Джинни пьянкам всем виной

Джинни вздохнула со всей вселенской грустью. Кроме целующихся Нотта и Гринграсс, на танцпол больше никто не рвался. А одной, знаете ли, скучно воздух рассекать, да ещё и алкоголь уже начал выветриваться из организма, так что мир перестал казаться таким весёлым и беззаботным. Уизли плюхнулась на кресло и потянулась за бутылкой, дабы наполнить свой бокал до краев и отправиться навстречу туману в голове. — О чем разговариваете? — громко спросила рыжая, обращая внимание Полумны и Блейза на себя, и выпила сразу полбокала, немного поморщившись. — Да вот интересно, куда Драко и Грейнджер испарились друг за другом, — спокойный тоном ответил Забини. Джинни посмотрела на него и поняла, что слизеринец-то совсем не пьяный. Ну может так. Слегонца. Непорядок. — Да мало ли у главных префектов дел. Пусть ими и занимаются, — Уизли откинулась на спинку кресла, все ещё разглядывая Забини и обдумывая, как бы его споить-то. — И как же вы, слизеринцы, устраиваете вечеринки? С вами же скука смертная. Только и можете, что языками трепать, да обжиматься на танцполе, — громко оповестила Джинни, чтобы задействовать большую часть слизеринцев. Уизли не привыкла к таким тухлым тусовкам. Просто пить и вылетать в прострацию — это не по ее части. Ей всегда надо было больше экшена. Вот она и решила, что пора бы брать веселье в свои пьяненькие и деятельные ручки. — А ты хочешь, чтобы мы показали все, на что способны здесь? Среди ваших высокоморальных задниц? — ответил ей уже Крэбб. Винсент и Грегори, задетые ее высказыванием, вступили в разговор. Джинни оценила их алкогольное состояние и поняла, что зря время то они не теряли. Пустая бутылка огневиски стояла около их ног, обозначая степень опьянения. — А вам разве есть, что показать? Нас вам явно не удивить, — ухмыльнулась Уизли, поглядывая на Лавгуд, которая закатила глаза на явную провокацию подруги. — Да вы три стопки огневиски быстрее меня выпить не сможете. Гойл хмыкнул, похрустывая пальцами и придвигаясь к столу поближе. — Надеюсь, сделать из своего бокала стопки ты ещё в состоянии? Уизли фыркнула, вытаскивая палочку из кармана. Взмахнула ей, произнося заклинание, и бокал превратился в три одинаковых стопки, расставленных в ряд прямо перед ней. Забини выступил в роли бармена, разливая огневиски. Он выглядел очень заинтересованным ситуацией, разворачивающейся перед ним. — Проигравший выполняет желание победившего. Как тебе? — Джинни дерзко улыбнулась, пытаясь сделать так, чтобы он точно согласился. — Тогда нам нужны пять стопок. Три для слабаков, — Грегори пьяно ухмыльнулся, взмахивая палочкой. Когда пять стопок были наполнены, и игроки были готовы к выигрышу, Полумна выкрикнула: — Понеслась! И огневиски стал с неимоверной скоростью заливаться в глотки учеников Хогвартса. Все начали громко болеть за своих, выкрикивая имена участников. А Теодор с Дафной даже оторвались друг от друга, ошалело посматривая на своих однокурсников. Джинни первая поставила последнюю стопку с громким хлопком на стол, победно вскрикивая. Да у неё должен был быть черный пояс по вливанию в себя алкоголя на скорость. Гойл расстроено сморщился, исподлобья посматривая на победительницу. — Говори, что мне делать. Уизли хитро улыбнулась пьяной улыбкой, потирая ладошки друг о друга.

