Эй, Обломова!

Я молниеносно оторвалась от Руслана Викторовича, спрыгивая с его колен и оправляя постыдно задравшуюся юбку. Мужчина подорвался вместе со мной, становясь рядом и впопыхах прочёсывая волосы пятернёй. Ещё никогда я так не хотела провалиться сквозь землю, как сейчас. Стыдливо опустив глаза в пол, я начала жевать нижнюю губу, совершенно не понимая, как буду оправдываться перед Алиной. Сердце продолжало громко грохотать в груди, а повисшее в воздухе напряжение заставляло сковываться всё больше и беспомощно обхватить себя руками. Молниями, которые метала Алина глазами, можно было не только убить, но и испепелить в прах, не оставив никакого следа. Она нарочито громко хлопнула дверью, припадая к ней спиной и воинственно складывая руки под грудью. - Что я, блять, только что увидела? - не сдерживалась в выражениях студентка, переводя взгляд то на меня, то на своего брата. Последний, кстати, выглядел не очень взволнованным. Будто это не его застали со своей же студенткой, прыгающей на нём, да и ещё в кабинете директора. Чёрт, уму непостижимо, что мы только что натворили. - Тебя не учили стучаться, Алина? - строгим голосом спросил у неё Руслан, вытирая со своих губ мой вишнёвый блеск. - Что? - возмущённо взвизгнула девушка, принимая облик фурии. - Какого хрена ты творишь? Тебе других девок мало?! Я нахмурилась, совсем не понимая, почему она так настроена против меня. В конце концов, я совершеннолетняя и отвечаю за всё сама. Единственное, что может оказаться преградой, это разница в возрасте и колледж, в котором явно не приемлют отношения преподавателя и студентки. Но я последний курс и через каких-то пару месяцев стану свободной птицей. Относительно, конечно. - Алина, это не твоё дело, - отрезал мужчина, начиная говорить с ней на её же тонах. - Я сам решу что мне и с кем делать, хорошо? - Нет, не хорошо, - фыркнула девушка, резко вскидывая безумные глаза на меня. - А ты что молчишь? Мы же договаривались! Я не могла выдержать её осуждающий взгляд и смотрела куда угодно, только не на студентку. Моё лицо просто горело от стыда: одну из отличниц группы застали вместе со своим учителем. Что если об этом кто-то узнает? Если Алина ляпнет лишнего в порыве злости? Меня же заклюют вначале студенты, а затем родители. Жизни мне больше не будет. Сказать в ответ было нечего, язык предательски прирос к небу. А что говорить? Лепить фальшивые оправдания, что я не хотела? Конечно, хотела, и не жалею о том, что минуту назад расцеловывала своего преподавателя, потому что я впервые в жизни сделала то, чего желала. А стыдиться своих желаний - глупо, пусть они и не совсем правильные. Алина беспомощно вскинула руки вдоль тела, закатывая глаза и вымученно простонав. - Как же вы меня бесите! - бросила она, хватаясь вновь за дверную ручку. - Два сапога - пара. - Ты куда? - поинтересовался у неё Руслан Викторович. Очевидно, он переживал, чтобы его сестра не натворила глупостей. - Не ссы, я никому не скажу о том, что ты совращаешь своих студенток, - едко ответила ему она, оборачиваясь ко мне. - Я жду тебя внизу, репетиторша. Если вы всё-таки решите ещё потрахаться, то заприте дверь, ладно? - Алина! - гаркнул мужчина предупреждающе, а я ещё больше покраснела и закрыла лицо руками. - Что? - в тон ему прикрикнула она. - Не хочу чтобы потом все тыкали в меня пальцем и говорили, что мой брат чёртов извращенец, - после этих слов девушка резко вышла, хлопнув дверями так, что я вздрогнула от неожиданности. Какое-то время в кабинете стояла гробовая тишина, перебиваемая моими судорожными вздохами и тяжёлым дыханием Руслана Викторовича. Что теперь будет? Как мне сейчас смотреть ему в глаза? Как мне через минуту спуститься к Алине и смотреть в глаза ей? Моя совесть уже начала просыпаться и грызть меня изнутри. Паршивое чувство, на самом деле. И как же стыдно перед преподавателем! Я же едва не сама залезла на него, усевшись прямо на его пах и отвечая на требовательные поцелуи. Сама целовала и неизвестно чем бы всё закончилось, если бы в кабинет не ворвалась Алина. Мои родители меня убили бы на месте. Отказались, отреклись бы от меня, как от нечисти. - Эй, - Руслан Викторович убрал мои руки от лица, обеспокоено заглядывая в глаза, к которым подступали нежданные слёзы. - Эмилия, всё хорошо. Не плачь, милая, - нежно говорил он, прижимая мне к себе. И я, чёрт возьми, не