Вторая жизнь Милены или дуэнья для Княжны.

Милена. Ооох, как же классно просыпаться без будильника, прям счастье какое то. Но что это? Хотела по привычке потянуться и…. не получилось. Такое ощущение что я неделю лежала без движения, тело такое деревянное. Открыла глаза и то с трудом, а ведь это не самое страшное, вокруг огромные люди и если учесть что мой рост около двух метров то они в среднем где-то около трех с половиной метров. Я с ума сошла. Я понимаю что я в незнакомом месте, среди незнакомых странных людей на меня начинает накатывать паника, но тут одна из трех женщин находящихся в комнате заметила что мои глаза открыты и как завизжит! Я прям сразу осознала что не сплю, во сне так уши не болят. Прибежали люди, ну что я могу сказать, я попала. Причем по крупному. Одеты были странно для нашего времени: у мужчин штаны и рубахи с жилетками. А у женщин юбки в пол и рубахи с закрытыми по шею декольте, или же сарафаны в пол, тоже поверх закрытых рубах. Причем само тканные, видно что вышиты вручную, а жилеты из кожи. И лишь один мужчина выделялся, он был одет в серую хламиду до пят подвязанную кушаком . Он то и подошёл ко мне первым, как мне потом объяснили, он был что то типа нашего фельдшера. Осмотрел меня и отошел к мужчине, который стоял все это время в стороне и наблюдал за всем этим балаганом, и что-то ему сказал развернулся и вышел. За ним следом вышли и остальные. В доме остались лишь тот мужчина к которому обращался « врач» и женщина, видимо муж с женой. В этой ситуации меня удивило что никто не спрашивал кто я откуда и как меня зовут. Странно. За размышлениями я не заметила как женщина подошла ко мне с плошкой и подняла меня в сидячее положение, помогла мне выпить из нее бульон. Я только хотела спросить о том кто они и как я здесь очутилась меня сморил сон, да так быстро, что я и звука не успела произнести. Только мысль мелькнула, что это бульон виноват был. Во второй раз мое пробуждение сопровождал разговор между мужчиной и женщиной, которая давала мне бульон. - Дарк, волхв сказал ей лежать еще неделю, я не могу так на долго оставить поле, покос же, что делать будем? -Да, я тоже об энтом думал, наймем Найду за мешок зерна на неделю, чтоб за Дэйкой ходила, да кормила. Не обеднеем и руки свободными будут. -Но ведь совсем старуха же? Справится ли? -Справится, а утром и вечером сами будем присматривать. И не о чем тут спорить! Мужчина развернулся и вышел, женщина пошла за ним следом. А у меня появилось время подумать. Итак я ПОПАЛА, да блин, как в книгах герои. Да еще и крестьянскую семью. Судя потому что они не бегут от меня и не косятся, а приняли за дочь, попала я еще и тело чужое, но это уже дело десятое. Об этом я подумаю позже, итак подводим итоги: меня зовут Дэя, кстати было бы хорошо найти зеркало, но это не первостепенная задача. Второе надо молчать, сделать вид что онемела после болезни и больше слушать. И жить. В принципе ведь меня как- либо перенести сюда после смерти могло, ведь дома то меня ничего не держало, как раз накануне все дела завершила, даже похороны устроила и оплатила с открытым числом. Помню как чуть ли не все агентство прибегали то за скрепками, то за скотчем, на дуру посмотреть, что свои похороны устраивает. А я делала, потому что надо, потому что Тиме с Настасьей так легче будет оплакать и отпустить, чем если им придется бегать и все организовывать. Так и получилось что там меня уже ничего не держало. Итак, выходит все что от меня сейчас требует ситуация, это молчать, слушать и мотать на ус. Господи, пусть их, то есть усов все же не будет! В том что у меня все хорошо и с лицом и с телом мне удалось убедиться на следующий день. Когда пришла сухонькая говорливая старушка, божий одуванчик. Она дала мне зеркальце в котором отразилась девочка лет десяти, русые волосы, ярко голубые глаза. Тонкие черты лица и чистая кожа, порадовали. Теперь стало понятно почему все казались такими большими, просто я стала намного меньше. Вот уже три дня живу в новом мире. Почему в новом, а все просто: не было на нашей Земле полу магической эпохи. Координация ни к черту, бесит, если честно. я привыкла отлично владеть своим телом. А тут уже три дня лежа, ну как лежа до ведра и обратно, и то на руках на этом все. Через три дня мне разрешили подниматься, сначала сидеть. А через пару дней и вставать с опорой. Таким образом я действительно через дней семь твердо стояла на ногах. Но волхв который приходил каждый день, сказал еще две недели не напрягать тяжелой работой. А так же он поведал, что после перенесённой болезни, названия я не узнала, что то вроде нашей ветрянки, я потеряла голос но в остальном абсолютно здорова. За эту неделю словоохотливая старушка много чего мне успела порассказать. Мне оказывается не десять лет, как я думала, а целых тринадцать и что через год два у меня начнется пора невест. Это жуть, я думаю у бабульки просто маразм начался. Потом выяснялось что она права насчет возраста, как моего, так и возраста жениховства. Через три недели наконец