***

Грегори собрался с духом и встал со стула, пошатываясь. Все окружающие, естественно кроме одной пьяной парочки, которые нашли губы друг друга, возбужденно улыбались, ожидая шоу. — Может, все-таки не надо? — проблеял несчастный Гойл, оборачиваясь к однокурсникам. — Увы, от сделки, скрепленной алкоголем, не уйдёшь, — серьезно ответила Джинни, кивая ему на выход из башни. Гойл понуро вышел за портрет, а все остальные подбежали, прислушиваясь к сцене, происходящей за стеной. Крэбб дёрнул Тео и Дафну за собой, чтобы свидетелей сия действа увеличилось. А в коридоре за портретом происходило следующее. Слизеринец неуверенно встал перед нарисованным рыцарем, пытаясь сфокусировать свой затуманенный взгляд на том месте, где должно быть его лицо под шлемом. — Здрасьте. — Здравствуйте, молодой человек. Рыцарь пошевелил головой, рассматривая юношу перед ним. Гойл распрямил плечи, пытаясь выглядеть более уверенно. — А вы… Что вы делаете сегодня вечером? — ухмыляясь, спросил слизеринец, уже вошедший в свою роль и чувствующий себя королем ситуации. — Я собирался вздремнуть, уважаемый. Вам бы тоже не помешало. — Да нет, вы не поняли, сэр, — Грегори помедлил, ближе подходя к рыцарю на портрете. — Я имею в виду, что вы, такой горячий, сексуальный красавчик в этих, ух каких, бронзовых доспехах, и мне бы очень хотелось потрогать все, что под ними. Желательно сегодня вечером. Тишина, казалось, застыла в коридоре. Но Гойл уже вовсю импровизировал, пытаясь лучше сыграть. Он оперся на раму портрета, задирая голову наверх. — Так что вы скажете, сэр? Согласны ли вы провести со мной … — Ах ты несносный маленький оборванец! Как ты смеешь говорить такое мне?! Самому настоящему рыцарю Камелота! — завизжал человек с портрета, размахивая руками. — Тише-тише, сладкий. Все сначала сопротивляются, — самым горячим шепотом, который смог изобразить, сказал пьяный Гойл. — Сейчас ты почувствуешь мой бронзовый клинок у себя в сердце, ты, мелкий мерзавец! — рыцарь достал из ножен свой меч, направляя его на слизеринца. Все стоящие с другой стороны портрета и давящиеся от смеха услышали щелчок и визжание Грегори. — Аааа, впустите меня в Башню! — кричал Гойл, отскакивая от летающего в воздухе меча, который так и хотел уколоть его в зад. Да побольнее. — Я не хочу становиться шашлыком! Нееет! — Будешь знать, как дерзить рыцарю, сопляк! Портрет резко отъехал в сторону, отчего крики рыцаря о том, что Грегори маленький мерзавец, стали ещё больше, а Гойл рванул вперёд, влетая головой вперёд в Башню и пролетая всем телом по полу до середины гостиной. Блейз захлопнул портрет с громким ударом. Крики снаружи еще продолжались, а в гостиной стоял хохот, какого тут никогда не было. — Я смотрю, ты протрезвел, Гойл, — выдавила из себя Джинни, смеясь. Грегори показал ей не самый приличный знак средним пальцем, посылая куда подальше. — Кто следующий хочет посоревноваться со мной? — спросила Уизли, когда все более или менее успокоились. — Я вообще не собираюсь страдать этой ерундой, — выдала Полумна, садясь на своё место на диване, подгибая под себя одну ногу. — Вот это ты зря сказала, — ухмыльнулась Джинни. — Следующее желание будет с тем, кто проиграет и с тобой. — С какого это перепуга? — А я ведь много всего о тебе знаю, дорогая. — Шантажистка фигова, — сказала Лавгуд, скрещивая руки на груди и обиженно надувшись. — Так, кто со мной сыграет? — посмотрела на всех присутствующих Джинни, хитро улыбаясь. — Я рискну, — подал голос Блейз, придвигаясь к столу и колдуя над своим стаканом, делая из него пять маленьких. — Не верится мне, что ты такая пьяная и выиграешь у меня. — Ты вообще меня не