Жизнь

Детское тело на многое влияет. Пока я настраивала свою тушку, то не заметила, как меня в неё перенесло. За первый год существования в новой жизни, успела как следует изучить Систему. В общем, это что-то вроде полуреальной компьютерной игры. Да-да, именно полуреальной. Потому что своя реальность у неё тоже есть. Пытаясь вспомнить всё, что Ленка рассказывала мне про эту вселенную, я прокачала мудрость на 5. Также меня не очень устраивал мой «уровень» удачи. Пришлось потратиться. А вот сила, скорость, интуиция и вообще всё не хотело улучшаться от слова "совсем". Вот так и жила. Какой праздник! Я сказала первое слово! Нет, серьёзно, мои полуторагодичные попытки хоть что-то внятно произнести удачно закончились. А с ними прибавилось 5 опыта и 1 к интеллекту. Но да, с такой скоростью я до 5 уровня к концу жизни доберусь… Нет, Система мне не мешает, даже наоборот, просто… как-то стрёмно от незнания этого Главного задания. Таак, а вот это уже странно. Мне почудилось, что рядом с мамой стоит какой-то маленький человечек, но когда я попыталась приглядеться, то ничего не увидела. Первое время человечек не возвращался, но вскоре стал появляться чаще. Чуть позже всё встало на свои места. Эриса Риатэ оказалась беременна!

Вы открыли расовый навык — Аурное зрение (ур. 1)!

Ого, ничего себе! Таак, а если постараться, может, получится увидеть более подробно? Я старалась. Щурилась, напрягала глаза…

Вы повысили уровень расового навыка «Аурное зрение»!

Ого, это хороший пряник…

За огромные старания вы получаете штраф в виде головной боли (ур.3)! Осталось: 59 мин 59 сек

А вот и кнут. Блииин… Как голова болиииит! Так и шли годы. Я обретала навыки, получала штрафы, училась местному языку. Уже к пяти годам моё детство закончилось. Как старшая дочь (по здешним меркам) я должна была помогать родителям: следить за младшими, если такие есть, а они были в количестве двух мальчишек, учиться убираться, готовить… У детей в Загребе детства почти не было. И вот, сегодня мой личный праздник. Я открыла пятый уровень!

Вы открыли уровень 5! Вам доступны: Задания (1) Карта Направленность магии Вы открыли Главное задание! Жизнь (0/100) Часть 1. Добудьте лопату для копания ямы под фундамент.

Чего? Какая лoпата, яма и фундамент?

Узнайте своё происхождение. Вы инициированы в Дэю Риатэ. Узнайте, кем вы были ранее.

Понятно, что ничего не понятно. А что за направленность магии?

Направленность магии — к чему вы больше склонны, к цветочкам или крови? Доступны: I. Чёрная (боевая) ведьма — вы можете варить хорошие зелья, но лучше всего вам даются боевые. Артефакты: метла (добывается самостоятельно). Навыки: боевая магия, защитная магия, боевое зельеварение. II. Морская ведьма — вы хороши, как в бою, так и в скотоводстве, но только морском. Артефакты: — Навыки: перемещение (с помощью воды в определённое место), изменяющая ритуалистика. III. Тёмная магианна — вы творите любую магию, что соответствует вашему рангу и цвету. Артефакты: — Навыки: любая тёмная магия, проклятия, зельеварение. IV. Тёмная целительница — вы творите любую магию, что соответствует вашему рангу и цвету. Артефакты: — Навыки: любая тёмная магия, проклятия, тёмное целительство. V. Тёмная целитель-некромант — вы творите любую тёмную магию, что соответствует вашему рангу и цвету. Артефакты: посох некроманта (добывается самостоятельно, необходим для любых целительских заклятий). Навыки: любая тёмная магия, некромантия, тёмное целительство. VI. Магианна смерти — вы способны на любую дребедень, но лучше всего умеете общаться со Смертью. Артефакты: — Навыки: некромантия, магия смерти, глаза смерти. VII. Магианна жизни — вы способны на любую дребедень, но лучше всего у вас получается создавать жизнь. Артефакты: браслет Жизни (необходим для сокрытия ауры). Навыки: магия жизни, химерология, общение с Жизнью. Обратите внимание, что к каждому направлению идут отдельные особенности. Индивидуальные для каждого игрока.

