Время вспять

Может быть, Клайд не был самым умным ребенком в классе. Уж точно не умнее какого-нибудь Кайла Брофловски и, стопроцентно, не умнее Токена. Тройки по математике, заваленные тесты по мировой истории, прогулы важных занятий и отсиживание на пару с Крэйгом на задних партах, лишь бы лишний раз не спросили, сопровождали Донована на протяжении всех долгих двенадцати лет. Но всё же фотографии парня, на которых он всегда получался, словно модель с обложки, всегда стабильно висели у приемной директора с гордой подписью «лучший ученик месяца». Причиной этому был чуть ли не единственный весомый аргумент, заставляющий раз за разом возвращаться в стены школы - спорт. Единственная отдушина, а в дальнейшем и смысл жизни Клайда Донована. В старших классах его заметили почти сразу. Пока половина одноклассников до ночи потели над учебниками, а то и вовсе в беспамятстве метались в выборе колледжа, Клайд еще за полгода до выпуска получил предложение о поступлении в Денверский Университет по спортивной стипендии. Ему было необходимо лишь перейти порог на итоговых экзаменах и он отлично с этим справился. Конечно, не без помощи шпаргалок, друзей и Токена Блэка лично, но справился ведь. Отец тогда на радостях купил ему машину с тех денег, что откладывал сыну на обучение. Поэтому в новый город, к новым вершинам Клайд отправился уже на личном автомобиле вместе с Такером, который изначально дальше Денвера уезжать не собирался. Донован помнит, как тряслись руки на руле, стоило знаку «Вы покидаете Южный Парк» остаться позади. Он распрощался со старыми знакомыми, учителями, памятными местами, полностью настроившись на новую жизнь.

Южный Парк казался пройденным этапом.

Может быть, Токен Блэк был одним из самых умных в своем классе. Благо, тесты на IQ им не проводили, чтобы не разжигать лишний раз споры на почве неравенства, но каждый учитель неустанно говорил парню о том, какие перспективы могут ждать столь прилежного ученика. Но Токен и так прекрасно все знал, не зря же он пропустил столько веселых игр, походов в кино, а в будущем и попоек, чтобы лучше подготовиться к занятиям. И хотя в качестве лучших друзей он выбрал себе двух раздолбаев в лице Донована и Такера, ему это ничуть не мешало регулярно висеть рядом с Клайдом на доске почета. Жаль только, на фотографиях он всегда выходил крайне убого, из-за чего в начале каждого месяца получал порцию мемов от друзей, всячески издевающихся над его перекошенным лицом. Усердная работа всегда приносит свои плоды, и под конец учебного года перед Блэком были открыты дороги почти в любое учебное заведение страны. В прочем, завали он экзамены, мосты все равно бы не обрушились, ведь помимо заслуг в учебе, Токен всегда имел подушку безопасности в виде своего материального положения. И пока большинство одноклассников сходили с ума, обсуждая каждый колледж и университет в Соединенных Штатах, парень для себя уже давно все решил. Его всегда увлекала биология, а профессия врача вообще высокооплачиваема и престижна. Только вот учиться он собрался не в Америке, а в давно приглянувшемся Оксфордском университете в Англии. Родители, несомненно, это решение поддержали на ура, гарантировав сыну, что приложат все усилия, чтобы поступление прошло без накладок. Усилий не потребовалось, ведь Токен сдал вступительные почти идеально и сразу после выпускного уже был в аэропорту, буквально ощущая вкус перемен и новой жизни. Разглядывая родной Колорадо с высоты птичьего полёта, Токен прощается с прошлым. Он больше не школьник из задрипанного провинциального городка, он гордый студент Оксфордского университета и будущий хирург.

Южный Парк казался пройденным этапом.

