Ненавижу, но люблю

Итак, после свадьбы прошло пол года. Лили беременна и они с Джеймсом переехали в Годриковую впадину. Орден так же борется с Волан-де-Мортом. Громкий стук каблуков отдавался эхом в почти пустой комнате. Марлин вошла в кухню, где сейчас сидел лишь один человек – Сириус. Именно он и нужен ей. -Я хочу напиться,-решительно заявила она, поставив на стол пять бутылок огневиски. Парень удивленно приподнял бровь и ухмыльнулся. -В честь чего?,-с улыбкой поинтересовался он, откидываясь на спинку стула. -Моих родителей убили,-с бесстрастным выражением лица ответила девушка. Улыбка сразу же исчезла с лица Блэка. Марлин. Его Марлин, как всегда безупречная. Черные обтягивающие лосины, серая майка с черным черепом, похожим на метку Пожирателей, короткая черная кожаная куртка и черные туфли. Глаза, накрашенные темными тонами и губы. В Марлин Сириусу больше всего нравились губы. Пока все остальные девчонки красили губы в цвета от синего и до розового, МакКинон всегда отличалась. Он ни разу не видел её с накрашенными губами. На глазах ни слезинки, но, он то знает, как ей плохо. За всё время, что он знал её, в её глазах никогда не стояли слезы. Она не плакала. И теперь, когда родители, то есть самое дорогое, что бывает в жизни человека, умерли, она не плачет. Первые три бутылки были опустошены в полном молчании. -Чёрт, какими бы помешанными на чистоте крови они не были, я их люблю,-грустно усмехнулась Марлин, убирая прядь волосы за ухо,-Когда мы пришли туда, там ещё были Пожиратели. Хорошо, что со мной пошли с Гидеон и Фабиан Пруэтты, а ещё Грюм. Двое против четверых. Они трансгрессировали,-залпом выпила бокал огневиски МакКинон. -Кто их убил?,-спросил Сириус. Он пообещал себе, что САМ убьет тех, кто причинил страдания ЕГО Марлин. Пусть это будет хоть сам Волан-де-Морт. -Долохов и…,-внезапно запнулась брюнетка и сделала глоток алкоголя,-…И Регулус. Может….может Регулус под империо? Он же не мог…он не мог их убить. Да, Сириус?,-с надеждой посмотрела на парня она. -Ну, сколько можно оправдывать этого мальчишку. Он по собственной воле стал Пожирателем и убил твоих родителей. Хватит его идеализировать, Марлин!,-взорвался Блэк, вскакивая с места. Девушка тихо вздохнула и осторожно сняла свои лосины. А после села на стол, раздвинув ноги. Сириус удивленно посмотрел на неё. -Просто сделай это. Без вопросов,-её голос был бесцветным, каким-то неживым. Когда он подошел к Марлин, она поспешно расстегнула пряжку его джинс и прикрыла глаза. Сириус вошел в неё резко, заставив болезненно вскрикнуть. Но именно физическая боль сейчас могла заглушить моральную. Услышав вскрик, Блэк остановился и посмотрел на брюнетку. -Пожалуйста,-взмолилась Марлин. Резкие и грубые движения, словно сводили с ума обоих. Закинув её ноги себе на плечи, парень начал двигаться быстрее, до боли сжав её бедра. Определенно потом будут синяки. Плевать. Плевать на всё. Сейчас она хочет только его. Они оба хотят слиться в одно целое. В голове девушки промелькнуло, что он имеет её, словно проститутку на столе, но ей это чертовски нравилось. Последний сорвавшийся стон говорил о том, что МакКинон кончила. Спустя минут, отдав всё внутрь неё, кончил и Сириус, медленно выйдя из неё. -Это был второй и последний раз,-усмехнулась Марлин, одеваясь. Блэк рассмеялся и глотнул огневиски. Она забралась на диван и прикрыла глаза,-Я хочу поспать. Будешь шуметь – запущу в тебя авадой и не пожалею,-натянув плед до горла произнесла она. А Сириус так и остался сидеть за столом с алкоголем. Вскоре появился Фабиан. -Как она?,-спросил он тихо, указывая на Марлин. -Хреново, но не плакала,-грустно улыбнулся Блэк,-Как их убили?,-задал он вопрос, который так давно его мучал, но не мог спросить у самой девушки,-Авадой? -Нет. Похоже, их пытали. И не круцио. Как-то иначе. Вообщем, кровищи было много. Даже Грюм изумился,-вздохнул Фабиан,-Марлин сильнее, чем кажется. Удивительно, что она не расплакалась. -Она всегда была сильной,-тихо прошептал он.