могла в это поверить. Мой преподаватель впервые проявил ко мне такой порыв нежности и я, не веря в действительность этого момента, аккуратно поддалась. Нет, это всё реально. Слишком реально чувствуется тепло его тела, рука, утонувшая в моих волосах... - Я с ней разберусь, - заявил мужчина. Не знаю почему, но на Алину мне было отчасти всё равно, а слёзы подбежали потому, что я отчётливо понимаю, что эти поцелуи в пустых аудиториях подальше от глаз не имеют никакого продолжения и ни к чему не приведут. Почему-то именно сейчас я это поняла, как никогда. У этих отношений нет продолжения и вскоре мы, вдоволь наигравшись, разбежимся по разным углам, тешась другими людьми. Надо ли оно? Надо ли позволять этому происходить дальше? - Зачем это всё, Руслан Викторович? - чуть отстранившись, решила спросить я. Если ставить все точки над "и", то здесь и сейчас. Может, место не самое лучшее, но момент тот, что надо. Он посмотрел на меня с высоты своего роста. Против него я была маленьким гномом и, наверняка, со стороны мы смотримся, как слон и моська. Мужчина немного отстранился, но из объятий меня не выпустил, продолжая прочно сдерживать в кольце своих рук. - О чём ты именно говоришь? - недоуменно спросил он, качнув головой. Было трудно завести этот разговор, будучи опьяненной ароматом мужчины, теплом его тела и такой редкой, но желанной близостью. Целенаправленно избавляться от этого - ещё сложнее, но, как говорила мама, глупое сердце не должно перебивать здравый рассудок, и если упустить некоторые моменты, она бы мной гордилась. С большой тяжестью в груди я заставила себя снять свои руки с плеч преподавателя, и этот жест сказал всё за меня. Хорошо, что мне не пришлось подбирать нужных слов, потому что я в этом вовсе не спец. А вот наговорить глупостей... - Я же тебе нравлюсь, разве нет? - как-то неуверенно произнёс он, вскидывая брови и ослабляя хватку. Хоть моё нутро сильно возмущалось тому, что мужчина знатно отдалился, забирая с собой тепло и терпкий аромат, я упрямо держалась солдатом, проглатывая комок в горле и часто моргая, чтобы скупые слёзы не брызнули с глаз. Черт возьми, да хватит уже реветь! - А толку? - горько спросила я, делая шаг назад и чтобы компенсировать маленькую утрату, обхватила себя руками, слегка потирая за плечи. Вдруг стало прохладно, как снаружи, так и внутри, словно меня постепенно опустошали. - Давайте начистоту, Руслан Викторович, - я специально акцентировалась на полном произношении его имени, как и полагается студентке. - Вы мне нравитесь. Это правда. И на этом, наверное, всё. Вы старше меня, у вас другие потребности.. и мои родители, даже если взвесить всё "против", будут не рады такому союзу, а вы их, наверняка, знаете... Откуда во мне взялось столько духу выпалить всё это прямо в лицо своему преподавателю - не понимаю, но стало гораздо легче. Будто с плеч сбросила тяжёлую ношу и теперь могу свободно дышать. Но надолго ли? Мужчина задумался над моими словами, серьёзно нахмурившись. Он обошёл директорский стол, проводя рукой по дубовой поверхности, и остановился прямо напротив окна, складывая руки в карманы брюк. Мои чувства ели меня изнутри, обиженно вгрызаясь в кровоточащее сердце, возмущаясь моим поступком, и только холодный разум хвалил за стойкость и смелость. - Я думал, ты достаточно взрослая девочка и можешь уже сама принимать решения, - досадно подметил он, смотря на двор колледжа невидящим взглядом. Его слова были своего рода уколом и намёком на моё совершеннолетие и право самой распоряжаться своей жизнью. С одной стороны так оно и есть, а с другой - всё гораздо сложнее. Я слишком слабохарактерная, чтобы заявить об этом родителям и громко хлопнуть дверью. Я боюсь, потому что без них - я никто и пока должна жить по их правилам. - Это не совсем так, - горько хмыкнула я. - Я от них всё ещё зависима. - Тебе не кажется, что это слишком? - я выгнула бровь в ответ на вопрос преподавателя. - Тебе восемнадцать, а ты всё ещё ручной ребёнок своих родителей. Пора бы уже говорить о своих желаниях и не спрашивать разрешения, чтобы поцеловаться с мальчиком, - он медленно крутанулся на пятках, смотря прямо мне в глаза. - Думаю, вряд ли бы они выгнали свою единственную дочь на улицу и отреклись бы от неё. Теперь пришёл мой черёд задуматься. Всё правильно сказано и очень легко, но как трудно сделать первый