многострадальный бок. — Вэй Ин! Прием!       — А?! — Вэй У Сянь резко повернул голову на нарушителя своих мыслей.       — О чем задумался? Неужели о Лань Ван Цзи?       — Неважно, — коротко бросил Вэй Ин, вставая из-за стола и унося поднос в мойку, на его лице явно была тяжелая дума. — У нас сейчас будет музыка, так что я быстро забегу к себе в комнату за флейтой и буду ждать вас около кабинета.       После Вэй У Сянь вышел из столовой, все также погруженный в свой туман мыслей. Цзян Чэн и Не Хуай Сан лишь удивленно посмотрели ему вслед, но, решив не заморачиваться над этим хаосоподобным красавчиком, продолжили завтрак. Только вот Цзян Чен понимал, что вот такое поведение его друга ни к чему хорошему не приведет. Как же все-таки он прав.

***

      Урок музыки начался вполне спокойно в просторном и светлом от идеально белых стен кабинете округлой формы, где царила умиротворяющая атмосфера. Все ученики сидели в полукруге, и каждый ряд был чуть выше предыдущего. Вэй Ин сидел в первом ряду, а на его лице красовалась широкая улыбка, а в глазах играли огоньки. Цзян Чэн, сидевший на втором ряду, прямо за спиной Вей У Сяня, старался пристально следить за ним. Учитель, которого звали Донг Йи*, попросил Ван Цзи продемонстрировать мелодию, которую все будут учить и сдавать в конце четверти. Мелодия была не такая уж и сложная, но Лань Ван Цзи играл ее так, что сердце пропускало серии ударов, а по коже пробегали мурашки, у некоторых даже появился ком в горле. Вот такую реакцию вызывали эти изящные тонкие пальцы, перебирающие тугие струны гуциня.       — Замечательно! Замечательно, Ван Цзи! — учитель Донг Йи даже поаплодировал, когда Ван Цзи закончил играть. — Вот такую мелодию вам предстоит сыграть в конце четверти.       — Прошу прощения! Но эта мелодия такая легкая. Я ее даже сейчас сыграть смогу, — со своей фирменной широкой улыбкой произнес Вэй Ин, подняв руку, на что Цзян Чэн шикнул на него, мол «не нарывайся и сиди тихо», но У Сянь пропустил это мимо ушей.       — Ну раз ты можешь сыграть сейчас… То играй сейчас! — заинтересовано ответил учитель Донг Йи, коснувшись своего подбородка, а вот Ван Цзи одарил Вэй У Сяня ледяным взглядом.       Все с такой же улыбкой от уха до уха Вэй Ин встал со своего места и, держа в руке черную флейту с красными кисточками, вышел в центр комнаты. Сама флейта была подарком от его покойных родителей, а вот кисточки Вэй У Сянь сделал и повесил сам, для отличия так сказать. Приложив флейту к губам, Вэй Ин начал играть, повторяя мелодию Ван Цзи. Плавные трели флейты били по ушам и заставляли сердца замирать, в комнате воцарилась полнейшая тишина, никто не смел мешать даже звуком дыхания этой прекрасной игре на флейте. Учитель слушал ее и не двигался так, словно он был сделан из камня.       Мгновения этой чарующей мелодии могли длиться вечно, но, как и все прекрасное на свете, рано или поздно заканчивались. Стоило Вэй У Сяню плавно закончить мелодию, как после секундного молчания учитель Донг Йи зааплодировал, а затем обратился к Ван Цзи:       — Похоже у тебя появился конкурент.       На что Лань Ван Цзи выдал свое привычное «мгм» и перевел взгляд на широко улыбающегося Вэй Ина.       — Нам обязательно надо будет сыграть эту мелодию вместе, — произнес Вэй Ин, вернувшись на свое место в первом ряду рядом с Ван Цзи, держащим свой гуцинь на коленях.       — Нет, — коротко ответил тот и повернул голову в противоположное направление.        «— Какой же он зануда! Как и Чэн-Чэн!» — пронеслось в голове У Сяня, когда он сложил руку на груди, подражая другу детства.       Если судить в целом, то урок музыки прошел без происшествий, хотя Цзян Чэн был недоволен попыткой Вэй Ина выпендриться перед всем классом, а в особенности перед Ван Цзи. Но какое дело до его недовольства есть у Вэй Ина? Никакое. Главное, он смог вытянуть хоть что-то из глыбы льда, ну и восторг на лицах одноклассников тоже стоил того.