знаешь, — ответила Уизли, разливая по стаканам огневиски. Полумна скомандовала и алкоголь опять потек по организму. Джинни громко воскликнула и подпрыгнула, из-за чего огневиски чуть обратно не пошел, но, да, она опять победила. У всех у них просто не было двух проказников-братьев, которые и учили девушку всем навыкам игр с алкоголем. Уизли откинулась на спинку кресла, оглядывая Забини и Лавгуд. Блейз стойко ждал своей участи, а Полумна вертела в руках свой бокал с огневиски, разглядывая, как алкоголь поблескивает от света огня в камине. — Так. Чтобы вам такое придумать. — Джинни накрутила прядь волос на палец, раздумывая над своим желанием. Она сфокусировала затуманенный взгляд на этих двоих, и ее молниеносно осенило. — Значит, вы идёте в … — Уизли покрутила головой в поисках нужного места и указала пальцем на дверь, — ванную комнату. Вообще ваше задание поцеловаться, но — она подняла воздух указательный палец, акцентируя свои слова — у вас есть десять минут наедине в закрытом пространстве, так что все на вашей совести. Вперёд! — воскликнула в конце Джинни, радостно посматривая на испытуемых. Полумна посмотрела на Забини, опрокинула в себя стакан и с громким придыханием встала, следуя в нужное место назначения. Блейз отправился за ней, недовольно поджав губы. — Ну, а пока они развлекаются. Кто хочет быть следующим? — спросила Джинни, радостно хлопая в ладоши. Все опасливо переглянулись, предчувствуя свою участь.

***

Блейз закрыл за ними дверь и обернулся к Полумне. Девушка застыла, прислонившись бедром к раковине и скрестив руки на груди, и уставилась в одну точку, хоть из-за ее необычных очков этого и не было видно. Забини оперся спиной о дверь, чувствуя себя неудобно. Он не привык обманывать в таких случаях. У него было четкое задание, и его совесть говорила ему выполнить его, каким бы оно ни было. Даже таким неловким. Забини был человеком слова и выполненного долга, хоть никто и не знал о нем такого. Слизеринец раздраженно вздохнул, запустив руки в карманы брюк. Он посмотрел на Лавгуд. Странная равенкловка в своих причудливых одеяниях и в этих разноцветных блестящих очках. Все как всегда. Только почему-то Блейз смотрел на неё по-другому. Наверное, ее рассуждения о жизни, отношениях между людьми показались ему такими правильными, что его глаза раскрылись. Она вглядывалась в саму суть вещей. Имела на все свое мнение, хоть и отличное от других. Но ей было все равно на остальных, она была белой вороной среди всех учеников и совсем не боялась этого. И Забини решил вглядеться повнимательнее в неё. Как она во все вокруг. Светлые, немного спутанные волнистые волосы с пепельным оттенком доходили ей до талии. Острые черты лица, пухлые губы. Все это делало ее симпатичной, даже красивой. В своих странных одеждах она выглядела по-настоящему правильно. Все это ей шло как никому другому. Блейз был ценителем истинной красоты, а эта девушка была определено прекрасна на свой чудаковатый манер. Или это алкогольный туман перед глазами делал все таковым. — Думаешь о том, как я по-сумасшедшему выгляжу? Забини часто заморгал, понимая что его поймали на разглядывании. — Нет, рассматривал твои очки. Зачем они нужны? Полумна легко улыбнулась, снимая их. Она посмотрела на него своими серебристо-серыми, чистыми глазами. И Забини понял, что никогда не замечал, что у неё они такие красивые. Да, что уж говорить, он в принципе никогда не смотрел на нее так внимательно. — О, в них можно увидеть мозгошмыгов. Хочешь попробовать? Блейз взял из её протянутой ладони очки и надел, смотря прямо на неё. Он понимал, что выглядит сейчас как полный идиот, но почему-то рядом с