Кхэ… кхэ… Отдельные особенности? Интересно, что это за фигня у меня будет… Надеюсь не дебаффные. Так, целитель-некромант — нет. Костыль для колдовства мне ни к Бездне. Тёмная ведьма… Не, слишком узкая специализация. Морская… Что-то мне кажется, что вода должна будет затушить огонь. А Огненные оружие и портал слишком хороши… Тёмная магианна… тоже нет. Проклятия, пусть и не все, может накладывать человек и без магии. А те, что выше десятого, тем кто не собирается нарушать закон, накладывать и не надо уметь. Так что нет. Тёмная целительница… Нет. Однозначно. Пусть лекарство и полезное дело, но необходимый минимум освоит и тролль, а меня в медицину никогда не тянуло. А уж после моего рака… точно нет. А вот последние два пунктика интересны… Очень интересны… В принципе, некромантия не сложна. А вот химерология… Это да, это интересно. Но блин! Выбирать сложно! С одной стороны, я обожаю создавать, но с другой… С другой моя мечта дества прошлой жизни — стать частным следователем. Там очень понадобилась бы некромантия. Ладно. Давайте магианну смерти…

Ваша магия меняет направленность в сторону магии смерти! Вам станет доступно: Некромантия, магия смерти, глаза смерти, общение с сёстрами Жизнь и Смерть. Также вы обретёте: Артефакты Глаз смерти и Волос жизни. Родство (отдалённое) со Смертью. Осталось: 47 ч 59 мин 59 сек