***

      Последний урок в этот день был этикет… Все ученики были уставшими еще после математики, а тут еще и монотонная и скучная речь учителя Лань Ци Женя, так что все кое-как сидели ровно и старались не закрывать глаза и не зевать, что было до ужаса трудно.        «— Я сейчас либо умру со скуки, либо засну от этого монотонного голоса», — думал про себя Вэй У Сянь, но тут на него резко нахлынул приступ зевоты, и, не удержавшись, У Сянь зевнул, прикрыв тыльной стороной ладони рот.       Это действие не осталось без внимания ни одной живой души в классе, даже вечно холодный Ван Цзи повернул голову на своего соседа и устремил на него взор, в котором читалось «что ты себе позволяешь?!». Только если Ван Цзи молчал, то учитель Ци Жень этого терпеть не стал и, громко стукнув по парте Вэй У Сяня учебником, воскликнул:       — Это что еще за поведение?! Что ты себе позволяешь?!       — Прошу прощения. Просто вы так монотонного говорите, словно пытаетесь усыпить, — с улыбкой ответил Вэй Ин, смотря на учителя и нисколечко его не боясь.       — Раз тебе так скучно, то марш из класса!!! — громко воскликнул учитель Ци Жень, указав рукой, в которой был учебник, в сторону двери.       С хохотом Вэй У Сянь пулей вылетел из класса, а как только закрыл дверь, то вздохнул с облегчением, чего не скажешь о Цзян Чэне, который, пока не видел учитель, ударил себе по лицу и вздохнул. Опять Вэй У Сянь вляпался в неприятности. Бедный Вань Инь, ему еще долго придется терпеть такое ужасное поведение. А вот учитель Ци Жень после ухода Вэй Ина только сильнее сжал в руке учебник, что тот аж начал мяться при наличии твёрдой обложки, и продолжил вести урок, пристально следя за каждым учеником. Вот просто каждым!        «— Ох… Учитель Ци Жень так отыграется на Вэй Ине…» — подумал про себя Не Хуай Сан, перебирая в руке под партой свой веер.

***

      В это время Вэй У Сянь медленно проходил по коридорам академии и размышлял, чем бы ему заняться. В столовую не сходить, еще идет урок, да и до обеда еще час. В комнату возвращаться не хочется. Но вот в голове У Сяня промелькнула отличная мысль и, прихватив свою флейту, он отправился в сад академии Гу Су Лань.       Медленно идя между разными фруктовыми деревьями, Вэй Ин искал укромный уголок. Широкая крона деревьев создавала приятную тень, но под ней сразу будет заметно юношу с флейтой, поэтому У Сяню пришлось идти все дальше вглубь сада. Вот и уже показались пышные кусты роз и шиповника, которые источали прекрасный аромат и привлекали тем самым медоносных насекомых. Неожиданно за одним из кустов Вэй У Сянь увидел живую изгородь, а пройдя сквозь ее ветви заметил маленькую мраморную скамейку в прохладной тени вишни, в окружении изгороди со всех сторон так, что никто не заметит сидящего на скамейке человека.        «— А вот это хорошее местечко», — с улыбкой подумал Вэй Ин и присел на скамейку и удобно расположился, после чего поднес свою черную флейту с красными кисточками к губам.       Вспомнив одну мелодию, Вэй У Сянь начал играть, нежно перебирая пальцами. Закрыв глаза, он при этом погружался в воспоминания из своего детства. Мелодия нежно раздавалась по той части сада и достигала ушей всего лишь одного человека в белых одеждах, который скрывался за большим и ароматным кустом шиповника.