Клайда держали в университете только из-за спортивных достижений и абсолютно все, от учеников до преподавателей, прекрасно знали об этом. Но разве это было важно, когда их местная команда по американскому футболу начала делать невероятные успехи с появлением нового квотербека? Разве это было важно, когда абсолютно все обожали Клайда Донована, который был как ответственным капитаном, так и компанейским товарищем для всей команды? Разве это было важно, когда через два года его пригласили в Денвер Бронкос? Донован тут же оформил себе академический отпуск на неопределенный срок, полностью посвятив себя тренировкам и матчам. Начиная как игрок замены, совсем скоро он вырвался в основной состав, став чуть ли не звездой для всей страны. Люди обожали его, товарищи по команде безапелляционно слушались, соперники боялись и уважали, а девушки из групп поддержки навязчиво крутились возле раздевалки после каждой игры. В жизни Клайда стало так много новых знакомств, друзей, девушек, славы и денег, что голова шла кругом. Размеренная школьная жизнь в провинциальном городке казалась чем-то невообразимо далеким среди бесконечных переездов, интервью и тренировок. Единственным существенным напоминанием о Южном Парке оставался лишь Крэйг. Он абсолютно не придавал значение всем успехам лучшего друга, продолжая относиться к нему, как тому самому Клайду Доновану, которого знал еще со школьной скамьи. Клайд не признается даже самому себе, что в большей степени благодаря трезвому отношению Крэйга он всегда вспоминал, кем был раньше и еще не сошел с ума от звездной болезни. Пока Донован еще учился, Крэйг постоянно звал его в Южный парк на каникулы. Временами нехотя Клайд соглашался, возвращаясь только чтобы повидать отца, сходить на могилу матери, да пару раз собраться с бывшими одноклассниками. Он никогда не заходил в школу, не забегал в кабинеты учителей, не хвастался успехами. Лишь как-то пересекся с ПК Директором в магазине. Тот только похвалил его за успехи и напомнил, что нельзя пользоваться популярностью у девушек для удовлетворения своих низменных мужских потребностей. После того, как Клайд стал играть в НФЛ, в Южный Парк он перестал возвращаться совсем - банально не хватало времени. Отец приезжал к нему на съемную квартиру в Денвере, а Крэйг бросил все попытки утащить друга с собой. С Такером все понятно, ему никак не надоест слоняться по знакомым улицам и вечно что-то высматривать (наверное, Твика), а вот Клайду среди родных мест уже давно было нечего искать.

В Южный Парк ему просто не хотелось возвращаться.

Учеба оказалась для Токена тяжелым испытанием. Будучи студентом медицинского факультета, да еще и с синдромом отличника, приходилось работать, не разгибая спины. Парень быстро нашел общий язык с однокурсниками, даже влился в несколько групп по интересам, но всё равно своё свободное время отдавал учебникам и конспектам. В результате уже на втором курсе его начали рекомендовать к стажировкам в престижных частных клиниках и пророчили большое будущее. Чета Блэков прекрасно осознавали, что их сын выкладывается на полную, ради будущей профессии, и не напрягали Токена с перелетами и просьбами вернуться в Америку, хотя бы на лето. Тем более, они вполне могли себе позволить прилететь к сыну, чтобы увидеть его в свободное от учебы время. Родных гор и дорог Колорадо Токен не видел уже почти два года. О Южном парке мало что напоминало, кроме выпускного альбома, да изредка просматриваемой фотогалереи в телефоне. Из конференции класса он вышел почти сразу, как и большинство - после выпускного Картман начал устраивать там вакханалию, высказывая каждому все, что накопилось и собирая даже самые неправдоподобные сплетни. Иногда писал Крэйг, но общение ограничивалось стандартными вопросами в духе «как жизнь?» и дальше развязать беседу как-то не выходило. Такер вечно спрашивал, собирается ли Токен приезжать, но последний никогда не давал никаких гарантий. На самом деле Блэк не горел желанием снова встречаться лицом к лицу со школьными временами.

В Южный Парк ему просто не хотелось возвращаться.