Ого, ничего себе плюхи! Но вряд ли всё так просто… Всё таки элементали — слишком важные персоны для того, чтобы с ними просто болтать каждый вечер… Дело было утром. Ещё только начинался рассвет, а я валялась. Обычно, позволить такое самой себе было равносильно тому, чтобы получить выговор от мамы, папы и обеих бабушек. Но сейчас можно. Пока все спят, можно всё, что не вредит семье. Вообще, мне очень повезло здесь. Семейство Риатэ по-настоящему заботилось о своих детях, а не как наши соседи Ойдши. Те, имея 18 дочерей, не любили ни одну из них. — Хоть любви мы им и не дарим, но жизнь даём. Да и платят женихи за невест не мало, — ответила как-то соседка маме. С тех пор я начала понимать. Это для меня, девушки, выросшей в мире высоких технологий и в не бедной семье, все здесь было дикостью. А для других, наоборот, единственным способом жить. Здесь царствовала монархия и феодалы. Главным был Тёмный Император. Приближёнными были, по большей части, тёмные лорды и леди, оборотни, вампиры, дроу. Затем шли нелюди и редкие люди, что просто жили в столице. Следом — люди, гномы, дроу, тёмные и представители всех рас, кроме демонов. Они были кем-то вроде обычных граждан. Работали в местном подобии полиции — Дневной страже, и ОМОН — Ночной страже. Преподавали, торговали в мелких лавчонках, держали не слишком дорогие ресторации, бары и кабаки. Чуть по ниже были мы — крестьяне, охотники. На Земле таких в XVII–XVIII веках звали низшим сословием. Впрочем, им мы и были. Феодалы — лорды земли, брали налоги у крестьян, заботились, предоставляя землю, и лечили за чуть меньшую плату, чем лекари. — Дэя, спускайся! — вырвал меня из мыслей материнский зов. — Иду, мам! — ответила я и вылезла из-под одеяла. Вставать, а потом спускаться не хотелось. Совсем! Было холодно и шумно. Наверно, сегодня придётся с мамой идти на рынок. Вчера, на сколько я помню, закончились фрукты и чай. А к сожалению, охота подобного не добывала. На кухне уже витали вкусные запахи. Ммм… судя по всему, сегодня на завтрак яичница-глазунья и отруби! Мама их готовит… — Кошмарного утра, мам, — пожелала я маме, спустившись. — И тебе ужасающего. Никаких объятий или поцелуев. Приграничье — суровый край. Будешь тратить время на нежности — околеешь. А спустя шесть лет случилось несчастье. Это был вечер, мама у окна выла от отчаяния и не слышала ни наших просьб, ни слов тети. А она плакала, сходя с ума от тревоги и ужаса, потому что вечером отец ушел на охоту… а спустя примерно час магически усиленный голос над деревней объявил о том, что близ Загребня был замечен загрызень, и ради собственной безопасности всем жителям приказали не покидать дома. Вот так в наш дом пришла беда… Офицеры Ночной стражи принесли отца в полночь. Младшие уже спали, тетя ушла, т.к. дом ее был рядом, и с мамой, которая так и не смогла успокоиться и уже только всхлипывала, была лишь я… Когда принесли отца, его ноги представляли собой рваные куски истерзанного мяса… Лицо, грудь, плечи — все было покрыто рваными глубокими царапинами, но именно ноги тварь действительно ела. При виде искалеченного папы, мама потеряла сознание… Говорить, куда его нести, перевязывать раны пришлось мне. В той схватке со зверем Ночные стражи потеряли собственного лекаря и не смогли помочь отцу — они и так спасли его из лап загрызня, и остановили кровотечение, сохранив жизнь. Они сделали все, что могли в той ситуации, но отцу нужен был маг. Очень сильный маг и, соответственно, очень дорогой. У нас таких денег не было, но был лорд земли. К нему я и побежала на рассвете. И вопреки расхожему мнению, что лорд Градак злой и безразличный к бедам своих крестьян, он принял меня, успокоил и пообещал помочь. Глупая и наивная, я поверила каждому слову. Раздавленная горем и отчаянием мама поверила тоже. Моя добрая мать не могла даже подумать, что подписывает, практически не глядя. А лорд Градак, он ведь очень умно поступил, приехав сразу с магом, и мама… мама была поставлена в ситуацию, когда от спасения отца ее отделяла только подпись. Она и подписала, не сумев прочитать, да и как она могла — мама плакала непрерывно, просто не в силах успокоиться. И отца излечили. Лорд Градак привез действительно сильного мага, у папы даже старые травмы излечились и он больше не хромал. Как же мы все были счастливы! Это был самый настоящий праздник, самое невероятное чудо. Мама обнимала отца и плакала уже от радости, не в силах поверить, что все обошлось, младшие носились вокруг, сестрички повисли на папе, как спелые сливы, а я… Я побежала вслед за лордом Градаком, чтобы сказать самое искренне и полное радости «Спасибо». Лорд покивал, слушая путанную эмоциональную речь тринадцатилетнего ребенка, проводил мага, который покинул нас, использовав портал, а затем… Я вдруг оказалась резко прижата к забору, да так сильно, что весь воздух словно вышибли из груди, а из глаз брызнули слезы… Но я тогда не испугалась, я испугалась когда лорд Градак, касаясь моей щеки противными холодными губами, прошептал: «Ты поблагодаришь меня, Дэя, поверь. Ты будешь благодарить меня долго, девочка. Мне просто искренне жаль, что тебе так мало лет и еще целый год я буду вынужден просто облизываться… Но время летит быстро, маленькая, через год ты получишь шанс благодарить меня очень часто!». Тогда же меня и поцеловали… впервые. Меня потом долго рвало за домом, где сидела в промежутке между сарайчиками и терла губы снегом чуть ли не до крови. Я знала, чего хотел от меня наш лорд земли, не могла не знать — деревенские дети очень рано понимают, что животные занимаются не играми, а кое-чем другим, от чего потом появляются собачата, козлята, телята, да и позади, жизнь, где об этом не знает только младенец… Так что я знала, понимала все очень отчетливо, и меня мутило от отвращения и страха… А потом пришла наша кошка, начала тереться об меня, мяукать, подталкивать к дому. Наверное, если бы не она, я замерзла бы в снегу…

Вы испугались и были удивлены! На вас накладывается штраф в виде заторможенной реакции и истерик. Осталось: 6 ч 59 мин 58 сек.