ней до этого не было никакого дела. Все вокруг было в разноцветных тонах, но никаких существ он явно не видел. — Я ничего не вижу, — сказал он, снимая странные очки. Полумна рассмеялась, забирая свою собственность обратно, но не надевая на глаза. — Так у меня то нет мозгошмыгов. Надо было тебе в зеркало смотреть. Хотя я не уверена, что они отражаются. Забини широко улыбнулся, смотря на ее улыбку. — А у меня есть мозго … что? — Мозгошмыги. Да. У тебя их полным-полно. Лавгуд поправила свои волосы, перекладывая их на одно плечо. Она отвела взгляд, рассматривая стены в ванной. — Так, значит, я болен? Полумна немного замедленно перевела на него взгляд. Внимательно посмотрела, будто и так могла увидеть этих странных существ. — Они со временем могут вызывать размягчение мозга, но лимон их отпугивает. — Мне надо есть больше лимона? Лавгуд встряхнула головой. Опустила взгляд на свои потрепанные кеды, потом опять подняла глаза на Забини. — Почему ты со мной разговариваешь обо всем этом? — Нам тут находиться еще пять минут, почему бы и не поговорить. Время быстрее пройдет, — передернул плечами Блейз, делая отстраненый вид. — Так, значит, ты не собираешься меня целовать? Забини замер, удивленно взирая на девушку. Ему не послышалось? — А ты что ли хочешь этого? Лавгуд пожала плечами, теребя край своей туники пальцами. — Это наше задание. Нечестно по отношению к другим не выполнять его. — Полумна посмотрела на него, вздергивая подбородок, — или слизеринцы всегда все обходят стороной? Блейз нахмурился. Ещё никогда его не называли бесчестным. Он всегда выполнял все, что было на его совести. А теперь какая-то девчонка указывает ему на это. Просто прекрасно. — Не греби всех под одну гребенку. Я всегда держу слово. Забини сам не понял к чему ей эта информация, но он сделал пару быстрых шагов вперёд, положил ей руку на затылок, закапываясь пальцами в мягкие волосы, и притянул к себе. И их губы соприкоснулись, даря новые ощущения, не испытываемые до этого момента.

***

Когда дверь в ванную распахнулась, и двое молодых людей вышли оттуда, сохраняя невозмутимость, одной пары явно не хватало в гостиной. — Где Тео и Дафна? — поинтересовался Блейз, поглядывая на присутствующих. — Тео согласился сыграть с Крэббом и проиграл. Им с Дафной пришлось наконец-то уйти отсюда и уединиться где-нибудь, а то это было уже невыносимо. Они почти ели друг друга посреди гостиной. — ответил Гойл. — Представляю, каким радостным будет завтра Нотт. Его желание исполнилось. Блейз ухмыльнулся, предвкушая завтрашнее утро. — Скорее мы его достанем своими шуточками. — Так. Крэбб, теперь ты со мной пьешь. — объявила пьяная донельзя Джинни. Полумна, глядя на подругу, поняла, что очень удивится, если Уизли не будет сегодня спать с унитазом в обнимку. Огневиски полилось сначала по стопкам, потом и по участникам игры. И … — Ну, нееет. Такого не могло случиться. Расстроенная и пьяная Джинни, как ребёнок надулась, выкатив нижнюю губу вперёд, и сжала кулачки. — Так. Тебе надо что-то такое… О! Придумал! — воскликнул Крэбб. — Иди в спальню Малфоя. Забирай его трусы. И весь оставшийся вечер сиди с ними на голове. Уизли скривилась, жалостливо посматривая на остальных. Может, кто скажет, что это … — Мерлин, Винсент — это глупо, — произнес Гойл, поглядывая на друга, — но на это будет весело посмотреть. Не так ли? Все закивали, предвкушая эту картину, и Джинни пришлось встать и плестись в спальню Малфоя, покачиваясь. Она молила всех, кого можно пока поднималась по лестнице, чтоб не упасть, а потом, чтобы самого Малфоя в комнате не было. По лестнице она взобралась с минимумом потерь для организма, да и