меня выпустили из дома и если вы думаете что погулять, то вы глубоко заблуждаетесь. Мне вручили лопату выше меня и отправили чистить у свиней. Так и началась моя деревенская жизнь, так как я была самой младшей из двенадцати детей, то меня оставляли дома на хозяйстве. Считается почему то, что эта работа полегче. Но я хочу вам сказать что это нифига не так. Утро подъем в пять часов утра, завтрак и мытье посуды, потом все идут на работы: покос, выпас, лес заготавливать и другое. А я в это время должна убрать, постирать, почистить у животных, покормить и напоить их. Потом обед приготовить для тех кто не в поле и в лесу. Перебрать и высушить ягоды и грибы. Уложить дрова в дровяник сварить ужин и все это при том что вода в колодце греть на печи и сушить ягоды и грибы на чердаке, а стирать в реке. В итоге спать ложусь в двенадцать ночи, чтоб в пять опять начинать с начала. В таком ритме пролетел месяц, и сегодня у меня небольшой перерыв в этом марафоне. Сегодня свадьба дочки старосты и все приоделись. Даже мне выделили платье, цветом оно правда бело-серым с налетом коричневого и такое застиранное, что судя по всему в этом платье на деревенские праздники ходили и мои 4 сестры Зато с оборочками, как сказала мать. А вот на свадьбе меня ждал сюрприз жениху как и положено было семнадцать лет он был высоким и хорошо развитым для своего роста а вот невесте было пятнадцать. Как я поняла из разговора родителей что она почти перестарок и спасло только приданое, ведь в основном ждут первой крови и отдают замуж. Первая мысль вспыхнувшая в голове после увиденного была о том, что мне ведь почти тринадцать уже и через год меня тоже самое ожидает. Вот тут то меня и осенило ЛИНЯТЬ НАДО!!! С этого дня я начала искать выход. Побег с деревни я даже не рассматривала, так как в другой деревне примут только если скажу откуда иду. И то тот староста сначала свяжется с нашим все обо мне выспросит в том числе и описание внешности. И только если причина переезда серьезная, возьмет под свою опеку. Какую опеку? Так разве я не сказала? Женщины в этом мире в основном находятся под опекой мужа, родителей или попечителей. Исключение только составляют сильные магини или состоятельные, а значит и самостоятельные йели вдовы (йель-звание знатной леди) с идеальной репутацией. Я как на зло не попадаю ни в одну категорию. Голову ломала около месяца, а затем зашла к Найде на чай с пирогами, старушке что за мной приглядывала после болезни. И она как всегда болтая о пустом, сказала гениальную мысль. Что была б она помоложе пошла б в этом году в господский дом, а то в деревне и мужчин дельных не осталось. Дело в том, что согласно договора заключённого на охрану земель, где указано что деревня должна платить налог и каждые пять лет в соседнее имение набирают слуг из числа деревенских. И вот на мое счастье набор выпал на конец осени в этом году. Хотя набор это громко сказано, скорее выбор староста делает по принципу «на тебе боже что нам не гоже». А так как я с удовольствием изображала блаженную, меня тоже могут отправить с этим обозом. Еще одной радостью является то, что с того момента как мы выедем из деревни нашими опекунами становятся не наши родители или мужья, а господа которым нас отправили служить. А после года работы, нам дадут выбор: пойти на вольные хлеба, или заключить новый контракт с возможным повышением как должности, так и оплаты. А так же мы будем считаться взрослыми, не зависимо от возраста, с правом самим становиться опекунами. Так что думается мне что выбор мой был определен судьбой, даже не смотря на то что новостей с поместья достоверных не было, так как оно находилось далеко. А те кто уезжал служить уже не возвращались в деревню, они либо находили теплое местечко в слугах, или же складывали лихие головы, если у них не хватало мозгов не влезать в злачные места или дела господ. Но даже не смотря на это неизвестность страшила меньше ,чем насильный брак со старым сумасшедшим, который единственный был согласен на брак с блаженной, какой меня считала вся деревня благодаря моим стараниям. Теперь осталось сделать так чтоб родители отпустили. Они хоть и по своему, но любили меня. Поэтому после разговора со старостой я подошла к матери и жестами попросила меня отпустить. Сама она не могла такого решить, поэтому отправила к отцу. Мать передала слова старосты и мою просьбу, и ушла. А отец спросил: - Точно, не пожалеешь потом? Там мамки, да братовьев не будет. Некому будет встать на защиту, а будет много чужих и недружелюбных людей идущих к даже самой малой власти, по головам. – Я лишь покачала отрицательно головой. - Хорошо, собирай вещи. Да не забывай нам писать почаще. И вот еще что если вдруг не сложится возвращайся, любая, с дитём или обиженная. Мы примем и не осудим.- это были такие нужные слова, для той что была брошена в той жизни, что я не выдержала и обняла отца, хоть здесь это было не принято. И пока он не успел отойти от шока, побежала собирать те немногие вещи в дорогу, ведь обоз уже завтра. Ура!!!