Да, я проревела весь вечер и ночь. Отец узнал обо всем спустя несколько дней. Нет, мы и так знали, что лорд оплатил папино лечение, а мы ему в залог оставили дом, просто папа никак не мог понять, от чего такая щедрость со стороны лорда. А еще ему очень не понравилось, что я ходила, как в воду опущенная. Папа несколько раз спрашивал, но я лишь отмалчивалась. Никогда не забуду тот вечер — мы ужинали, я держала на руках и кормила маленького Нэку, мама кормила младшенькую Сиру. Отец поел быстро, потом встал, начал искать те бумаги, нашел, сел у окна… А потом сильный и решительный мужчина поседел на глазах. Его так не испугала даже схватка с загрызнем, потому что даже израненный отец оставался темноволосым, а страх за меня остался ледяной изморозью на висках. Отец тогда промолчал, просто вышел на улицу и долго не заходил в дом. Мама поняла, что что-то не так, посмотрела на меня… осознание беды, наверное, накрыло ее именно тогда. Нет, скандала не было, криков и слез тоже. Мы покормили детей, уложили всех спать… Потом родители вышли на улицу, и вот там он на нее орал. О Бездна, как же он кричал. А я сидела у печки и слышала все, каждое слово… Про то, что лучше бы он сдох… лучше бы загрызень его просто сожрал… что лучше бы он остался калекой, но только не это… Мама не оправдывалась, она давилась слезами, стараясь не плакать громко, чтобы не разбудить младших… А потом отец вошел в дом, увидел сжавшуюся на лавке меня и прямо спросил: «Ты знала?». Пришлось сказать правду. На маме после моего рассказа лица не было, отец опять вышел. Вот так я стала «живым покойником» в доме. Мама просила прощения… всегда, постоянно, непрерывно. Словами, прикосновениями, поступками. Она старалась освободить меня от любой работы по дому, запрещала младшим доставать или дергать меня, и больше не было «Дэя, принеси», или «Дэя, сделай», началось «Хочешь чего-нибудь?», «Испечь твой любимый пирог?», «Иди отдохни, солнышко». Не могу сказать, что раньше меня сильно заставляли, просто я была старшей в семье, я была маминой помощницей, а стала… Стоило маме посмотреть на меня, и в ее глазах появлялись слезы. Она годами поедом себя ела за то, что подписала не глядя. А я? Я была старшей в семье, и я понимала — погибни отец, что стало бы со всеми нами? Я не обиделась бы на родителей, даже зная, что они, что отдают меня в долговое рабство, но… отец не отдал. Съездил в город, обратился к офицерам Дневной стражи. К сожалению, даже их посещение лорда Градака ничего не решило. Бумаги оказались подготовлены отменно, и лазеек у отца почти не осталось. Кроме одной — до тех пор, пока выплачивается определенная сумма в год, забрать меня в долговое рабство лорд земли не мог. И отец практически перестал бывать дома — он стал лучшим охотником не только в Загребне, но и во всей округе. А однажды ночью, когда он пришел на недолгую побывку, как всегда принести деньги и мясо, я услышала, как он сказал маме: «Я занял деньги у торговца мехами. Долг большой, но я выплатил лорду Градаку за три года. Выплатил в присутствии офицеров Дневной стражи, потому что… он не хотел деньги брать. Ему не деньги нужны, но я не отдам Градаку нашу дочь, обещаю тебе. Три года у нас есть, я буду много работать, мы сможем и детей поднять и сберечь Дэю. У нас все будет хорошо». Хорошо было, но не совсем. В наших местах девушки рано выходят замуж. В четырнадцать уже бегают на посиделки в дом свахи зимой, летом на танцы за деревней, к шестнадцати идут в семью мужа. Так и мои подруги строили глазки, влюблялись, ходили