После своей первой травмы Донован понял, насколько хрупкое его нынешнее положение. Всего одно повреждение, несовместимое с большим спортом, и его бы просто выкинули на помойку. Пришлось бы возвращаться в университет, продать машину, чтобы заплатить за него, и до конца жизни работать детским спортивным тренером в самом замызганном районе Денвера. Благо в этот раз все обошлось, а лучшие врачи штата пообещали, что последствий для Клайда не будет. Но придется пару недель пропустить тренировки и отлежаться с гипсом. Неприятно получилось, ведь на носу Рождество. — Может, в этот раз поедешь со мной? Если не успеют снять гипс, сяду за руль. Крэйг приходит к Клайду после учебы, чтобы убраться и приготовить что-нибудь. Он сам вызвался помогать, пока друг ограничен в передвижении, но, естественно, повсюду ходил с недовольным лицом, словно его заставили. — Зачем? — Клайд хмурится, забирая из рук Такера поднос с ужином. — Попрошу папу приехать, отпразднуем здесь вместе. — Мои уже пригласили твоего отца на ужин. А еще, Мистеру Маршу опять ударила моча в голову, и он уезжает куда-то с женой, оставляя дом Стэну. Разве не хочешь нажраться, как в старые добрые? Донован очень хотел. Многие из ребят приезжают в этом году. Даже Бебе писала, что очень хочет увидеться, а у Клайда об этой девушке воспоминания были только самые приятные. Но, помимо кардинально изменившейся жизни, в которой нет места ностальгии, был еще один момент, который никак не давал парню забить на все, запрыгнуть с Такером в машину и через пару часов оказаться на малой родине. А его лучший друг об этом прекрасно знал. Клайд начинает сливаться: — Да я просто не хочу ехать в Южный Парк и все. Крэйг довольно хмыкает и улыбается, словно ждал этих слов, с последующей целью вывести Донована на личный разговор. — Дело в Токене, да? Не переживай, он не приедет. Парень почти давится своими переваренными макаронами с сыром и устремляет на друга взгляд полный негодования. Как же легко его завести, стоит завести тему о Блэке. Собственно, Крэйг на это и рассчитывал. — Не хочу ничего слышать о этом ублюдке, предавшем нашу дружбу! — Клайд краснеет от злости и пинает Такера загипсованной ногой. — Пусть сидит в своем сраном Оксфорде и дальше, там ему и место. — Столько времени прошло, а ты до сих пор злишься. — Я не злюсь! — наперекор собственным словам, Клайд повышает голос, — Я даже благодарен, что этот мудак разрушил наше совместное будущее и я оказался там, где я сейчас. Крэйг вздыхает. Он хотел взять Донована на слабо, обозвав ссыкуном, который боится встречаться с прошлым, а в итоге снова вынужден примерять на себя роль психолога и подставлять дружеское плечо. — Токен просто не хотел тебя расстраивать. — Крэйг, ты совсем тупой? Он с самого начала знал, что поедет учиться в Англию, но продолжал заливать мне, что останется здесь. Мы, мать твою, каждую неделю обсуждали, как будем приезжать друг к другу, а он просто взял и свалил сразу после выпускного! Я совсем не расстроился! Эмоции скоро возьмут верх над Клайдом: руки парня тряслись, а карие глаза привычно заблестели от слез. Даже спустя года эта ситуация не давала ему покоя, не смотря на все, что произошло после. Безумно грустно и обидно было считать своего лучшего друга предателем. Именно поэтому Донован так отчаянно старался забыть про Южный Парк и все, что с ним связано, и так неистово ударился в спорт, где можно было выместить всю боль и разочарование в людях. Вся эта ситуация с Токеном надломила Клайда, но как он сам считал, сделала его сильнее. Только вот смотреть в глаза прошлому все равно было страшно, как и вновь оказаться среди детских площадок, спортивных коробок и полян, где когда-то нерушимая компания Крэйга и тех парней проводила свои дни. А что теперь? Сидят два одиноких придурка: один без лучшего друга, второй без любви всей жизни. — Так может приедем, отпразднуем, как в старые добрые, — Крэйг кладет ладонь на загипсованную ногу друга в успокаивающем жесте. — и засрем весь инстаграм фотками, чтобы Токен утерся там в своем Оксфорде? Клайд не слишком тщательно обдумывает предложение, задумчиво съедает еще пару ложек макарон с сыром и, наконец, довольно улыбается, приняв решение: — Даже не надейся, что я пущу тебя за руль. Когда выезжаем?

Пришло время возвращаться в Южный Парк.

Здоровье Линды Блэк не позволяло женщине лететь на другой континент в этом году. Врачи сказали, что все поправимо, но ситуацию лучше не усугублять. Приятели Токена из университета все как один предательски разъезжались по домам, открывая перед Блэком неутешительную перспективу одиноко праздновать Рождество в опустевшем общежитии. Отец звал приехать в Южный Парк, но парень колебался. «может все-таки притащишь свою задницу на рождество??? у нас тусовка намечается» Пока у Токена раннее утро, Крэйг Такер коротает ночь на диване под размеренное сопение Донована и не теряет времени даром. Блэк приятно удивляется, в последний раз Крэйг писал ему пару месяцев назад.

«Еще не знаю. Мама с папой не смогут приехать, не хочу один отмечать.»

«Но и ехать тоже не горю желанием.»

«давай едь, не хочу пить в компании прихвостней марша» В отличие от бывшего лучшего друга, Токен от прямых вопросов не уклонялся, а потому сразу напечатал ответ.

«Клайд будет?»

Где-то на другом полушарии один Крэйг Такер скрещивает пальцы в темноте. «нет. но могу попробовать его уговорить»

«Не надо.»