шаг. Первый раз пойти наперекор маме с папой, не согласиться, не подчиниться... Выйти из выстроенной зоны комфорта... - Вот только не с мальчиком, а с преподавателем, - ничего другого не нашлось чтобы сказать и я уцепилась за единую его фразу. Уголки его губ едва заметно дрогнули и мужчина плавной походкой подобрался ко мне ближе, становясь напротив всего в крохотном шаге. Сердцебиение, до того неспокойное, участилось ещё сильнее и теперь грохотало под самым горлом, сдавливая дыхание. - Верно подмечено, - усмехнулся он, склоняясь ближе так, что его дыхание разбивалось об мои губы. - Ну, если проблема с возрастом - это не проблема, с потребностями мы разберёмся. Остаются только твои родители-надзиратели, - хмыкнул мужчина. - Как решить этот вопрос? Твои предложения? Я стояла, как дура, учащённо моргая глазами и хлопая ртом. Руслан Викторович сейчас выступал в роли змея-искусителя, завлекая вкусить запретного плода, наплевав на всё и всех. И мне не верилось, что это говорит он - обычно сдержанный и строгий, и лишь моментами тёплый и страстный. Он так и не ответил, не сказал, нравлюсь ли я ему тоже, но его речь уже о многом говорила. О том, что всё решаемо? Или я, как истинная девушка, услышала только то, что хотела услышать? - Жениться на мне, - ляпнула я и тут же прикрыла рот рукой. Руслан расхохотался, чуть запрокидывая голову, а я покраснела до кончиков ушей, чувствуя себя неловко. Можно подумать, я сказала неправду. Мои родители как раз-таки именно такого и мнения! - Не будем торопить события, малышка, - всё ещё хохоча, произнёс мужчина. - Понимаю, что вам, девушкам, хочется чем побыстрее, но нужно придумать другой способ, чтобы я мог целовать тебя легально. От последних слов моё сердце пропустило удар и заворожённо уставилась на Руслана Викторовича, думая не сон ли это. Не застанет ли меня сейчас мама в моей кровати, облизывающую своего любимого медведя? Как в доказывание того, что всё происходит наяву, преподаватель преодолел последний шаг между нами и прижал меня вплотную к себе. Я охнула, не ожидая этого, и упёрлась рукой в твёрдую грудь мужчины. Мой пульс подскочил до невозможности и я даже слегка испуганно посмотрела на него. - Ну? Какие будут идеи, Обломова? - поинтересовался он, одной рукой держа меня за талию, а другой поглаживая шею кончиками пальцев. Я едва не замурлыкала от приятного ощущения, прикрыв глаза. Думать было невозможно. Я даже не могла сбить в кучу свои мысли, где я, что я. - Не знаю, - выдавила я с трудом, глотая слюну. Моя ладонь расслабилась и я позволила себе пробежаться пальчиками по груди мужчины, останавливаясь почти возле самого кожаного ремня на брюках. Руслан недовольно промычал в ответ, попутно зарываясь носом в мои волосы возле шеи. Я же замерла, боясь сделать вздох, боясь спугнуть или сделать что-то не так. Я превратилась почти что в статую, позволяя делать с собой всё, что угодно. Я вздрогнула, когда горячая ладонь преподавателя опустилась на моё бедро, чуть сжимая нежную кожу и плавно вырисовывая незамысловатые узоры. Моё дыхание участилось и я ухватилась обеими руками за мужчину, словно боясь упасть или же, наоборот, в случае чего остановить, если будут, конечно, силы. Руслан Викторович продолжал свои манипуляции, явно наслаждаясь моей реакцией. Его тёплое дыхание я чувствовала в районе своей шеи, мягкие губы аккуратно касались тонкой кожи и вызывали табун мурашек по телу и томные вздохи. Ладонь не спеша поднималась вверх по бедру, заставляя тело биться в мелкой дрожи. - Подумай хорошо, Эмилия, - интимно прошептал он мне на ухо. - Ты же не всерьёз хотела отказаться от этого? Здравый рассудок едва заметным светом пробивался в той темноте, которую я видела сейчас перед глазами. И я хотела пискнуть в ответ, что вообще-то собиралась, и даже поймала в своём затуманенном сознании трезвую мысль, что я опять позволила сбить себя с пути и поддалась на глупые провокации, но преподаватель, будто почувствовав мой мимолётно возникнувший протест, поймал в плен мои губы, увлекая в глубокий и слишком влажный поцелуй. Я коротко простонала, податливо впуская его наглый язык и отвечая на требовательный поцелуй. Боже, какая же я слабачка! Руслан Викторович подхватил меня под ягодицы, заставляя обхватить его торс ногами, что я незамедлительно и сделала. Вдруг в помещении стало слишком жарко и я чувствовала, как