на свидания, а я - нет. Я запретила себе даже думать об этом раз и навсегда. Робкие ухаживания наших парней, оставленные у ворот букеты полевых цветов, сваты, иной раз появляющиеся на пороге нашего дома. Я говорила «нет» всегда. Мама лишь украдкой вытирала слезы, отец сжимал челюсти, но что он мог мне сказать? Он и так работал на износ, я знала об этом. Время шло, три отпущенных мне года заканчивались, но однажды я возвращалась из города и увидела нашу кошку. Кошке полагалось сидеть дома, но она почему-то оказалась в Ринсе. Я бросилась за ней, пробежала через всю улицу и поймала Царапку только у отделения Дневной стражи. Подхватив кошку уже хотела уходить, как услышала доносящееся из окна: «Вот покидаете вы нас, мастер Нэбер, а кого на ваше место? И ведь место-то хорошее, и государственное обеспечение, и жилье казенное, и паек, и в долговое рабство за пристрастие к азартным играм не упекут, государство, если что, прикроет, а мало у нас проклятийников-то».И я увидела выход. Выход из той западни, в которой оказалась, а также способ выполнить третий пункт Главного задания. Домой бежала, придерживая кошку и юбку и стараясь не потерять корзину с покупками. Каково же было мое удивление, впрочем, и недовольство, когда путь мне преградил всадник на черном крылатом коне. Спрыгнув с лошади и не обращая внимания на шипящую кошку, лорд схватил меня за подбородок, заставив смотреть на него и усмехаясь, сообщил две вещи — время мое почти истекло, во-первых, и на сей раз у отца не хватит денег, во-вторых. Молча согласилась со всеми его сообщениями. Впечатлилась размером моих неприятностей, прослушала, что именно со мной сделают и как именно. Я выдержала все. Гладила и успокаивала кошку, кусала губы, но слушала молча. Досадуя и негодуя лорд в итоге меня покинул, я вернулась домой и поговорила с мамой. С мамой, не с отцом, отец бы не отпустил. Мама сходила к бабушке, взяла у нее деньги и ночью провела меня к почтовому экипажу. Вот так я покинула родную деревню и прежнюю жизнь. Прибыв в Ардам, остановилась у почтенной госпожи Нурхи, тещи того самого торговца мехами, у которого отец когда-то занимал деньги. Я готовила, выдраивала дом, выслушивала все капризы престарелой гномихи и по ночам готовилась к вступительным экзаменам в Академию Проклятий. В то лето истек срок, купленный моим отцом у лорда земли, и вскоре за мной пришли. Меня дома у родителей уже не было. Даже мой отец, который знал, что я в столице Приграничья и бросился за мной на второй же день, как я уехала, найти не смог, так домой и вернулся. А я сдала экзамены, поступила и к тому времени, как люди лорда Градака меня нашли, уже являлась адепткой и, следовательно, отчуждению в личную собственность не подлежала. Правда, пришлось повторно выслушать, что именно лорд со мной сделает, когда тупую крестьянку отчислят из академии, а в том, что отчислят, он не сомневался — я даже читала с трудом, так как школы в Загребне не было. Но я выслушала молча, потому что, в отличие от него, точно знала — я лучше сдохну, но не вернусь домой отчисленной из академии. И я действительно пошла на все. Когда мне предоставили комнату в общежитии, то ушла от госпожи Нурхи и начала искать работу, потому что подчтенная гномиха считала, что платит мне возможностью спать под крышей, а мне нужны были деньги на учебники, тетради, одежду и подкуп преподавателей. Я стала подавальщицей в таверне, но я готова была согласиться на почти любую работу, лишь бы платили достаточно. Так и началась моя новая жизнь.