Может, Токен и не скучал по грязным улочкам Южного Парка, расистским упрекам местных реднеков и шуму старых автомобилей, который было слышно даже из виллы, но ему безумно не хватало тех подростковых выходок и посиделок, которыми была наполнена школьная жизнь. Он так и не нашел близких друзей в университете и на сердце неприятно скребло от воспоминаний о двух людях, с которыми можно было делиться тайнами и смеяться до боли в животе. И хотя Крэйг формально был их лидером и далеко не последним человеком в жизни Блэка, именно Клайд Донован приходил на ум как каноничный лучший друг. Токен скучал по Клайду и жалел, что так вышло. Он просто заврался. Побоялся острой реакции Донована и продолжал тешить его несбыточными мечтами, пока не понял, что заигрался и уже слишком поздно, чтобы безболезненно вскрыть правду. Наверное, он некрасиво поступил, что сбежал в аэропорт, а всю ситуацию изложил в сообщениях, даже не позвонив. Но Клайд тогда закатил такую истерику и столько дерьма вылил на Токена, что разошлись они на очень мрачной ноте. И Блэк считал, что друг поступил очень эгоистично, думая только о себе, а не о будущем и перспективах Токена. Клайд бесился, потому что у него не будет лучшего друга под рукой, а то что этот лучший друг получает образование, о котором всегда мечтал, его не волновало. Именно поэтому Блэк не пылал желанием встретиться с бывшим лучшим другом и иметь возможность испортить себе Рождество. Крэйг считал, что они оба эгоисты. И придурки. И все, что им нужно - наконец трезво (или не совсем) все обсудить и перестать бояться смотреть друг другу в глаза. Только Крэйга никто не спрашивал. «напиши, если надумаешь» Токен уже надумал, листая сайт с авиабилетами.

Пора возвращаться в Южный Парк.