неприятно прилипает моя блуза к спине. Но не на этом я концентрировала своё внимание. Я думала только о том, как страстно прижимает мой преподаватель меня к стене, грубо целуя, как необычно влажно стало у меня между ног и как что-то твёрдое туда же упирается, вызывая непривычную тягу внизу живота. - Подумала? - на минуту отстраняясь, спросил мужчина, пытаясь отдышаться. Его глаза горели желанием и это меня, слегка пугало. Пугало и моё взаимное желание и не сопротивление. - Трудно думать в такой обстановке, - я облизнула губы, чувствуя привкус сладких конфет. Руслан Викторович ухмыльнулся, собираясь вновь припасть к моим губам, но я остановила его, протестующе выставив руку ему в грудь. - Если опять кто-то войдёт? - предостерегающе сказала я, кивнув на дверь. - И в этот раз не Алина? Конечно, мне хотелось, чтобы он продолжал свою сладкую пытку и ни в коем случае не останавливался. Мой разум был затуманен настолько, что мне стало всё равно на уставы родителей и даже на свои внутренние - переспать только со своим парнем, повстречавшись не менее полугода. Руслан творил со мной невиданные вещи, заставляя играть не по правилам. - Так ещё больше заводит, не правда ли? - хохотнул он мне на ухо, распаляя ещё сильнее. - Директора сегодня нет, а ещё..., - протянул загадочно искуситель, кончиком указательного пальца поддевая краешек моих трусиков, так, что те сильнее впились в меня, заставляя прикрыть глаза от проявившегося животного желания, - У него есть потайная комната, - мужчина кивнул на ещё одну дверь в кабинете, за которой никого, кроме самого Михаила Ивановича не было. Я бросила короткий взгляд в ту сторону, понимая, что за той дверью, если я сейчас соглашусь, меня ждёт что-то новое. Может, достаточно приятное и взрослое, но правильное ли и не с ряду вон выходящее? Во мне постепенно возникал диссонанс чувств: каждый раз, когда голос разума пробивался наружу, его заглушал проворный язычок Руслана Викторовича, завлекая в томный поцелуй или играя с моей кожей на шее, ключицах, плече.. Моё тело говорило чёткое "да", здравый рассудок кричал "нет". И я не знала, кого слушать. В то время, когда наши губы вновь слились воедино, а грубая рука Руслана Викторовича вернулась к оголённому бедру, возвращая мурашки по коже, чувственно поглаживая и поднимаясь вверх к укромному месту, дверь вновь распахнулась и на этот раз я резко соскочила, отпихнув от себя ничего не понимающего преподавателя. Моё сердце, казалось, сейчас выпрыгнет с груди, а сама я сгорю от стыда прямо здесь, в этом чёртовом кабинете. - Ну ёб твою мать, Руслан! - гневно визгнула Алина, упирая руки в бока. Мужчина озадачено почесал затылок и на этот раз не нашёлся что сказать. Его рот бесстыдно блестел от моего блеска, которым я, кстати, перед этим намазалась вновь. А о своём виде я вообще молчу: задранная юбка, призывно спущенная на одном плече блузка и гнездо на голове. Ну и ещё засосы на шее и горящие глаза. Красотка. Человек, который ездит на олимпиады и претендует на красный диплом. Гордость родителей. - Я, блять, не имела в виду, чтобы вы реально потрахались, - простонала девушка, пыхтя от злости, топнув ногой. - Ну что с вами делать, а? - Алина, - устало выдохнул преподаватель, глядя на неё из-под лба. - Сколько тебя ещё ждать? - возмущённо произнесла студентка, обращаясь ко мне и игнорируя своего брата. - На выход! - приказала мне она, ткнув пальцем на дверь. - Алина! - вновь повторил мужчина более громко. - Не лезь не в своё дело. - А я пока и не лезу, - фыркнула она. - Пока вас не разведёшь собственноручно по разным комнатам, вы не отлипните друг от друга, а я устала кое-кого ждать, - это намёк на меня. Я же покорно опустила голову и прошла мимо мужчины, даже не взглянув на него. Часть меня победно ликовала, что в кабинет опять ворвалась Алина и спасла меня от Руслана и своих собственных желаний. Правильная моя сторона. Годами точеная родителями. А другая - более тёмная часть, изнывала, требуя горячего продолжения, как в моём недавнем сне с участием Руслана Викторовича. Но мы и так сегодня зашли слишком далеко. Надо обоим остыть и обдумать дальнейшие действия. "Нужно придумать другой способ, чтобы я мог целовать тебя легально" - голосом преподавателя проговорило моё подсознание. Выйдя за дверь, я счастливо улыбнулась, скрывая улыбку за ширмой растрёпанных волос.