Взросление

      Пятилетняя Элизабет радостно бежит к своей матери, чтобы показать, как на ней сидит новое атласное желтое платье, на которое её отец, скрепя сердце, выделил деньги.       – Тебе не стоит носить такие яркие платья, Лиззи, – заявляет миссис Беннет. – На их фоне твое несимпатичное личико и большие глаза смотрятся не очень выгодно, дорогая.       Маленькая Элизабет поджимает губки и смотрит, как взгляд её любимой матери обращается к Джейн.       – Пока у нас одна красивая дочь, которую можно будет удачно выдать замуж, мистер Беннет. Хотя, возможно, Лидия и Китти еще успеют расцвести.       Мистер Беннет ничего не отвечает, делая вид, что очень увлечен чтением новой газеты.

~

      – Ого, необычное занятие для девочки из семьи Беннет, – с иронией подмечает отец Лиззи, застав свою девятилетнюю дочь за чтением томика пьес Шекспира. – И сколько ты уже прочитала, дорогая?       – Тридцать страниц.       – Целых тридцать? – мистер Беннет присаживается рядом c дочерью на пол. – И сколько же ты поняла из прочитанного?       – Немного, – Элизабет с грустью опускает глаза к книге.       – Честный ответ. Я предлагаю тебе свою помощь в этом нелегком деле.       – Правда? – лицо девочки озаряется улыбкой.       – Разумеется, дорогая. Я не должен упускать шанс воспитать хотя бы одну разумную леди Беннет…       Одна часть Элизабет чувствует в словах отца нехороший намек и издевку, хоть пока еще и не понимает, что именно он имеет ввиду. Вторая часть девочки в восторге, ведь её вечно отстраненный отец, наконец, отвлекся от своих книг и заметил её.

~

      – Знаешь, что твоя дочь ответила этому милому мальчику из полка? – миссис Беннет не сдерживала себя и кричала на своего мужа, который непонимающе сидел в своем кресле, отложив книгу на стол. – Что любой уважающий себя мужчина должен много читать и думать о прочитанном. Тогда он будет завидной партией для любой юной особы.       – Лиззи сказала все верно. Я рад, что смог вложить благоразумие хотя бы в одну из моих дочерей.       – Он больше не приглашал Элизабет на танец. А с ее внешностью и характером нам будет трудно выдать её…       Шестнадцатилетняя Элизабет больше не хочет слышать эти бесконечные тревоги о её замужестве. Она надевает шляпку и выходит на улицу. Вытирает ладошкой слезы и идет на небольшую вечернюю прогулку, попутно обещая себе больше не воспринимать всерьез возможных приглянувшихся ей кавалеров. Лучше быть совершенно одной, чем утешать себя мыслями о сказочном рыцаре, который спасет её от семьи.

~

      Мистер Бингли, хоть и приезжий джентльмен, хоть и имеет более высокое происхождение, но поступает точно так же, как и десяток мужчин до него. Сразу же следует к её сестре Джейн, чтобы просить о танце. Джейн улыбается, немного смутившись, и идет танцевать с новым кавалером, не замечая реакции сестры.       Элизабет привыкла закрывать свои истинные чувства иронией, улыбкой и любовью к сестре. Поэтому она как ни в чем не бывало рассматривает других гостей, которых привел с собой мистер Бингли, пытаясь не думать о том, что совсем не привлекает интересных мужчин. Дарси – статный, черноволосый джентльмен выглядит интересно и, что самое главное, без мужского интереса глядит на партнершу своего друга. Поэтому Элизабет позволяет себе немного помечтать о том, что, возможно, он заметит именно её, пригласит на танец, а потом…       А потом Элизабет слышит разговор двух друзей:       – Вы танцуете с единственной хорошенькой девицей в этом зале, * – Дарси, разумеется, говорит о Джейн, но Бингли не отступает и по-прежнему пытается склонить друга к танцу.       – Но вон там, за вашей спиной, сидит одна из ее сестер…*       Элизабет замирает, отводит глаза от мужчин, при этом продолжая вслушиваться в их разговор.       – Что ж, она как будто мила. И все же не настолько хороша, чтобы нарушить мой душевный покой, а у меня сейчас нет охоты утешать молодых леди, которыми пренебрегли другие кавалеры…*       Элизабет возвращается в реальность, отбрасывает свои мечты подальше, находит время, чтобы посмеяться в кругу своих друзей над мистером Дарси. И возвращается в хорошем расположении духа домой вместе со своей семьей.       Только ночью, после разговора о достоинствах мистера Бингли со своей сестрой, Элизабет позволяет себе тихо заплакать, чтобы утром встать, как ни в чем не бывало. Улыбаться, иронизировать над людьми и, конечно, искренне надеяться, что её сестре удастся заключить счастливый брак. Потому что для самой Элизабет такой финал истории недостижим.