Клайд самовлюбленно полагал, что его появление в родном городе произведет фурор как минимум среди одноклассников, но все ограничились только поздравлениями, да высказыванием уважения. Парень даже не понял, как лучше к этому относиться. С одной стороны, приятно, что люди не стелятся под тебя, стоило только чего-то добиться, а с другой, иногда уж сильно хочется, чтобы тебе целовали ноги. Впрочем, стоило оказаться в доме Стэна, как с Донована спала вся напыщенность и самодовольство, и он снова стал тем самым компанейским парнем со школы, которого может не все любили, но точно не отказали бы в общении. Пока они с Кенни развешивали гирлянды под мелодичный звон бутылок, переставляемых Крэйгом в холодильник, Клайд успел пару раз зависнуть, засмотревшись в окно. В его жизни столько всего произошло, он узнал столько людей и увидел столько мест, а пейзажи вокруг менялись с завидной скоростью, но стоило вернуться в Южный Парк, как время словно замерло. Все те же улицы, те же люди, те же дома, те же разговоры. В этом городе, в масштабах чуть больших, чем новости в местной газете, не происходило абсолютно ничего. Останься Клайд тут, он бы так и остался медленно стареющим персонажем никому не нужной книги, без начала, конца и морали, прожил бы целую жизнь среди статичных изображений. И это действительно пугало. С другой стороны, если возвращаться сюда лишь изредка, то приятное чувство ностальгии и детской беззаботности пронизывало всё тело. И сейчас Клайд, со скотчем в зубах, пытается приклеить к штукатурке эту непутевую гирлянду, чувствуя, будто ему снова семнадцать, и его абсолютно не волнует завтрашний день. Наверное, не зря он сюда притащился. В этот раз на рождественские подарки Донован не распылялся. В Южный парк он привез всего три красиво упакованных коробочки: одна для отца, вторая для Крэйга и третья для Бебе, в память о былых днях. На прошлое Рождество он спустил столько денег, сколько за год тратит средняя семья, купив подарки каждому из команды, тренеру и еще куче людей, которых вообще умудрился вспомнить. В этот раз ограничился лишь самыми значимыми людьми, но тоже не поскупился. Отцу досталась новая газонокосилка, и хоть это немного не по сезону, Роджер Донован давно о ней мечтал. Под елкой Крэйга ждал новый телефон, потому что Клайду откровенно больно было смотреть, как друг мучается и вглядывается в свой старенький айфон с побитым экраном. Бебе же досталась изящная подвеска с драгоценным камнем, и Донован может сомневаться в чем угодно в своей жизни, но подарок, который покорит сердце девушки, он всегда сможет выбрать. На правах украшающих дом, оперативная группа в составе Крэйга, Кенни, Клайда, и, собственно, Стэна, а так же Николь и Венди, ответственных за накрывание стола, имела полное право начать пить раньше всех и дожидаться прихода остальных. В ходе беседы было выявлено, что Картман и Брофловски в этом году не приедут, потому что уехали куда-то по обмену на полгода. Хотя, по понурому лицу Стэна, о том, что Кайл сегодня будет отсутствовать, не догадается только полный глупец. В глазах Венди, которая хоть и выглядела радостной, тоже мелькала печаль. Крэйг хоть и перешучивался с Кенни, оба постоянно отвлекались, строча сообщения Твику и Баттерсу соответственно. А Клайд, честно признаться, искренне избегал встреч взглядами с Николь. Удивительно, даже спустя столько времени, все негласные взаимоотношения в их большой компании оставались неизменными, словно в Южном Парке действительно время останавливается. Ближе к десяти часам люди начали подтягиваться, компания пополнилась Баттерсом, Твиком, Джимми и Бебе. Стотч притащился с целой горой маленьких подарочков для всех, которые тут же сгрузил под рождественское дерево и присоединился к остальным. Парень робко шарился по кухне в поисках хоть чего-то безалкогольного, чем заставил захихикать добрую половину стола. Клайд, как и большинство, сегодня планировал убраться в сопли, прямо как в родные шестнадцать лет. Твик, уже менее дерганый, но все еще нервный, старался вести себя непринужденно, но после их расставания с Такером, Клайд чисто из мужской солидарности оборвал с ним любые связи. И хотя, в честь праздника, все общались как ни в чем не бывало, напряжение между ним и Крэйгом можно было измерить вольтметром. В прочем, оба парня выбрали самый простой способ сгладить углы - начали усиленно бухать. Донован ловит себя на мысли, что Такер и спиртное слишком часто пересекаются в последнее время и дает себе обещание поговорить с другом. Зато, стоило в помещение войти Джимми, как все тут же оживились, встречая всеобщего любимца. Уолмер тоже стал довольно известен, но в сфере журналистики, поступив куда-то в лигу плюща, и уже временами мелькал на телевиденье и в известных газетах. Но и карьеру комика парень не оставил, выступив с парой стэндапов в некоторых городах. Клайд даже выделил время и потащил Крэйга на его шоу в Денвере. Джимми удалось разговорить подвыпивших одноклассников, и дальше беседа пошла немного непринужденнее. А когда в дверь позвонили и на пороге оказалась слегка запыхавшаяся Бебе, стряхивающая с залаченных кудрей хлопья снега, у Клайда даже что-то екнуло. Все такая же утонченная, нежная, немного флиртующая со всеми и, несомненно, самая красивая. Донован аж забыл поздороваться, засмотревшись на школьную любовь, но, когда их взгляды столкнулись, и девушка смущенно улыбнулась, между ними словно лед растаял. И после теплых объятий и неловкого приветствия, все встало на свои места. Капитан школьной футбольной команды и девушка из группы поддержки остались лишь романтическим клише, а они давно отпустили друг друга, и в памяти каждого остались лишь греющие душу воспоминания о теплых днях. Клайд искренне рассчитывал, что Стивенс подсядет именно к нему, но она разместилась в негласном женском углу стола, зашептавшись с остальными девчонками о своем. «Мне бы так с бывшими здороваться!» — ироничный комментарий Крэйга не обошёлся без ноток зависти. Когда все ожидаемые гости были в сборе, еда съедена, а напитки разлиты по стаканам, действие плавно переместилось в гостиную, где все приступили к разворачиванию подарков. Клайд, который принял решение ехать в самый последний момент, получил всего два подарка. Первым был красный елочный шарик от Баттерса, хоть парень и подарил такие абсолютно всем. Ребята оценили такой маленький, но милый презент, подписав свои шары маркерами, после водрузив на елку. Второй же подарок был от Крэйга. Брюнет никогда не заморачивался с упаковкой подарков, поэтому Донован наткнулся на коробку из-под обуви, подписанную кривым почерком «Клайд» с небольшой запиской: «Не важно, в чем ты летаешь, помни, в чем ты ползал.» В коробке обнаружились старые убитые бутсы, которые Клайд давно оставил в школьной раздевалке. Судя по запаху, Крэйг не удосужился их даже постирать. Похоже, он просто спустил всю стипендию на навороченную термокружку для Твика, но Донован не обижается - оригинальность подарка он оценил. Барбара, раскрыв свой подарок, немного покраснела, но приняла его с гордостью. Рубиновый кулон отлично подходил к ее платью, как и легкий отпечаток рубиновой помады идеально сочетался с порозовевшей щекой Клайда. Такер же разворачивал подарок от Донована последним, уже облаченный в безвкусный рождественский свитер, подаренный Твиком. Не могло не вызвать улыбки, как ненавидящий всякого рода клише Крэйг светится неподдельной радостью от самого факта, что бывший парень ему хоть что-то подарил. Будь тут тот, с кем можно поспорить, Клайд бы поставил сто баксов, что к завтрашнему утру они уже перестанут быть бывшими. — Да ты издеваешься, — Крэйг с рассеянной улыбкой вертел в руках новый телефон. — Не могу не побаловать своего единственного лучшего друга. Донован протягивает руки для объятий, и Крэйг, к всеобщему удивлению, притягивает его к себе. Правда идиллия длилась недолго: — Ну наконец-то будешь кидать мне фотки члена в нормальном качестве, — Кенни улыбается собственной шутке и уворачивается от запущенной Такером подушки. Под общий смех, звон бутылок, глухой стук красных стаканчиков и первую сотню билборда в колонках веселье продолжалось.