Драко в комнате не оказалось. Но Уизли сразу, как только вошла в спальню, запнулась о ковёр, пролетев через пол комнаты и наделав кучу шума, падая своим тельцем на пол. Она несчастно застонала о своей судьбинушке и стала пытаться встать. Но успехом это не увенчалось. — Джинни! — услышала гриффиндорка шепот подруги. И ее стали поднимать на ноги, при этом что-то тихо причитая. — А где Малфой? Он разве не в свою комнату пошёл? — Так это, — Джинни начала икать через каждое слово, привалившись к подруге, — они с Гермионой того. Трахаются периодически. — Ууу, а я то думала, почему они так странно смотрят друг на друга. Теперь все ясно. — скорее для себя пробормотала Полумна и уже громче добавила, — Так пойдём пороемся у него в ящиках. После того как Уизли с корнем выдернула ящик из шкафчика, разбросав мужские носки по полу, Лавгуд поняла, что быстрее справится сама. Она посадила на пол веселящуюся Джинни, отобрала у неё предметы гардероба Малфоя, и вернула все на свои места, взмахнув палочкой. В следующем же ящике нашлись и трусы. Лавгуд взяла первые попавшиеся и присела на корточки перед Уизли, пытаясь натянуть нижнее белье Малфоя ей на голову. — За что мне это? — бормотала Полумна, пока Уизли отмахивалась от неё как от назойливой мухи. В конце концов, не выдержав, Лавгуд опустила Джинни на голову трусы, натянув их почти до глаз. — Отлично выглядишь, а теперь пойдём. С горем пополам девушки спустились в гостиную, под смех слизеринцев. За что Уизли красноречиво послала всех так далеко, что до туда и на метле не долетишь, ни на Хогвартс-экспрессе не доедешь, и плюхнулась на подушки около камина. — У нас остался только Крэбб не униженный жизнью. — пробормотал Блейз, глаза которого уже слипались. — Вы все уже такие уставшие, что и не придумаете мне ничего. — ответил, ухмыляющийся Винсент. — Скорее вырубитесь прямо сейчас. Джинни резко села на полу, оглядывая всех. — Кто проиграет сейчас, отправляет Снейпу патронус с кучей нецензурных ругательств. А потом говорит, что наш профессор Зелий такой пай—мальчик, который в жизни этих слов не слышал и за это со Слизерина снимается двадцать баллов. Правда для убедительности придётся снять все-таки эти баллы. Чтобы Снейп конкретно так разозлился. Ну как, слабо? Все резко проснулись на пару мгновений, взбудораженные таким развитием событий. Это было пугающе и впечатляюще одновременно. — Ладно. Давай со мной, Крэбб, — со вздохом произнес Забини. Огневиски разливали в этот раз напряженно. На кону стояла большая ставка, которая может привести к нехилым таким последствиям. Снейп такое может устроить, что жизнь сахаром совсем не покажется. А скорее отваром из мандрагоры. Горьким и скользким. Полумна скомандовала и понеслось. Одна стопка за другой опрокидывались. Огневиски наполнял рот однокурсников с невероятной скоростью и … — Да! Мерлин, мне не придётся этого делать! — воскликнул Блейз. Крэбб понуро поставил последнюю стопку на стол и вздохнул, доставая палочку. — Ведь никто не говорил, что голос изменять нельзя, — неуверенно произнес Винсент, — Значит, он меня не узнает. Джинни хмыкнула, заваливаясь на бок на подушках и отправляя трусы со своей головы в полет. — Да, он тебя по твоему патронусу вычислит, а потом легилименцией узнает все твои страшные тайны. Так что ты не волнуйся. Действуй. Крэбб обеспокоено сглотнул, поглядывая на лица остальных. А все были только рады такому развлечению. — Все должны поклясться, что никому не расскажут о том, что здесь происходило сегодня — выдал он мрачно напоследок. — Да, давай уже, хватит трястись, как девчонка. — ответила Джинни и заснула сладким сном, посапывая в подушки.