В Южном Парке время поворачивается вспять.

Токен устал, еще не успев толком приехать в Южный Парк. Два перелета, суммарной продолжительностью в тринадцать часов, да еще и самолет до Денвера задержали из-за метели. По той же причине перекрыли трассу до Южного Парка, поэтому шоферу пришлось объезжать через Форт-Коллинс, на что ушло еще несколько часов. К резиденции Блэков парень подъехал только часам к девяти вечера, потратив почти весь рождественский день на дорогу. После такого путешествия хотелось только наесться до отвала за семейным столом и завалиться спать, наплевав на все тусовки и празднества. Но сделать этого ему не давала совесть, говорящая голосом Крэйга Такера и строчащая сообщения от его имени весь вечер. «ты где мать твою»

«Рейс задержали, я опаздываю.»

«все уже собрались»

«Сейчас поужинаю с семьей и приду.»

«тащи свою жопу быстрее» Дома его тоже задержали, Линда Блэк пустила трогательную слезу, заведя шарманку о том, как их сын вырос, и как они с отцом гордятся им, а старший Блэк все не хотел выпускать Токена из-за стола, заваливая вопросами о жизни и учебе. Только когда стрелка часов показывала половину двенадцатого, Блэк младший понял, что скоро и вовсе не попадет на Рождество и ему удалось вырваться. Дорога до дома Маршей не заняла много времени, правда сильная метель не красила путь. Уже на участке из помещения доносился пьяный смех и громкая музыка. Токен даже засомневался, что кто-нибудь услышит звонок в дверь. Но спустя всего минуту долбежки по кнопке, на пороге предстал бухущий в стельку Стэн, который, на удивление, не предавался рефлексии, как он любит это делать, а, наоборот, был необычайно весел. — Токен! Какими судьбами? Залетай! — он затолкал гостя в душную гостиную. Все вокруг, кажется, были либо слишком пьяные, либо слишком веселые, а, скорее всего, оба пункта вместе, но на появление Блэка никто особо не среагировал, слишком увлеченные своими занятиями. Даже Крэйг, переставший разносить личку Токена еще час назад, не отвлекался от колоды карт на кухонном столе, где заинтересованно рубился в какую-то игру с Бебе и Кенни. Первой нового гостя заприметила Николь, о чем-то болтающая до этого с Венди. Девушка так и застыла на месте, поднеся к губам стакан, а затем смущенно отвела взгляд в сторону. В отличие от Клайда и Бебе, их расставание прошло не слишком удачно. Она изначально знала, что Токен уедет, а ей подобная перспектива никогда не светит. Дэниелс категорически отказалась принимать хоть какие-то деньги от бывшего парня, а отношения, которые были обречены на скорый конец, просто не могли быть счастливыми. Напряжение между ними осталось далеко не из-за отъезда Токена, а по причине слишком частых ссор и выяснений отношений. Блэк оставил в Южном Парке слишком много скелетов и незаконченных дел. Наверное, зря он сюда притащился. Парень проходит на кухню, чтобы поприветствовать Крэйга. Последний уже перешел стадию опьянения, где он кидается на старого друга с жаркими объятьями. Теперь его хватает только на протяжное «оооо, наконец ты пришел» и неудачную попытку встать из-за стола. — Сейчас доиграем партию и пойдем воздухом подышим, да, Такер? — Кенни замечает, что состояние одноклассника приближается к критическому. Крэйг в ответ только молча кивает. Присоединяться к этой компании у Токена не было желания. Но с другой стороны, к кому еще прибиться? Баттерс и Твик тоже крутились на кухне. Один пытался раздобыть еды, второй трясущимися руками замешать себе кофе с ликером. В гостиной разместились Венди, Стэн и Николь. Так парень и встал в проходе между двух комнат, не зная, куда податься. Он пришел без подарков, приехал слишком поздно, даже не рассмотрев среди темноты и метели улицы Южного парка. Слишком много времени прошло. И в масштабах двух лет, и в масштабах одного дня. Можно попробовать напиться и поймать одну частоту с происходящим в головах других, но спиртное Блэк не пробовал с летних каникул. И сейчас от одной мысли о чем-то крепком ком застревал в горле. Отчаявшийся Токен идет к холодильнику в надежде, что эта группировка алкоголиков еще не опустошила все запасы пива. А потом музыку перекрикивает до боли знакомый голос. — Крэйг-Крэйг-Крэйг-Крэйг! Мы с Джимми нашли у Стэна старую фотку класса, посмотри на... — пьяный смех Клайда обрывается на полуслове. — Ты что, нажрался? Крэйг молча кивает. Кенни и Бебе пытаются скрыть смех. Токен замирает с открытой дверцей холодильника и пытается слиться с окружением. Проблема лишь в том, что его физически невозможно спутать с кем-нибудь другим. Клайд оглядывается по сторонам и замирает. — Токен? И Блэк хочет провалиться сквозь землю, а потом собственноручно открутить голову обманщику Такеру. — Привет, Клайд... В отличие от бывшего друга, Донован не думает о том, что Крэйг его обманул. Он просто видит цель, чувствует, как кровь вскипает в венах и абсолютно не придаёт значения ударившему в голову алкоголю. Клайд Донован, как настоящий квотербек Денвер Бронкос, просто идет в нападение. — Сука, объявился! — Токен уворачивается от первого удара, благо координацию Клайда подпортил виски. — Да как тебе смелости хватило! Бебе испуганно вскрикивает, подскочивший Стэн и Джимми пытаются оттащить Донована в сторону. Кенни и Крэйга след простыл. Баттерс, Твик и остальные девушки тоже приходят на кухню. — Веди себя достойно, Клайд, — Токен старается сохранять спокойствие. — Достойно - это не предавать друзей! А ты что знаешь о достоинстве? — Донован прекратил попытки вырваться из мертвой хватки Стэна. Он пообещал себе больше не плакать. Не быть такой размазней, как в школе. И до этого времени у Клайда отлично получалось держать себя в руках, принимая все трудности и неудачи на жизненном пути. Но одного лица человека, которого он когда-то считал своим самым близким другом, было достаточно, чтобы старые воспоминания и обиды хлынули обратно. Глаза предательски краснеют. — Ты думаешь только о себе, именно поэтому ты не хотел меня отпускать. — Нет, это ты думаешь только о себе! Иначе не стал бы мне врать целый год! Многие из присутствующих понятия не имели о том, что произошло между этими двумя и поэтому начали удивленно переглядываться. — Руг-гаетесь, к-как старая п-парочка, — резонно замечает Джимми, но, удостоившись двух яростных взглядов, предпочел дальше молчать. — Ты мне даже не сказал ничего! Я узнал, что ты уехал от Крэйга! — Клайд предпринял попытку вырваться, но безуспешно. Токен молчит. В конфликте нет правых и виноватых. Он знает, что в чем-то был неправ. В тот день, когда он уже стоял в аэропорту, руки сами тянулись, чтобы позвонить и все объяснить. Но ему просто не хватило смелости. Блэк не хотел огорчать друга, но в итоге слишком запустил ситуацию. А когда стало слишком поздно, смотреть в глаза Клайду уже было чересчур тяжело. Он ждал, пока что-то произойдет само, и в итоге Донован узнал обо всем не от него. Сколько же дерьма тогда прилетело в сообщения Токену и сколько пропущенных звонков горело на экране телефона после приземления. Он так и не ответил ни на одно сообщение. Токен вздыхает. — Мне не хватило смелости. — Зато хватило смелости заявиться сюда! Стэн только открыл рот, чтобы напомнить, что это вообще-то его дом, но Венди вовремя его остановила. — Да я вообще не знал что ты приедешь! — Да пошел ты! — Клайд с силой вырывает руку и уходит из кухни, сопровождаемый взглядами всех присутствующих. У Токена в груди неприятно щемит. И хоть Донован прямо сейчас продолжает вести себя, как неисправимый эгоист, которому и в голову не придёт поставить себя на место другого, это его эгоист. Его лучший друг, с которым они всегда находили общий язык, жарко спорили на любые темы и столько пережили вместе, что и сразу не вспомнишь. Блэк не хочет идти извиняться, потому что попросить прощения, значит признать, что Клайд прав и лишний раз накормить его без того огромное эго. Нет, тут нужно действовать иначе. Так же, как когда они ругались, выходя из кино, был ли фильм претенциозной парашей или же шедевром. Как они всегда сглаживали острые углы. Просто притворялись, что ничего не было и обиды уходили сами. Оставив всех дальше охреневать от произошедшего на кухне, Токен подходит к оккупированному другом дивану. Клайд всеми силами старался выглядеть незаинтересованным в происходящем и бездумно крушил врагов в каком-то файтинге. На Блэка он даже не обернулся. — Знаешь... — Закрой рот, Токен. — На первом курсе у нас был преподаватель по хирургии. Он был ужасно похож на Капитана Пайка из Стартрека. Клайд молчит почти минуту, прежде чем расколоться. — Из оригинальной серии или ребута? Токен улыбается. — Из оригинальной серии конечно. — Она для наркоманов. — Ага. Или чудиков, вроде Стоули. Мы с тобой давно уже это решили. Донован все еще пристально смотрит на экран телевизора, отправляя очередного противника в нокаут. Снова выдержав паузу, он внезапно выдает: — Мой тренер в колледже был похож на Кирка. У него было больше девочек, чем у некоторых парней из команды. Токен тихо смеется. Кажется, он выбрал правильный путь: — Ты не пройдешь Шао Кана. У тебя никогда не получалось. — Отсоси, Блэк. Я здорово поднял свой скилл в Мортал Комбате. — Что-то не верится. И Клайд наконец поворачивается. Смотрит на друга все еще со злобой, но это все больше походило на спортивный запал. — Бери второй геймпад. Прямо как в старые времена. Когда они сидели в комнате Токена до пяти часов утра, играя в приставку, а потом шли в школу полностью разбитые, но такие довольные. Клайд просто не может долго на кого-то обижаться. Не идти первым на примирение из гордости – да. Психануть от навалившихся эмоций - без проблем. Но таить в себе ненависть, когда вот он, твой самый лучший друг сидит рядом с тобой - никогда. И поэтому Донован сдается. Они набирают последние остатки алкоголя, выскребают в тарелку крошки чипсов со дна пачек, занимают диван и на несколько часов выпадают из реальности, поглощенные лишь игрой и друг другом. Токен рассказывает про учебу, Клайд - про спорт. Они снова оживленно спорят и рассказывают забавные истории из жизни. Между ними не было пропасти длиной в два года. Был только мост, который каждый из них не решался перейти.

К счастью, в Южном Парке время поворачивается вспять.

Часам к трем ночи многие уже расходятся по кроватям, но эти двое даже не замечают. Игру пришлось прервать только после того, как один слишком бодрый гнусавый голос крикнул с дальнего конца комнаты: — И Клайд Донован под номером 73 принимает пас! В Клайда что-то полетело и парень на автомате поднимает руку, чтобы поймать. — Идеальная передача Такера! — и если Токен хотя бы задумался над тем, что их общий друг всё спланировал, Донован напрочь забыл об обещаниях Крэйга, поэтому легко подыграл ему. В поднятом вверх кулаке оказалась зажата веточка омелы. — Соситесь. Я спать. Видимо, прогулка на свежем воздухе вместе с Кенни не только вытрезвила Крэйга, но еще и подняла настроение. А остальные наверняка уже рассказали парням о случившемся. Словно Такер и так не знал исхода. Клайд смотрит другу за спину, видит цель и очень довольно улыбается. — Лови обратный пас, Крэйг. Он специально кидает с навесом, чтобы парень тоже был вынужден поднять руку вверх. Брюнет, несмотря на состояние, ловко хватает ветку, делает шаг назад и в кого-то врезается. Вынужденный обернуться Крэйг, нос к носу сталкивается с еще не спящим Твиком, а над ними теперь слишком заманчиво висит омела. — Соситесь. Доброй ночи, — в тон другу отвечает Клайд. Крэйг так ненавидит клише. Только пока дело не доходит до Твика. Завтра эта парочка перестанет считаться бывшей. И Доновану наконец есть с кем забиться на внушительные сто долларов.